Беда не приходит одна

— Че-е-ерт… — обреченно простонал Вэй Нин, истерически быстрым шагом приближаясь к главному залу Пристани Лотоса. — Опаздываем… Как мы могли опоздать на Совет Кланов? Вэй Усянь, также не сбавляя шага, умудрился на бегу развести руками. — Я не виноват, что за лапшой была такая огромная очередь! Да и вообще… мы могли бы сразу переместиться в Ланьлин, если бы не он! Близнецы вломились в зал, коротко кивая в знак приветствия удивленным слугам, ожидавшим, что те уже давно находились в Башне Золотого Карпа, пробежали его насквозь, свернули в коридор, ведущий в гостевые покои, и прошли несколько комнат. — Вэнь Цин! — закричал Вэй Усянь, барабаня рукой в одну из ряда одинаковых дверей. — Вэнь Цин, ты тут? Пожалуйста, скажи, что ты тут! Дверь отворилась спустя мгновение, и на пороге предстала дева Вэнь с распущенными неубранными волосами, одетая в фиолетовые одеяния Юньмэн Цзян. — Вэй Усянь! — рявкнула она, ударяя ладонью по стене. — Чего ты разорался?! Вэй Усянь, на ходу пробормотав извинения, протиснулся в ее комнату и, пробежав ее наискосок, вышел на небольшой открытый балкон. Вэнь Цин беззвучно открыла рот, не в силах произнести ни слова от такой наглости. — Смотри, — вдруг произнес Вэй Усянь громко, поднимая голову куда-то вверх, к небу. — Видишь? Вот она. Теперь ты мне веришь? Ответом ему служило молчание, но Вэй Усянь казался удовлетворенным. Вэнь Цин несколько раз растерянно моргнула, пытаясь прийти в себя. — Что здесь происходит? — наконец спросила она. — Какого черта ты ко мне врываешься? — Потом все объясню, — отмахнулся Вэй Усянь и, перегнувшись через ограждения, выпрыгнул с балкона. — Мы опаздываем! Прости! — Что за… — А-Нин! — крикнул Вэй Усянь, не давая возразить и подзывая брата рукой. — Ты идешь или нет? — Да, сейчас! Иди пока к озеру, я догоню! — ответил Вэй Нин и, повернувшись к Вэнь Цин, зашептал быстро и сбивчиво: — Вэнь Цин, послушай, мы пришли не только ради этого… — Ради чего — этого?! — …я хотел тебя кое о чем попросить… Вэнь Цин глубоко вздохнула, понимая, что ответа на свой вопрос она вряд ли дождется и что ему просто нужно дать договорить. К счастью, благодаря тесному общению с братьями Вэй, она уже научилась реагировать на это спокойно. — И о чем же? — спросила она, даже не стараясь скрыть скептическое выражение на лице. — Я хотел попросить тебя, — затараторил Вэй Нин, нервно потирая ладони друг о друга, — чтобы ты отправилась вместе с нами в Башню Золотого Карпа! — Я? — Вэнь Цин приподняла брови. — Ты хоть представляешь, какая будет реакция у заклинателей, когда они увидят кого-то из клана Вэнь? То, что они сейчас делают вид, что забыли об этой ситуации, не значит, что они не придут в ярость, собственными глазами увидев представителя вэньской крови. — Да, я понимаю, — закивал Вэй Нин. — Но тебе не нужно будет заходить в сам Зал Несравненной Изящности. Если тебя не затруднит, можешь подождать нас в комнатах слуг… — Так, подожди, — Вэнь Цин выставила руку вперед, показывая Вэй Нину замолчать. — Ты можешь объяснить, зачем я вам там нужна? Если ты боишься, что Совет Кланов закончится бойней, то можешь не переживать: глава Ордена Цзян и так взял с собой главного лекаря и его помощников. — Нет, они… — Вэй Нин замялся и переступил с ноги на ногу. — Я… — он сделал глубокий вдох, словно готовясь к прыжку в воду, и выпалил скороговоркой, будто боялся, что его прямо сейчас обвинят в каком-то злодеянии: — У меня проблемы с духовной энергией! — Неужели? — Вэнь Цин сузила глаза. — А разве не ты, когда отправлялся в Шудун, божился, что с тобой все в порядке? — Так… — Вэй Нин виновато улыбнулся. — Так и было. Честно! С тех пор как Лань Хуань стал играть мне «Омовение», я почувствовал, что моя Ци успокоилась. Просто… — Что «просто»? — в голосе Вэнь Цин послышались металлические нотки. — Что с тобой на этот раз случилось, Вэй Сюань?! — Понимаешь, я… — Вэй Нин сглотнул и посмотрел на нее полным глупого неверия взглядом. — Я больше не могу… ее заблокировать. Вэнь Цин взглянула на него нечитаемо. — Что это значит? Вэй… Сюань, ты в конце концов можешь объяснить нормально, что с тобой происходит?! — То и