Беда не приходит одна

— Вэй Ин? — услышал Вэй Усянь откуда-то сверху. — Вэй Ин, все в порядке? Вэй Усянь резко раскрыл глаза и сел на постели. — Лань Чжань! — воскликнул он, хватая его за плечи. — У меня загорелся сигнальный талисман? Лань Чжань кивнул, указывая на его обожженный локоть. — Прости, я не успел сразу… — Ох, Лань Чжань, не извиняйся, — замахал руками Вэй Усянь, — я специально сделал так, чтобы его было сложно потушить духовной силой. Можешь отвезти меня на гору Луаньцзан? — Насколько все плохо? — хмуро поинтересовался Цзинь Цзысюань. — Очень плохо, — честно сказал Вэй Усянь. — У меня там… — …какая-то особенная темная штука, — перебил его Цзинь Цзысюань, — да, Вэй Усянь, об этом знает уже вся Поднебесная. Вэй Усянь моргнул. — В каком смысле? Я думал, это секрет… — Слухи расходятся быстро, — вздохнул Цзинь Цзысюань. — Никто не знает, что именно ты там прячешь, но и дураку понятно, что что-то очень сильное. Поэтому… — он вдруг оборвал поток слов, словно осознал что-то, и его брови сошлись в одну сплошную линию. — Цзинь Гуанъяо… недавно отбыл куда-то по поручению отца с крупной группой адептов. Может ли быть… — О, нет! — Вэй Усянь воздел руки к потолку. — За что мне это? Только не говори мне, что они все еще пытаются найти вторую половину Тигриной печати, которой уже давно нет в помине! Неужели они поперлись туда, решив, что эта «особенная темная штука» — Тигриная печать? — Я не знаю, — ответил Цзинь Цзысюань, помедлив, — но это похоже на правду. Чем чревато проникновение в эту твою пещеру сонного демона? — Не сонного демона, а усмирения демона! — возмутился Вэй Усянь. — Ну как тебе сказать, у меня там заперто… одно создание. Оно не причинит никому вреда, пока находится в защитном круге, но наверняка первое, что сделают эти придурки, это сотрут его. — И какова его разрушительность? — спросил Цзинь Цзысюань, приподнимая брови. — Ну-у… — протянул Вэй Усянь и нервно улыбнулся. — Я думаю, ее хватит на то, чтобы стереть с лица земли весь Илин. Лань Чжань с силой сжал его ладонь и нахмурился. — Вэй Ин, ты… — Не переживай, Лань Чжань, меня такие твари не могут тронуть, — сказал Вэй Усянь, сжимая его ладонь в ответ. — А если бы к ним не лезли, они бы и других не трогали, потому что так и оставались бы запечатанными! Ох, цзефу, ну и причинил же мне хлопот твой Орден! — Есть ли шанс, что когда мы придем, там останутся живые? — севшим голосом спросил Цзинь Цзысюань. — Думаю, да, — с заминкой ответил Вэй Усянь. — Они в любом случае только зашли в пещеру, там дальше длинный проход и огромный грот, и пока они будут разбираться, что к чему, а потом защищаться… Но в любом случае, нам надо поторопиться. — Я полечу с вами, — произнес Цзинь Цзысюань твердо. — Если мои люди в опасности, даже ценой своей жизни я должен… — Тебе ничего не угрожает, — покачал головой Вэй Усянь, — ведь с тобой буду я. Я быстро смогу успокоить… это. К тому же, скорее всего, туда уже летит А-Нин. У него тоже есть сигнальный талисман на случай, если что-то пойдет не так. Цзинь Цзысюань кинул на него короткий взгляд, достал из-за пояса Суйхуа и кивком головы пригласил их следовать за ним.

