Неизведанное

      Среда, 25 мая 2005 года       Драко в сотый раз окинул взглядом центр города. Луна с помощью монеты, которую зачаровала Гермиона, предупредила, что основная команда уже почти заняла позиции в Министерстве. Пока что все шло по плану. Авроры МАКУСА незаметно проникли через границу защитных чар и уже рассредоточились между двумя точками нападения. Они ждали лишь сигнала от Драко.       Малфой хотел быть уверен, что все пройдет успешно. В прошлый раз, когда они решились на столь радикальный шаг, Реддл в ответ уничтожил целую страну. Не говоря уже о том, что он оказался готов к нападению. Эффект внезапности обернулся ловушкой, суть которой Драко понял довольно быстро. Реддл мог узнать о плане только через Блейза или Гермиону. На этот раз Блейз не был проинформирован, а Гермиона больше не находилась под его контролем.       Её знания об этом месте были поверхностными. Драко не винил Гермиону — она прямо сказала, что никогда раньше здесь не была. Но больше всего удивило малое количество охраны. Никаких серьезных систем защиты или чар вокруг здания. Отсюда вытекал очевидный вопрос: может, это место уже не использовалось как резервная база? Тем не менее, если был хоть малейший шанс найти информацию о грязных делишках Реддла — Драко хотел знать. Именно поэтому он вызвался в диверсионную группу, а не в основную, которая сейчас находилась в Англии.       После событий в проклятой лаборатории, он поклялся, что в этот раз обойдется без жертв. Манчестер — его вина. Тогда он поступил точно так же: поставил информацию выше всего. Не будь он таким эгоистом, Джинни была бы жива. С другой стороны, он не ожидал, что Реддлу обо всём известно. Он не ожидал увидеть свою тетку и оказаться в ее власти.       Драко сжал челюсти при воспоминании о Гермионе, прижатой к стеклу, пока Реддл брал ее сзади. Он старался не смотреть, но Реддл знал, что делает. Он хотел, чтобы Драко видел. Хотел показать, какие эмоции может вызывать в Гермионе. Было тяжело находиться рядом с ней в ночи и не вспоминать тот её взгляд, причиной которого был Реддл. Он прогнал эти мысли прочь — сейчас время ответственной миссии.       Драко еще не до конца понимал, на что способна серая магия, но сделал все возможное, чтобы подготовить почву для нападения. Нужно было только проникнуть внутрь, найти информацию и выбраться, чтобы они могли начать диверсию. С помощью монеты Драко сообщил Луне, что ему нужно тридцать минут. После этого он дал сигнал остальным оставаться на месте, а сам двинулся к зданию, где находилась лаборатория.       На первый взгляд мужчина, сидящий на скамейке у входа и читающий газету, выглядел совершенно обыденно. Для Драко было наоборот. Он был из службы безопасности — вывод, сделанный в результате долгого наблюдения. У него в ухе был маггловский наушник, но он так и не успел им воспользоваться, поскольку Драко оглушил его невербальным заклинанием. Он подхватил мужчину, прежде чем тот упал, и перетащил в укромное место. Убедившись, что их никто не видит, Драко призвал серую магию и сменил свою личность. Спустя несколько попыток в отражении окна появился человек, которого он вырубил.       Нервы были на пределе, но Драко старался абстрагироваться. Он схватил пропуск и вошел в здание. Кивнул женщине, сидевшей за столом сразу за дверью. Та поздоровалась в ответ и к чему-то потянулась. Драко уже внутренне приготовился к нападению, но она, как оказалось, просто впустила его в лифт. До нижних этажей было рукой подать, и когда двери распахнулись, Драко понял, что оказался в нужном месте. Он знал, куда идти — быстрая проверка воспоминаний того мужчины дала всю необходимую информацию.       Драко не раз сталкивался с маггловскими технологиями. Семь лет в Сопротивлении не оставили ему выбора. Нужно было всего лишь добраться до хранилища в задней части и с помощью магии вскрыть его. По расчетам, это не должно занять много времени, но Драко все же ускорился, чтобы успеть вернуться на улицу до сигнала о готовности атаки в Лондоне.       Добравшись до хранилища, Драко положил ладонь на панель и сконцентрировался, направив магию на устройство, пока то не отключилось. Оглядевшись в последний раз, он открыл дверь и проскользнул внутрь. Драко торопливо начал перебирать те немногочисленные вещи, хранившиеся внутри, но чем больше он осознавал, что здесь почти ничего не было, тем острее чувствовался ужас. В тот самый момент, когда кусочки пазла начали складываться воедино, он услышал крики.       Не раздумывая, Драко бросил поиски и с помощью серой магии аппарировал наружу.       Как только ноги коснулись тротуара, в нем включился режим солдата. Не успел Драко сориентироваться в окружающем хаосе, как ему пришлось пригнуться, чтобы избежать удара заклинанием. Обернувшись к нападавшему, он отбросил вражеское древко, когда человек приготовился ко второй атаке. По привычке он потянулся за своей палочкой и метнул несколько невербальных заклинаний, уходя с дороги. Судя по крику, одно попало в цель. Через секунду Драко уже метился в следующего.       Словно он снова в Хогвартсе. На последней битве между Темным Лордом и Гарри. По воздуху проносились заклинания, либо приземляясь на намеченные цели, либо нанося изрядный урон всему остальному. Воздух был пропитан запахом гари, а пространство разрезали истошные крики — на секунду Драко стало трудно дышать. Лишь когда Тео встал перед ним, закрывая их обоих щитом, Малфой вернулся к реальности. Если бы не он, бомбарда с легкостью бы прикончила его.       — Нужно отступать! — выкрикнул Тео, метнув заклинание в кого-то позади Драко.       — Они знали, что мы будем здесь, — прошипел Драко, потирая плечо. Глаза Тео распахнулись, а губы приоткрылись, но слова так и не сорвались с языка. Нотт дернулся, и Драко в замешательстве сощурился, но стоило Тео начать падать, все стало понятно. Драко поймал друга у самой земли. В груди заклокотал гнев, едва рука испачкалась в тёплой жидкости, а после и вовсе наткнулась на кинжал, торчащий из спины Тео.       — Уходим! — крикнул Драко, крепко сжимая Тео с намерением аппарировать. — Сейчас же!       И в следующее мгновение исчез.

