Беда не приходит одна

Сердце Лань Ванцзи разорвалось. Разбилось на части, разлетелось осколками, забрызгало кровью грудную клетку. Ему даже на секунду показалось, что он плачет: по крайней мере, именно так он ощущал себя — но глаза оставались абсолютно сухими. Впервые за время своего существования он ощущал яростную, жгучую ненависть. Настолько сильную, что хотелось взвыть, вырвать ее из себя, потому что жить с ней было невозможно. А самое страшное заключалось в том, что тем, кого Лань Ванцзи так сильно ненавидел, был он сам. Как он мог так жестоко ошибаться? Как он мог, как он посмел так относиться к Вэй Ину? Как он мог быть настолько слеп? Как он мог не заметить, что перед ним все это время был не нахальный, безалаберный и невежественный мальчишка, а отважный, благородный и самоотверженный человек, который был готов защищать своих близких даже ценой своей жизни — так же, как его брат, великодушный Цзэу-цзюнь? Конечно, ни самого Лань Ванцзи, ни наследника Ордена Цзинь тоже нельзя было упрекнуть в трусости — они были единственными, кто встал на защиту ни в чем не повинной девушки, которую Вэнь Чао готов был убить в угоду своей любовнице, — но встать на защиту, дипломатично высказываясь против, и получить удар вместо другого человека, пожертвовав собой, подставившись — все же это разные вещи. — Эй, прекращай плакать, ладно? — обратился Вэй Ин к спасенной девушке, которая беспрестанно извинялась и рыдала. — Это же меня обожгло, а не тебя. Неужели мне придется тебя утешать? Может быть, лучше ты меня утешишь? Ладно, Цзян Чэн, отпусти меня. У меня же не нога сломана. Как он мог посчитать его плохим человеком? Человеком, который плюет на чужие чувства и у которого в голове нет ничего, кроме дурацких шуток и желания флиртовать? — Цзян Чэн, уводи людей! — заорал Вэй Ин, ударяя ладонью об землю и вызывая огромный костер, размером с человеческий рост. — Чем ты там занимаешься?! Быстрее уводи их, со мной ничего не случится! Не все умеют плавать, ну же! Как он мог допустить мысль о том, что Вэй Ин думает только о себе? И все это началось с того, что Вэй Ин взял в заложники Вэнь Чао, чтобы таким образом отвлечь на себя его внимание и внимание других вооруженных адептов — от кого? — от него, Лань Ванцзи, который за все время их знакомства ни разу не сказал ему ни единого доброго слова, и от Цзинь Цзысюаня, которого он терпеть не мог. Вэй Ин не обратил внимания на шальную стрелу, попавшую ему в руку по вине кого-то из адептов, и лишь досадливо поморщился. У него была важная цель: отвлекать монстра на себя, пока другие ученики вплавь выбираются наружу, и не было времени заботиться о всяких мелочах вроде торчащей из плеча стрелы. Лозы, по которым можно было выбраться из пещеры наверх, были обрезаны адептами клана Вэнь, а вход завален камнями: кажется, Вэнь Чао и вправду повредился рассудком и решил замуровать их прямо в этом гиблом месте. Единственным шансом спастись было вплавь пересечь водоем до другого конца пещеры, где бледным светом виднелся маленький грот. — Уходи! — бросил Вэй Ин адепту, попавшему в него стрелой. — Не мешай мне! Он призвал из земли еще один поток огня, и змее-черепаха взбесилась, замотала громадной головой и поползла на берег, вытягивая вперед длинную шею. Лань Ванцзи одарил этого юношу таким взглядом, что у того на глазах выступили слезы. Он покраснел до корней волос, пробормотал слова извинения и поспешил ретироваться. Судя по одеждам, этот человек был одним из учеников Ордена Гусу Лань, но Ванцзи не припоминал, чтобы видел его раньше. Пока тварь отвлеклась на столбы