Беда не приходит одна

— О-о-о! — восхищенно воскликнул Вэй Усянь, увидев, что к ним навстречу идет Цзинь Цзысюань. — Да это же молодой отец! Цзинь Цзысюань замер и залился краской, как мальчишка. — Чего тут стесняться? — не менее громко спросил Вэй Усянь — так, что, наверно, слышала вся Башня Золотого Карпа. — Мы все уже давно знаем, откуда берутся дети! — Да что ты за человек такой? — зашипел Цзян Чэн, отвешивая ему подзатыльник. — Цзинь Цзысюань, доброе утро. Цзинь Цзысюань взял себя в руки и поклонился им, кашлянув в кулак. — Еще пока не отец, — сказал он слегка смущенно. — Приветствую, господа. — А что это у тебя с лицом? — прищурился Вэй Нин. — Дорогой цзефу, какого черта оно такое кислое? Как вообще смеет быть чем-то недоволен человек, у которого такая замечательная жена? — Я всем доволен, — нахмурился Цзинь Цзысюань. — Просто… — он вздохнул и снова поклонился. — Хочу попросить у вас прощения за поведение своего отца и Цзинь Гуанъяо. — Ой, да забудь, — Вэй Усянь махнул рукой. — Я видел, что ты пытался защитить меня, ты не виноват в том, что твои родственники — мерзавцы. Лицо Цзинь Цзысюаня из красного стало почти белым. — Я бы попросил тебя… не говорить так о моем отце. — Разве не ты только что просил прощения за его недостойное поведение? — поинтересовался Вэй Нин. — Все верно, — подтвердил Цзинь Цзысюань, — но… я думаю, у него есть на то причины. Не хочу его оправдывать, но мне на самом деле кажется, что у него не было злых помыслов. Просто отец уверен, что ты действительно убийца, и считает, что ты вводишь всех в заблуждение. Поэтому они решили доказать это весьма… радикальным способом. — А это имеет смысл, — задумчиво сказал Вэй Усянь. — Цзинь Цзысюань, а как ты считаешь, твой сводный брат способен на подлость? — Цзинь Гуанъяо? На подлость? — переспросил Цзинь Цзысюань и, казалось, погрузился в размышления. — Не думаю. Он довольно… вертлявый человек, и он жаждет всеобщего признания, это точно. Но не думаю, что вам стоит беспокоиться по поводу него. Братья Вэй красноречиво переглянулись, но дальше развивать эту тему не стали. Не стоило тревожить своими подозрениями человека, у которого скоро должен был родиться сын — и не просто сын, а сын Цзян Яньли. — Шицзе сказала тебе, что мы выбрали имя для твоего будущего наследника? — спросил Вэй Нин. — Сказала, — вздохнул Цзинь Цзысюань. — На слух похоже на «Цзинь Жу Лань», где Лань — это синий, фамильный знак Ордена Гусу Лань. Разве можно потомка Орденов Ланьлин Цзинь и Юньмэн Цзян назвать «подобным синеве»? — А что плохого в фамильном знаке Лань? — удивился Вэй Усянь. — Орхидея — благороднейшая среди цветов, а Орден Гусу Лань — благороднейший среди людей. Прекрасное имя! — Я бы в жизни не согласился назвать так ребенка, — фыркнул Цзинь Цзысюань. — Но раз того хочет А-Ли, то пусть будет так. Вэй Нин улыбнулся, услышав эти слова. Возможно, все же Цзян Яньли выбрала себе не самую плохую партию. Еще со времен спасения остатков клана Вэнь на тропе Цюнци близнецы сменили гнев на милость по отношению к наследнику клана Цзинь, а его искренняя (хоть и внезапная) любовь к шицзе растопила их сердца, как солнце топит талый снег. — Ты должен стать примерным мужем, понятно? — пригрозил ему Вэй Усянь. — Если мы узнаем, что ты хоть чем-то обидел шицзе… — Я сам убью любого, кто попробует ее обидеть, — Цзинь Цзысюань привычным движением вздернул подбородок. — Можешь даже не говорить мне этого. — Если шицзе счастлива, то и мы счастливы, — успокаивающе сказал ему Вэй Нин. — Береги ее, хорошо? — Как самое ценное сокровище, — кивнул Цзинь Цзысюань очень серьезно, и это заставило довольно хмыкнуть даже вечно мрачного Цзян Чэна.

