Беда не приходит одна

Вэй Нин одной рукой дернул за рукав Лань Сичэня, а другой — Лань Чжаня. — Надо уйти, пока они не увидели нас, — тихо сказал он. — Мне точно здесь оставаться нельзя, а то это будет полный абсурд, если она сейчас увидит, что нас двое. Особенно с учетом того, что А-Ин при их последней встрече так ей врезал, что она плевала кровью. Но вам я бы тоже советовал временно скрыться. — А-Нин прав, — кивнул Вэй Усянь. — Они схватили шестого шиди и обвинили в мятеже из-за воздушного змея — до сих пор не понимаю, в чем тут логическая цепочка, но им, видимо, не нужны причины для того, чтобы осудить. А если они сейчас увидят у нас двух Нефритов Гусу Лань, один из которых считается мятежником, который выступил против Вэнь Чао, а второй… кхм, пропавшим без вести после сожжения Облачных Глубин… Госпожа Юй презрительно прищурилась, но на удивление спорить не стала. Она просто молча направилась к воротам с ледяным выражением лица, а за ней последовали ее личные служанки. Вэй Усянь с Цзян Чэном переглянулись и тоже пошли за ними. Вэй Нин пальцем поманил за собой двух Нефритов, они нырнули в кусты около озера и затаились, наблюдая оттуда за процессией. У Лань Чжаня было не очень счастливое лицо, и Вэй Нин подумал, что вряд ли ему часто приходилось прятаться по кустам. Что ж, все когда-нибудь случается впервые. Они не слышали, что именно говорила Ван Линцзяо, но судя по напряженной и грозной позе Госпожи Юй, это было что-то не слишком приятное. Вэй Нин думал, что сейчас они отправятся в Главный зал, но вместо этого они свернули куда-то к тренировочной площадке. Лань Сичэнь заметил его недоумевающее выражение лица и спросил: — Куда они направляются? — Понятия не имею, — ответил Вэй Нин. — Но в любом случае давайте следить за ними издалека. Лань Сичэнь кивнул и подвинулся вперед: кажется, в отличие от брата, его забавляла эта импровизированная игра в разведчиков. Этот внезапный визит Ордена Вэнь выглядел очень подозрительно, и грудь Вэй Нина сдавило нехорошее предчувствие. Он не хотел казаться параноиком и поднимать панику раньше времени, но вполне логично рассудил, что лучше будет перестраховаться, чем потом всю жизнь сожалеть. Поэтому, когда их гости отошли на безопасное расстояние, он, смотря им в спину немигающим взглядом, достал из-за пояса флейту и выпустил из нее тонкую трель — совсем тихую, чтобы ее точно никто не услышал. Вэй Нин с братьями Лань следовали за адептами клана Вэнь некоторое время, и лицо Вэй Нина с каждой минутой становилось все более удивленным, а настроение — все более раздраженным. Все указывало на то, что Госпожа Юй проводила этим псам экскурсию по резиденции Юньмэн Цзян. С какой стати и с каких пор, спрашивается, она проводит чужим любовницам экскурсии по Пристани Лотоса? Наконец вся эта странная компания зашла в Главный зал, и Ван Линцзяо горделиво заняла почетное место, смотря на остальных свысока. Вэй Нин поспешно отвернулся от нее, потому что побоялся, что его может стошнить от одного вида ее мерзкого лица. Он уже прекрасно знал по рассказам Вэй Усяня, что эта женщина из себя представляет. Ван Линцзяо начала что-то говорить. Вэй Нин с братьями Лань остановились у одной из колонн недалеко от входа, и Вэй Нин периодически выглядывал из-за нее, чтобы посмотреть, что происходит в зале. Лань Сичэнь вдруг с силой сжал его руку. — Почему тут Сжигающий Ядра? — прошептал он, легким кивком головы указывая на стоящего