значит… — Вэй Нин протянул ей руку. — Она меня больше не слушается. Я больше не могу заблокировать свои духовные каналы. Вот, смотри. Вэнь Цин взяла его ладонь, и он надавил двумя пальцами второй руки на запястье, перекрывая поток Ци. Энергия замерла, как густеет глина, которую обжигают в печи, — но лишь на одно мгновение, после чего снова заструилась по меридианам нескончаемым потоком. Вэнь Цин нахмурилась, в глазах ее промелькнула тень страха. — Ты не догоняешь своего брата, ты остаешься тут, — сказала она не терпящим возражений тоном. — Немедленно снимай рубашку и ложись. Я первый раз такое вижу и понятия не имею, что с тобой. — Нет-нет-нет! — Вэй Нин замахал руками. — Сейчас нет времени, мы и так опаздываем! Я не могу пропустить этот Совет Кланов, это слишком важное событие! Пожалуйста, прошу, просто отправляйся с нами вместе! Я тебе обещаю, что как только все закончится, я сразу же приду к тебе на осмотр и слова ни скажу, даже если ты продержишь меня там со своими экспериментами несколько суток подряд! Вэнь Цин пару мгновений смотрела на него исподлобья, а затем развернулась, поворачиваясь к нему спиной, подошла к столику, на котором у нее лежали украшения для волос, и взяла оттуда шпильку. — Подожди немного, — коротко бросила она. — Мне нужно собрать с собой принадлежности. — Конечно-конечно, — закивал Вэй Нин, бросая нервный взгляд в сторону балкона, с которого недавно убежал Вэй Усянь. — А что тебе нужно собрать? — Например… — Вэнь Цин холодно обернулась через плечо. — Хирургический нож. — Ха-ха… — Вэй Нин издал вялый смешок. — Надеюсь, что он тебе не понадобится… — Сколько лететь до Ланьлина? — спросила она, одним движением закручивая волосы в жгут и закрепляя их. — Не слишком ли сильно мы опаздываем? — Мы не полетим на мече, — ответил Вэй Нин, — я перемещу нас с помощью талисмана. Только к тебе будет одна ма-а-аленькая просьба. — Вэй Сюань… — процедила Вэнь Цин, не оборачиваясь. — Ты исчерпываешь количество своих просьб на сегодняшний день. — Это последняя, — пообещал Вэй Нин, улыбаясь. — Перед тем как мы начнем перемещаться, когда я скажу, пожалуйста, закрой глаза. — Зачем? — Я тебе потом объясню. — Вэй Сюань! — воскликнула Вэнь Цин, разворачиваясь и с силой кидая в него первое, что попалось под руку (им оказалась маленькая нефритовая статуэтка). — Либо ты сейчас нормально объясняешь мне, что происходит, либо я вообще никуда не иду! Вэй Нин подбежал к ней и взял ее за руки. Его ладони подрагивали — он нервничал — а на лице застыло выражение надежды и вины. — Вэнь Цин… — тихо произнес он. — Прошу тебя. Просто поверь мне. Когда все закончится, я обещаю, что все тебе расскажу. Ты сама все увидишь. — Тц, — Вэнь Цин повела плечом и вырвалась. — Черт с тобой. Если ты сдохнешь до того, как вы приструните Цзинь Гуаншаня, видят небеса, в этом нет моей вины.

***

Они нашли Вэй Усяня у озера неподалеку. Он стоял, прислонившись спиной к дереву, и смотрел вверх, размышляя о чем-то. — Ну наконец-то! — воскликнул он. — Я уж думал… — его лицо стало непонимающим. — А? Вэнь Цин? — Вэнь Цин очень волновалась за нас! — отчеканил Вэй Нин, не давая Вэнь Цин ничего ответить. — И решила пойти с нами, на случай если произойдет что-то непредвиденное. Вэнь Цин сощурила глаза, но отрицать ничего не стала. По поведению Вэй Нина и дурак бы понял, что он не хотел волновать Вэй Усяня своей проблемой с духовными силами. Вэй Нин кинул Суйбянь на воздух — низко, совсем близко к земле, чтобы на него можно было встать, не задирая ног, — и подтянул к себе с двух сторон Вэй Усяня и Вэнь Цин, а затем достал из рукава Талисман Перемещения. — Вэнь Цин, — попросил он тихо, — закрой глаза. И Вэнь Цин послушалась. В конце концов, она же обещала ему. Перед закрытыми веками что-то полыхнуло — видимо, талисман начал работать, — и вдруг, перед тем как очутиться в Ланьлине, она почувствовала, как кто-то встал совсем рядом и коснулся ее руки. Вэнь Цин не открыла глаз. Не только из-за того, что она дала обещание, но и из-за того, что просто не смогла. Потому что ее сознание пронзило ужасом. Прикосновение этого человека было таким холодным, словно к ней прикасался мертвец.