***

— Да ты издеваешься!!! — орал Цзян Чэн, тряся Вэй Усяня за шкирку, как нашкодившего котенка. — Какого черта тебе надо в Гусу?! Что следующее — Нечистая Юдоль?! Ты готов пойти куда угодно, лишь бы не в свой собственный Орден?! — Цзян Чэ-эн, — жалостливо тянул Вэй Усянь, пытаясь отбиться. — Ну мы ненадолго! Буквально на несколько дней, и сразу вернемся! — Да, конечно, — рычал Цзян Чэн, — только потом тебе срочно понадобится в Ланьлин, а потом — на твою чертову гору Луаньцзан! Как же я жалею, что в тот раз не удушил тебя Цзыдянем! Лань Чжань наблюдал за этой картиной с лицом белее мела, и останавливал его от убийства главы Ордена Цзян только Вэй Нин, который удерживал его за руки вместе с Лань Сичэнем. — Лань Чжань, не нервничай, — шептал он ему. — Они всегда так! Цзян Чэн не причинит ему вреда! — Вчера он чуть не убил его, — холодно ответил Лань Чжань. Вэй Нин пространно помотал головой. — Понимаешь ли, там все немного сложнее… — Цзян Чэн, ну не обижайся! — они уже поменялись местами, и теперь Цзян Чэн пытался гневно уйти, а Вэй Усянь удерживал его за запястья, локти, колени — за все, до чего мог дотянуться. — Ну прости меня! — Хватит извиняться! — рявкнул Цзян Чэн, разворачиваясь к нему. — Вэй Усянь, за что ты вообще сейчас извиняешься?! Вэй Усянь все еще чувствовал себя виноватым за то, что наговорил шиди под давлением голосов в голове, и теперь ему было вдвойне стыдно ехать в Гусу, вместо того чтобы вернуться в Пристань Лотоса. Но ему было просто жизненно необходимо провести с Лань Чжанем хоть немного времени. — Цзян Чэн, хватит бегать за ними, — осадила сына подошедшая Госпожа Юй. — Ты не собака, а глава Великого Ордена. Не хотят возвращаться — так вышвырни их вон, с чего вдруг ты их упрашиваешь? — Я не упрашиваю! — Цзян Чэн мгновенно пришел в ярость, и ткань ханьфу Вэй Усяня под его пальцами опасно натянулась. — Я просто… — Цзян Чэн, — Вэй Нин наконец отпустил Лань Чжаня, поняв, что тот не собирается никого убивать, и подошел к нему. — Послушай, нами движет не праздное любопытство. Я тебе уже говорил причину, по которой нам нужно в Облачные Глубины. Мы прошерстили лишь малую часть библиотеки в поисках информации о восстановлении золотого ядра, и у нас осталось еще много книг и целая запретная секция. Если не веришь — можешь отправиться с нами, от помощи в поисках мы тоже не откажемся. Цзян Чэн некоторое время сверлил его взглядом, а затем выдохнул, выпуская из рук отворот мантии Вэй Усяня. Напоминание об отсутствии у него золотого ядра заставило Цзян Чэна смягчиться. — Я не могу пойти с вами, меня ждут дела Ордена, — ответил он хмуро. — Идите в свою библиотеку. И знайте, если вы не найдете там способ вернуть Вэй Ину ядро, я сломаю вам ноги. — Спасибо, Цзян Чэн, — улыбнулся Вэй Усянь. — Уж что-что, а мотивировать ты умеешь.

