Ена

- Куда мы идем? Молчание. - Остановись! Снова тишина. - Перестань, мне страшно! Пожалуйста, - я разрыдался, пытаясь вытащить руку из крепкой хватки, - пожалуйста, сто-о-ой! Падение. Ледяная вода. Весь в поту, я подскочил на кровати. Было далеко за полночь. На нижнем этаже, прямо под моей комнатой кто-то горланил песни. Я сонно потер ладонями глаза и потянулся за стаканом с водой. «Чертов праздник». Отпив глоток, я упал обратно на подушку, накрыв запястьем переносицу. Снова кошмар. Ни одного нормального сна, только это. Молча, я долго буравил взглядом потолок, пока снова не провалился в пучину собственных страхов. *** - Ты нормально спал? – Спросила мама, глядя на мои заспанные глаза. - Нет. – Тихо ответил я. - Каждый раз, когда у нас много гостей, - сказала она, накладывая мне яичницу, - ты не высыпаешься. Может, сменишь комнату? - У нас разве есть свободная? - Ну, комната, в которой жила Ена пустует, можешь перебраться туда. - Нет. – Резко ответил я. – Она может вернуться. Держа в руках сковороду, женщина печально на меня посмотрела: - Сын, ты же понимаешь, что ее не отпустят… Она уже не сможет вернуться, теперь ее дом – там, в замке. - Ошибаешься, ее дом не в замке и даже не тут, она лишь гостья. - Даже если так, Миллиария ни за что ее не отпустит. - А разве она не может просто отдать свой кристалл и спокойно уйти? – Спросил я, прокалывая желток. Он начал медленно растекаться по тарелке. - Если бы все было так просто, - с натяжкой выдохнула Павана. – Будучи придворной дамой, я встретила одного мага… Он не был хранителем, зато руководил королевской библиотекой… - Библиотекарь… - Да, - кивнула женщина, садясь напротив меня. – Его звали Те́рбий. Такого талантливого волшебника я еще не встречала. Даже Теллур и Костел не могли переплюнуть его мастерство… - Прости, - перебил я, - но к чему ты мне это рассказываешь? - А ты дослушай и возможно все поймешь. - Женщина продолжила. - В те прекрасные времена, когда королевством правила династия Траве́рсов, до того, как король и королева сошли с ума, я была близка с Тербием и Доротеей - той самой сбежавшей хранительницей. Мы были замечательной троицей друзей, несмотря на то, что у нас был разный возраст. Мы черпали друг в друге силы, знания и братско-сестренскую любовь. Однажды холодной зимней ночью, в мою спальню ворвалась Доротея. Ее и без того кудрявые волосы, растрепались и липли к мокрому лбу. Она смотрела на меня взглядом обезумевшего зверя. – Мама посмотрела в окно печальным взглядом. – «Я рассказала не тому человеку», - сказала она мне, почти рыдая. Я пыталась ее утешить, но та повторяла и повторяла эту фразу. Когда подруга наконец успокоилась, она поведала о своей ошибке, которая в будущем стала фатальной… - И что же случилось? – Словно маленький ребенок, нетерпеливо спросил я. - Как и Ена сейчас, Доротея могла предвидеть будущее. Она увидела то, что должно было обязательно случиться. Но видела лишь обрывочно, бессвязно… «В скором времени король падет, а династия рассыпется, словно пепел.» - Так, Доротея сказала человеку, который был ближе всего к королевской семье, - графине Миллиарии-Родиоле II. Она надеялась, что графиня поможет это предотвратить, но та лишь пожала плечами, сказав: «будущее не изменить». Наверное, моя подруга что-то осознала, - хмыкнула Павана, - потому что на следующий день мы с Тербием не обнаружили ее в покоях. Позже каждый из нас нашел идентичные записки, написанные почерком подруги. Там было сказано: «Наш мир необратимо изменится. Трем хранителям нельзя быть вместе до тех пор, пока новое поколение не придет на смену или старое не исчезнет. Ждите ту, что упадет с неба и вернет все на свои места. Не доверяйте никому, кроме Траверсов. Ценой жизни защитите