***

Когда братья Вэй оставили Вэнь Цин у гостевых покоев и тихонько зашли в Зал Несравненной Изящности, Совет Кланов уже начался. Вэй Нин поймал глазами взгляд Лань Сичэня и заметил, что глава Лань едва заметно выдохнул, увидев его. Вэй Нин не мог вспомнить, когда последний раз видел его нервничающим, но сейчас ему было очевидно: всегда спокойный и безмятежный глава Ордена Лань был напряжен, хоть со стороны это было незаметно. Цзинь Гуанъяо вдохновенно рассказывал что-то про страдающих от засилья нечисти жителей маленьких деревень, когда близнецы осторожно, стараясь не помешать присутствующим, пробирались на свои места среди адептов Ордена Юньмэн Цзян. — Пс, — быстро шепнул Вэй Усянь на ухо Цзян Чэну, когда они оказались около него, — мы что-то пропустили? — Ничего, — так же шепотом ответил Цзян Чэн, который от нервозности даже забыл поругать его за опоздание. — Только-только закончилась торжественная часть, и Цзинь Гуанъяо начал рассказывать про сторожевые башни. — Что такое торжественная часть? — все так же неслышно спросил Вэй Усянь. — Открывающий концерт, — отозвался Цзян Чэн с раздражением. — Вы можете… — Открывающий концерт? — братья Вэй удивленно переглянулись. — А разве на Совете Кланов раньше бывало… — Вэй Усянь! — прошипел Цзян Чэн, с силой дергая его за рукав. — Ты можешь заткнуться и сесть на место?! — Да, конечно, — ответил Вэй Усянь и огляделся, рассеянно пытаясь найти их места. — Цзян Чэн, но… Цзян Чэн в праведном негодовании повернулся к нему и тут же нахмурился, поняв, что ему пытаются донести. Мест, предназначенных для адептов Ордена Цзян, действительно… не было. Вернее — количество мест не сократилось, только вот все они были заняты. Не то чтобы братья Вэй не понимали, почему такое могло произойти. Напротив, они вполне этого ожидали: недавно к Ордену Юньмэн Цзян присоединились два новых адепта. Это были Ло Цинъян (или Мянь-Мянь, как предпочитал называть ее Вэй Усянь) и ее муж. (Когда эти двое вступали в Орден, они еще не были женаты, и Госпожа Юй была на удивление довольна из-за того, что может поспособствовать объединению двух любящих сердец. Свадьбу провели в Пристани Лотоса, близнецы Вэй сыграли на ней новую мелодию, которую сами придумали, и Мянь-Мянь была в тот день почти так же прекрасна, как Цзян Яньли). Но Зал Несравненной Изящности не страдал от недостатка места, поэтому по всем законам гостеприимства количество мест для адептов Юньмэн Цзян должно было увеличиться ровно на два. Однако… Цзинь Гуанъяо замолчал, обрывая свою душещипательную речь, и обратил свой взор на братьев Вэй, которые растерянно пытались найти, куда им можно сесть. — Молодые господа Вэй из Юньмэна… — обратился он к ним с виноватой улыбкой. — Прошу прощения за доставленные неудобства. В вашем Ордене недавно было прибавление, а несколько Советов Кланов подряд показали нам, что обычно вы… игнорируете данные мероприятия. — Никаких обид, Ляньфан-цзюнь, — добродушно ответил Вэй Нин. — Мы можем сесть прямо на пол. Улыбка прилипла к лицу Цзинь Гуанъяо, но глаза его совсем не смеялись. Вэй Нин смотрел на него выжидающе. Видимо, Цзинь Гуаншань просто хотел показать, что их мнение для него ничего не значит, но если они действительно сядут сейчас на пол, осуждение будет направлено вовсе не на них, несмотря на неподобающее поведение, а на Орден Ланьлин Цзинь, который не сумел должным образом обеспечить условия для важнейшего события в мире заклинателей. — Что вы, не стоит! — воскликнул Цзинь Гуанъяо горячо и искренне. — Прошу прощения за такой конфуз. Если вас не затруднит, присаживайтесь, пожалуйста, вот сюда, — он указал рукой в сторону свободных мест, — между членами кланов Оуян и Цинь. Братья послушно последовали в указанном направлении, и Вэй Нин фыркнул про себя, когда понял, что это были за места. Цзинь Гуанъяо назвал кланы, между которыми они находились, чтобы смягчить ситуацию, но вообще-то они предназначались для бродячих заклинателей — на случай, если те тоже пожелают принять участие в Совете Кланов. Раньше бродячие заклинатели не имели права голоса на таких мероприятиях, но после суда над Сюэ Яном заклинательское общество единогласно согласилось, что иногда от них бывает больше пользы, чем от заклинателей из именитых кланов. Поэтому сейчас