Безответная любовь омеги

       Главный офис одного из самых известных автомобильных салонов. Каждый день здесь тысячи покупателей со своими запросами, вкусами и требованиями. Сюда редко приходят просто посмотреть, а «мимо проходящих» здесь вообще не найти. Хотя, постойте… Сегодня день исключений. Через поток солидных покупателей в чёрно-белом пробирается высокий юноша в огромной белой футболке и нежно-голубой рубашке поверх. Он что-то ищет, это явно не новая машина, возможно, он ищет кого-то. Бедняжка на протяжении часа пытался узнать, где кабинет директора, но сотрудники лишь фыркали ему в лицо. Омежка уже отчаялся совсем, готовый разрыдаться в любую минуту. В последний момент, когда беременный почти осел на пол от бессилия и усталости, его окликнули:       — Тэхён-ши?       Обернувшись, омега наткнулся на личного помощника директора, который в ту же секунду оказался рядом, интересуясь самочувствием гостя. Чхве Хёнвон давно дружит с Чоном, поэтому с его омегой сталкивается не в первый раз, питая к нему лишь дружескую симпатию и, если честно, немного гордясь, что его другу достался такой спутник жизни. Сейчас же, милый пухлощекий омежка был крайне расстроен, что альфе совсем не понравилось.       — Что-то случилось? Почему ты здесь? — с беспокойством спросил Хёнвон, усаживая несчастного на ближайшее кресло.       — Чонгук-и забыл важную флешку дома, а я потерялся, — всхлипывает Ким, смотря на старшего своими анимешными глазами. — А-а дорогу мне никто не хочет показа-ать, — всё-таки, он заплакал.       Сотрудник успокаивающе погладил эмоционального юношу по плечу и сообщил, что с удовольствием проведёт его к другу. Едва успев поймать Тэхёна в объятия, Чхве повёл омегу к кабинету, по пути развлекая его разными беседами и шутками. Альфа не любит, когда кто-то расстроен, а грустный Ким — полная катастрофа, и не из-за того, что он беременный, а потому что… Ну, нельзя этому солнышку грустить. И Чонгук будет в ярости… Да…       За дверью слышались ругательства, кажется, директор что-то потерял и никак не может найти. Пройдя в кабинет без разрешения, посетители в этом убедились. Помещение было перевёрнуто вверх дном, а альфа — нервным и раздражённым. Остановившись у стола, Хёнвон постучал по нему несколько раз, привлекая внимание друга, после чего вежливо поклонился и с легкой усмешкой на губах сказал:       — Господин Чон, к вам посетитель. Надеюсь, вы сможете о нём позаботиться, иначе мне придётся обратиться к Ким Сокджину.       Растерянный Гук перевёл непонимающий взгляд с удаляющегося друга на ещё одну персону в его кабинете. Заметив заалевшие щёки любимого, улыбка сама собой украсила и без того красивое лицо. Мужчина в момент оказался рядом со своим парнем, мягко обнимая за талию и целуя в висок и нос.       — Я тоже соскучился, Куки, — промурчал куда-то в шею Чона Тэ. — Клянусь, я бы оказался здесь ещё час назад, но мне не хотели показывать, как до тебя добраться. А ты флешку с документами забыл. И малыш соскучился, — протараторил омега, положив руки на плечи своего альфы и жалобно смотря на него.       — Совсем замучил тебя? — виноватый нежный взгляд и большие тёплые руки на огромном животе Кима, в которые тут же последовало несколько толчков. — И я рад тебя видеть Ённу. Зачем ты так над папочкой издеваешься, а? Маленький проказник. Папу нужно любить. Сильно, сильно любить, Ённу, ты запомнил? — альфа довольно улыбнулся, почувствовав ещё один толчок, вновь огладил круглый животик, поцеловал его и встал с колен, снова притягивая любимого в объятия.       — Иногда мне кажется, что ты сына любишь больше, чем меня, — шепчет Тэхён в самые губы.       — Не бойся, конфетка, как тебя, я никого уже не полюблю, — так же тихо ответил Гук, припадая к сладким устам.