***

Вэй Нин застыл у одного из прилавков Цинхэ Не, задумчиво рассматривая ассортимент и покусывая подушечку большого пальца. — Вэй Нин? — позвал Лань Сичэнь, заглядывая ему через плечо. — Нашел что-то интересное? — Кажется, да, — ответил Вэй Нин, медленно кивнув, и повернулся к нему, протягивая ладонь. — Смотри. Правда красивые? Лань Сичэнь осторожно взял у него из рук два изящных гладких кольца — из черного и белого нефрита — и осмотрел их. — Красивые, — согласился он. — Ты хочешь их купить? — Хочу, — честно сказал Вэй Нин и виновато улыбнулся, — но у меня совсем нет денег. — Я совсем не понимаю, на что вы намекаете, молодой господин Вэй, — Лань Сичэнь покачал головой для убедительности, — но они такие красивые, что я, пожалуй, сам куплю их, если вы не против. — Господа заклинатели желают приобрести кольца? — спросил торговец, в предвкушении оглядывая дорогие белоснежные одежды Лань Сичэня. — Подарок для ваших возлюбленных? Уверен, они понравятся любой девушке! Вам помочь подобрать размер? У нас есть кольца любого размера! — Эм, да, пожалуйста, — неловко ответил Вэй Нин, — у моей… возлюбленной палец примерно вот как… у него. Торговец удивленно посмотрел на безмятежного Лань Сичэня, который очень серьезно кивнул, подтверждая его слова. — Хорошо, — согласился он, кидая опасливый взгляд на юношу в черном и поворачиваясь к Лань Сичэню. — А у вашей возлюбленной, значит?.. — Вы все верно поняли, — ответил Лань Сичэнь, дружелюбно улыбаясь. — А у моей — примерно как у него. — Ха-ха, вот это совпадение! — воскликнул торговец, но голос его звучал совсем не радостно, словно он стал свидетелем какой-то сцены, которую очень хотел забыть. — Так… — пробормотал Вэй Нин, облизывая губы и сжимая в руках несколько черных колец. — На какой палец… Может быть, на средний? Или… — На безымянный, — сказал Лань Сичэнь. — Меряй на безымянный. Он проследил взглядом за тем, как Вэй Нин ищет среди колец самое подходящее по размеру на глаз, и взял его у него с ладони. — Я помогу. Вэй Нин с сияющими глазами протянул ему руку, и Лань Сичэнь, осторожно придерживая его ладонь, надел ему черное кольцо на безымянный палец — оно село идеально. — О! — Вэй Нин не удержался от восклицания. — Какое красивое! Теперь твоя очередь, Лань Хуань! Ты точно хочешь белое? Там есть много разных цветов и материалов. Может быть, ты хочешь золотое? С камешком? Или с орнаментом? — Хочу такое же, как у тебя, — ответил Лань Сичэнь, — цвет выбери сам. Торговец со странным выражением лица наблюдал за тем, как Вэй Нин едва заметно краснеет, рассматривая кольца, и в конце концов выуживает среди них белое с легким голубоватым оттенком. Вэй Нин надел его на палец Лань Сичэня и на мгновение прижал свою ладонь к его ладони, но тут же отстранился. — Идеально! — заключил он. — Дядюшка, мы берем. — Вам… завернуть их? — осторожно спросил торговец, который, видимо, еще не терял надежды, что юноши принесут их в подарок своим возлюбленным госпожам. — О, да нет, спасибо, и так нормально! — Вэй Нин замахал руками. — Зато нагреются, пока мы будем их нести, ха-ха! И он бодро зашагал вперед, не оборачиваясь. Лань Сичэнь заплатил торговцу чуть больше, чем на самом деле стоили кольца, улыбнулся ему напоследок, отчего сердце торговца чуть не остановилось, и последовал за ним. — Ха-Нин, — сказал Лань Сичэнь, когда догнал его, — почему именно кольца? — Ну-у… — смущенно протянул Вэй Нин, сцепляя руки в замок. — Второе письмо с подарком для невесты… В нем часто присылают кольца. Вот я и подумал… Тебе не нравится? — Мне очень нравится, — ответил Лань Сичэнь. — А после того, как ты это сказал, мне нравится в два раза больше. — Лань Хуань, перестань, — рассмеялся Вэй Нин, — ты что, специально смущаешь меня? Ты точно глава Гусу Лань? В твоем Ордене вообще разрешено быть такими невероятными? — Нет правила, которое запрещало бы адептам Гусу Лань быть невероятными, — сказал Лань Сичэнь, скрывая улыбку за поворотом головы. — Ха-Нин, куда ты направляешься? Ты хочешь купить что-то еще? — М-м, вообще-то я думал перекусить в харчевне, — отозвался Вэй Нин. — А заодно расскажу тебе все, что я узнал о твоем… младшем названом брате. Ты не против? Правда, боюсь, тебе не понравится то, что ты