Вэй Нин и Вэй Усянь занимали места… даочжанов Сяо Синчэня и Сун Ланя. Вэй Нин сел и без стеснения положил локти на небольшой стол. Цзинь Гуанъяо думал, что даочжаны не придут? Что ж, значит, это будет еще одним сюрпризом. — Ляньфан-цзюнь, — обратился к Цзинь Гуанъяо Цзян Фэнмянь, проследив за тем, как близнецы расселись, — в главном зале Башни Золотого Карпа ведь не станет теснее, если немного расширить пространство для Ордена Юньмэн Цзян? Надеюсь, что в следующий раз все будет устроено подобающим образом? — Конечно! — поспешил заверить его Цзинь Гуанъяо. — Еще раз прошу прощения за невнимательность. — Между прочим! — громко воскликнул Вэй Нин, не давая ему продолжить рассказ о преимуществах сторожевых башен. — Извиняюсь за опоздание, но я был уверен, что, когда мы придем, увидим в зале преступников. Неужели им уже вынесли приговор, пока нас не было? Как обидно… Цзинь Гуаншань сощурил медовые глаза, посмотрев на него, а затем перевел взгляд на своего незаконнорожденного сына. Цзинь Гуанъяо, всегда готовый отдуваться за всех и сразу, ответил Вэй Нину, не стирая с лица доброжелательной улыбки: — Нет, еще не вынесли. Молодой господин Вэй, если бы вы пришли… немного раньше, вы бы знали, что сейчас мы обсуждаем вопросы куда более… — А ведь и правда! — воскликнул кто-то с другой стороны зала. — Где преступники? — Разве же их не обещали показать на этом Совете Кланов? — вторил ему другой голос. — Глава Ордена Цзинь же утверждал, что все пособники убийства клана Чан были найдены! — Господа… — Цзинь Гуанъяо посмотрел на них так, как обычно смотрят на что-то милое и жалкое. — Вы совершенно правы, нам удалось найти преступников, и мы обязательно сегодня свершим над ними суд. Прошу, давайте закончим разговор о строительстве стор… — Да кому нужны твои башни! — выкрикнул кто-то. — Какой от них толк?! Бесполезная трата нашего времени! Дайте сюда убийц! Хочу посмотреть в глаза тем, кто стоит за уничтожением целого Ордена заклинателей! В зале стало шумно. Вэй Усянь потер подбородок, думая, что это был хороший знак, и взглянул на Не Хуайсана, сидевшего практически ровно напротив него. Но лицо Не Хуайсана было не по обыкновению серьезным и хмурым, словно что-то не давало ему покоя. — Знаешь… — тихо протянул Вэй Нин, тоже заметив выражение лица Не Хуайсана. — Что-то не нравится мне этот «открывающий концерт». Ты помнишь, чтобы хоть раз такое устраивали на Совете Кланов? — Нет, — ответил Вэй Усянь, не сводя глаз с Не Хуайсана. — Только на свадьбах и подобных празднествах. — Господа! — Лань Сичэнь вдруг встал с места, и людской поток словоизлияний быстро начал стихать, а затем и вовсе прервался. — Прошу вас, давайте успокоимся. Сторожевые башни — это действительно очень… полезное изобретение. Поэтому не стоит сейчас ругать его лишь из-за того, что вы хотели бы обсудить другой вопрос. Но вы правы, про них можно поговорить и позже. Вэй Нин наклонился вбок, к заклинателю, сидевшему к нему ближе всех. Это была девушка из Ордена Цинь — Вэй Нин не знал ее имени, но у него было ощущение, что где-то он ее уже видел. — Действительно, Ляньфан-цзюнь, — поддержал Лань Сичэня Цзян Фэнмянь, обращаясь к Цзинь Гуанъяо, — давайте немного отложим вопрос о сторожевых башнях. Они не станут менее полезными оттого, что мы обсудим их позже. Сейчас мы все просим вас показать нам преступников. Думаю, вы чувствуете то же, что и все мы: мы хотели бы спать спокойно, зная, что безумным убийцам назначено соответствующее наказание и они не потревожат наши семьи. — Извините, молодая госпожа, — прошептал Вэй Нин на ухо девушке из клана Цинь, — мы пропустили торжественную часть, поэтому я хотел бы узнать… Что играли перед началом совета? Цзинь Гуанъяо вздохнул, не прекращая улыбаться, словно говорил этим ласково: «Ну что с вами делать», как обычно говорят капризным детям, выпрашивающим игрушки, и ответил с легким поклоном: — Конечно. Как скажете, Цзэу-цзюнь, Старейшина Цзян. Девушка удивленно обернулась к Вэй Нину: кажется, она совсем не ожидала, что он вдруг решит с ней заговорить. — В таком случае, — произнес Цзинь Гуаншань, взмахнув рукавом в сторону окружавших его слуг, — введите преступников. — Играли… — тихо ответила девушка, на мгновение задумавшись. — Честно говоря, я не знаю, что