пламени, большинству учеников удалось незаметно погрузиться в озеро и скрыться. Остались только Цзян Чэн и еще трое адептов, не умеющих плавать, помощь которым он взял на себя. — Давай сюда, скорее! — позвал Вэй Ина Цзян Чэн, залезший в воду по пояс, и у него в голосе засквозило отчаянье. — Пожалуйста, Вэй Ин! — Уже иду! — отозвался Вэй Ин, осторожно пятясь назад, чтобы обойти монстра сбоку. Он схватил вонзенную глубоко в руку стрелу за древко и потянул на себя, чтобы вытащить. «Не надо!» — хотел крикнуть Лань Ванцзи, но не успел. Черепаха, привлеченная запахом крови, резко развернулась и зашипела, выдыхая на него зловонный запах мертвечины. — Ох, черт, — пробормотал Вэй Ин, откидывая стрелу в сторону. Как он мог не заметить, какие честь и благородство скрываются под завесой беззаботных шуток и флирта? Как он мог посчитать его эгоистом, как он мог его презирать? Тварь кинулась на Вэй Ина, широко разинув пасть, полную острых клыков. Лань Ванцзи вдохнул в легкие побольше воздуха, заранее представляя, какой болью отзовется его сломанная нога, если он сейчас сделает хотя бы одно резкое движение. Но эта боль — ничто. У него перед глазами возник раненый отец, пылающая пожаром библиотека Гусу Лань, исказившееся лицо брата, ужас в глазах дяди. Закрытые двери домика с горечавкой, перед которыми он, маленький и грустный, сидел на коленях, еще не зная, что они не откроются ему больше никогда. Зубастая пасть, неумолимо приближающаяся к самому доброму и благородному человеку, которого он когда-либо знал. Лань Ванцзи оперся на здоровую ногу, задержался в таком положении на мгновение и молнией метнулся вперед. Больше никто не посмеет тронуть Вэй Ина.

***

Лань Ванцзи тяжело осел на землю и прислонился спиной к влажной стене пещеры, как только Вэй Ин опустил его. Пару минут назад они буквально вырвали друг друга из зубов змее-черепахи и объятий смерти и теперь сидели рядом, тяжело дыша и все еще не веря в то, что они оба сумели сбежать. Нога Лань Ванцзи и так была сломана, а после того, как тварь еще и укусила за нее — как будто специально целилась в больное место — она начала болеть настолько, что невозможно было даже просто стоять на месте, а тем более — сражаться, поэтому Вэй Ину пришлось нести его на спине. Вэй Ину, который отвлекал монстра на себя, чтобы его друзья могли сбежать. Вэй Ину, который был ранен раскаленным клеймом за другого человека и который получил шальную стрелу в плечо от своего же товарища. Вэй Ину, который спас его, несмотря на то что Лань Ванцзи много раз просил бросить его и спасаться самому. И теперь они были живы — правда неизвестно, надолго ли. Вэй Ин присел на корточки около него с двумя палками в руках, протер их краем рукава и оценивающе осмотрел раненую ногу Лань Ванцзи. — У тебя есть бечевка или какой-нибудь длинный лоскут ткани? — спросил он. — Надо сделать перевязку. Лань Ванцзи скосил на него глаза, не понимая и даже не пытаясь понять, что он хочет сделать. Какая еще перевязка? Главное, что они живы. Главное, что Вэй Ин жив. Остальное не имеет значения. Когда Лань Ванцзи оттолкнул Вэй Ина от напавшей на него твари, в душе он уже был готов умереть. И даже был бы рад, если бы таким образом смог выиграть для него немного времени, чтобы тот успел уплыть вслед за остальными. Только вот Вэй Ин, как всегда, с лихвой превзошел все его ожидания, и теперь они оказались заперты в узкой части пещеры, в которую монстр не смог бы пролезть. Запертые и живые. — О, лобная лента подойдет! — воскликнул Вэй Ин, протягивая к нему руку. — Я сниму ее, хорошо? Лань Ванцзи не успел