неподалеку от входа Вэнь Чжулю. Вэй Нин расширил глаза и на всякий случай спрятался подальше за колонну. — Насколько я понимаю, он телохранитель Вэнь Чао и его шавки, — ответил он тихо. — Но если тут он, зачем она притащила с собой столько народу? Целую свиту… Он внимательнее всмотрелся в адептов клана Вэнь. — Тут точно что-то не так, — пробормотал Вэй Нин, напрягая зрение. — Такое ощущение, что это… — Ловушка, — закончил за него Лань Чжань. Вэй Нин кинул на него обеспокоенный взгляд. — Я так и знал. Лань Чжань, почему ты так думаешь? — Сигнальные фейерверки, — коротко ответил Лань Чжань. — Они у каждого из них, — подтвердил Лань Сичэнь. — Они заранее готовились к тому, чтобы позвать сюда целую армию, если что-то пойдет не так. — Но зачем? — растерялся Вэй Нин. — Разве мы сделали что-то плохое? Он вгляделся в лицо Госпожи Юй и с ужасом понял, что именно может пойти не так. Она едва сдерживала гнев. Ему самому была противна Ван Линцзяо, но у Госпожи Юй неприязнь к этой женщине находилась на совершенно другом уровне. Она без каких-либо на то причин взяла под стражу одного из адептов, заявилась на порог к хозяйке Ордена, уселась на почетное место и теперь говорила что-то так важно, словно была императрицей, а не просто служанкой, добившейся благосклонности сына главы Ордена через постель. — Если Госпожа Юй разозлится и ударит ее, это будет плохо, — прошептал Вэй Нин. — Они точно нападут на нас! Мне нужно срочно что-то предпринять. Как-то отвлечь ее или убедить сохранять спокойствие… — Бесполезно, — прервал его Лань Сичэнь, и Вэй Нин заметил, как он побледнел. — Судя по тому, что я видел за это время, нрав у госпожи Цзян очень буйный. Что бы ты ни сказал, она не остановится. Мне кажется, что они специально это подстроили, чтобы начать войну. — Глава Ордена Цзян… — медленно сказал Лань Чжань и свел брови к переносице. — …отбыл сегодня утром, — кивнул Лань Сичэнь и сжал кулаки. — Они специально выбрали время для визита, когда его не будет. — Надо срочно что-то придумать, — процедил Вэй Нин, снова заглядывая в зал и пытаясь понять, что там происходит. — Нам надо просто потянуть время до возвращения дяди Цзяна. Хорошо, что шицзе вчера уехала в Мэйшань к бабушке, не хватало еще ее в это втягивать! — Вэй Нин! — Лань Сичэнь схватил его за предплечье, разворачивая к себе лицом. В его голосе сквозила странная боль, словно он чувствовал себя виноватым за то, что ему приходится это говорить. — Боюсь, что глава Ордена… не успеет вернуться. Он не знает, что тут происходит, поэтому сейчас еще либо находится в Цишане, либо возвращается на лодке. Если бы он летел на мече, то, возможно, мог бы успеть, но он просто не знает… Вэй Нин несколько раз глупо моргнул, чувствуя, как его рука согревается от прикосновения теплой ладони, и пожал плечами, отводя взгляд куда-то вбок. — Так он знает. Лицо Лань Сичэня слегка вытянулось. — Что, прости?.. — Он знает, — повторил Вэй Нин, кивком головы указывая на свою флейту. — Думаешь, я решил сыграть просто от большой радости, что к нам пришли такие высокопоставленные господа? Я позвал дядю Цзяна сразу, как только увидел их, потому что по лицу этой мерзавки было сразу понятно, что тут что-то не так. Лица Лань Чжаня и Лань Сичэня стали одинаково нечитаемыми, но в их глазах проскользнуло что-то, подозрительно напоминающее надежду. — А сейчас, — Вэй Нин достал флейту легким движением и криво усмехнулся, — я попрошу его поторопиться.

