Законы природы.

      Ойкава улыбался так приторно сладко, что у заныли разом все зубы, но что-то было в этой улыбке. И это "что-то" подсказывало, что капитан Сейджо не просто раздражён - он злится. - Правильно ли я понимаю, Ойкава-сан: вы пришли сюда, чтобы просто проводить Сугу? - Дайчи, казалось, взбешён был не меньше, да и команда была явно на взводе. Надо было что-то быстро предпринять, пока не случилось скандала. Коуши понимал волнение команды - сам бы он так же переживал за кого-то из них - больше всех была ясна причина того, по которой ощетинился в секунду Танака. Ситуацию усложняло лишь то, что Сугавара искренне не понимал взаимной злости капитанов. Это немного сбивало с толку. - Верно-верно, Капитан-чан! Мы договаривались об этом с Сугой-чаном, но он, очевидно, устал и забыл. Не переживай, я доведу его до дома, - говорил Тоору как всегда спокойно и с улыбкой, если не заглядывать в полыхающие гневом глаза. Но светловолосый заглядывал, ещё как заглядывал. - Мы и сами можем проводить Сугу, - Савамура сильнее сжал плечо второго номера, отчего тот слегка поморщился от неожиданности. Ойкава сделал шаг вперед, а Коуши понял, что стоять молчаливым столбом - не самый лучший вариант для него. - Дайчи, ребята. Послушайте, я и правда запамятовал, что мы с Ойкавой-саном должны были прогуляться после тренировки. Всё хорошо, не нужно так переживать, пожалуйста, - команда рассеянно переглядывалась, Дайчи убрал руку с плеча. Ойкава будто поуспокоился. Буря явно миновала, заставляя светловолосого сеттера облегчённо выдохнуть внутри.       Уже уходя, Сугавара чувствовал на себе взгляды товарищей, отчего между лопатками будто зудилось. Ойкава шёл рядом, смотря вперед, сверкая самодовольной улыбкой. А Суга устал. Правда устал после тренировки, после разбора полётов с командой, поэтому удивление и эйфория при виде Тоору неожиданно сменилось раздражением: мог бы предупредить хотя бы, а не вбивать в ступор всю команду и Сугавару лично. Задумавшись о том, что будет, если он ударит шатена по голове, светловолосый услышал спокойный, мягкий улыбающийся голос: - Ну, не хмурься так, Суга-чан! Прости меня. Просто я хотел увидеться, да и лица твоих товарищей того стоили. Думаю, было бы хуже, если бы я караулил тебя возле твоего дома, ты бы решил, что я маньяк какой, - Тоору сто процентов знал, что такой мягкий и просящий голос может из людей веревки вить. И Суга почти улыбнулся. Почти. Нет, с ним у Великого Короля такой трюк не пройдёт! - Ты ведь не знаешь моего адреса, - пробурчал Коуши, пряча улыбку в уголках губ. Что, впрочем, всё равно не укрылось от парня рядом. Тот придвинулся чуть ближе, и, посмотрев на парня мягким ласковым взглядом, наклонил голову вбок. - Вот сейчас и узнаю, - и продолжил смотреть так, будто взглядом ласкает, пробирается в самую душу. Парень дал себе мысленную оплеуху, мол, очнись, Коуши! У него таких как ты - целый фанклуб, и только тебя там и не хватало. Настроение несколько упало.       Ойкава же видел в ответ такие чудесные глаза, теплые, с красивыми искорками. Суга-чан, кажется, слегка оттаял от его выходки, но отчего-то в его взгляде ровно на одно мгновение показалась грусть. Тоору насторожился. Не к лицу было этому милому мальчику такое выражение, хоть он и понимал, что Коуши тоже человек со своими заботами, тревогами и личной болью. От этого вечно спящая совесть подала признаки своего адекватного существования. Вдруг у Суги-чана что-то случилось, а тут он, Ойкава, как снег в июле - нарисовался не сотрёшь. И с чего шатен вообще надеялся, что светловолосый будет рад видеть его? Зрительный контакт эти двое так и не разрывали, лишь молча смотрели друг на друга и шли. Наверное, со стороны это выглядело странно. Почему-то в голове появилась картинка, в которой волейбольная команда Карасуно во главе с их шумным либеро прячутся по кустам, проводя слежку за ними. Догадываясь о вспыльчивом характере некоторых членов команды, например той приманки, либеро и пятого номера, он бы даже не удивился такому исходу событий.       