***

— М-м-м, наконец-то! — воскликнул Вэй Усянь, с упоением вгрызаясь в куриную ножку под Сычуаньским соусом. — Я уж думал, что никогда не отведаю Хунаньской кухни! В Цайи есть такое прекрасное место, а вы все равно едите свою безвкусную рисовую кашу? Будь я адептом Гусу Лань, каждый день прибегал бы сюда обедать! — А потом стоял бы на коленях в Храме Предков до ужина, — согласился с ним Вэй Нин, доставая из пиалы крупные семена сушеных бобов. — Мне кажется, Лань Цижэнь не простил бы тебе такого отношения к трапезе. — Это стоит того! — возразил Вэй Усянь. — Лань Чжань, за то, что ты показал мне это место, я буду слушаться тебя всегда! — Разговаривать за едой запрещено, — сказал Лань Чжань строго, но глаза его светились такой теплотой и счастьем, что просто невозможно было воспринимать эту строгость всерьез. Вэй Усянь расхохотался, едва не обмазываясь соусом, и наклонился влево, кладя голову ему на плечо. — Гэгэ, — протянул он, наблюдая за тем, как мочки ушей Лань Чжаня начинают алеть, — я так удобно тут прилег, ты не будешь сердиться, если я случайно тебя испачкаю? Соус такой красный, а твоя одежда такая белая… — Не буду, — ответил Лань Чжань и даже приобнял Вэй Усяня за плечо, чтобы тот не отодвинулся. Вэй Нин скосил глаза на сидящего рядом Лань Сичэня, который спокойно ел рис, пребывая где-то глубоко в своих мыслях, и не замечал, что напротив него его брат обнимается с Вэй Усянем, находясь в публичном месте. Вэй Нин придвинулся поближе. Лань Сичэнь не шевелился и словно не замечал его передвижений. Но Вэй Нин достаточно хорошо знал Лань Сичэня, чтобы понимать, что он, конечно же, все замечает, просто старательно делает вид. Вэй Нин развернулся к Лань Сичэню лицом и задумчиво облокотился на стол. — Гэгэ, — позвал он, повторяя обращение, которым его брат назвал Лань Чжаня. Лань Сичэнь моргнул и посмотрел на него, повернув голову. В его глазах читалось изумление, небольшая растерянность и… Вэй Нин едва не подпрыгнул от восторга — это было смущение! — Гэгэ, — повторил он, улыбаясь, и — о да, ему не показалось! — скулы Лань Сичэня слегка окрасились. Лань Сичэнь прищурился, смотря на него, и тоже облокотился на стол. — Ха-Нин, — сказал он, и Вэй Усянь напротив них поперхнулся специями, — зачем ты меня зовешь? — Чего-о-о? — округлил глаза Вэй Усянь, едва не вскакивая с места. — Он называет тебя «Ха-Нин»? Вэй Нин отвернулся и закрыл лицо ладонями, понимая, что этот раунд снова остался за Лань Сичэнем. Они недавно прибыли в Гусу. Лань Чжань нес Вэй Усяня на мече, поскольку тот не мог лететь сам, и Вэй Нин всю дорогу завидовал брату — завидовал, что у него нет золотого ядра! — потому что ему пришлось лететь одному. Стоило им ступить на землю, как у Вэй Усяня громко заурчал живот, и он потребовал зайти в ближайшую харчевню перекусить. И, как по волшебству, ближайшей оказалось харчевня с кухней Хунань, знаменитой своими острыми блюдами. Заходя внутрь, Вэй Усянь громко воскликнул: «Давайте устроим двойное свидание!», чем заработал множество косых взглядов в свою сторону, и до сих пор эти взгляды не прекратились, а, казалось, лишь усилились — возможно, потому что сейчас он так тесно прижимался к Лань Чжаню, что чуть не залез ему на колени. — Кстати! — сказал Вэй Усянь, ловко подхватывая пальцем каплю соуса, которая грозила упасть на белоснежное верхнее ханьфу Лань Чжаня. — Знаете, мне сегодня снился очень странный сон! — Какой сон? — хотел спросить Вэй Нин, но он не договорил последнее слово, потому что почувствовал, как Лань Сичэнь под столом взял его за руку, и уголки его губ сами собой поползли вверх, мешая закончить фразу. Вэй Усянь покрутил куриной ножкой в воздухе, словно пытался что-то объяснить с помощью жестов, и подпер рукой подбородок. — Мне снилось, что у меня нет брата, — задумчиво произнес он. — Ну, то есть Цзян Чэн-то был, а вот А-Нина не было. Это был странный сон, такой реалистичный. — И что, твоя жизнь была хуже без меня? — полюбопытствовал Вэй Нин, переплетая свои пальцы с пальцами Лань Сичэня. — О, гораздо хуже! — воодушевленно согласился Вэй Усянь. — В конце концов, я не смог справиться с темной энергией, и армия мертвецов растерзала меня на куски, ха-ха-ха! Лань Чжань нахмурился. Кажется, его совсем не забавлял рассказ Вэй Усяня. Впрочем, Вэй Усянь был единственным, кого этот рассказ забавлял. — Я проснулся сразу же, как только умер, — продолжал Вэй Усянь, — так что даже не знаю, удалось ли моей душе уйти на перерождение. О, и в том сне Лань Чжань ненавидел меня! И я умер, всеми отвергнутый. А еще я подумал, что это мог быть не просто сон, а какой-то другой мир, как думаете, может быть такое? — Вздор, — моментально среагировал Лань Чжань. — Ну почему же вздор, Лань Чжань? — спросил Вэй Усянь удивленно. — Не веришь, что существуют другие миры? — Вздор, — повторил Лань Чжань. — Нет такого мира, в котором я ненавижу Вэй Ина. — Ох… — протянул Вэй Усянь, расширяя глаза и приближая свое лицо к лицу Второго Нефрита. — Ох, Лань Чжань, ты… — Так, а ну-ка стоп! — воскликнул Вэй Нин, размахивая руками. — Не вздумай поцеловать Лань Чжаня прямо здесь, А-Ин, слышишь? Нашей репутации уже ничего не грозит, но не вздумай доставить неприятности Лань Чжаню! — Серьезно, А-Нин, — сказал Вэй Усянь со смехом, — в тебя что, вселился дух Лань Цижэня? Ладно, чтобы тебе было спокойнее, я не буду делать этого сейчас. Но когда мы придем в Облачные Глубины… Он лукаво стрельнул глазами в сторону Лань Чжаня, и тот с достоинством выдержал его взгляд, не изменившись в лице и лишь покраснев ушами. — …то мы будем сидеть в библиотеке и искать способ вернуть тебе золотое ядро, — доброжелательно закончил за него Лань Сичэнь. — Ох, Лань Хуань, ты испортил всю романтику! — возмутился Вэй Усянь. — Да кому вообще нужно это ядро? Мне и без него хорошо! — А-Ин, — перебил его Вэй Нин, — а когда нам нужно вернуться на Луаньцзан? Вэй Усянь поднял глаза к потолку и начал загибать пальцы, считая. — Где-то на неделю должно хватить сдерживающего талисмана, — наконец сказал он. — Но лучше вернуться чуть раньше, чтобы Илину точно ничего не угрожало. — Вэй Ин, — позвал Лань Чжань, снова хмурясь. — Что ты прячешь на горе Луаньцзан? — Ох, Лань Чжань, не что, а кого, — широко улыбнулся Вэй Усянь. — Я обязательно познакомлю тебя с моим Призрачным Генералом, хорошо? Как только он станет менее буйным и перестанет пытаться убить меня в любую свободную минуту. — Это звучит… довольно опасно, — произнес Лань Сичэнь обеспокоенно. — Ты запер на Луаньцзан какую-то особенную темную тварь? Вэй Усянь посмотрел на брата, который сделал жалостливое лицо и обреченно покачал головой. Уж он-то прекрасно знал, кого запер Вэй Усянь на горе Луаньцзан. — Я все расскажу вам, — пообещал Вэй Усянь. — И даже покажу. Просто дайте мне немного времени.