***

Вэй Усянь и Цзян Чэн слушали, что говорит Ван Линцзяо, с немым изумлением. Даже у Вэй Усяня, казалось, отнялся язык, хотя обычно его невозможно было заткнуть: он был просто поражен степенью ее наглости и потому даже не находил слов, чтобы выразить свое негодование. Эта женщина утверждала, что обвинила в измене их адепта из-за того, что он стрелял в воздушного змея, на котором был нарисован золотой одноглазый монстр, похожий на солнце. И следовательно, он носил в голове коварный замысел по свержению Ордена Цишань Вэнь, чьим символом было солнце. Она была настолько уверена в своей правоте, что доказывать ей обратное было все равно что разговаривать с ослом — тот и то был бы более сговорчивым. Вдоволь насладившись чужой реакцией, Ван Линцзяо наконец перешла к цели своего визита. И — кто бы сомневался — на самом деле она пришла в Юньмэн Цзян только для того, чтобы по заслугам наказать одного злодея из их Ордена — Вэй Усяня. Который вел себя дерзко и непочтительно, устраивал смуту и был виноват в том, что второй господин Вэнь выронил в озеро свой прекрасный меч. Технически, последний пункт не являлся ложью, но зато все остальное было переврано до неузнаваемости. Цзян Чэн и Вэй Усянь переглянулись: они подумали об одном и том же. Слишком уж вовремя Цзян Фэнмянь покинул Пристань Лотоса, это было не похоже на обычное совпадение. Кажется, Орден Вэнь просто хотел сделать так, чтобы некому было защитить Вэй Усяня. Или же причина крылась в чем-то большем?.. Впрочем, пару секунд спустя Ван Линцзяо сказала это практически прямым текстом: — Сейчас главы Ордена здесь нет, и надеюсь, Госпожа Юй примет взвешенное решение. А потом она, смеясь и прикрывая рот ладошкой, мягко намекнула на то, что если Госпожа Юй не накажет Вэй Усяня, это будет означать, что слухи о давней любовной связи главы Ордена Цзян и матери Вэй Усяня являются правдой. Вэй Усянь снова не понял ее логику, но выслушивать эти бредни больше намерен не был. Он не мог простить того, что эта женщина очерняла его любимого дядю Цзяна. Вэй Усянь угрожающе сделал шаг вперед, собираясь высказать Ван Линцзяо все, что он о ней думает, но вместо этого внезапно почувствовал, как мир перед глазами переворачивается. — Матушка! — воскликнул Цзян Чэн, кидаясь к Госпоже Юй, но та отмахнулась от него. — Цзян Чэн, пойди прочь, а иначе тоже окажешься на коленях! — процедила она и снова занесла руку для удара. — Цзян Чэн, отойди! Не лезь! Вэй Усянь приподнялся на локтях, оттолкнул от себя Цзян Чэна и попытался хотя бы закрыть голову, ожидая новой волны боли от удара Цзыдянем, но ее не последовало. Дверь в главный зал распахнулась, и Госпожа Юй замерла с искрящимся молниями хлыстом в руке, молча смотря на ввалившегося внутрь человека. — Эм, всем привет, — виновато улыбнувшись, произнес Вэй Нин. — А я тут… мимо проходил.

