Мёртвое прошлое

Я пила эту чашу до дна, до весны. Больше в горло не влить - даже горю есть грань. Подари мне хотя бы счастливые сны, А не можешь - тогда сниться мне перестань! Ольга Тишина, «Беги, если можешь»

Грязная стойка пропахшего дешёвым табаком бара была знакома Шелест. До дрожи в намозоленных о рычаги управления пальцах, до кислого привкуса во рту, до тошноты. Каждый извив древесных волокон, каждая зарубка, каждое въевшееся в поверхность пятно было знакомо. Понимать это было больно — потому что в баре на Перекрёстке-24 Шелест была впервые. И в два с половиной десятка лет не видеть ничего нового в мире, в котором ты раньше не был... Это диагноз. – Ещё кружку, – бармен, прилизанный, безликий неопределённого возраста мужчина, вложил требуемое в руку капитана (пилота, механика и всё прочее вплоть до уборщика — за отсутствием на «Игле» других членов экипажа) Шелест. Дешёвое светлое пиво, которое подавали в этом баре, удивительно отвечало настроению Шелест — такому же паскудному, как и классическое портовое пойло, как этот дурацкий фрахт в задницу мира и как ситуация, в которую она влипла уже лет шесть как. Взгляд Шелест остановился на замызганном зеркале — и то, что там отражалось, совсем не поднимало настроения. Хотя бы потому, что было привычным до отвращения. Всё те же тёмно-рыжие волосы с чёрными вертикальными прядями, всё то же круглое лицо, немного избыточно пышная фигура в мешковатом комбезе... И серо-зелёные глаза, немного пугающие тех, кто впервые нарывается на их жёсткий, профессионально пристальный взгляд. – К демонам, – Шелест швырнула на стойку пару монет и поднялась с высокого табурета. – Сдачи не надо. Ждать, пока бармен посчитает, сколько медяшек останется после оплаты трёх кружек пива от двух кредов, девушка не хотела. Ей вообще хотелось как можно меньше провести на Перекрёстке — вот только даже самого паршивого фрахта уже три дня не подворачивалось, а лететь порожняком потомственный вольный торговец хотела ещё меньше, чем сидеть в пропылённом, пропахшем «кровью земли» посёлке возле порта. Единственным плюсом Перекрёстка-24 было то, что расстояния больше походили на анекдот. От северной окраины припортового посёлка до находящегося на юге порта было минут восемь-десять неспешной ходьбы. И заблудиться было банально негде — из любой точки можно было просто держать курс на приводную башню. А ангары... все они рядом. ...Возле третьего ангара, где стояла «Игла», отиралась высокая девушка в штанах и куртке из грубой даже на вид синей ткани. Чёрные волосы незнакомки выбивались из-под широкополой матерчатой шляпы, периодически падая на лицо. – Капитан Шелест? – резкий, хрипловатый голос девушки вызывал в сознании что-то... неприятное. Выстрелы ружей, щелчки кнута и прочие радости скотоводческого фронтира. – Доктор Эйлана Торен. У меня к вам деловое предложение. – Не на улице, – Шелест махнула рукой в сторону ангара. – Все разговоры на борту, док. Правило вольных торговцев — не болтать о работе там, где могут услышать — уже не раз спасало Шелест жизнь. К тому же доктор неизвестно каких наук Торен была весьма симпатична — и полюбоваться на неё Шелест была совсем не против. Эйлана Торен двигалась именно так, как выглядела — как женщина, привыкшая к долгим пешим переходам по бездорожью. Экономные и вместе с тем чуть резковатые движения, абсолютно ни на что не намекающие — так двигаются объездчики в животноводческих мирах, скалолазы и прочие любители держаться от цивилизации подальше. Или кто-то, имеющий большую долю не вполне человеческой крови — большую даже, чем у самой Шелест. Правда, полностью разобраться со стилем движения Торен Шелест так и не успела — ангар был слишком мал, чтобы дать время налюбоваться на возможного нанимателя. Длинный четырёхгранник «Иглы», лёгкого транспортника класса «стилет», занимал практически всю площадь — а находящийся в конце первой трети корпуса люк находился совсем рядом с входом в ангар. То, что на обычном «стилете» служило бы кают-компанией, на «Игле» выглядело скорее рабочей комнатой — намертво привинченный к полу металлический стол, так же жёстко зафиксированные стулья, зачарованный эльфами из Зелёного Моря проектор на дальней переборке — и всего одна картина. Нарочито аскетичное оформление — вопреки всем традициям вольных торговцев — сразу настраивало посетителей на деловой лад. Достав из встроенного в торцевую переборку холодильного ящика жестяной бочонок с тёмным пивом (куда более приличным, чем всё продававшееся на Перекрёстке-24), Шелест наконец предложила перейти к делу. – Мне требуется корабль, способный доставить меня и некоторое количество приборов на Драконьи Клыки, – спокойно сказала Торен. – И, разумеется, увезти меня оттуда. Вот грамота от университета Девяти Звёзд... Доктор истории, значит, – пожала плечами Шелест. – И какого же чёрта она летит в одиночестве на раскопки?.. Грамоту она, тем не менее, изучила — не особо внимательно, просто чтобы убедиться, что решительная красотка не подсовывает какой-нибудь бред вместо документа. – И зачем вам я? – вопрос был вполне ожидаемым, но Шелест всё равно казалось, что она разыгрывает какую-то дешёвую пьесу, достойную балагана на деревенской ярмарке. – Неужели университет не мог... – Мог, – голос доктора Торен был всё таким же резким. – Только для этого нужно было бы втрое больше денег... и пришлось бы тащить с собой кого-нибудь совсем ненужного. Я лицензированный маг-хроноскопист и терпеть не могу работать на одной площадке с коллегами. Эйлана допила свою кружку пива и нацедила новую. – Так что я засела здесь, поджидая не слишком опасливого и суеверного капитана лёгкого транспортника. Вы же знаете, на Драконьи Клыки мало кто согласится идти... Шелест знала. Знала и про то, что Клыки были открыты ещё век назад, показались полностью бесперспективным миром, на котором ближайшие более-менее плодородные земли располагались чуть ли не в тысяче миль от входа в Туман... а потом очередной идиот из вольных охотников, а проще — полулегальных старателей, там убился. И в процессе поиска его трупа (каковый труп так и не нашли) сотоварищи охотника обнаружили Храм Ведьм, навидались всякого бреда — и сбежали впереди собственного визга. – Цель экспедиции? Очередная реплика, которая должна быть «по закону жанра»... – Не беспокойтесь, капитан, – мрачно улыбнулась доктор Торен. – Я не собираюсь лезть в древние гробницы и вообще заниматься ерундой из романов про миледи Крофт. Моя задача — первичное обследование Драконьих Клыков на предмет цивилизации, существовавшей в том мире. И, разумеется, минимальные наброски перспективных площадок. А ломать спины на раскопах будут другие... если наши академики наконец соизволят отправить большую экспедицию. Будь всё оно проклято... Ненавижу такие ситуации. Ненавижу телепатов в одном с собой пространстве. Особенно когда у телепата такие сиськи. – Хорошо, док. Заверим контракт у начальника порта и приступим к погрузке, – Шелест резко кивнула. – Чего тут высиживать...