услышишь, ха-ха… — Не имеет никакого значения, понравится мне это или нет, — покачал головой Лань Сичэнь. — Я и так слишком долго не обращал внимания на то, что прямо у меня на глазах крадут колокол, прикрывая уши*. Вэй Нин пространно кивнул, соглашаясь с ним, а затем вдруг спросил, резко меняя тему: — Лань Хуань, а почему именно безымянный? Лань Сичэнь остановился, заставляя Вэй Нина тоже встать на месте и обернуться к нему. — Ты же знаешь, какие пальцы символизируют каких членов семьи? — Кажется, да, — неуверенно протянул Вэй Нин. — Большие — родители, указательные — братья и сестры, средние — мы сами, безымянные — мужья и жены, мизинцы — дети. — Верно, — согласился Лань Сичэнь, — а теперь соедини пальцы обеих рук. Все, кроме средних, они должны оставаться согнутыми, ведь средние пальцы — это мы сами. Вэй Нин прижал подушечки пальцев друг к другу и выжидающе посмотрел на него. — Разъедини большие пальцы, — сказал Лань Сичэнь. — Сделать это легко, ведь родители, к сожалению, не вечны, рано или поздно они покидают нас. Теперь указательные — получилось? Братья и сестры, даже если они нам очень близки, идут по жизни своей дорогой, отличной от нашей. Теперь мизинцы — дети рано или поздно вырастают и покидают семью. — Ох, — понял Вэй Нин с замиранием сердца, — безымянные… — Да, — глаза Лань Сичэня лучились теплым светом, — их не получается разъединить. Сколько бы времени ни прошло. Любовь вечна. — Ох, Лань Хуань… — Вэй Нин закусил губу и опустил глаза. — Это просто невозможно — слушать такое от тебя. Почему я не соблазнил тебя еще тогда, когда жил в Облачных Глубинах? Может быть, мы бы тогда уже несколько лет были в браке. — Это что еще за заявление? — в голосе Лань Сичэня послышался шутливый упрек, но его глаза смеялись. — Вэй Нин, какой ты, оказывается, бесстыжий молодой господин. — Меня развратил Лань Хуань, — честно ответил Вэй Нин, широко улыбаясь и подхватывая его под руку. — Глава Ордена Лань, возьмите ответственность за воспитание молодого поколения! — Обязательно возьму ответственность, — легко согласился Лань Сичэнь. — Для чего, думаешь, я подарил тебе лобную ленту? Не Хуайсан, который случайно заметил их, пока выбирал себе новую заколку, проследил за парочкой глазами и остановил взгляд на кольцах на их руках. Он усмехнулся, прикрывая лицо веером, и подумал о том, что все же не зря установил на заброшенной веранде звукопоглощающий барьер.

***

— Ха-Нин, все в порядке? — спросил Лань Сичэнь, обеспокоенно глядя на то, как Вэй Нин, нахмурившись, стряхивает с руки горстку пепла. — Ты не обжегся? — Ерунда, — отозвался Вэй Нин, — заживет за минуту. Чего не могу сказать о тех, кто проник в пещеру Фумо. Лань Хуань, мне срочно нужно на Луаньцзан, чтобы спасти тех несчастных придурков, которые решили, что им по зубам лучшее изобретение моего брата. Минуту назад у него в рукаве зажегся сигнальный талисман, означавший, что на Луаньцзан проникли недоброжелатели. Вэй Нин очень старательно выдерживал на лице спокойное выражение — насколько это было возможно — но внутри у него все кричало от ужаса. Если они освободили Призрачного Генерала… Поднебесная падет. — Я пойду с тобой, — сказал Лань Сичэнь, вставая из-за стола. — Опиши мне масштаб бедствия. Ты думаешь, что они пытаются украсть вашего особенного лютого мертвеца? — Я не знаю, зачем они вообще туда приперлись, — Вэй Нин досадливо передернул плечами. — Видимо, для того, чтобы умереть. Когда они подлетели к Илину, на небе уже давно сияли звезды. Городок мирно спал, убаюканный легким ветром — никто из жителей и не догадывался, что в эту секунду им грозила страшная опасность. У подножья горы было тихо, как на кладбище, но стоило им подняться выше, как стало понятно, что это была всего лишь иллюзия спокойствия: перед входом в пещеру Фумо валялась гора тел — и было непонятно, были это живые люди, мертвецы или недавно погибшие, — повсюду сверкали огненные талисманы, делая пространство вокруг по-дневному светлым, из пещеры шел явственный запах крови и звуки сражения. Стоило им подлететь, как из пещеры раздался душераздирающий вопль, а следом за ним — многоголосые крики ужаса, и несколько людей вылетело из пещеры, бросая оружие на землю и пытаясь убежать. Земля