Бег зверя

      Ногу простреливает болью, с губ срывается невольный вскрик. Тело будто само падает в гору листьев, а корявая кочка насмешливо скрипит, ударяя под колено. Я сам виноват: не заметил коварство леса. Так и не научился здесь жить, теперь разбираюсь с последствиями.       До домика одному не дойти, а с собой у меня не осталось ни мази, ни трав. Отчаяние ледяной змеёй скользит к сердцу. Нога стремительно опухает. Опускаю голову, хриплое дыхание шевелит безжизненные листья, слёзы срываются сами собой. Чёртов лес! Зубы крепко стиснуты. Нужно идти.       Рядом трещат кусты.       Из них вываливается чудище с горящими глазами, но так кажется лишь на первый взгляд. А на второй испуганное сознание уже различает массивного тёмного волка: сбитая шерсть, шрам на морде, из пасти капает слюна — нужно бежать. Время замирает, и я вместе с ним. Хочется спрятаться, раствориться, исчезнуть... волк делает первый шаг.       Мокрый нос тычется за ухо, звериное дыхание опаляет кожу, мурашки заставляют ёжиться, и с губ срывается облегчённый вздох. На твоё ворчание я не могу больше прятать улыбку. За моей спиной разочарованно шепчутся деревья. Лес ожидает иного исхода.       Но ты не зверь.       Поэтому я цепляюсь за подставленную шею, пальцы сжимаются — мне снова больно — и я поднимаюсь. Завалиться на твоё тело легко, а вот остаться на нём сложнее. Поначалу ты переступаешь лапами медленно, но потом срываешься на бег. Обхватить шею. Держаться. Вдыхать твой запах. Как давно я мечтал об этом!       Ты знаешь, где стоит мой покосившийся домик, а я знаю, что ты приходишь к нему каждую ночь. Никто больше не приходит. Твои подарки: тушки зверей, горсти ягод и целебные травы — всё это я принимаю с благодарностью. Хотя раньше ты не решался показаться мне. Но я знаю, что эти подарки — твои.       И сейчас мне не хочется тебя отпускать. Мы встретились.       — Помоги... в дом, — моё дыхание срывается не от боли — от предвкушения. Я жажду касаться тебя в любом облике. Хочу быть рядом.       Ты ворчишь, морщишь нос, показываешь клыки, но меня этим уже не спугнуть. Остаётся привалиться на шаткие ступеньки и ждать твоего решения. Для себя я уже всё решил.       Ты скрываешься за углом дома, чтобы твой оборот остался в тайне, но я знаю — когда-нибудь смогу увидеть всё своими глазами. А пока что глаза жадными рывками скользят по телу, когда ты возвращаешься. Шрам, ожог, литые мышцы, густая дорожка к паху — пожар в собственном теле перекрывает боль.       Оказаться в твоих руках сладко. Украдкой втянуть носом запах у самой кожи, обнять за плечи, расслабиться и подставить беззащитную шею. Хочешь — вот же, бери. Кусай.       Но ты усмиряешь свой голод и несёшь меня в дом. Тянешь носом и безошибочно поворачиваешь к настойкам и травам. А мне уже всё равно на боль — лишь бы ты оставался так близко.       Однако ты успокаиваешься лишь тогда, когда прохлада настоек касается моей ноги. Осторожные втирания, плотная перевязка — и вот ты расслабляешься. Но я не даю тебе уйти.       Вновь обхватить за шею, прижаться к обнажённому телу, застонать в самое ухо от переполняющих эмоций. Мне так хорошо, а когда ты начинаешь несдержанно рокотать в ответ, то становится ещё лучше. Я не смею противиться своему желанию.       Губы обжигает поцелуем — ты рычишь и кусаешься. Вдохи-выдохи частые и короткие, а потом снова губы, горячий язык и укус. И ты наконец-то сдаёшься и несёшь меня к постели. Ложишься на спину. Я у тебя на груди. Теперь можно бесстыдно ёрзать, тереться и гладить твоё совершенное тело, для меня совершенное, а шрамы совсем не в счёт.       Одежда мешает, и я рычу почти как ты, пытаясь её стянуть — ты всё понимаешь и помогаешь мне. Когти нещадно рвут ткань. Теперь становится совсем хорошо. Кожа к коже.       Я первым касаюсь тебя ниже. Обхватить пальцами, огладить, качнуть бёдрами — твой горящий взгляд становится мне ответом. Нетерпение, голод, страсть — я готов утонуть в твоих чувствах. А ты готов раскрыться мне навстречу, отдавая всю свою силу, всю свою мощь.       Отдаваясь.       Пожалуй, такому старейшины тебя не учили, но сейчас мне плевать на все волчьи законы, которых я не знаю — я просто хочу тебя. Хочу разделить эту любовь и желания тела. И ты подчиняешься, хотя ты сильнее. Пальцы дрожат.       Хочется не выпускать тебя из постели вечность. Целовать, двигаться, вылизывать солёную кожу, ставить свои метки и рычать тебе в ответ, так же возбуждённо и нетерпеливо. Как думаешь, у меня хорошо получается?       Теперь на тебе останется мой запах. А на мне — твой. И от этого приятной щекоткой по коже проходится удовлетворение. И усиливая все ощущения стократно, ты наконец-то вонзаешь в меня клыки. Твоя метка заставляет тело биться в муках удовольствия. Как же хорошо. Как же правильно и сладко.       В этот момент я забываю, что лес не принимает меня, а ты — его часть. Какая разница? Ведь недовольство леса не имеет никакого значения, пока ты рядом. Пока мы связаны.       Тебе кажется, что ты приручил человека.       Но я знаю.       Твоего зверя приручил я.       Больше не нужно бежать: ни от своих желаний, ни от меня.