***

      — Вы, что?! — шокировано смотрел на друзей Ким, до этого преспокойно евший рыбу в сливках и запивая банановым молоком.       — Мы помолвлены! — счастливо пискнул Хосок, готовый прыгать на месте от переполняющих эмоций.       Собственно, если бы не руки Чимина на его талии, омега этим бы и занялся. Но зачем прыгать, когда здесь такие родные и нужные руки обнимают? Поэтому пока-что-Чон лишь хлопает в ладоши и откидывает голову на плечо жениха, моментально получая лёгкий поцелуй в лоб от такого же искрящегося Пака.       — Кошмар какой, — бросил хмурый Намджун, тут же получив шесть удивлённых взглядом в свою сторону.— У всех вокруг семья намечается, а учиться кто будет? Работать? А как же наши посиделки? А выступления? А разговоры ни о чём? Какое вы имели право меня бросить? — под конец своей «гневной» речи Джун мило надул губы, показывая свою обиду. Парочки с Джином рассмеялись, а вот Юнги настороженно осматривал свою пару.       — Намджун-и, а ты мне рассказать ничего не хочешь? — аккуратно поинтересовался Мин, кладя свою руку поверх омежьей. Все вдруг затихли, смотря то на серьёзного альфу то на стушевавшегося и красного Кима.       — Хорошо, — продолжил мужчина, после затянувшейся тишины. — Тогда давай тебе расскажу я. За последнюю неделю твоё настроение меняется просто с молниеносной скоростью, что очень странно. Ведь, ты всегда был спокойным и рассудительным, редко поддаваясь эмоциям, — Юн говорил медленно, следя за каждой эмоцией на любимом лице. — И самое главное, — он придвинулся очень близко к Джуну и выдохнул ему прямо на ухо, — мой любимый кофе теперь с апельсиновыми нотками, Джун-а…       Таким пунцовым, растерянным и изумлённым друзья видели омегу впервые. Он метался между разрыдаться и счастливо улыбнуться, так как отношение Мина к ситуации, так и осталось неясным. Альфа же вернулся на своё место, возвращаясь к недопитой кружке кофе.       — Юнги? — послышался хриплый и дрожащий голос Нама.       — Ммм?       — Что будет дальше? — спросил напуганный омега, виновато потупив взгляд.       — Дальше? — всё так же спокойно переспросил мужчина. — Дальше ты будешь таким же милым пингвинчиком, как ТэТэ, потом ты родишь чудесного малыша, будешь растить ребёнка, показывать ему мир, путешествовать, писать музыку… Ах да, забыл самое главное, завтра ты пойдёшь в ЗАГС.       — З-зачем?       — Странный вопрос, без пяти минут Мин Намджун.       Челюсть всех присутствующих поздоровалась с полом. Всё происходящее смахивало на какую-то дораму, но никак не на реальность. Первым дар речи смог себе вернуть Чимин:       — Ну, что ж, осталось Джин-хёна сосватать и все будут счастливы, — шутка разрядила обстановку. Омеги почти задушили в объятиях радостного Джуна, Юнги выслушал показательную лекцию Сокджина на тему: «моего братика нужно любить, холить и лелеять. А если ты этого не сделаешь, тебя найдут в лесу и по частям». Пак и Чон с улыбками обсуждали произошедшее. На столе стояли семь чашек горячего чая.       Как замечательно, что сегодня всё хорошо.

***

      Тёмная ночь с россыпью звёзд за окном, кругленький и уютный Тэхён в объятиях, усердно рассказывающий что-то животику. Гостиная освещена лишь светильником, а пара, сидящая на диване, удобнее кутается в плед. Чонгук больше всего полюбил их вечера. Мягкие, согревающие, семейные и наполненные тихим счастьем. Раньше мужчину съедало одиночество, теперь же греет любовь к его тигрёнку. Тэ оказался таким забавным, милым и нежным, что альфа пугается порой, что всё может быть иллюзией или сном. Ведь ему не хочется терять свой смысл жизни. Прошло лишь четыре месяца с того момента, как они стали парой. Чон успел привязаться, успел полюбить.       — Чонгук-а, — тянет Ким, откинув голову Гуку на плечо и недовольно надув губки. — Ённу меня не слушается-я.       — Ну тигрёнок, не расстраивайся, — легкий поцелуй в лоб и кроличья улыбка на лице. — Вы просто устали за сегодня и хотите спать, вот малыш и бунтует, — альфа ласково оглаживает животик любимого, оставляя короткие касания губ на волшебном лице омеги.       — Не хочу спать, — упрямится Тэхён, складывая руки на груди.       — А что ты хочешь?       — М-м-м… — задумался омега. — Хочу апельсин в шоколаде и под арбузным соусом! — выдал довольный Тэ ошарашенному Чону.        — Милый, а может что-то попроще? — взволнованно сглатывает альфа. — Я не смогу достать арбуз в час ночи…       Юноша уже хотел обидеться на своего парня, но вдруг в его глазах сверкнуло озорство. Омега стал ворочаться в объятиях, пытаясь лечь на бок. Когда ему это удалось, не без помощи Чонгука, Ким потянул свои руки к шее альфы, нежно её оглаживая, не прерывая зрительного контакта. Заворожённый мужчина плавился от нехитрых манипуляций своего любимого. Но, всё же продолжал ждать ответа. Умелые пальчики пробегали по кадыку, ключицам, плечам и, спускаясь к предплечью, возвращались назад. Через несколько минут терпкого гипноза, Тэхён подтянулся выше и, опаляя дыханием чужое ухо, выдохнул:       — Тогда, тебя…. И сливки.       — Ну Тэхёна, — простонал мужчина под звонкое хихиканье своего тигрёнка, который сполз с дивана, направляясь к холодильнику. — Ты хочешь моей смерти, негодный мальчишка.       — И я тебя очень люблю, Куки, — ответил омега, уплетая вкусность и улыбаясь от уха до уха.