***

Вэй Нин понятия не имел, что скажет. Он не успел об этом подумать — все, что ему нужно было, это просто потянуть время настолько, насколько это было возможно. Он внимательно следил за происходящим, не зная, в какой момент ему лучше выйти, и перебирая в голове разные варианты. Но когда Вэй Нин увидел, как Госпожа Юй со всей силы ударила хлыстом его брата, этот вопрос отпал сам собой. Выходить надо было немедленно. — Эм, всем привет, — виновато улыбнувшись, произнес он, ввалившись в зал. — А я тут… мимо проходил. Госпожа Юй сделала страшные глаза. Ужас на ее лице был настолько искренним, что даже можно было подумать, что она тоже все это время была не в курсе, что братьев Вэй на самом деле двое. Ван Линцзяо открывала и закрывала рот, захлебываясь воздухом, как выброшенная на берег рыба, и не могла вымолвить ни слова. Вэй Нин подумал, что стоило устроить это представление хотя бы ради того, чтобы увидеть это выражение на ее гадком лице. Впрочем, у остальных адептов клана Вэнь реакция была не менее красноречивой. Цзян Чэн обреченно закрыл лицо обеими руками и не издавал ни звука. Вэй Нин не был уверен, что именно в тот момент испытывал его шиди, но, кажется, ему было стыдно. Очень стыдно. — Что?.. — Ван Линцзяо наконец пришла в себя и обрела способность говорить. — Что тут, черт побери, происходит?! — Прости-и-ите, — протянул Вэй Нин, удивленно хлопая глазами, и сделал к ней шаг, — я просто шел в туалет и случайно забрел сюда… А тут такие ва-а-ажные люди! — Не заговаривай мне зубы! — взвизгнула Ван Линцзяо и отшатнулась от него. — Кто ты такой?! Почему… почему вас двое? — Эх, — скорбно вздохнул Вэй Нин, — раз уж так получилось, я вынужден признаться. На самом деле вы только что ударили не того человека. Это я был в пещере на горе Муси, и я устроил там беспорядок. А-Сянь тут ни при чем, поэтому, пожалуйста, накажите меня вместо него. Он намеренно произнес имя «А-Сянь», которое было применимо к ним обоим. Госпожа Юй сжала губы. — Вэй Усянь, — процедила она, смотря ему прямо в глаза, и Вэй Нин с удовольствием отметил, что она все еще не научилась их различать. — Подойди сюда, ты, нарушитель правил. Мало того, что ты опозорил наш Орден, ты еще и заставил брата терпеть вместо себя побои? — Брата? — глупо переспросила Ван Линцзяо. — Ну а кого еще, — подмигнул ей Вэй Нин, — ты же не думала, что у тебя просто в глазах задвоилось? Он подошел к Госпоже Юй и со скорбным выражением лица сел перед ней на колени. — Я готов, — сказал он. — Можете бить. — Подождите! — воскликнул Вэй Усянь и замахал руками. — Не трогайте А-Сяня! Это я был в пещере, и из-за меня второй молодой господин Вэнь потерял свой меч! — Нет, это был я! — закричал Вэй Нин, оборачиваясь к Госпоже Юй. — Мой милый А-Сянь просто прикрывает меня! — Довольно! — рявкнула Госпожа Юй, ударяя хлыстом по полу. — Что за представление вы тут устроили? — Так кто… — прошипела Ван Линцзяо. — Кто из вас двоих Вэй Усянь?! — Я!— хором ответили близнецы, и Вэй Нин краем глаза заметил, что Цзян Чэн выглядит так, словно собирается заплакать. Плечи будущего главы Ордена Цзян мелко подрагивали, и Вэй Нину захотелось сказать ему что-нибудь утешительное, но что-то в облике шиди показалось ему странным. Подождите… Он плачет… от смеха? Несмотря на старания близнецов, Госпожа Юй все-таки решила проблему. И сделала она это довольно радикально — как и полагалось Пурпурной Паучихе. Вэй Нин почувствовал, как падает рядом с Вэй Усянем, ударяясь подбородком об пол, и следующий удар сверкающим хлыстом пришелся уже по ним обоим. — Мне плевать, кто из вас кто, — прорычала Госпожа Юй, с каждым словом нанося им новый удар, — от вас обоих одни неприятности! Раз вы так хотели устроить тут театральное представление — пожалуйста, будьте готовы заплатить за это! Цзян Чэн перестал смеяться. Он кинулся наперерез Госпоже Юй, пытаясь схватить ее за руку, но та вздернула хлыст, чуть не ударив его самого. — Матушка! — в ужасе закричал он. — Прошу, остановись! Ты же знаешь, тело Вэй Нина… — Я не виновата, что он такой слабак! — рявкнула Госпожа Юй. — Если он знает, что не выдержит удары Цзыдяня, так пускай тогда не лезет не в свое дело! А раз полез — значит, пусть терпит! Справедливое замечание, подумал Вэй Нин, прежде чем выплюнуть на пол сгусток крови.