***

Пусть этот миг сделает так, что легка Я вдруг улечу в ночь, подобна эфиру, Настанет день, скажут: "Она умерла", А я раздаю себя этому миру!*

Услышанная на какой-то пьянке ещё во времена студенчества песенка крутилась в голове доктора Эйланы Торен всё время оформления контракта, погрузки снаряжения и прочих мелочей... Вообще всё время с момента, когда капитан Шелест — имя явно не родное, но кому это интересно? – резко кивнула и подписалась на экспедицию в один из самых опасных неисследованных миров. Эйлана уже потеряла надежду найти кого-то, кто будет настолько сумасшедшим, что согласится отправиться на Драконьи Клыки и сидеть там всё время работы. А тут свалилась на голову эта плотная, крупная, излишне массивная девушка — и согласилась безо всяких возражений. И это было единственным приятным моментом за последние чёрт знает сколько лет — потому что доктор Торен заранее знала, что увидит на Клыках. Не в подробностях, нет — но она уже несколько раз бывала в убивших себя мирах, так что все прелести погружения в бесповоротно мёртвое и при этом злобное прошлое ей уже были знакомы. Даже слишком. Эйлана уже видела это — последние разумные существа в мире, восставшем против себя самого. Глупость власть предержащих, паника, героизм и бесполезные победы — ничто не ново под чужими лунами, и остаётся только фиксировать то, что было, не давать прошлому вырваться в настоящее — и заливать паскудным крепким алкоголем то, что сохранилось в памяти после очередного погружения в чужое прошлое. – «Игла», коридор три открыт. Удачного полёта! Доктор Торен сидела в кресле навигатора — хотя её присутствие в рубке было нужно, как птице двуручный меч. Свободный торговец «Игла» – вооружённый лёгкий транспортник, перестроенный для автономных полётов на дальние дистанции — мог уйти на курс в Туман без всякого участия кого бы то ни было, кроме капитана. За полным отсутствием экипажа, кроме самой капитана Шелест. Шелест привычными движениями вывела корабль на курс — и одним резким рывком подняла гранёный клинок «Иглы» на высоту в восемьдесят локтей. – Контроль «Перекрёстка-24», «Игла» уходит. Счастливо оставаться! И Шелест воткнула маршевые двигатели на полную. – Через три часа уйдём в Туман, – капитан криво улыбнулась доктору Торен. – Не беспокойтесь, док, всё будет штатно. Всё действительно было штатно — на сотне миль в час «Игла» вошла в Туман. И управлять ей уже не требовалось — до выхода на Драконьих Клыках, бывших тупиком для всех, кто летает. Возможно, именно расположение Драконьих Клыков и уберегло их от разграбления — наряду с тем, что видели охотники. – Итак, какая будет задача? – Шелест стояла рядом с доктором Торен. Слишком близко, почти на грани приставания. – Прилететь, дотянуть вас на катере вместе с хрустальным шаром до Храма... Эйлана усмехнулась: – К Храму полезем в последнюю очередь. Я вообще бы туда не совалась, но других надёжных ориентиров у нас нет. А сначала... сначала полетаем. Капитан пожала плечами: – Ваш университет платит. Я работаю. Значит, сначала разведка? Мне подходит. Эйлана кивнула: – Мне нужно будет увидеть как можно больше разных картин. И мне бы не хотелось нарваться на то, о чём рассказывали эти... охотники. Хотя, боюсь... Шелест внезапно положила руку на плечо Эйланы. – А оно вообще того стоит, док? Не знаю уж, сколько там правды в том, что Большой Гнус с командой в барах трындели, но если хоть треть имела место — там будет полный абзац. И ни один демон не скажет, успеете ли вы сбежать от того, что лезет из Храма. Оно стоит того? – Не знаю. Эйлана должна была закатить классическую речь бесстрашного исследователя о важности любых знаний — но почему-то ей не хотелось распускать хвост перед этой плотной, немного полноватой девушкой. – Мне страшно туда лезть, Шелест. Понимаете ли, я уже видела смерть цивилизаций — а в Храме Ведьм явно какая-то мерзость сохранилась в рабочем виде. Но ничего другого тут не придумаешь, так что придётся. В конце концов, я хроноскопист и если подожму хвост... – А хочется? На круглом, не отличающемся канонической красотой лице Шелест заиграло что-то вроде улыбки. – Смертельно хочется. Но нельзя. Я должна попытаться, понимаете? – Я прикрою. Голос капитана Шелест был непривычно мягким. И доктор Торен поверила ей. – Почему Шелест? Вопрос звучал несколько идиотично — но Эйлане было всё равно. – Вы же из клана вольных торговцев, из уважаемого... – Уже нет. Ответ был резким и однозначным. – Если бы я хотела, чтобы меня связывали с кланом, я бы не меняла имя. Закрыли тему. Продолжать разговор было немыслимо — Эйлана видела это совершенно ясно. Капитан Шелест не желала разговоров о прошлом — и особенно о том клане, из которого вышла.