наследников. Люблю вас всем сердцем. Прощайте.» - И? Что было дальше? - А дальше мирные дни закончились. Капелла́н и Нефели́н – король и королева, стали все реже выходить к народу. Корона начала повышать налоги, проводить порки и казни, каких никогда не проводили в таком количестве. В конце концов, они обезумели настолько, что напуганные люди подняли восстание. Династия львов – гордая, справедливая и милосердная, превратилась в алчную, жестокую и эгоистичную. Мы с Тербием были поражены внезапными переменами. Назревал хаос и внутренний конфликт. Все были встревожены и не понимали, почему всеми любимый король стал себя так вести. Тогда и появилась Миллиария. Она ловко присвоила власть себе, возложив на себя бремя регента. С ее приходом хаос начал угасать. Рыцари, слуги, повара, пажи, все были в растерянности, когда им сказали отречься от короля и присягнуть на верность регенту. Твой отец, Тербий и я - отказались. - И к чему это все привело? - К смертям. Простой народ не знал, что творилось в стенах замка. Сошедший с ума король убил жену, а дети – Хина и Леон пропали без вести. Собственно, как и пропал Тербий. Из нашей троицы я осталась одна. Но вскоре утешение пришло со стороны Корна. Недолго, но мы были счастливы. – Павана перевела дыхание. – После провозглашения Миллиарии королевой, она начала тайный суд: всех, кто не отрекся от короля, она казнила хладнокровно и без колебаний. Когда очередь дошла до нас, новоиспеченная королева дала нам шанс со словами: «влюбленной паре – любовную клетку». Нас связали обязательством ждать либо Доротею, либо… - Новое поколение… - Продолжил я. – Но как королева узнала о месте и времени прибытия хранителя? - Не знаю, милый. – Женщина пожала плечами. – Нам лишь дали указание, не рассказывая всех подробностей. Да и как мы могли выпытывать их у нее... - Почему ты раньше не рассказывала об этом? – Спросил я холодным тоном. - Почему не рассказала до того, как... Мама посмотрела на меня с сожалением: - Ради вас. Этот разговор должен был состояться после того, как третью заберут. Если бы я рассказала раньше, вы не отпустили бы ее. Я вдруг почувствовал жжение в груди. - Ты хочешь сказать, что добровольно отпустила Ену в логово чудовища, убившего сотни, а может и тысячи людей?! - Да. – Кивнула она и по ее щеке пробежалась слеза. – Мне жаль, мне очень жаль… - Прошептала мама. Меня затошнило. Я встал так резко, что стул с грохотом упал на пол. В ушах стоял противный писк. - Пойми же, - взмолилась Павана, - скажи я тебе это раньше, ты бы ее не отпустил… К нам бы пришли эти палачи – Теллур и Костел, отняли бы у нас тебя, Тару и Маркуса. – Женщина всхлипнула. – А потом бы силой увели Ену! Ее все равно бы забрали, при этом, лишив каждого в этом доме жизни! Так я хотя бы вас уберегла! - Ты же обещала…, - прошептал я сквозь зубы, сжимая кулаки, - обещала, что мы позаботимся о ней, никогда не дадим в обиду… Это предательство! – Взревел я. – Предательство… - Нет, - заплакала женщина, - я лишь защищала свою семью! - Я люблю ее! – Отчаянно заскулил я. – Она тоже моя семья! Павана замерла, со свистом втянув воздух. Лицо матери побелело так, что раскрасневшиеся глаза стали еще выразительнее. - Прости… - Прошептала она, шмыгая носом. – Прости меня… Я больше не мог ей ничего ответить. Хотелось лишь кричать. Кричать на трусливых родителей, на себя, на королеву. Хотелось кричать от собственной никчемности. Она там совсем одна, наедине с монстрами, готовыми перегрызть ей глотку, а я здесь, в тепле и безопасности под «крылом» матушки... Обогнув упавший стул, я вышел из кухни. Пока я шел в комнату, в голове издевательски звучали сказанные мной слова: «Хоть народ ее видит лишь по большим праздникам, королева Миллиария добра к своим подданым…».