Взрослая дочь

Утро в ФЭС началось, как обычно, с нового трупа. Ребята собрались в зале совещаний и начала ждать начальницу. В переговорной сидели: Антонова, Власова, Гранин и Тихонов. Иван опять провел всю ночь в лаборатории, так что парень практически спал. Антонова читала результаты экспертиз по делу, а Рита и Паша беседовали о чем-то своем. Дверь отворилась, на пороге зала совещаний стоял Круглов. Сотрудники сильно удивились появлению майора, ведь у него были отгулы. — А где Галина Николаевна? — первой заговорила Валентина, ведь она искренне переживала за подругу. — Она дома осталась, — Круглов понял, что нужно было придумать, что сказать коллегам, иначе его сейчас растерзают. — Все в порядке? — поинтересовалась Антонова. — Да, все нормально, — кивнул Николай. Он прошел на свое место и опустился в кресло. — Что у нас по делу? — Труп у нас по делу, — пробормотал Иван. — Можно подумать, что у нас бывает что-то иное. — Труп? — удивленно спросил Круглов. — А кого вы тут тогда прохлаждаетесь?! — напустился он на оперативников. — Ноги в руки и вперед, на место преступления. Я вам указывать должен?! — майор был очень возмущен тем, что сотрудники сами не могут ничего сделать. — Николай Петрович, тут девушки есть, — осторожно напомнил Павел. — Извините, — Николай посмотрел на свою дочь, которая сидела рядом с капитаном Граниным. — «Что это я? Совсем с ума сошел? Здесь же дочь моя сидит», — проговорил сам себе Николай. — Так, Рита и Павел отправляются на место убийства. Валя, ты ждешь труп, потом работаешь. Тихонов, на тебе все связи убитого. Кстати, его личность удалось установить? — Пока нет, — ответила Власова. — Документов при нем не обнаружено, — она поймала на себе вопросительный взгляд отца. — Так участковый сказал. Но мы сейчас поедим и проверим все еще раз. — Идите уже, — Круглов махнул рукой в сторону выхода, давая ребятам понять, что пора работать. Власова и Гранин вышли из зала совещаний и направились к раздевалкам. — Рит, как-то странно Круглов на тебя смотрит. Уж не влюбился ли он часом? — поинтересовался Павел, с улыбкой посматривая на капитана. — Гранин, сколько можно чушь нести? — вежливо спросила девушка. — Я понимаю, что ты ревнуешь и все такое, но надо же и головой думать, хоть немного, — с этими словами девушка вошла в раздевалку. Через некоторое время ребята уже ехали на место убийства.