содрогнулась от рева, и своды пещеры задрожали. Еще несколько людей в золотых одеждах выбежали наружу, рыдая и крича — все они были сильно ранены. — Ох, черт! — выругался Вэй Нин, спрыгивая с меча. — Слишком поздно! Нечеловеческий рев повторился, в воздухе запахло кровью и мертвечиной, из глубин пещеры послышались громкие лязгающие звуки, словно мечи разбивались о камни. — Уходим! — закричал кто-то. — Скорее, отступаем! Отсту…а-а-а-а-а-а!!! Вэй Нин отпихнул ногой какого-то бедолагу, свернувшегося калачиком у входа в пещеру и обнявшего свои ноги. — Надо срочно его найти! — Кого? — послышался сзади усталый голос. Вэй Нин обернулся и увидел Вэй Усяня, который стоял и держался за голову, словно испытывал сильную боль, а за ним стояли Лань Чжань и Цзинь Цзысюань. — А-Ин! — воскликнул Вэй Нин. — Что здесь происходит? Они сняли печать с Призрачного Генерала? Я вообще не понимаю, как они остались живы! Ты смог его подавить? — Чего? — со вздохом переспросил Вэй Усянь, потирая виски. — Какого еще Генерала? Они бы в жизни его не нашли, не зря же я закопал его в землю. Я не настолько опрометчив, чтобы оставлять на виду оружие массового поражения. — Закопал в землю?.. — бровь Лань Сичэня дернулась, но он тут же переключился на более важную вещь. — Но тогда что там происходит? Я думал, это вырвался ваш… особенный лютый мертвец. — Не-е-ет, — Вэй Усянь помахал рукой, как будто отмахивался от насекомого, — неужели вы думали, что, живя на Луаньцзан, мы не хранили здесь ничего опасного, кроме Призрачного Генерала? Хотя вообще-то оно было не опасно, но эти идиоты стерли сдерживающую печать… Берут в Великие Ордена кого ни попадя! Не успел он договорить последнее слово, как сверху посыпалась каменная крошка, и существо с ревом пробило стену пещеры, вырвавшись на волю. — А, — понял Вэй Нин, у которого мгновенно отлегло от сердца, — это всего лишь… она. Мертвая Черепаха-Губительница оскалилась и снесла своим хвостом несколько деревьев, повернувшись вокруг своей оси. — Всего лишь?! — заорал Цзинь Цзысюань. — Вы что, все это время держали ее здесь?! Вэй Усянь, немедленно убей эту тварь! — Как я могу убить то, что и так мертво, — развел руками Вэй Усянь. — Вообще-то первоначально я оставлял ее в качестве стража для Призрачного Генерала — именно чтобы такие дурачки, как они, не пришли сюда забрать его — но потом понял, что у них все равно не получится этого сделать, потому что если они тронут его хоть пальцем, мир погрузится в хаос. Поэтому я запер ее в самой глубине пещеры Фумо — знаете, какая она глубокая? Я не думал, что какой-то дурак вообще додумается дойти до ее конца, да еще и стереть печать. Кстати, у них на одежде Сияние средь снегов — цзефу, ты, кажется, знаешь, в чем тут дело? — Ох… — Цзинь Цзысюань потер виски точно так же, как это минуту назад делал Вэй Усянь. — Я разберусь с этим, только умоляю тебя, угомони ее. Я не хочу терять своих людей только из-за того, что им отдали приказ, не зная, с чем они будут иметь дело. — Конечно, — согласился Вэй Усянь и поднес к губам флейту. — Дорогая, успокойся. Эти люди не причинят тебе вреда. Черепаха замерла, покрутила головой, словно пыталась рассмотреть, откуда идет звук, а затем повернулась и подошла к Вэй Усяню, медленно перебирая когтистыми лапами. — Вот так, молодец, — продолжал играть Вэй Усянь и в какой-то момент убрал одну руку с флейты, чтобы положить ее черепахе на кожистый нос. — Тебе надо поспать. Чудовище медленно моргнуло, словно теряло связь с реальностью, накренилось вбок и спустя несколько мучительно долгих секунд завалилось набок, примяв своим телом те несколько жалких деревьев, которые она не успела снести хвостом. Цзинь Цзысюань посмотрел на Вэй Усяня со странным выражением лица. — А ты… быстро справился. — Еще бы! — ответил Вэй Усянь. — Мы с ней старые добрые знакомые! — Я думал, эта тварь была уничтожена после Аннигиляции Солнца… — услышали они неподалеку негромкий голос. — Мне хотелось бы знать, почему молодой господин Вэй хранит у себя такое опасное создание. К ним, отряхиваясь от пыли, легкой походкой направлялся Цзинь Гуанъяо. — Гуанъяо! — рявкнул Цзинь Цзысюань, резко оборачиваясь и хватая его за ворот. — Какое тебе дело, кого Вэй Усянь хранит