ничего возразить, потому что Вэй Ин сорвал с него ленту и перевязал ему рану, закрепив сухие ветки с двух сторон в качестве фиксаторов. — Ты… — прошептал Лань Ванцзи, пораженный такой наглостью, и даже попытался оттолкнуть его. Это был уже второй раз, когда Вэй Ин так неосмотрительно прикасался к его лобной ленте. И не просто прикасался, а бесцеремонно срывал ее. — Ну что — я? — спросил Вэй Ин немного виновато. — В нашем положении не стоит беспокоиться о подобном. Насколько бы ты ни обожал свою ленту, она же не может быть важнее твоей собственной ноги, правда? Лань Ванцзи не сдержал громкого выдоха. Он понял, что не дышал все то время, пока ему перевязывали рану. Значит, Вэй Ин не знал, что означает лента. Поразительно, насколько многое этот человек знает и умеет и насколько несведущим он оказывается в некоторых всем известных вещах. Значит, и в прошлый раз это была случайность. Вэй Ин никогда не пытался унизить его. Почему он думал о нем так плохо? Почему Вэй Ин спас его — человека, который все время их знакомства только отталкивал его и называл убожеством? Лань Ванцзи прикрыл глаза и лег на спину. Нет ничего страшного в том, что его ленты коснулся Вэй Ин. Ванцзи никогда не собирался отдавать никому свою лобную ленту, но вскользь подумал о том, что если он когда-нибудь все-таки сделает это, то отдать ее он сможет только Вэй Ину. И это все равно не выразит все его раскаянье. — Лань Чжань, мешочек! — громкий голос Вэй Ина вырвал его из полузабытья. — Не зря я флиртовал с Мянь-Мянь, целебные травы очень нам пригодятся! Лань Чжань, погоди, не засыпай, посмотри, что тут есть. Лань Ванцзи кое-как разлепил глаза и с трудом присел, опираясь на руки. В мешочке и правда были лечебные растения, которые могли им помочь: кровоостанавливающие и обеззараживающие. Правда от понимания того, что травы оказались полезны, тот факт, что Вэй Ин беззастенчиво флиртовал с Мянь-Мянь, приятнее не стал.

***

Стрела пролетела в миллиметре от плеча Цзян Чэна и врезалась в ствол дерева, вызывая сухой треск. Цзян Чэн дернулся и едва успел увернуться от следующей стрелы. — Держите предателя! — взвизгнул Вэнь Чао, указывая на него пальцем. — Не дайте ему уйти! Те адепты клана Вэнь, у которых еще осталось оружие, выхватили луки. Цзян Чэн бежал так быстро, как не бегал, наверно, никогда в своей жизни. Он не был уверен, что сможет избавиться от слежки, но пока псам из клана Вэнь хотя бы не удалось его ранить. Несколько людей бежали за ним, вопя что-то вслед, изрыгая проклятья и стреляя, но так ни разу и не попали. Цзян Чэн прикинул на ходу, что без меча путь до Юньмэна займет около пяти дней, и заранее приготовился к тому, что живым он может не вернуться: даже несмотря на то, что ему чудом удалось выбраться из пещеры, опасности на этом не закончились. Он мысленно поблагодарил матушку за то, что она заставляла их практиковать инедию, иначе он бы умер от голода или жажды раньше, чем смог пройти половину пути. Цзян Чэн, не прекращая бежать, обернулся, чтобы проверить, как далеко ему удалось оторваться от своих преследователей, и в этот момент со страшной силой врезался во что-то. В кого-то. Они столкнулись головами и покатились вниз по склону, ударяясь о ветки и корни деревьев. Когда падение закончилось последним ударом о землю, Цзян Чэн несколько секунд не мог прийти в себя, только смотрел вверх на высокое небо и пытался сфокусировать взгляд. А затем его окатило волной паники: с кем он только что столкнулся? Цзян Чэн резко сел — голова отозвалась тяжелой тупой болью — и уставился на человека напротив. — Какого