***

В иллюминаторах рубки клубился Туман. Серые разводы за бортом не вызывали у Шелест никаких чувств — она слишком давно привыкла к тому, что большую часть жизни видит либо маленькие порты, либо Туман. Такова судьба пилота — особенно если он вольный торговец, который не может потребовать у начальства отпуск — хотя бы за неимением начальства как такового. Доктор Торен дрыхла в закутке, гордо называвшемся «пассажирской каютой» – а Шелест сидела в рубке и ждала сигнала от автопилота. Переход на Драконьи Клыки должен был состояться в ближайшие несколько минут — и девушка пользовалась каждой минутой свободы и одиночества. Эта безумная девчонка из университета Девяти Звёзд произвела впечатление на Шелест — тем, что не пыталась строить из себя бесстрашную первопроходицу. Торен явно боялась того, что может увидеть на Драконьих Клыках — но даже не допускала мысли об отступлении. Шелест знала, что будет трудно — и знала, что сама будет бояться до оцепенения. В тёплой кают-компании легко не верить в россказни Большого Гнуса — но ведь Торен сунется в Храм Ведьм, в этом Шелест не сомневалась. А значит — капитан «Иглы» тоже будет там, сжимая в руках ружьё и ловя каждый шорох. Она обещала прикрыть — и прикроет эту сумасшедшую... А самое страшное — то, что Шелест хотела быстрее оказаться на Клыках. Увидеть что-то новое, неизвестное... И быть рядом с девушкой, которая готова влезть в самый что ни на есть ад. Шелест никогда не верила в сказки о любви с первого взгляда. Да и вообще не очень верила в то, что называлось «любовь». Просто ей хотелось быть рядом с доктором Эйланой Торен — и безумный риск разведки Храма Ведьм уже не казался ей такой уж запредельной платой. Переход прошёл почти незаметно — Шелест изящно сбросила скорость, неосознанно оберегая свой «живой груз». И теперь под днищем корабля рвались к небу острия скал. На скорости в сорок миль в час переход до ближайшей ровной площадки занял всего девять минут. Погасив скорость на широкой посадочной дуге, Шелест загнала транспортник на маленькое плато, явно появившееся из-за какого-то древнего извержения вулкана... Посадка была мягкой. Даже слишком мягкой — Шелест на секунду заподозрила, что корабль вляпался в какую-то ловушку. Но никакой техногенной либо магической активности не наблюдалось. Оставив на столе в кают-компании короткую записку для доктора Торен, Шелест упала на узкую — слишком узкую даже для одного — койку и отрубилась. В эту ночь ей не снилось ничего. Вообще ничего. Утро капитана Шелест началось с вежливого переругивания с пассажиркой — Эйлана обиделась, что её не разбудили перед переходом на Драконьи Клыки. И логические доводы — наподобие того факта, что первый разведывательный полёт глубокой ночью лучше не проводить — до неё дошли отнюдь не сразу. После быстрого завтрака — а по местному времени скорее раннего обеда — Шелест выгнала из левого ангара разведывательный флаер. Красивая машина с длинными стреловидными крыльями пылилась на борту «Иглы» почти без дела уже пять лет — с того момента, как Шелест заменила положенную по инструкции вторую спасательную шлюпку на разведкомплекс. Она тогда была юна, романтична... и только-только расплевалась с кланом окончательно. Со стрельбой и судебным процессом, по итогам которого и приобрела право на смену имени. Тогда Шелест надеялась, что сможет торговать с новыми мирами, искать реликвии древности... Однако нынешний фрахт был первым, более-менее совпадающим с теми полудетскими фантазиями. А обычную жизнь вольного торговца Шелест вела слишком долго. Слишком. – Ого! Доктор Торен стояла возле основного люка «Иглы» и смотрела на флаер. – Капитан, я и не думала, что у вас найдётся такая вещь. Надеялась на грузовой катер в лучшем случае. Шелест пожала плечами: – Грехи молодости, док. Я когда-то хотела быть гордой первопроходицей... Эйлана улыбнулась — словно извиняясь: – Сейчас оно к лучшему. Если вам не трудно... Я бы хотела обследовать зону в восемьдесят миль к закату, прямоугольник на десять миль в обе стороны. Просто конспективный осмотр, если что увидим — потом можно будет подробнее разобраться. Продолжать разговор о том, откуда у Шелест разведкомплекс и чего она хотела в юности, было немыслимо. Глухая, горькая ирония в голосе капитана была слишком хорошо знакома Эйлане — с точно такой же интонацией доктор Торен говорила об артефактах с Земли Дышащего Песка. – Замётано, док, – Шелест махнула рукой в сторону кабины флаера. – Садитесь наблюдателем. Флаер плыл над Драконьими Клыками на высоте в полторы мили и скорости всего в сорок пять миль в час. На взгляд Шелест, ничего искусственного под брюхом машины не проплыло за все два с половиной часа полёта. Только нагромождения скал, давшие этому безумному миру название, и пустынные, словно выжженные плато. Однако доктор Торен уже поставила на карте несколько меток. – Док, вы думаете, что тут есть?.. – Эти плато, – Эйлана говорила отстранённо и коротко. – Они неестественно пустынные, да и само их расположение мне не нравится. Надо будет проверить. Шелест кивнула, удерживая флаер на курсе обзора. Она сама не была уверена в том, что доктор Торен права... но она и не была доктором исторических наук. Тем более что главной в этом рейсе была Торен. Просто Шелест раньше полагала, что следы древних цивилизаций хоть немного заметнее. – Духи Тумана... Тихое восклицание доктора Торен оторвало Шелест от размышлений. Девушка поглядела в том же направлении, что и Эйлана — и увидела нечто, на первый взгляд кажущееся такой же скалой, как и остальные. Вот только в других скалах не было окон. – Док, подлететь ближе? – Да, капитан, – рассеянно отозвалась Эйлана, перебирая карточки с записями. – Ничего похожего охотники не видели, впрочем, они и не обследовали эту зону — начали с закатно-полуночного сектора. Мы здесь первые... не знаю за сколько веков. Можем мы зависнуть рядом с башней? Шелест несколько секунд молчала, прикидывая рельеф: – Даже сесть сможем. Нужно? – Не сейчас, – Эйлана тряхнула головой, словно отгоняя что-то неприятное. – Без полного комплекта снаряжения я к этому зданию не подойду, капитан. И без оружия тоже... Башня была даже выше, чем казалось издалека — сейчас, когда флаер завис где-то в двадцати футах выше земли, Шелест это понимала особенно чётко. Осознанию немало способствовало то, что ниже флаера была едва десятая часть древнего строения. – Ничего себе... Доктор Торен быстрыми, уверенными движениями фиксировала на карточки всё, что видела. Высокое, восьмиугольное в плане строение из тёмного камня, изъеденное ветром и песком, выглядело настолько древним, что Шелест даже испугалась. А вот Эйлана — ни капельки. – Не менее четырёх тысячелетий, – Торен отложила съёмочный аппарат и достала «ухо» - артефакт, предназначенный для записи звука. – Прослеживается отдалённое сходство со сторожевыми башнями морского народа Сияния-2, но нет оснований говорить о родстве. Камни сплавлены высокотемпературным воздействием, из чего вытекает высокий уровень магической либо технологической цивилизации. Вход наполовину засыпан мелкими камнями, украшений на проёмах входной двери и окон не наблюдается, – Эйлана нажала на кнопку отключения «уха». – Капитан, прошу подняться над крышей башни. Шелест дёрнула рычаги на себя, вытягивая флаер на высоту двухсот пятидесяти футов. – Крыша не огорожена, люков нет, следы эрозии примерно такие же, как на стенах, – Торен снова включила «ухо» и надиктовывала свои наблюдения. – Материал — такой же камень, как и стены. Изображений нет либо они не сохранились. Никаких аналогий в известных мне мирах не отмечено. Сделав пару снимков на карточки, Эйлана отключила приборы: – Продолжаем разведку, капитан. Сюда мы ещё вернёмся.