это была за музыка. Я никогда не слышала таких мелодий. Но они были очень красивыми. — О, не сомневаюсь, — ответил Вэй Нин девушке, кинув быстрый взгляд на трех скрывшихся за дверью стражников, — недаром им дали право открывать такое важное событие, как Совет Кланов. — Все убийцы связаны, — заговорил Цзинь Гуаншань, стараясь чем-то разбавить напряженную тишину, — и в целом находятся в довольно… нелицеприятном состоянии. Но кто знает, что они могут выкинуть. — А вы… знакомы лично с кем-то из игравших? — спросил девушку Вэй Нин. — Ведь цель таких, как они, — продолжил Цзинь Гуаншань, и его голос стал жестким, — это уничтожить как можно больше людей, вне зависимости от того, с кем они имеют дело! Поэтому, — он обвел зал рукой, обращаясь к страже из своего Ордена, — вы должны понимать степень угрозы. — Нет, — покачала головой заклинательница, отворачиваясь от Вэй Нина и с интересом смотря на Цзинь Гуаншаня, — ни с кем. Повинуясь приказу своего господина, стражники Ордена Цзинь распределились по залу и встали у стен с разных сторон, по всему периметру комнаты, оцепили зал на случай, если кому-то из гостей будет грозить опасность. — Но… — девушка вдруг снова повернулась к Вэй Нину, словно что-то вспомнив. — Я знакома с их главой. Он очень хороший человек и широко известен в нашем обществе. Думаю, он сам создал некоторые из этих мелодий, поэтому я их и не знала. Прекрасно, правда? В этот момент двери зала открылись шире и явили миру цепочку идущих друг за другом людей, закованных в кандалы. Спереди, сзади и по бокам их сопровождали стражники. — Прекрасно, — согласился Вэй Нин, пытаясь выцепить из списка пленных хоть одно знакомое лицо, но всех этих людей он видел впервые в жизни. Он заметил, что девушка отвлеклась от разговора с ним, потому что, широко распахнув глаза, с ужасом, смешанным с любопытством, рассматривала вошедших, и тихонько кашлянул. — Кажется, этот человек действительно гениален, — произнес он. — А? — девушка лишь спустя несколько мгновений поняла, что обращаются именно к ней. — Кто? По залу пронеслись шепотки: все рассматривали преступников. Жестоких убийц, зверски уничтоживших целый заклинательский Орден, не пощадивших даже детей. — Ну, этот, глава адептов, игравших концерт перед началом совета, — прошептал Вэй Нин, ощущая, как его начинает лихорадить, а времени остается все меньше и меньше. — По вашим словам выходит, что он человек выдающийся, да? Он не знал, для чего остается меньше времени — он просто чувствовал это, и все, чувствовал, что что-то идет не так, как было запланировано, хотя и не мог найти этому реально существующую причину. Цзинь Гуаншань молчал, милостиво позволяя присутствующим со всех сторон изучить глазами закованных в кандалы преступников. Все они были страшно худыми, словно не ели несколько недель, грязными и в той или иной степени покалеченными — правда, не так сильно, как в свое время был покалечен Сюэ Ян. — А… — рассеянно отозвалась девушка, которой явно было не до разговоров с Вэй Нином, слишком велик был ее интерес к происходящему в зале. — Да, очень. Он даже… — она замолчала, резко мысленно перескочив на что-то другое — что-то, о чем перешептывались адепты ее Ордена. — Он даже… мхм… создал ту песню… — Какую песню?! — Вэй Нин еле сдержал порыв встряхнуть ее за плечи, чтобы обратить на себя ее внимание. — Что он создал? Он не знал почему, но был уверен: ему важно знать, кто именно участвовал в этом странном, внезапном открывающем концерте. — Итак, — голос Цзинь Гуаншаня был серьезным и торжественным, — позвольте представить вам наших сегодняшних… гостей. По залу пробежал короткий, тихий и нервный смех. — Да ту песню… Не помню ее точное название, — пока он перечислял имена преступников, девушка снова повернула к Вэй Нину голову, и в ее глазах на мгновение появилась осознанность. — Та, которая заставляет человека отвечать правдиво. Но теперь настал черед Вэй Нина отвлекаться, потому что среди перечисляемых Цзинь Гуаншанем имен он явственно услышал фамилию Вэнь. Вэй Усянь тоже дернулся, услышав это, и пристальнее вгляделся в пленных, но никого из знакомых адептов не увидел. — Да, точно! — девушка щелкнула пальцами, вспомнив. Вэй Нин посмотрел на нее, уже зная, какое название услышит. — Песнь Истины.