Самой счастливой улыбкой.

***

      Раннее утро. Тишину помещения нарушает лишь шуршание одеяла. Красивый юноша удобнее кутается в своё покрывало, отворачиваясь от солнца, заглянувшего в окно. Угольные волосы разбросаны по подушке, едва завиваясь на концах. На лице ничего, кроме умиротворения и милой родинки на кончике носа. Такой картиной можно любоваться вечно. Чем и занимается высокий альфа с каштановыми волосами и небольшим свёртком в руках. Три часа назад это маленькое чудо появилось на свет. И теперь новоиспечённый отец не отпускает своего малыша ни на секунду, трепетно прижимая к себе и любуясь то сыном, то любимым, который ещё не покинул царство Морфея. Омега мучился на протяжении двенадцати часов, пока, наконец-то, не родил в четыре часа утра. Он как никто сейчас заслужил сон. Но вот спящий морщится и, нехотя, разлепляет глаза, тут же жмуря их. В белой больничной палате слишком ярко для воспалённых глаз уставшего юноши. Воспоминания минувшей ночи с трудом всплывают в его голове, а всё тело ломит от боли. С трудом омега, всё-таки, осматривает палату, натыкаясь на родной тёплый взгляд.       — Доброе утро, Тэхён-а, — тихо и ласково тянет Чон, подходя ближе к копошащемуся Тэ. — Спасибо, — жгучий поцелуй остаётся на сладких губах счастливого юноши. — Мы по тебе соскучились, — жаркий шёпот, прикрытые глаза и лоб ко лбу.       Наверное, это лучшее пробуждение в жизни Кима. Несмотря на физическую боль, парень чувствует невероятную лучащуюся легкость в душе. Его переполняет нежность, кажется, ко всему миру, а в особенности к маленькому Ённу, которого ему передал альфа, и к любимому Чонгуку. Они рядом, с ними всё хорошо. В комнате стоит греющая тишина, в руках полмира, а напротив его оставшаяся часть. Скоро сюда ворвутся шумные хёны, горя желанием увидеть малыша Чона и поздравить молодых родителей. Возможно, они поставят на уши всю больницу, а может нет. Но это будет потом. А пока… Новые красочные поцелуи, океан счастья и фантастические минуты любовной тишины.

В душе распускались пионы.

***

      На небе расцветал пурпурный закат, отражаясь в воде. Легкий и все ещё теплый ветерок трепал каштановые волосы милого омеги, что сидел на берегу реки. Его кофейные глаза задумчиво смотрели на блики на водяной глади. Сам паренёк гулял в далёких садах своего сознания, но вдруг кто-то уселся рядом, протягивая стаканчик бананового молока.       — Снова мечтаешь без меня, Ённи? — задорный голос врывается в уши, лаская слух солнечными нотками, а его обладатель лучисто улыбается сердечком и глазками щёлочками. Это настолько очаровательно, что мальчишка бессовестно зависает, заливаясь краской, как только ловит хитрый взгляд альфы.       — Если только, чуть-чуть, Хошин-а, — смущённо отвечает Чон, забирая свой напиток.       — Ты хоть и хён, но такой миленький, — продолжает рыжеволосый, переплетая их руки.       — А ты слишком наглый для любого возраста, Пак Хошин, — фыркает омежка, крепче сжимая чужую ладонь. — Учись у Юнджи, — тут же следует шутливый толчок в бок.       Ничего больше не говоря, младший двигается ближе, удобнее устраивая голову на родном плече, и с упоением вдыхает любимый запах черники, прикрывая глаза. Ённу так же ничего не говорит, лишь поглаживает большим пальцем их замок из рук и смотрит на закат.

—Люблю тебя, солнце  — И я тебя, звёздочка

End