у себя?! Как это вообще касается тебя?! Мне гораздо интереснее узнать, какого черта ты вторгся на его территорию с целой армией! — Цзысюань, я понимаю твои чувства к шиди жены, — Цзинь Гуанъяо вымученно улыбнулся, — но, насколько я знаю, гора Луаньцзан не является собственностью молодого господина Вэя, и нет закона, запрещающего другим заклинателям приходить сюда. Я не считаю правильным, что молодой господин Вэй подвергает опасности столь многих, храня в общем доступе такую сильную нечисть. — В общем доступе? — округлил глаза Вэй Нин. — Да ты, верно, шутишь, Ляньфан-цзунь! Своды пещеры Фумо тянутся вглубь на несколько ли — ни одному нормальному человеку не пришло бы в голову туда сунуться! И уж точно там совершенно невозможно оказаться случайно! — Гуанъяо, ты чуть не обрек наших адептов на смерть, — процедил Цзинь Цзысюань. — Что бы было, если бы мы сейчас не пришли? Где-то же должны заканчиваться ваши с отцом амбиции? Неужели вы услышали, что Вэй Усянь хранит на Луаньцзан что-то зловещее, и пришли сюда в попытке в очередной раз разыскать Стигийскую Тигриную печать? — Разумеется, нет! — Цзинь Гуанъяо выглядел искренне оскорбленным таким предположением. — Мы получили информацию о том, что на горе Луаньцзан хранится страшнейший темный артефакт, который может привести к гибели миллионов людей, и Глава Ордена Цзинь попросил меня выяснить, насколько он опасен, чтобы избежать ненужных жертв. И, как видишь, мы пришли сюда не зря — а что, если бы эта тварь сбежала в город? Илин бы превратился в кровавое месиво! — Она бы не сбежала! — возмутился Вэй Усянь. — На кой черт вы вообще стерли печать?.. — Стигийской Тигриной печати больше нет, — вдруг устало произнес Цзинь Цзысюань и отвернулся куда-то в сторону — он выглядел, как человек, который смирился с неизбежным. — Братья Вэй уничтожили ее больше года назад. Можешь так и передать отцу. Вы только зря тратите время. Выражение лица Цзинь Гуанъяо нисколько не изменилось. Ни один мускул не дрогнул на его лице, оно, как и всегда, выражало лишь вежливое замешательство. — А-Яо, — тихо сказал Лань Сичэнь, и в его глазах мелькнула печаль, — зачем вы пришли сюда? — Эргэ, — ответил Цзинь Гуанъяо, смущенно опуская взгляд, — ты же понимаешь, что… есть приказы, которых я не могу ослушаться. Вэй Нин набрал в легкие побольше воздуха, собираясь высказать Цзинь Гуанъяо все, что он думает о нем и о его способах валить вину на других, но его перебили. — Ну да, конечно, мать твою!!! — заорал Цзинь Цзысюань, который сейчас до боли напоминал Цзян Чэна. — Давай, вали все на моего отца! Ты-то, конечно, здесь ни при чем! — А-Яо, — Лань Сичэнь положил руку ему на плечо, но его голос был жестче металла, из которого изготавливают заклинательские мечи, — пожалуйста, уходите отсюда. Вы уже узнали все, что хотели. Скажи отцу, что мы избавимся от чудовища, чтобы он не волновался. — Хорошо, эргэ, — Цзинь Гуанъяо слабо улыбнулся. — Спасибо. — Еще бы ему не волноваться — знать, что у Ордена Юньмэн Цзян есть в арсенале такое оружие, — фыркнул Вэй Усянь, когда Цзинь Гуанъяо с адептами покинул Луаньцзан. — Цзефу, надо сказать, воины твоего Ордена не так плохи, никто даже не погиб от столкновения с черепахой. Это нам на руку, не хватало еще, чтобы нас обвинили в преднамеренном убийстве адептов Ланьлин Цзинь. А ведь когда мы столкнулись с ней в свое время, мы практически ничего не могли сделать. — Во-первых, нам было семнадцать, — Цзинь Цзысюань посмотрел на него с укором. — Во-вторых, у нас не было с собой оружия. В-третьих, она была в воде, а это ее среда. В-четвертых… — Странно видеть, как наследник Ордена пытается доказать нам, что его люди хуже, чем мы думаем, — рассмеялся Вэй Нин. — Но они действительно не так плохи, раз сумели прорваться к пещере Фумо сквозь всю эту толпу мертвецов. — По всему периметру горы стоят флаги, привлекающие духов, они отвлекают мертвецов, — ответил Вэй Усянь и в сердцах сплюнул на землю. — Подумать только, использовать против меня мое же изобретение! — Вэй Ин, — Лань Чжань наконец подал голос, указав на черепаху кивком головы, — что ты собираешься с ней делать? Вэй Усянь горестно вздохнул. — Ну а что мне остается? — ответил он, пожимая плечами. — Закопаю ее.