***

— Ублюдки! — крикнул кто-то из зала, потрясая кулаками. — Убийцы! — Чтоб вам умереть так же, как умерли адепты Ордена Чан! — О, черт… — Вэй Усянь поморщился, словно от боли, потому что в ту же секунду девушка из Ордена Цинь, обращаясь к Вэй Нину, произнесла до боли знакомое название мелодии, и ее голос смешался с гулом толпы. — Су Шэ и его адепты выступали сегодня перед началом совета? Что-то мне это совсем не нравится. — Мне тоже, — тихо согласился с ним Вэй Нин после того, как поблагодарил заклинательницу за помощь. — Понятия не имею, что они выкинут в этот раз, надеюсь, не сведут с ума всех собравшихся. Пока что я не вижу в поведении присутствующих ничего странного, но в любом случае, А-Ин, будь внимателен. — Ага, — коротко кивнул Вэй Усянь и погрузился в глубокую задумчивость. — Ты — тоже. — Думаю, ни у кого не возникнет вопросов, — продолжал Цзинь Гуаншань, чье довольство реакцией зала было видно физическим зрением, — в чем состояла мотивация господина из клана Вэнь. Аннигиляция Солнца закончена уже давно, клан уничтожен, но, увы, не все смогли с этим смириться. Остатки клана Вэнь до сих пор бродят по Поднебесной, побираясь и втайне надеясь отомстить и вернуть клану былую славу. И этих людей… — он развернулся всем телом к местам, на которых сидели близнецы. — И этих людей вы спасли, молодые господа Вэй! И чем они вам отплатили? Уничтожили полсотни невинных человек! На удивление, вместо возмущения Вэй Усянь ощутил усталость — примерно такие чувства, скорее всего, испытывал Сун Лань, когда слышал очередную дурацкую шутку от Сюэ Яна. Сколько еще раз Цзинь Гуаншань будет пытаться обвинить их и настроить против них общество? Ему когда-нибудь надоест это? — Это неправда, — будничным, скучающим тоном отозвался Вэй Усянь. — Мы спасли тех из клана Вэнь, кто не участвовал в войне. Все они были целителями или простыми работягами, и среди них большинство — это старики и дети. Человека, который сейчас стоит в середине зала, мы видим первый раз в своей жизни. — Как интересно! — глаза Цзинь Гуаншаня зажглись воодушевлением. — Почему-то господин Вэнь рассказал нам другую историю. Закованный в кандалы человек, которого называли господином Вэнь, вдруг повернул голову и посмотрел безумными, расширенными глазами на Вэй Усяня. А затем вдруг подорвался с места и кинулся к нему, рыдая и всхлипывая. — Господин Вэй! — закричал он в истерике, но цепь, которой он был прикован к другим осужденным, натянулась и рывком рванула его назад, заставляя неуклюже упасть на пол. — Господин Вэй, прошу, простите меня! Пожалуйста, помогите мне! Позвольте мне снова жить с другими адептами в Гусу Лань! — Что?! — закричал кто-то. — Так это Гусу Лань укрывает у себя вэньских псов?! — Я так и знал! — поддержал его другой голос. — Орден Лань слишком благоволит братьям Вэй! — Смерть псам из клана Вэнь! — А что, если кто-то из них снова кого-нибудь убьет, решив отомстить?! — О небеса… — прошептал Вэй Усянь, с силой сжимая край стола. — Они что, решили обвинить все Ордена, кроме своего собственного?! — Господин Вэй! — завыл преступник, дрожа и рыдая. — Прошу, нас же с вами связывало так много, помогите мне… Для вас же это ничего не стоит! Подкупите стражников, как вы сделали это в прошлый раз! Зал буквально взорвался после этой фразы. Девушка из клана Цинь в ужасе отшатнулась от Вэй Нина, явно желая сидеть где-нибудь в другом месте, подальше от него. Вэй Усянь сделал глубокий вдох, успокаиваясь. Воистину, это будет последний Совет Кланов для Цзинь Гуаншаня. Потому что если не остановить его сейчас, он никогда не оставит их в покое. — Никого они не подкупали! — в ярости воскликнул Цзинь Цзысюань, но за скоплением голосов его никто не услышал. — Я был с ними в тот момент! Я сам разрешил им увести с собой остатки клана Вэнь! — Да угомонитесь вы когда-нибудь или нет?! — в ярости заорал Цзян Чэн, ударяя рукой по столу. — Сколько можно плести небылицы?! Но в зале было так громко, что голоса слились в один сплошной вой, из которого невозможно было вычленить отдельные фразы. Вэй Нин подумал, что нынешнему заклинательскому обществу действительно очень не хватало Верховного заклинателя: если бы кто-нибудь попробовал так вести себя несколько лет назад в присутствии Вэнь Жоханя, тут же как минимум лишился бы языка. Вэй Нину обычно не было дела до политики, но то, что происходило сейчас, явственно доказывало: этому обществу нужен был кто-то, кто мог бы им управлять. Кто-то, чей голос был бы достаточно авторитетным, чтобы заставить людской поток сознания остановиться. Вэй Усянь толкнул его в