***

Автомобиль остановился возле частного дома на окраине Московской области. Власова и Гранин вышли из машины и направились к дому, где к тому времени собралось изрядное количество зевак из числа местных жителей. Ребятам с большим трудом удалось подойти к двери. — Что тут у вас происходит? — спросил Павел, обращаясь к местному участковому. — Совсем работать разучились?! — мужчина показал удостоверение. — Здравия желаю, товарищ капитан! — пробормотал старлей. — У нас тут это… Первый раз такое. Вот народ и собрался. Не прогонять же их. Тем более, что все свои, практически родные. — Слушай, лейтенант, — начала Власова. — Я старший лейтенант, — бойко отозвался паренек. — Слушай меня внимательно, если через пять. Нет, через три минуты тут будет хоть один зевака, который не имеет никакого отношения к следствию, то ты у меня станешь не просто лейтенантом, а младшим лейтенантом. Все понятно? Все понятно! Удачи тебе в нелегком деле, — Рита похлопала парня по плечу. — Рит, мне кажется, что ты с ним слишком жестоко, — произнес Гранин, когда они вошли в дом. — Думаю, что можно было бы как-то мягче… — Паш, мягче можно, когда участковый работает в городе и знает только проблемные семьи, куда его периодически вызывают. А тут деревня, все друг друга знают. Так что тут нормальные, общепринятые методы уже не помогут, — с улыбкой ответила Власова. — У меня такое чувство, что мы не на труп приехали, а на свидание, — произнес Павел, посмотрев на улыбающуюся напарницу. — У нас нечто среднее, — с этими словами Рита вошла в комнату. Посреди комнаты, на полу, лежал связанный мужчина. Руки были привязаны к ножкам кровати, а ноги к ножкам шкафа, который стоял рядом с кроватью. Таким образом, труп был практически распластан по полу. Лицо погибшего исказилось от сильной боли, которую тот испытывал во время убийства. На тело было наброшено одеяло, которое было сдернуто с кровати. На одеяле, в районе гениталий, виднелось огромное кровавое пятно. Власова одела перчатки, подходя к телу. Она сделала несколько снимков трупа и решила убрать одеяло, чтобы продолжить фиксировать улики. — Тебе плохо не станет? — спросил Гранин, который тем временем осматривал комнату. — Это тебе плохо станет, — пробурчала капитан. — А мне с чего? — удивленно посмотрел на девушку Паша. — С того, что ты мужчина. Вдруг вообразишь, что тебя кастрировали? Ты же у нас человек впечатлительный, — с этими словами она сняла одеяло с тела и упаковала его в пакет для сбора улик. Девушка сделала еще несколько снимков трупа и попросила санитаров, чтобы те унесли тело. Она подошла к Павлу, который рылся в ящике письменного стола. — Нашел что-нибудь? — поинтересовалась Власова. — Ага, мобильный телефон убийцы, его визитную карточку, а еще паспорт, — весело отозвался Гранин. — Очень смешно, — грустно ответила капитан. — Наше начальство рвет и мечет, а ты тут со своими шуточками. — Извини. Думал, что это действительно будет смешно… — А это не смешно, — оборвала его Власова. — Так нашел что-нибудь? — Паспорт погибшего лежал в ящике. Зовут его Морозов Степан Николаевич, 1984 года рождения. Родился в Москве, но почему-то проживает здесь, — Паша повернулся к девушке. — А у тебя что? — У меня был кастрированный труп, а еще я нашла какой-то волос. Но с этим уже пусть Тихонов разбирается, это по его части, — произнесла девушка. — Ты все осмотрел? Или помощь нужна? — У меня все, — Гранин захлопнул чемоданчик для сбора улик. — Пойдем с соседями пообщаемся? Рита согласно кивнула. Они вышли из дома и направились к участковому, который к тому времени разогнал толпу зевак и стоял на крыльце, ожидая указаний. — Вот, можешь же, когда хочешь, — подошла к служивому Рита. — Спасибо, — проговорил парень, который явно не ожидал такого от девушки. — Ладно, забыли, — улыбнулась она и похлопала участкового по плечу. — Ты свидетелей опрашивал? — Нет, не успел. Меня позвали сюда, я как только увидел, сразу вас вызвал. Просто читал в газете, что у вас в Москве подобные убийства случаются и что ваша служба их расследует, так что сразу к вам. — А труп кто обнаружил? — спросил Павел, который до этого стоял молча и просто наблюдал за беседой (если ее можно было так назвать) Риты и участкового. — Так это… Баба Маша. Она Степке молоко носила и яички иногда. У нее козочка молодая, молочко вкусное, я сам беру иногда. — Давай без козочек! И без молочка, — прикрикнула Власова. — А еще постарайся обойтись без подробностей из личной жизни! Рассказывай все по делу, а то ты меня утомил. — Так вот, она пришла, постучалась, никто не открывает. Дверь-то открыта была, вот она и вошла. Как увидела, так чуть сама не представилась от испуга. Ко мне потом соседский мальчик прибежал. — Понятно, — Рита поняла, что от очень эмоционально участкового толку ноль. — Поговорить с бабой Машей можно? Или она немая? — Почему сразу немая? Говорящая она. — Понятно, — согласно кивнул Гранин. — С ней можно поговорить? — Вон тот дом, — он указал на небольшой домик напротив. Оперативники поблагодарили участкового и направились к дому бабы Маши. Пожилая женщина встретила их тепло и радушно, пригласила в очень уютный и чистый домик, а еще предложила чай. Но, увы, рассказать по делу она ничего не смогла. Она лишь рассказала про погибшего, который оказался на удивление хорошим человеком, да описала, как она обнаружила труп. Больше ничего оперативникам узнать не удалось. Ребята обошли других соседей погибшего, но ничего нового не узнали. Так как никто ничего не слышал и никто ничего не знал. — Паш, а тебе не кажется, что это не наш маньяк? — спросила Рита, когда они сидели в машине. — С чего ты взяла? — Гранин выруливал на дорогу. — Просто наш всегда в городе убивал, а этого на окраину области занесло, — произнесла Власова, смотря на дорогу. — Мне это показалось подозрительным. — Рит, он же маньяк, мало ли, что ему в голову пришло, — ответил Павел. — Ты же сама знаешь, что маньяки — люди больные, так что ожидать от него можно всего, что его ненормальной душе угодно. — То, что маньяки — люди больные, я не спорю, — продолжила свою мысль девушка. — Но при этом, они удивительно постоянный народ. И если уж он начал убивать в одном месте, то на другое никогда не перейдет. Он скорее на дно заляжет, чем изменит место своего «промысла». — А ведь я про это не подумал, — задумчиво ответил Гранин. — Логичная ты моя. — Ладно, пусть лаборатория с уликами разбирается. Наше дело маленькое — место преступления осмотреть да за преступниками бегать, — ответила Власова. — Это точно, — согласился с девушкой Павел. Автомобиль тронулся с места, унося оперативников в ФЭС.