***

— Когда мы гуляли здесь с Лань Хуанем, — воодушевленно рассказывал Вэй Нин, пока они шли между маленьких домиков Илина, — мы видели в ущелье загадочные подвешенные гробы из деревянных досок. А если мы пойдем во-о-он туда, то сможем увидеть целый выводок черепах. — Что-то я не горю желанием в ближайшее время смотреть на черепах… — пробормотал Цзинь Цзысюань. — А вон там, — не слушая его, продолжал Вэй Нин, — мы купили засахаренных ягод. Я уронил в ущелье свой мешочек с деньгами и страшно расстроился, и Лань Хуаню пришлось купить мне сладкого, чтобы утешить, ха-ха! — Конечно, — миролюбиво согласился Лань Сичэнь, — я в то время еще не знал, что у тебя в мешочке с деньгами никогда не бывает денег. — Это не так! — Вэй Нин смущенно рассмеялся. — Просто я… Он вдруг остановился и замолчал, оборвавшись на середине предложения, словно на него наложили заклятие молчания. Лань Сичэнь удивленно обернулся к нему. — Вэй Нин, что-то случилось? Вэй Нин смотрел прямо перед собой, в его глазах застыл животный ужас. Он, пятясь, сделал шаг назад, его губы дрогнули. — Это они… Они пришли… — Кто — они? — изумленно спросил Вэй Усянь, хватая его за руку. — А-Нин, что случилось? — Они… — сбивчиво прошептал Вэй Нин и с такой силой сжал ладонь Вэй Усяня, словно собирался ее сломать. — Чудовища… Вэй Усянь удивленно проследил направление взгляда Вэй Нина. Он смотрел на нескольких юношей, которые возвращались домой, — очевидно, после хорошей пьянки. Они были одеты очень просто, но за поясом каждый из них имел меч: это были заклинатели средней руки из каких-нибудь малоизвестных Орденов. Увидев обращенное на них внимание пятерых молодых господ, по одеяниям которых легко можно было узнать адептов Гусу Лань и Ланьлин Цзинь, юноши поклонились с ноткой легкой нервозности: как всегда вели себя заклинатели из небольших кланов при виде кого-то из Великих Орденов. — Чудовища… — прошептал Вэй Нин и спрятался за спину Вэй Усяня, вжался ему в плечо. — Мы должны уничтожить чудовищ. Чудовищ?.. И тут Вэй Усянь понял. В его глазах мгновенно вспыхнул красный огонь. Он смотрел на этих юношей и видел, как с их лиц медленно, слой за слоем сползают невидимые черные пятна. — Оу, — произнес Вэй Усянь, выходя вперед, — так это вы. Не думал, что мы с вами еще когда-нибудь встретимся. Юноши переглянулись, молчаливо спрашивая друг у друга, что происходит. Руки у самого высокого из них задрожали. — Это Старейшина Илина, — прошептал он на ухо одному из приятелей, и тот прижал руку ко рту. Остальные, услышав это имя, затряслись, как листья на ветру. — Уважаемый Старейшина Илина, мы имели честь чем-то не угодить вам? — спросил один из них — он пытался казаться смелым, но его выдавала дрожь в голосе. — Даже не знаю, как ответить на твой вопрос, — протянул Вэй Усянь, улыбаясь, и его рука сама собой легла на флейту. — «Уважаемый Старейшина Илина»? Ха-ха-ха, какая глупость! Во-первых, кто придумал это дурацкое имя, я — адепт Ордена Юньмэн Цзян! А во-вторых, дай-ка вспомнить, как же ты называл меня раньше? Хм-м… Точно! Слабаком! А еще ничтожеством. Еще иногда — мерзостью. Почему же ты сейчас передумал? На лице юноши отобразилось непонимание — и то же самое было написано на лицах его товарищей. Они явно не понимали, что происходит, но знали, что ничего хорошего им это не сулит. — Лань Чжань, мы же рассказывали, что до того как нас забрали в Орден Юньмэн Цзян, мы с А-Нином долгое время жили в Илине? — лениво сказал Вэй Усянь, поворачиваясь к Лань Чжаню, а затем снова обратился к юношам: — Неужели вы не узнаете меня? Вдруг тот, который стоял в центре, издал истеричный вздох, больше напоминающий визг. — О, — понимающе произнес Вэй Усянь. — Этот вспомнил. — Старейшина Илина — Вэй Усянь… — сдавленно прошептал он. — Вэй… Вэй… Кажется, эта фамилия начала пробуждать в юношах воспоминания. Было видно по их нахмуренным лицам, как они силились вспомнить, что же это могло значить, но у них никак не