бок локтем. — Ну что, А-Нин, — сказал он с усмешкой, — пришло время разозлиться? Вэй Нин пожал плечами — не возражая, а наоборот показывая, что выбора у него не остается, — и вытянул руку вперед. Смысла браться за флейту у него уже давно не было: духовная энергия била через край и готова была вырваться по первому его зову. В ту же секунду в центре зала, опоясывая преступников и стоящих вокруг них стражников, вспыхнуло кольцо синего пламени. Цзинь Гуанъяо, стоявший неподалеку, отшатнулся — и сделал это вовремя, иначе ему бы наверняка подпалило ресницы. Гул голосов смолк так быстро и синхронно, словно на всех в зале одновременно наложили заклятие молчания. Причитавший и охавший преступник, пытавшийся выдать себя за члена клана Вэнь, замолчал и в ужасе попытался спрятаться за кого-то из собратьев по несчастью. Вэй Нин опустил руку, отпуская контроль над потоком Ци, и пламя, недовольно, будто желая просуществовать подольше, угасло. В этот момент Лань Сичэнь, пользуясь моментом, пока никто его не перекрикивает, встал из-за стола и взял слово. — Спасибо, молодой господин Вэй, — произнес он, повернув голову к Вэй Нину, а затем обратился к остальным: — Господа, прошу вас дослушать меня до конца и не делать поспешных выводов. Вы же помните, что было последний раз, когда на суде чуть было не приняли поспешное решение? Зал пристыженно молчал. Конечно, они помнили. Помнили о том, как братьев Вэй едва не отправили на смертную казнь — и какую важную роль сыграла в этом общая истерия. — То, что часть бывших адептов Ордена Вэнь живет в Облачных Глубинах, — продолжил Лань Сичэнь, убедившись, что его не перебивают, — вам всем, господа, прекрасно известно, и мы никогда этого не отрицали. Но глава Ордена всегда в первую очередь думает о благополучии своего Ордена. Поэтому тот факт, что мы согласились принять их к себе, доказывает не то, что мы беспечны, а лишь то, что все они — добрые и работящие люди. Разумеется, я знаю их всех по именам и лицам и знаю, чем они занимаются. И могу заверить вас, что с человеком, которого сейчас называют господином Вэнь, я не знаком. — Ох, неужели… — Цзинь Гуаншань очень правдоподобно распахнул удивленные глаза. — Неужели он один из тех, кто жил в резиденции Ордена Юньмэн Цзян? Цзян Чэн набрал в легкие побольше воздуха, и было видно, что еще секунда — и все заклинательское общество услышит что-то нецензурное. Но тут внезапно заговорил Не Хуайсан. Копируя Цзинь Гуаншаня, он наивно открыл огромные глаза и ответил с искренним изумлением: — Но ведь господин в кандалах очень четко сказал, что хочет вернуться к жизни в Облачных Глубинах! Поэтому Пристань Лотоса здесь ни при чем. Но Цзэу-цзюнь, глава Ордена Лань, говорит, что и в Облачных Глубинах об этом человеке ничего не знают, — он сокрушенно покачал головой. — Что же это может значить?.. — Ох! — Цзинь Гуанъяо замахал руками и очень натурально покрылся стыдливым румянцем. — Цзэу-цзюнь, глава Ордена Цзян, у нас и в мыслях не было обвинять кого-то из ваших кланов! Мы лишь хотели принести свои соболезнования по поводу того, что вы вырастили тигра и были им ранены! Но если вы говорите, что не знакомы с этим человеком… Вы! — он гневно ткнул пальцем в преступника. — Зачем вы сочинили такую гнусную ложь?! Сейчас же назовите свое настоящее имя! Человек беззвучно зашевелил бескровными, потрескавшимися губами. Он стал еще более бледным, а его руки дрожали так, что цепи оков на его запястьях звенели, ударяясь друг о друга. Он был ужасно напуган. — Это неважно, — сказал Лань Сичэнь, избавляя его от необходимости что-то говорить. — Даже если у него действительно фамилия Вэнь, он не имеет отношения к тем адептам, которых спасли господа Вэй, а мы приняли в свои Ордена. Люди в зале переглядывались, перешептывались неуверенно, но гвалта больше не поднимали. Вэй Нин с досадой подумал о том, как же легко было управлять их мнением, если высказывания исходили от кого-то уважаемого обществом, будь то интриган Цзинь Гуаншань или благородный Лань Сичэнь. — Впрочем, — добавил Лань Сичэнь, пряча взгляд за опущенными ресницами, — к убийству клана Чан он отношения тоже не имеет. Перешептывания остановились. В глазах дрожащего преступника отразился безумный, отчаянный блеск надежды. Цзинь Гуаншань приподнял брови, смотря на Лань Сичэня непонимающе. — …как и все эти люди, — закончил Лань Сичэнь и дружелюбно улыбнулся. — Они не преступники. Сбившиеся в кучку пленники глядели на него так, словно перед ними стоял не заклинатель, а как минимум богиня милосердия Гуаньинь. Глаза каждого из них были наполнены