***

Больше никаких искусственных сооружений они не обнаружили. Четыре выжженых плато площадью не более половины квадратной мили каждое — и башня. Эйлана была уверена, что подобных башен ещё не находили. Да, морской народ из мира Сияние-2 возводил восьмиугольные сторожевые башни на внешних островах своего архипелага, но возводил их из кусков коралла, скрепляя раствором цемента. И размер этих башен был не более четверти от того, что они обнаружили в этом мёртвом мире. И способ постройки башни резко контрастировал с её формой. Маленькие окна — явные бойницы эпохи холодного оружия, эпохи лука и стрел... И магия либо технология, способная плавить скалы. Эйлана не могла припомнить ни одного мира, где бы подобное сочеталось в одной культуре. Да, даже на далёкой родине людей одновременно с цивилизацией, покорившей Туман, жили дикие племена — на островах, в глубине тропических лесов — но эти племена не имели ни магии, ни техники. Драконьи Клыки преподнесли доктору Торен ещё одну загадку — причём сделали это в первом же обзорном полёте. Эйлана докурила длинную папиросу и потушила тлеющий табак в похожей на череп дьявольского ящера с Перекрёстка-8 пепельнице. – Шелест, завтра у нас будет первая вылазка. Я хочу для начала обследовать башню, – на самом деле Эйлана больше всего хотела убраться из этого мира. – Потребуется полное снаряжение... для нас обеих. Я не знаю, что мы найдём — может быть, и ничего, но рисковать не хочу. И... что вы думаете об этой башне, капитан? И вообще об этом мире? Шелест встала, чуть передёрнула плечами — Эйлана невольно отметила, как мотнулись под комбинезоном крупные, явно не сдерживаемые бельём груди — и медленно заговорила: – Башня мне не нравится, док. Вы обратили внимание, что вход шириной чуть ли не во всю стену? Эйлана кивнула. Её этот факт тоже удивлял. – Понимаете, такая широкая дверь не сходится с бойницами. И ещё... Во-первых, высоковат первый этаж. Если меня не обманули глаза, один дверной проём высотой где-то двенадцать футов — а сколько до потолка? А во-вторых, док, мне страшно было глядеть на эту хреновину. Шелест невесело улыбнулась: – У меня двое пра-прадедов и одна пра-прабабка из цвергов, док. Я не знаю, это их чутьё проснулось или что, но я такого никогда не испытывала. Ну и ещё одно... Капитан снова опустилась на аскетично выглядящий стул. – Я не понимаю. Камни точно сплавляли между собой, но на кой чёрт тогда бойницы со скосом снаружи внутрь? Так строят там, где из стрелкового оружия максимум примитивные ружья, знаете ли. – Знаю, – Торрен тоже отметила эту странность. – Мне это не даёт покоя, но пока никаких объяснений я не вижу. Капитан снова встала и начала расхаживать по кают-компании. Эйлана залюбовалась плотной девушкой с весьма пышными формами... и едва не пропустила следующую реплику Шелест. – Понимаете, док, меня весь этот мир пугает. Если башня такая древняя, то почему она стоит? Мы же торчим в зоне, которая просто должна быть неустойчивой, тут наверняка землетрясений бывает по паре штук в год! Торен зажгла новую папиросу. – Капитан, я сейчас скажу странное... Понимаете, я не уверена, что все эти скалы вокруг нас обязаны своим существованием природе. В любом случае... – В любом случае надо беречь задницу, – почти перебила Шелест. – Док, каков план на первый рейд? Эйлана надолго задумалась. По большому счёту, первый спуск к башне не должен быть опасен — но то, что имеющая кровь цвергов в своих жилах женщина немотивированно пугается этого чёртова строения, Эйлану совсем не радовало. Она прекрасно знала, что происходящие с Земли-2 цверги имеют полумистическое чутьё на всё, связанное с камнями... И знала, что игнорировать беспокойство цверга, пусть и не чистокровного и совсем неопытного в таких делах, может лишь самоубийца. С другой стороны, вечно бродить вокруг да около тоже не вышло бы. – Сначала попробуем расчистить вход. Может быть, найдутся артефакты, – Эйлана старалась говорить спокойно, не показывая своего волнения. – В любом случае пытаться увидеть прошлое с первого раза не буду. Сначала попробуем сделать всё возможное обычными методами.