***

Они немного прогулялись по Цайи и добрались до Облачных Глубин только к ужину. Озеро Билин, на котором Вэй Усянь с братьями Лань и другими приглашенными учениками пять лет назад охотились на речных гулей, было высушено — сейчас на его месте была сухая, даже в некоторых местах потрескавшаяся земля, огороженная веревками и табличками. Засилье гулей оказалось вызвано присутствием бездонного омута, а с монстром такого размера было сложно бороться: надо было вычерпать из озера всю воду до последней капли, затем извлечь все затонувшие товары и трупы людей, и, наконец, на несколько лет оставить дно озера под прямыми солнечными лучами. Сотворить подобное с целым озером считалось практически невозможным, но не зря Лань Цижэнь был уважаемым учителем Ордена Гусу Лань — с его помощью все получилось сделать в лучшем виде. Вэй Усянь остановился у одной из табличек и завороженно смотрел некоторое время на сухую почву, как будто заново переживая события давно минувших дней. Когда он думал, что Лань Чжань ненавидит его. Когда они еще не познали ужасов войны. Когда у него было золотое ядро. — Вэй Ин, — позвал Лань Чжань, и Вэй Усянь почувствовал, как он прижимается грудью к его спине. — Все в порядке? — В порядке, — ответил Вэй Усянь и отвернулся. Он так давно не был в Гусу, что прежнее озеро Билин все еще стояло у него перед глазами — живое, светлое, наполненное водой — оно было его последним воспоминанием о поселке Цайи. Сейчас на его месте была лишь пустота, и почему-то понимание этого отзывалось у Вэй Усяня внутри мелкой дрожью. — Его скоро снова наполнят, — сказал Лань Чжань, кладя руку ему на плечо. — А? — переспросил Вэй Усянь, вырванный из своих мыслей. — Что, Лань Чжань? — Озеро скоро снова наполнят водой, — пояснил Лань Сичэнь, улыбаясь. — Несколько лет уже прошло с его осушения, бездонный омут здесь больше не появится. — И тогда мы обязательно покатаемся вместе на лодках, — добавил Вэй Нин, пихая брата локтем в бок. — А то вы охотились вместе, а я в это время отсиживался в комнате, чтобы никто не узнал о моем существовании! Вэй Усянь посмотрел на них по очереди и тоже улыбнулся, беспечно закладывая руки за голову. — Конечно, покатаемся, — согласился он. Озеро скоро снова наполнят водой — отчего-то эта мысль сделала его счастливым.