***

Ван Линцзяо осталась недовольна наказанием. И даже вид полумертвого Вэй Нина, лежащего лицом в луже собственной крови, не смог удовлетворить ее. — А-Нин, — прохрипел Вэй Усянь, пока Ван Линцзяо и Госпожа Юй решали их дальнейшую судьбу, — ты живой? Зачем ты полез? Кажется, Ван Линцзяо просила отрубить кому-нибудь из них руку, любезно согласившись сделать это только с одним из братьев на выбор. — Иньчжу, Цзиньчжу, заприте двери, — приказала Госпожа Юй своим служанкам. — Нам не нужно, чтобы кто-то увидел кровь. — Все в порядке, А-Ин, — отозвался Вэй Нин, с трудом поворачивая к нему голову. — Ты же заметил, что Госпожа Юй била не в полную силу? — Матушка! Матушка, прошу, послушайте! — послышался сзади отчаянный вопль Цзян Чэна. — Я умоляю вас! Не отрубайте ему руку! Если отец узнает об этом… — Да, — прошептал Вэй Усянь, не обращая на них никакого внимания: ему не было до этого дела, пусть ему отрубят руку, главное, что его брат остался жив после этого избиения, — я заметил. Но для тебя даже такие удары… Ты выглядишь… — Даже не напоминай мне о своем отце! — голос Госпожи Юй прозвучал где-то в отдалении. — Что же будет, если он узнает? Неужели убьет меня?! Вэй Нин хотел рассмеяться, но вышло только закашляться. — Мне кажется, что у меня от околесицы, которую несла эта мерзавка, образовался в груди застой дурной крови, — тихо ответил он. — А это вредно для здоровья. Думаю, можно сказать спасибо Госпоже Юй за то, что она вынудила меня сплюнуть эту скопившуюся внутри дрянь. — Госпожа Юй, я просто восхищаюсь вами! — восторженно воскликнула Ван Линцзяо. — Очевидно, в дальнейшем мы с вами наверняка сможем договориться о надзирательном пункте! — Мда уж, — вздохнул Вэй Усянь. — Я тоже делал так в пещере с Лань Чжанем, но тут целая лужа… Мне кажется, тебе все-таки что-то сломали. — Какой еще надзирательный пункт?! — закричал Цзян Чэн, и его глаза покраснели от гнева. — Это наш дом! — По ощущениям ничего не сломано, — возразил Вэй Нин. — Но было бы хорошо, если бы кто-нибудь помог мне подняться на ноги. — Вначале я еще сомневалась, сможет ли Пристань Лотоса взять на себя столь ответственную роль, — проворковала Ван Линцзяо, изгибая уголок губ в улыбке, — ведь здесь все разваливается от старости, и, к тому же, появилось несколько мятежников. — Я передам тебе духовную энергию, — сказал Вэй Усянь, сжимая ладонь брата и начиная вливать в нее поток Ци. — А-Нин, погоди пару минут, сейчас все заживет. — Но раз уж Госпожа Юй так прилежно выполняет мои приказы, и ваш характер как раз в моем вкусе, я все-таки решила доверить эту величайшую честь… Этот шлепок был громче, чем звук от удара Цзыдянем. В наступившей гробовой тишине он прозвучал почти оглушительно. Вэй Усянь и Вэй Нин резко вскинули взгляды наверх, не понимая, что только что произошло. — Как смеешь ты, рабыня! — угрожающе медленно проговорила Госпожа Юй, и в ее голосе был отчетливо слышен треск молний Цзыдяня. — Прежде чем бить собаку, смотри, кто ее хозяин! Цзян Чэн быстро подсел к братьям и закинул руку Вэй Нина себе на плечо, помогая ему подняться. — Вэй Нин, ты как? — А-Ин, Цзян Чэн, — пробормотал Вэй Нин, в ужасе глядя на то, как Госпожа Юй залепила Ван Линцзяо еще одну пощечину, — остановите ее, кто-нибудь. Это ловушка! — Что? — округлил глаза Цзян Чэн. — О чем ты?.. — И ты еще передо мной посмела рассуждать о высших и низших? Так я напомню тебе, кто здесь сверху, а кто снизу! Я — сверху, ты — снизу! Огненная вспышка сигнального фейерверка вырвалась из рук Ван Линцзяо и со свистом взлетела высоко в воздух, ударяясь о темное небо и рассыпаясь на тысячу осколков, формирующих символ солнца. — О небеса… — прошептал Вэй Нин, понимая, что больше шанса для отступления у них нет.

***

— К оружию, немедленно! — крикнула Госпожа Юй, и в Главный зал на ее крик сбежались адепты Ордена Юньмэн Цзян. Большинство из них были напуганы и ошарашены, но отступать или сбегать они не собирались. Служанки Госпожи Юй выхватили свои кнуты и бросились на Вэнь Чжулю, закрывающего собой Ван Линцзяо. Госпожа Юй схватила за руку Цзян Чэна и пару мгновений переводила хаотичные взгляды с Вэй Нина на Вэй Усяня, словно думая, кого из них выбрать — но для чего? — и остановила свой выбор на Вэй Усяне. — Я не знаю, кто из вас кто, но ты явно будешь покрепче, — прошипела она. — Матушка, что?.. — пробормотал Цзян Чэн, пытаясь вырвать руку у нее из хватки. — Что… что ты делаешь? Остановись, куда мы идем?! Госпожа Юй не ответила, она резко бросилась к выходу, сжимая в одной руке запястье сына, а в другой — Вэй Усяня. Но до выхода она добраться не успела. Двери распахнулись, с силой ударяясь о стены, и от этого удара, казалось, затряслось все здание резиденции. В Главный зал с бледным и решительным лицом вошел Цзян Фэнмянь. За спиной у него стояли два Нефрита Гусу Лань и глава Ордена Цинхэ Не — Не Минцзюэ — с группой своих адептов. Безумный взгляд Цзян Фэнмяня остановился на Госпоже Юй и слегка смягчился. Он успел вовремя. Глава Ордена Цзян отвел взгляд от жены, коротко кивнул Вэй Усяню и Цзян Чэну, безмолвно благословляя их на битву, и кинул им вернувшиеся из Цишаня мечи. Вэй Усянь поймал Суйбянь в воздухе и успел только крепко сжать его рукоять в руке, чувствуя, как оружие откликается на его прикосновение. А потом начался хаос.