***

Следующий день начался обломками камня и песком. Ни о какой нормальной стратиграфии в таких условиях не могло быть и речи — но каждый слой обломков Эйлана тщательно фиксировала, чтобы потом разобраться. Единственным найденным артефактом оказался обсидиановый нож, найденный в самом низу завала. – Я отказываюсь это понимать, – Эйлана смотрела на острую, несмотря на свой предположительный возраст, каменную поделку, как на ядовитую змею. – Такое оружие характерно для цивилизаций низкого уровня владения технологией либо магией. Либо нож ритуальный, либо... – Док, давайте посмотрим, что внутри, – Шелест хлопнула доктора Торен по обтянутому бронекостюмом плечу. – А эту мерзость — в защитный контейнер. На недоумённый взгляд Эйланы Шелест криво усмехнулась: – На рабочей поверхности зазубрины. Этим не резали, этим вспарывали. С максимальной жестокостью, док. Вы уверены, что ваш талант... – Да, – Торен пожала плечами. – Других вариантов тут нет, капитан. Но сначала внутрь, вы правы. А внутри ничего не было. Просто ничего. – Деревянные лестницы. Или верёвочные. Или пластиковые. Или... Пришла очередь Эйланы успокаивать напарницу — ощутимым даже через бронекостюм объятьем. – Без погружения не обойтись, капитан, – доктор положила руку на подбородок Шелест. – Прикроете, если вдруг что-то полезет? – Конечно, док, – Шелест на секунду прижала Эйлану к себе. – Простите. Истерика мне обычно не свойственна, но тут... тут всё не так. Чтоб моим предкам-цвергам икалось в чертогах Кузнеца! Эйлана оглядела восьмиугольное помещение — пустое, с одним-единственным проёмом (для лестницы?) в потолке и дверью чуть ли не в полную ширину одной из стен. – Буду в центре. Любую материальную тварь — отстреливайте, капитан. Даже если это будет выглядеть как плачущий ребёнок. Были уже... случаи. Доктор Торен начертила восьмилучевую звезду и положила в центр пресловутый обсидиановый нож. На самом деле она могла работать на чистой воле — без ритуалов, рисунков и прочего. Но предпочитала техники концентрации, доставшиеся от полуфальшивых магических практик человеческой прародины. Высокий бледнокожий гуманоид держит в левой руке ритуальный клинок — точную копию боевого ножа гвардии владетеля. По лестнице, сделанной из материала Прежних, стаскивают жертву — представительницу того же вида, что и носитель ритуального клинка, облачённую лишь в свою кожу. Женщину растягивают на четырёх деревянных столбах, укреплённых на полу с помощью устройств Прежних. Жрец, воздав молитву Великому Убийце, вгоняет нож в детородные органы жертвы и с силой распарывает её живот до самой грудной клетки — и пламя рвётся из раны, вырывается из распахнутых ворот Храма, туда, где бьются беглые рабы... Эйлана отшатнулась от медленно гаснущего зелёного свечения, окутывавшего нож. – Мне надо... наружу... Шелест посторонилась, пропуская судорожно стягивающую шлем девушку. Пока доктора Торен тошнило, капитан бдила. Хотя никаких обещанных ужасов из прошлого не явилось, состояние нанимательницы говорило само за себя — если женщина, уже неоднократно проникавшая разумом в прошлое, пребывает в таком шоке — значит, там было что-то отвратительное. – Летим... отсюда, – тихо произнесла Эйлана. – Надо... зафиксировать информацию. И я не хочу больше пытаться считывать прошлое с этой... вещи. – Понятно, – Шелест положила руку на плечо Эйланы. – Док, там... совсем плохо? – Ещё хуже, – коротко ответила доктор Торен. – Нож ритуальный. Дикари с наследием погибшей цивилизации. Жертвоприношения для активации боевой магии. Капитан, давайте побыстрее отсюда улетим...