Задумавшись и залипнув в глаза напротив, Тоору всё равно заметил бордюр. О который Суга, конечно споткнулся, так как так же не смотрел на дорогу. Шатен резко перехватил его за плечо, удерживая в вертикальном положении, поэтому придвинулся ближе. Знакомый запах ударил по обонянию, заставив альфу внутри чуть ли не замурчать, как домашнего кота. Сугавара испуганно всё ещё таращился в глаза капитана Седйджо. Они остановились и продолжили молчать. Но глупая сущность явно была бы не против обернуться вокруг ног Суги-чана и положить ему голову на колени. "Дожили. Суга-чан нравится мне во всех смыслах!" - отчего-то мысль эта не принесла никакого дискомфорта, лишь желание пригладить торчащие после тренировки светлые волосы и провести рукой по скуле, задевая эту очаровательную родинку. А вот с Коуши явно было что-то не так. Он резко отстранился и пошёл чуть вперед. Альфа был в недоумении, отсутствие запаха помогло поставить на место голову, вытеснив все эти нежности. - Что такое, Суга-чан? - Ойкава быстро нагнал вице-капитана бывших соперников и схватил его за руку. Та была холодной. И правда, уже ведь вечер и достаточно холодно, а Коуши лишь в школьной форме да ещё и после тренировки. Тоору взял бледные тонкие ладони в свои руки и принялся делиться теплом. Он приблизил их руки к своим губам и тихонько стал на них дышать, разминая изящные костяшки в попытке согреть. Сугавара покрылся румянцем и отвёл глаза. Тоору захлестнула какая-то иррациональная волна нежности, глядя на то, как последние солнечные лучи путаются в серебряных волосах и ещё больше подсвечивают нежный румянец. Этот момент хотелось остановить, будто законсервировать в янтаре. И остаться тут навсегда. С лёгким запахом сирени и мяты, с медовыми в закатных лучах солнца глазами, и нежной кожей рук. - Зачем... - Коуши откашлялся, - Зачем ты пришёл? Что-то случилось? Почему ты не предупредил?       Данный вопрос как-то даже больно кольнул по самолюбию Ойкавы. Вспомнились слова Ива-чана: "Не все воспринимают твоё появление как праздник". Что же, возможно Иваизуми и прав. Тоору вздохнул, показывать разочарование не хотелось, только не Коуши. - Ойкава-сан? - как и ожидалось, Сугавара и впрямь был проницателен, потому и заметил так быстро смену в настроении. Возможно, это было странно, но они будто чувствовали друг друга на интуитивном уровне. - Тоору. Помнишь, Коуши? Я же просил звать меня по имени. Хотя бы, пока мы одни, - прозвучало неожиданно глухо. Суга в который раз за вечер широко распахнул светлые ресницы при звуке своего имени. Это прозвучало интимно. Только для них двоих. Для того маленького мира, что они создали только что. - Я просто хотел увидеть тебя. Почему-то я думал, что ты будешь рад. - Я рад. - вдруг спокойно кивнул светловолосый, немного замялся и продолжил, - Правда рад, Тоору.       