получалось. Вэй Усянь с мстительным злорадством следил молча, не произнеся больше ни слова, как их лица менялись, озаряемые пониманием. Озаряемые воспоминаниями. Озаряемые ужасом. — П-послушайте… — осторожно начал говорить один из них, стоявший слева — все равно Вэй Усянь не отличал их друг от друга. — Старейшина Илина, ну зачем же ворошить прошлое? Мы были детьми, а дети часто бывают беспричинно жестоки… Впоследствии мы очень сожалели, что так плохо с вами обходились, и мы даже искали вас потом, чтобы помочь, но не смогли найти. — Разумеется, не смогли, — согласился Вэй Усянь. — Потому что до недавнего времени мы не появлялись в Илине. Знаете, я почти верю вашим словам раскаянья, только вот… Он кинул взгляд на Вэй Нина. Тот стоял уже за Лань Сичэнем, вцепившись ему в спину пальцами, как клешнями, и ни за что не желая отпускать. Взгляд его был пустым, как у человека, который разом потерял все, или как у слепца, увидевшего солнце, а глаза расширены — словно он вообще разучился моргать. Вэй Усянь вздохнул и снова посмотрел на юношей. — На колени, — приказал он, и юноши упали на землю, утыкаясь в нее лицами и ладонями. — Простите нас! — Пожалуйста, пощадите нас! — Не надо превращать нас в мертвецов! — А что, неплохая идея, — промурлыкал Вэй Усянь, обходя их по кругу. — Хм-м, моя слава бежит вперед меня. Если все так уверены, что я кровожадный монстр, то с чего бы мне их разубеждать… «Уничтожь их, — прозвучало у Вэй Усяня в голове. — Посмотри, что они сделали с твоим братом. Заставь их умереть в муках». — Отстаньте, — Вэй Усянь досадливо отмахнулся от голосов. — Вот уж где-где, а тут я точно не нуждаюсь в ваших советах! Я сам разберусь, что с ними делать, и поверьте, мои идеи будут куда изощреннее ваших! — Вэй Ин. Вэй Усянь повернул голову, чувствуя, как Лань Чжань кладет руку ему на плечо. Это прикосновение словно отрезвило его, краснота из его глаз пропала, оставив после себя лишь серую грозовую тучу. Ну да, конечно. О чем он вообще думал? Он что, правда собирался убить их прямо в середине города? Неужели спустя столько лет он все еще жаждет отомстить? — Молодые господа, — мягко обратился к ним Лань Сичэнь. — Прошу, встаньте с колен, вашим жизням ничего не угрожает. Заклинатели спешно поднялись, опасливо поглядывая на Старейшину Илина, и с благодарностью посмотрели на светозарного заклинателя. Только вот в его улыбающемся добром лице было что-то, что заставило их замереть от ужаса. — Я бы очень не хотел, чтобы вашей жизни что-то угрожало, — ласково добавил Лань Сичэнь, — поэтому очень надеюсь, что ваши пути с молодыми господами Вэй больше никогда не пересекутся. И если это означает, что вам придется покинуть город, я готов этому поспособствовать. Хотя город — это, наверно, слишком мелко? Слышал, в это время года в Дунъине** отличная погода… Юноши сбились в кучку, затравленно глядя на него, и быстро-быстро закивали. — Вот и славно, — Лань Сичэнь мило улыбнулся. — Как приятно, когда люди понимают тебя с первого раза и им не приходится объяснять дважды. Отрадно, что мне не придется применять силу. Ему не нужно было продолжать. Заклинатели кланялись так сильно и часто, что, казалось, у них должны были отвалиться головы. Поняв, что больше от них ничего не ждут, они поспешили ретироваться — Вэй Усянь ни разу не видел, чтобы люди так быстро бегали. — Это те ребята, которые избивали нас в детстве, — объяснил Вэй Усянь специально для Цзинь Цзысюаня, который смотрел на все это с каменным выражением лица и явно не понимал, что происходит. — Когда мы потеряли родителей, мы несколько лет жили на улицах в Илине, воевали за еду с… собаками. И были мальчики, которым не нравилось, что оборванцы ошиваются около их Ордена, и они каждый день находили нас, даже если мы специально уходили подальше, и били. Я в это время уже сформировал золотое ядро по чистой случайности, поэтому на мне побои быстрее проходили, а вот А-Нину приходилось иногда ходить