***

Эйлана Торен сидела в кают-компании, уткнувшись лицом в сложенные ладони. – Это были классические дикари не выше стадии ранних дометаллических государств, – девушку всё ещё потряхивало от воспоминаний о контакте с тенью разума державшего ритуальный нож жреца. – Однако они использовали какие-то устройства от погибшей задолго до них цивилизации... не знаю, местной или пришедшей через Туман либо ещё как-то. И получилось кошмарное сочетание — боевая магия дикарей, их же милые традиции вроде человеческих жертвоприношений и какие-то высокотехнологические устройства. И пластиковые лестницы, капитан, вы были полностью правы. Кажется, мы уже можем в первом приближении понять, что случилось в этом несчастном мире... Шелест кивнула: – Бедные ублюдки сами всё разнесли. Когда у дикарей есть боевая магия — само по себе страшно, а тут ещё оружие более развитых... В общем, я поняла. – Завтра попытаемся обследовать то место, где мы сидим, – Эйлана подняла голову и грустно улыбнулась. – Оно тоже ненормальное. А послезавтра — Храм Ведьм. И потом мы отсюда уберёмся, пусть кто-то другой с этими уродами мучается. Я бы, будь моя воля, уже всё свернула, но нужно несколько разных погружений. Девушка-историк поёжилась, обхватив плечи руками. – Кстати, Шелест, ты обратила внимание, что описание Храма никак не совпадает с этой башней? Чисто по архитектуре. – Ага, – капитан потянулась к открытой бутылке с крепким вином. – Эйлана, ты думаешь, это?.. – Оно самое, – доктор Торен подставила стакан. – Я не я буду, если Храм Ведьм — не уцелевшее сооружение этих самых предыдущих, сильно развитых и сильно надёжно делавших. И что там будет — демоны знают. Судя по тому, что я видела в погружении, эти предтечи находились как минимум на уровне развития, соответствующем у нас последнему веку перед выходом в Туман. Но цивилизации развиваются весьма... случайным образом и никто не знает, в каких направлениях конкретная цивилизация сделала прорыв... судя по тому, что рассказывали очевидцы, мы имеем какой-то нестандартный случай. Доктор Торен поставила последний знак, отложила карточку с записью ощущений от погружения в прошлое и потянулась к курительной трубке. Здесь было ещё хуже, чем на Земле Дышащего Песка. Там мир погибал, пожирая себя — экосистема взбесилась, а местные жители не достигли того уровня развития, который мог бы позволить хотя бы попытаться поставить ситуацию под контроль... А здесь жестокая глупость и дикость соединились с наследием высокоразвитой цивилизации. Но отступать было некуда. Обследование должно быть завершено. Информация должна быть собрана. Даже если это обеспечит некую доктора Торен кошмарами на пару десятилетий вперёд.