слезами. — А-м-м… — послышался чей-то робкий голос откуда-то из угла зала. — Цзэу-цзюнь, но почему вы так решили? Было видно, как напрягся подбородок Цзинь Гуаншаня. Он явно уже собирался открыть рот, чтобы что-то возразить, но промолчал и лишь посмотрел на Лань Сичэня выжидающе, довольный тем, что зал сам защищает его. — Потому что по ним это видно, — ответил Лань Сичэнь с искренним удивлением. — Разве вы не замечаете? Вы же помните, как вел себя Сюэ Ян, когда его приговаривали к казни. Разве хоть один из них похож на него? Простите за прямолинейность, глава Ордена Цзинь, но это просто кучка запуганных бедолаг. Сложно поверить, что Сюэ Ян взял бы себе в помощники кого-то из них. — Вы рассуждаете вполне логично, — не стал отрицать Цзинь Гуаншань. — Только вот преступники не всегда ищут пособников, похожих на себя, чаще происходит как раз наоборот. К тому же, какой им в таком случае смысл признаваться в том, чего они не совершали? — Пф! — Не Минцзюэ фыркнул, и его громкий голос эхом отразился от сводов зала. — Под пытками сознаешься в чем угодно, хоть в убийстве собственной матери. — В чем угодно, — согласился Лань Сичэнь, и на его лице появилась полная скорби и боли улыбка. — Даже в… заговоре против главы Великого Ордена. Вэй Нин опустил глаза. Его переполняла гордость. Он не знал, как Лань Сичэнь умудрился внедрить в их диалог намек на недавнее обвинение и последующую казнь Ордена Хэ, о которой поведал Сюэ Ян, но это точно должно было подействовать. Наверняка не все поверили, что такой маленький клан взбунтовался против главы Ордена Цзинь, обязательно остались и те, кто в душе не был готов смириться с таким поворотом дел. Это сыграет им на руку. — Цзэу-цзюнь, я не совсем… понимаю… — Цзинь Гуанъяо помотал головой, выражая этим полнейшую растерянность. — Почему вы решили, что эти люди на самом деле непричастны к тому, что случилось с Орденом Чан? Неужели просто по внешнему виду? — Конечно, нет, — дружелюбно ответил ему Лань Сичэнь. — Если честно, внешний вид, как и любые другие личные качества, играет здесь малую роль. Я решил так лишь потому, что Сюэ Ян делал это один. — Что? — Цзинь Гуаншань легко и коротко рассмеялся и прикрыл рот веером, словно устыдившись своей несдержанности. — Цзэу-цзюнь, право, вы переоцениваете способности Сюэ Яна. Он бы никогда не смог сделать этого в одиночку. На лице Вэй Усяня появилась кривоватая усмешка. Лицо Лань Чжаня было, по обыкновению, серьезным и безразличным, но если бы он умел проявлять эмоции, на его лице появилась бы такая же. На этот раз Цзинь Гуаншань сам подвел их к нужной теме. — Конечно, не смог бы, — согласился Лань Сичэнь. — Никто бы не смог. Поэтому очень жаль, что вы, глава Ордена Цзинь, предоставили ему соответствующую поддержку. Если бы не она, могло бы выжить столько невинных людей… Цзинь Гуаншань вытаращился на него. Веер в его руке едва заметно дрогнул. — Цзэу-цзюнь, — медленно произнес он по слогам, — возможно ли, что я неправильно вас понял? — Нет-нет, глава Ордена Цзинь, — дружелюбно ответил Лань Сичэнь, — вы поняли все правильно. Я сказал, что вы покрывали Сюэ Яна, и более того, часть своих злодеяний он выполнял именно по вашему приказу. Люди в зале полностью затихли и, кажется, даже перестали дышать. Выражение лица Цзинь Гуаншаня было таким, словно он только что услышал несусветную чушь. — Цзэу-цзюнь, мне… не совсем понятны ваши внезапные и необоснованные обвинения. Да, Сюэ Ян действительно был адептом нашего Ордена, и я сожалею, что мы не смогли за ним уследить, и не отрицаю своей в том вины. Но вы только что вменили мне его преступления — Цзэу-цзюнь, вы должны понимать, что я не могу просто закрыть глаза на подобное обвинение! — Я правильно понимаю, — уточнил Лань Сичэнь, игнорируя его праведное негодование, — что вы утверждаете, что мое заявление ложно? — Ну, разумеется! — воскликнул Цзинь Гуаншань, голос которого едва не сорвался от гнева. — Глава Ордена Лань, я страшно разочарован в вас! Ваш покойный отец всегда полагал, что вы будете мудрым и справедливым главой клана, но, видимо, он ошибался! Как вообще можно делать подобные заявления в адрес главы Ордена, не имея под этим никакой подоплеки! — Всецело понимаю ваше негодование, — заверил его Лань Сичэнь. — А посему предлагаю проверить, кто из нас прав. Вы же не будете против, правда? Цзинь Гуаншань сделал страшные глаза, не понимая, что отвечать. Он явно не предполагал, с чем ему сейчас придется столкнуться. — Господин Сюэ из Куйчжоу, — будничным тоном сказал Лань Сичэнь, поворачивая голову в сторону двери, — рассудите нас, пожалуйста.