со сломанными руками. Поэтому он так боится их — примерно так же, как я боюсь собак. А еще из-за этого он иногда боится особенно резвых детей, ха-ха! — «Люди пугают меня куда больше»… — прошептал Лань Сичэнь, поворачиваясь к Вэй Нину. — Так ты сказал мне тогда. Он взял его лицо в ладони, заставляя посмотреть на себя. — Вэй Нин, любовь моя, они ушли. Теперь все хорошо. Вэй Нин смотрел на него стеклянным взглядом некоторое время, как парализованный, а затем моргнул и огляделся, словно не понимал, где он находится. — Ох, прости, Лань Хуань, — пробормотал он, отворачиваясь, — это, наверно, было так жалко… — Нет, — отрезал Лань Сичэнь и мягко огладил подушечками пальцев его скулы. — Вэй Нин не жалкий. Ты очень сильный. — Что, серьезно? — спросил Цзинь Цзысюань, широко раскрыв глаза. — Так значит, и вы с ним — тоже?.. О небеса, да как такое вообще возможно? — Нападки прекратились, только когда вас нашел бывший глава Ордена Цзян? — спросил Лань Сичэнь, кидая взгляд на Вэй Усяня. — Не совсем, — уклончиво ответил Вэй Усянь и рассмеялся. — Там случились некоторые… обстоятельства, из-за которых они перестали нас бить. Поэтому главной нашей проблемой стали собаки, ха-ха-ха! — Что еще за обстоятельства? — спросил Цзинь Цзысюань, подозрительно прищуриваясь. — Да просто как-то так уж вышло… — Вэй Усянь задумчиво потер лоб, словно вспоминая. — Что несколько человек из этой компании умерли. Те, кто был зачинщиками драк. — Умерли? — эхом повторил Лань Чжань. — Что с ними случилось? Братья Вэй переглянулись и синхронно отвели взгляды в разные стороны. — Кровоизлияние из цицяо, — наконец сказал Вэй Нин, ковыряя ногой камешек на дороге. — Крово… — Лань Сичэнь запнулся. — То есть они были убиты? В таком юном возрасте? Но кем? Близнецы снова переглянулись. Они пару секунд вели между собой молчаливый диалог, а затем Вэй Усянь беспечно рассмеялся, откидывая голову назад. — Понятия не имеем!

***

Маленький мальчик с серыми глазами сидит на холодной грязной земле и пытается сдержать слезы, но у него ничего не получается. Рядом с ним лежит его брат — выглядящий точь-в-точь, как он сам, — ему в этот раз досталось сильнее. У брата кровоподтеки на лице, вывихнута челюсть и, кажется, сломано несколько пальцев на руке. Мальчик прижимается к брату всем телом, всхлипывая. Они бежали как можно дальше из Илина — так далеко, как только могли, чтобы их прекратили преследовать. Они бежали так долго, что сами не заметили, как пришли к подножью огромной темной горы, от которой так и веяло ужасающей темной энергией. Гора выглядит странно, она кажется живой, кажется, что из каждого ее угла за ними наблюдают сверкающие во тьме красные глаза. Но мальчик не боится. Он боится только одного: что его брат не проснется. Что завтра утром он откроет глаза, позовет его по имени и не услышит ответа. И тогда… Что ему тогда делать? — Защитить… — шепчет он посиневшими от холода губами. — Я должен… защитить… «Защитить? — слышит он странный голос, возникший у него в голове словно из ниоткуда. — Мы можем помочь тебе защитить брата». — Правда? — спрашивает мальчик, распахивая огромные глаза. Он тут же хмурится, стушевавшись, и машет рукой, словно пытаясь разогнать видения. — Но кто вы такие? «Мы — часть тебя, — отвечают ему голоса. — Мы уже давно смотрим за тобой». «Тебе больно». «Тебе плохо». «Тебе СТРАШНО». «Ты боишься, что можешь остаться совсем один». «Но ты больше не одинок». «Потому что мы всегда будем рядом с тобой». «Впусти…» — Вы правда поможете мне?.. — недоверчиво спрашивает мальчик. — Правда поможете мне защитить?.. «Конечно», — отвечает ему шелест листьев. «Конечно», — отвечает ему дуновение ветра. «Конечно», — отвечает ему отблеск заходящего солнца. «Иди же к нам». «Протяни руку». «ДОВЕРЬСЯ нам». Мальчик не понимает, что это за создания разговаривают с ним, но их голоса звучат так маняще, что им совершенно невозможно противостоять. Мальчик протягивает руку. И доверяется.