***

Утро было хмурым. Мелкий дождь поливал безжизненную землю Драконьих Клыков. Капитан Шелест мрачно смотрела в остекление рубки и понимала, что в этот день они вряд ли что-то сделают — Эйлана предупредила, что под дождём есть шанс сбоя заклинания. А это означало, что на Клыках придётся проторчать лишние сутки. Не то чтобы это было большой проблемой — запасов хватило бы минимум на пару месяцев — но после обследования башни оставаться в этом мире не хотелось ни секунды. Шелест первый раз в жизни видела убивший сам себя мир. И подозревала, что практика тут ничем не помогает — но всё равно старалась не задумываться над тем, что Эйлана Торен — доктор Торен, док — уже была в таких местах. Может быть, не настолько отвратительных, но всё же — уже погружалась в прошлое мёртвого мира. Уже видела то, чего не видел никто из ныне живущих — и, возможно, было бы лучше, если бы не увидел. Вот только сама такая постановка вопроса была для доктора истории Эйланы Торен оскорблением — Шелест была в этом уверена. А значит, Шелест придётся привыкать... Привыкать? Придётся? Фрахт же закончится и... Шелест не хотела, чтобы с этим фрахтом закончилось всё. И была даже рада тому, что обследование плато откладывается на следующий день. Самую капельку рада. Эйлана очередной раз просмотрела запись беседы с тем «охотником», который видел Храм Ведьм. Не то чтобы он сказал много полезного — но достаточно, чтобы понять, что комплекс из пяти трёхгранных зданий, соединённых висячими галереями, совершенно не совпадает по архитектуре с той башней, которую они уже обследовали. Похоже, высказанное вчера предположение было правдой. Как минимум одно сооружение древних обитателей Драконьих Клыков пережило катастрофу, устроенную их наследниками. Причём пережили не только стены, но и какие-то устройства либо магические артефакты... короче, что-то работоспособное. Хотя в том, что из Храма Ведьм выбегают мёртвые эльфы, доктор Торен всё же сомневалась. Но ведь что-то же этот несчастный видел... Девушка внезапно открыла альбом с изображениями эльфийских строений. Было в нём что-то, что она не помнила... На одной из последних страниц она нашла нужный рисунок. Не карточка с фиксацией изображения, не картина — зарисовка. – Да ну вас всех, – как-то слишком спокойно произнесла Эйлана, глядя на рвущиеся к небу трёхгранные башни, соединённые галереями. – Быть такого не может. Но от недоверия рисунок не становился менее похож на описание Храма Ведьм. Шелест дёрнулась, когда от входа в рубку послышался стук. – Шелест, мы влипли, – Эйлана вломилась в рубку без спроса. – Я нашла кое-что похожее на Храм Ведьм. Очень малоизвестное место... Если это оно, то мы в такой заднице, в какой ещё никто не бывал. – Пошли в кают-компанию, – Шелест встала, схватила историка за руку и буквально потащила по указанному маршруту. – Всё равно там хмарь такая, что я и взлетать не хочу. Соврала, конечно — и Эйлана это понимала, тут не надо быть гением. Но разговор явно намечался из тех, что придётся запивать креплёным вином. В лучшем случае. ...Эйлана на удивление покорно ждала, пока Шелест достанет вино, достанет стаканы, нальёт, нарежет бутерброды... Настолько покорно, что Шелест испугалась. Слишком это было похоже на то, что сама она ощущала в той долбаной башне. – Вот. Теперь вываливай страшные откровения, – шутка получилась натянутой и глупой. – Не на трезвую же голову про это всё говорить. – Ты права, – спокойно — слишком спокойно — сказала Торен. – Я тут перебрала один альбом по храмам сгинувших цивилизаций, укладывающихся в понятие «эльфы». Там была даже зарисовка с Берега Душ. И все базовые признаки совпадают. Так что либо этот твой Большой Гнус видел местечко, про которое помнят полтора специалиста и три жреца, либо... Шелест махнула стакан креплёного красного одним богатырским глотком. Объяснения Эйланы пока ничего не объясняли. – Слушай, я не специалист и не жрец. Я долбаный вольный торговец, так что давай подробно. Что там на Береге Душ, что это вообще за место и чем нам это грозит. Торен вздохнула: – Понятия не имею, чем это нам грозит. Ничем хорошим. На Береге Душ строение, которое первая экспедиция назвала Дворцом Времени, работало как стационарный хроноскоп... избыточной мощности. Собственно, именно из-за него экспедиции пришлось драпать, побросав всю аппаратуру и большую часть материалов — в какой-то момент начали материализовываться образы древних обитателей Берега Душ и шить там всё. Странное сооружение на самом деле — смесь хроноскопа и стационарного излучателя некроэнергии... потому этот мир и обозвали Берегом Душ — там постоянно шастали какие-то привидения. А вторая экспедиция не нашла ничего — очень удачно пробудился вулкан. Шелест скрестила руки под пышной грудью: – Погоди. Значит, какой-то якобы эльфийский артефакт вытаскивал всякую ересь из прошлого и давал ей плоть? – Подобие плоти, – Торен скривилась. – Думаешь, почему я предупреждала тебя насчёт материализации и пальбы, когда начала работать с ножом? Профессиональный риск, знаешь ли. А эти ребята ещё и некромантией усилили... В общем, там всё плохо. Но нам всё равно придётся осмотреть этот долбаный Храм... а может, и поработать мне придётся. Если, конечно, тут не случилось такого же удобного извержения, как на Береге Душ. – Просто прекрасно, – Шелест усмехнулась, наливая очередной стакан. – Короче, док, если из Храма попрёт всякое — ты бежишь в флаер... хотя нет, к чёрту флаеры. Полетим на «Игле». Бежишь в корабль, выдвигаешь с пульта навигатора верхнюю башню и прикрываешь, пока я отхожу с пальбой. Замётано? Эйлана зеркально повторила кривую ухмылку Шелест: – Ты понимаешь, что это звучит как диалог из романа про миледи Крофт? – Я их люблю, – тихий смешок был почти натуральным. – Именно за такие диалоги. А ты? – Я тоже. И да, замётано. Я лучше обращаюсь с кнутом или дубинкой, чем с ружьём. Выросла на ферме, знаешь ли. Следующее утро выдалось хмурым, но дождя не было. И доктор Эйлана Торен наконец приступила к обследованию того самого плато, на которое практически случайно села Шелест — и этим избавила и себя, и Эйлану от перелёта на одно из схожих мест. Обе девушки снова облачились в бронекостюмы — после вчерашнего открытия Торен не желала выходить без оружия и брони даже на трап. – Эйлана... – Шелест неуверенно взглянула на доктора Торен. – Если начнётся — не беспокойся. Я стала Шелест после Земли-16. Ты читала?.. – Да, – доктор Торен коротко улыбнулась. – Я спокойна. Неожиданной проблемой оказалось то, что плато было идеально ровным. – Придётся цепляться за землю, – Эйлана нахмурилась. – Лучше бы какой-нибудь артефакт, но... Ладно, инструкции те же. Всё, что пролезет, отстреливай. Даже неживое. Мне здесь не нравится. Шелест медленно кивнула. Семилучевая звезда, которую начертила Торен прямо на бледно-коричневом мелком песке, полыхнула зеленью... Воздух. Вокруг воздух. Внизу дома с крышами, покрытыми листьями какого-то растения. Пыльная земля вместо покрытия улиц, какие-то верховые и тягловые животные, одетые в грязные накидки гуманоиды... Ничего странного. Кроме того, что в центре селения — шпиль из неизвестного доктору Торен металла. А с полуночи катится волна чего-то... непонятного. Магический фон меняется, словно перед мощным взрывом какого-нибудь оружейного артефакта. Шпиль начинает сиять красным светом, земля поднимается... жители разбегаются, но они не знают, куда бежать — и на самом деле это ни на что не влияет, потому что бежать некуда... Эйлана поднялась с земли, глядя на гаснущий рисунок. – Копать здесь бессмысленно, – голос девушки был холодным и тихим. – И на остальных плато тоже. Когда началось... земля была на пару сотен футов ниже. Если не на три. Пошли внутрь, Шелест, мне надо записать это всё... и выпить. И заканчивать с этим долбаным миром.