***

      С самого ухода Драко Гермиона не переставала мерить шагами гостиную. Удивительно, как цепочка ещё не порвалась после всех этих беспокойных подергиваний. Прошло не так много времени, но, пока она не узнает, что обе миссии прошли успешно и все вернулись домой, то не успокоится. Слишком многое могло пойти не так, но хотя бы в этот раз она далеко от Реддла, чтобы неосознанно выдать ему информацию.       Это было хуже, чем все те случаи, когда Реддл уходил, оставляя ее одну. Хуже, чем после встречи с Драко. Она не хотела повторения ситуации с Манчестером. Особенно когда они были настолько близки к концу. И без того прошедшие несколько суток она ходила рассеянной из-за меча Гриффиндора. Гермиона не хотела, чтобы последняя встреча с Драко стала последней. В голове уже было множество сценариев того, как они проведут следующие дни.       Но когда сработали охранные чары вокруг Гриммо и в гостиной появился Драко, его возвращение оказалось совсем не таким, каким представляла себе Гермиона.       — Гермиона…       Его голос был криком о помощи, и она сразу же опустилась на колени рядом. Потянулась к Тео, и они вместе аккуратно положили его на живот. Гермиона расширившимися глазами оглядела Драко. Он лишь покачал головой, мол, кровь не его, и указал на Тео. Гермиона провела рукой над Тео, но не нашла никаких признаков жизни. Она повторила жест, чтобы убедиться в своих выводах, и когда подняла взгляд на Драко, тот отчаянно ждал хороших новостей.       — Драко…       — Сделай что-нибудь, — потребовал он срывающимся голосом. — Он не может…       — Он мертв.       — Так верни его! — крикнул он и, схватив ее руки, прижал их к телу Тео рядом с кинжалом. — Ты сказала, что можешь вернуть.       Гермиона отдернула ладони, ничуть не удивляясь крови, окрасившей кожу. Она покачала головой и сузила глаза.       — В тот раз я чуть не умерла, и это была птица, — Гермиона потянулась к рукам Драко, но он отстранился и положил их на Тео. Он сосредоточенно нахмурил брови, и она поняла, что он пытается воскресить его. В слепой панике она молниеносно оттолкнула Драко. — Драко, ты не можешь! Ты…       — Он не заслуживает смерти!       — Ты тоже! — крикнула она в ответ и обхватила его лицо своими окровавленными ладонями. Драко не стал сопротивляться, а только буравил ее взглядом, делая глубокие вдохи. И в моменте он принял смерть друга, но не хотел давать волю слезам, которые превратили его глаза в стекло. — Что случилось? — спросила она, стараясь сохранять спокойствие.       Драко стиснул зубы и с трудом поднялся на ноги. Гермиона уронила руки на колени.       — Мне нужно идти, — вместо ответа произнес он.       Она вновь потянулась к нему и хотела что-то сказать, но Драко уже исчез. Гермионе оставалось только уставиться на образовавшееся пустое место, пытаясь подавить растущее чувство паники. Очевидно, операция в Бельгии пошла не по плану, раз он решился аппарировать с раненым Тео. Куда он отправился сейчас — непонятно. Но Гермиона знала одно: случилось что-то ужасное, и, оставшись наедине с мертвым телом, она была уверена, что худшее еще впереди.