Суга был удивлён. Правда удивлён. Ойкава смотрел в его глаза так, будто обнаружил там целый прекрасный мир. Он был так рад и так ярко улыбался, что Сугаваре даже стало стыдно, что он задал этот вопрос. Омежья сущность с ума сходила от прикосновения горячих пальцев на своих руках, от тёплого дыхания, от обволакивающего запаха кофе с корицей. А сам Коуши просто таял от такого взгляда шоколадных глаз. Вдруг Тоору выпустил из рук его ладони и снял с себя олимпийку, с той же широкой улыбкой накинув её на плечи светловолосого. - Пойдём. Становится холодно, нужно проводить тебя, а то заболеешь! - шатен всё равно взял своего спутника за руку и повёл вперед. Запах олимпийки успокаивал, хотелось зарыться носом в воротник, но это было бы слишком очевидно. Нельзя. Нельзя влюбляться в Ойкаву Тоору. Точно нельзя. Но, кажется, Суга уже на пути к этому. - Вообще, я пришёл просто прогуляться с тобой. Ты умный и весёлый, с тобой приятно общаться, Суга-чан. Наверное, это странно прозвучит, учитывая нашу с тобой прошлую встречу, но я скучал.       Сердце - глупое сердце - ожидаемо пропустило удар от таких искренних слов. От Тоору надо было точно спрятаться. Или спрятаться вместе с ним от всего остального мира. - Мне тоже нравится общаться с тобой, Тоору-кун, - казалось, этот ответ удовлетворил парня. Ойкава шёл, не отпуская его руки и что-то шумно рассказывал, всё время жестикулируя второй рукой, заставляя Коуши смеяться.       Шатен слушал этот мягкий смех и чувствовал, что душа будто начинает парить. Он даже перестал акцентировать внимание на их смешанном запахе, который в первые секунды заставил его испытать странную эйфорию. Он просто смотрел на Сугу-чана, слышал его смех, слышал его голос. "Интересно, каким он будет, если заставить его стонать от удовольствия..." - мысль в собственной голове будто ударила под дых и заставила покраснеть. Подумать только! Тоору никогда не испытывал недостатка в сексе, но сейчас покраснел, как девственник. Хотелось прислониться лбом к чему-нибудь холодному. Поэтому Тоору, не долго думая, прислонил ладонь Коуши к своему лбу. Может прав был Иваизуми, запах в его интересе играет не самую первостепенную роль? Светловолосый немного удивился. - У тебя лоб горячий! - вдруг воскликнул парень, но руки своей так и не отнял. "Мысли о тебе куда горячее" - убито заявил внутренний голос. Тоору был с ним согласен. В голове проплывали образы такого нежного и раскрытого Суги, выстанывающего его имя. - Ты же тоже можешь заболеть. Возьми, пожалуйста, куртку. Тем более, мы уже пришли. Может, зайдёшь, если чувствуешь себя плохо?       Ситуация лучше не становилась от слова совсем. Сугавара наивно даже не догадывался в какую сторону улетели мысли капитана Сейджо. Ойкава был уверен, что удержит себя в руках, но рисковать этим хрупким доверием этого чудесного мальчика не хотелось совсем. Он только пытался показать, что он не такой мудак, который зажимает милых омег в туалете, что он хочет просто общения. Но, видимо, одним общением он обходиться не хочет... - Спасибо за приглашение, Суга-чан, но думаю, что мне нужно спешить, чтобы успеть на автобус! - нарочито бодро пропел Ойкава, принимая свою олимпийку из чужих рук. Поддавшись неведомому порыву, он вдруг убрал с лица мягкие волосы и нежно коснулся губами лба Коуши, осторожно и очень бережно, точно тот был сделан из стекла. Румянец окрасил чужие щёки, собственное сердце зашлось в быстром ритме, Ойкава быстро шёл на остановку, успев услышать тихое: "Напиши мне, как доберёшься до дома, Тоору" И конечно он напишет. Как он может вообще устоять против этого нежного прекрасного мальчика. Которого так хочется сделать своим... Тоору надел олимпийку и подумал, что наверняка ему приснится именно Сугавара. Да и мысли его займёт ещё плотнее. Ива-чан его убьёт. "Я попал" - пронеслось в головах сеттеров.