черта?! — закричал он, отшатнувшись. — Вэй Нин, что ты тут делаешь, скажи на милость?! Цзян Чэн протянул ему руку, помогая сесть, и Вэй Нин оперся о его плечо, держась за правый висок. — Ну и череп у тебя, Цзян Чэн… — протянул Вэй Нин, морщась. — Если бы я тоже бежал так быстро, как ты, мы бы сейчас оба могли быть мертвы. Согласись, глупая смерть? — Ты что тут забыл? — перебил его Цзян Чэн. — Ты разве не остался дома? — Остался, — кивнул Вэй Нин и помедлил перед тем, как продолжить. — Просто я почувствовал, что с А-Ином случится что-то плохое. У меня заболело, очень сильно заболело… вот тут. Он указал ладонью на место под ключицей, куда Вэй Усянь получил недавно клеймо Ордена Вэнь. — Но… — Цзян Чэн прокашлялся, слыша, как слова, вырывающиеся из его горла, звучат все более сипло. — Его ударили тавром буквально только что, а ты почувствовал это давно? Как ты вообще добрался? Ты же пока не можешь летать на мече? Сколько дней назад ты ушел из дома?! Матушка с отцом знают об этом? — Тихо, — шикнул Вэй Нин, пригибаясь и заставляя шиди тоже пригнуться. — Что происходит? За тобой погоня? — Вроде того, — шепотом ответил Цзян Чэн. — Псы из клана Вэнь. А Вэй Ин сейчас заперт в пещере с огромной тварью. Кажется, с ним еще остался Лань Ванцзи. Вэй Нин на этих словах расширил глаза и побледнел. — Что за тварь? Они смогут спастись? Цзян Чэн с силой сжал его плечо. — Я не знаю, — сказал он. — Я бежал за подмогой, когда столкнулся с тобой. Ты зря пришел, мы вдвоем все равно не сможем ничего сделать. Я безоружен, а ты… — А я просто бесполезен, — кивнул Вэй Нин, даже не обидевшись. — Почему ты безоружен, где твой меч? Цзян Чэн поджал губы и заговорил еще тише, потому что неподалеку раздались чужие голоса. — Они заставили нас в первый же день сдать все оружие, — процедил он. — Вэй Ин и Лань Ванцзи тоже безоружны. Вэй Нин в ужасе закрыл рот рукой. Люди в белых одеждах с красным солнцем были еще довольно далеко, но все равно можно было расслышать их разговоры. — Найдите его! — орал Вэнь Чао. — Найдите и приведите живым ко мне! Я видел, что эта падаль выбралась из пещеры! Ох, как он пожалеет, что не остался в пещере и не позволил той твари себя сожрать! — Вэй Нин, — тихо сказал Цзян Чэн. — Я знаю, что ты будешь возражать, но, пожалуйста… беги. Беги домой, приведи подмогу. Если они схватят меня, я вытерплю, что бы они ни сделали. А ты можешь… Вэй Нин покачал головой. — Бежать домой без надобности, — сказал он. — Что? — не понял Цзян Чэн и повернул к нему голову. — В каком смысле? — Повезло, что гору Муси окружает такой дремучий лес, — продолжил Вэй Нин, проигнорировав его вопрос. — Здесь легко будет спрятаться и переждать несколько дней. Нам нужно только подождать, пока они уйдут отсюда. — Они знают, что мы побежим в Юньмэн, — прошипел Цзян Чэн. — Если мы останемся тут, то домой уже не вернемся, они могут перекрыть дорогу. Ты должен бежать прямо сейчас! Если тебе плевать на меня, плевать на себя, то подумай хотя бы о Вэй Ине! Если мы не приведем подмогу, они точно погибнут. — Мы приведем подмогу, — сказал Вэй Нин, и будущий глава Ордена Цзян впервые увидел в его взгляде такую твердость. — Но нам не нужно для этого бежать домой. Нужно переждать в лесу, пока Вэни уйдут достаточно далеко. Цзян Чэн посмотрел на него непонимающе. — Достаточно далеко… чтобы что? Вэй Нин достал из-за пояса флейту, покрутил ей перед его носом, и Цзян Чэн готов был поспорить, что в этот момент в его взгляде светилось бесконечное самодовольство. — Я, конечно, бесполезен, — сказал Вэй Нин, ухмыляясь. — Но кое-чем все же смогу помочь.