***

      Суббота, 28 мая 2005 года       Спустя несколько часов — а казалось, вечность, — на Гриммо прибыла Луна, чтобы помочь Гермионе с телом Тео. За это время блондинка рассказала о засаде, устроенной не только в Бельгии, но и в британском министерстве. Разобравшись с Тео, они отправились в Девон, где Гермиона помогала ухаживать за ранеными. Только через двое суток опасность миновала, позволив им похоронить мертвых. На третий день Драко организовал встречу с выжившими, чтобы обсудить дальнейшие шаги.       Все, кто собрался в гостиной конспиративной квартиры в Девоне, выглядели измученными. У Луны, несмотря на заживляющие кремы и зелья, все ещё виднелась гематома на щеке и была разбита губа. У Невилла был фингал под глазом. Рука Джорджа была в перевязи, потому что оказалась сломана сразу в нескольких местах, и на восстановление требовалось больше времени. Даже у Драко были порезы и ушибы, к которым он не подпускал никого, — даже Гермиону. Каждый в этой комнате был ранен.       Кроме Гермионы.       Несколько незнакомых лиц то и дело бросали на нее настороженные взгляды. Она подумывала сменить внешность на какого-нибудь рядового солдата, участвовавшего в последнем сражении, но времени не было. Карина, женщина, которой Магдалена доверяла передавать информацию от себя к Драко, уже видела ее. Гермиона подозревала, что совсем скоро из-за этого возникнут проблемы с альянсом, который Драко выстраивал с МАКУСА.       Все продолжали гадать, как Реддл и его люди узнали о нападении. Гермиона сохраняла непроницаемое лицо — чем больше выдвигалось теорий, тем чаще она ловила на себе взгляды. Даже Драко несколько раз взглянул в ее сторону, и по выражению его лица она поняла, что он сомневается. Вместо того чтобы взорваться в попытке оправдаться, Гермиона молча терпела немые обвинения.       В какой-то момент после объявления перерыва Гермиона оказалась снаружи, под звездным небом. К ней присоединился Драко. Некоторое время они молчали, но она знала: это лишь до тех пор, пока он не решит прямо спросить ее, на чьей же она всё-таки стороне. Когда он заговорил, она приготовилась к ссоре.       — Я не хочу, чтобы это была ты, — начал он, стараясь говорить как можно ровнее. — Но…       — Это была не я, Драко, — перебила Гермиона, не в силах больше молчать. — Клянусь, это была не я. Единственный человек, с которым я говорила, был ты, — она покачала головой и обхватила себя руками, хотя ночь была тёплой. — Когда ты в пятницу рано вернулся…       — Что? — перебил он, и его глаза тревожно расширились.       Она вопросительно уставилась на него.       — В пятницу, — выдохнула она. — Когда ты с Магдаленой и остальными обсуждал нападение. Ты рано вернулся, но потом ушел, чтобы завершить какие-то дела.       Драко выдержал ее взгляд, и на Гермиону охватил страх, когда он медленно покачал головой.       — Я был с Магдаленой почти до полуночи. Потом прибыл сюда. Я вернулся домой уже под утро, и ты спала.       — Боги, — прошептала она, прикрыв глаза рукой.       Она вспомнила тот пристальный взгляд. Ей ещё показалось, что он был другим, что его жажда была сильнее обычного. В нем было что-то неуловимое, но теперь… теперь она понимала почему.       Это был вовсе не Драко.       Это был Реддл.       — Гермиона? — его голос был полон беспокойства. Она отвернулась, боясь взглянуть на него после пришедшего осознание. — Гермиона, что…       — Это была я, — прошептала она дрожащим от паники голосом. — Я думала, что это ты, но это… это был Реддл.       На глаза навернулись слезы, и Гермиона зажмурилась, когда Драко прижал ее к себе. Она рассказала, что произошло тогда, и, пока он крепко обнимал ее, пытаясь уверить, что все в порядке, она вспомнила кое-что ещё.       После всех этих лет Реддл сказал, что любит её.       И Гермиона не понимала, что чувствовать.