***

Запись погружения в прошлое заняла законное место в сейфе. А доктор Торен — не менее законное место в кают-компании, со стаканом креплёного вина. – В центре поселения был какой-то шпиль... излишне технологичный для деревушки предметаллической эры. И когда ударило оружейное проклятье направлением примерно от Храма, шпиль срезонировал... и земля поднялась. Вот в это вот плато, на котором мы сидим, – Эйлана махнула рукой. – Копать тут явно бессмысленно — разве что этот самый шпиль уцелел, но в это я тоже не очень верю. Ну а тех крестьян, которые жили вокруг, просто в пыль размололо. – Странно, – Шелест опёрлась локтями о стол. – Снова два этажа технологий, да? Но вряд ли эти шпили — наследие... – Я не хочу гадать, – Эйлана коротким движением рубанула ладонью воздух. – В любом случае тут что-то нестандартное и слишком неприятное, чтобы не думать о том, что видели на Береге Душ... Если завтра не будет дождя, я хочу попытаться обследовать Храм Ведьм. Будем надеяться, удастся найти что-то лежащее отдельно... – Не хочешь работать с самим Храмом? – Шелест не удивилась. Судя по рассказам Эйланы, демоново строение было чем-то до крайности опасным. – Не хочу. Но, возможно, придётся... если он не будет в активной фазе, – Эйлана долила себе вина и раскурила давно набитую трубку. – Если будет в активной — зафиксируем всё с воздуха и улетим прямым курсом на Землю Звезды, хорошо? – Даже если придётся тебя связать, – капитан Шелест рассмеялась. – Если я тебя правильно поняла, в активной фазе Храм может вытащить из прошлого охренеть каких злобных эльфов? Эйлана пожала изящными плечами: – В лучшем случае да. А в худшем — их боевых зверей, боевую технику, их врагов... да демона в ступе. Что угодно. Но если это «что угодно» будет дружелюбным, я сожру собственный бронекостюм. Пролетевшая ночь даже не мучала доктора Торен кошмарами. Она уже давно не видела нормальных снов — а кошмары видела редко. После Земли Дышащего Песка Эйлана вообще чувствовала себя словно за стеклянными стенами — везде, кроме разве что кают-компании «Иглы». С капитаном Шелест было удивительно легко... Эйлана усмехнулась. Идея, пришедшая ей в голову ещё после погружения у башни, явно заслуживала воплощения в реальность. Лишь бы сама Шелест согласилась... Капитан Шелест ошарашенно покачала головой: – Погоди, Эйлана. Ты предлагаешь мне многолетний контракт с университетом Девяти Звёзд на доставку тебя, куда потребуется, но с постоянной оплатой независимо от того, летим мы куда-нибудь или сидим на Земле Звезды? Доктор Торен невозмутимо кивнула: – Вот именно. Когда мне в следующий раз придётся лететь к демону в зубы, тебя может не оказаться поблизости. – А ты уверена?.. Эйлана рассмеялась: – Шелест, ты что, думаешь, что я зафрахтовала «Иглу» потому, что мне не выделяют больших денег? Я хроноскопист, способный погружаться в прошлое мёртвых миров высшей категории опасности, понимаешь? И не сходить с ума после второго-третьего ритуала. При желании я могла бы купить такой корабль, как у тебя, на те деньги, которые идут на обеспечение работы. И экипаж нанять. Но мне это не нужно, а я делаю только то, что мне нужно. Тебе можно верить, ты готова перестрелять собратьев по клану ради спасения десятка гражданских — значит, и меня не бросишь. А университет не обеднеет, после того, что мы тут уже выяснили, им в любом случае придётся выплатить тройную цену фрахта. Поэтому ребята с радостью подмахнут контракт на любой угодный мне срок. И платить будут без задержки, и заправка, закупка припасов и прочее — за счёт кафедры. Прошлое иногда преподносит такие мерзости... в общем, дешевле дать мне то, что я запрошу, чем потом разгребать последствия. Шелест нервно закурила: – Никогда не думала, что археологи и хроноскописты так жирно живут... – Не все, – Эйлана неопределённо мотнула головой. – Только те, у кого вместо нормальной работы сценарии фильма ужасов. – Всегда их любила, – Шелест вдохнула ароматный дым, одной затяжкой спалив пятую часть сигареты. – Ладно, где кровью подписывать? Доктор Торен улыбнулась в ответ на мрачную шутку, слишком близкую к реальности. Слишком — потому что для вольного торговца долговременный фрахт действительно близок к продаже души. А ещё потому, что сама Торен никогда не работала с кем-то дольше одного рейда. И такой вот долговременный контракт наверняка взорвёт мозг всем в университете. Но это уже неважно. Просто неважно.

***

Низкое серое небо Драконьих Клыков всё же не пролилось дождём. Не позволило взять паузу. Капитан Шелест материлась сквозь зубы, поминая биологически невозможные привычки местных обитателей, но вела «Иглу» чётко по курсу, проложенному после анализа россказней Большого Гнуса. – Вижу Храм, – Эйлана работала с прицелом верхней башни транспортника. – Подтверждаю гипотезу. Архитектура аналогична Дворцу Времени. Активности не отмечено. Холодный, отстранённый голос доктора Торен дополнялся щелчками по клавишам управления. Эйлана вела съёмку, стараясь поймать как можно больше деталей в кадр. – Дай пару кругов на дистанции в полмили, если не трудно, – Торен задумчиво смотрела в прицел. – Хочу кое-что проверить. Высота триста, можем? Шелест резко кивнула, выводя «Иглу» на нужный курс. Транспортник шёл на мизерной скорости в сорок миль в час — быстрее при разведке не имело смысла. – Вижу активный блок в центре комплекса, – так же холодно прокомментировала увиденное Торен. – Садиться не рекомендую. Храм в фазе разгона, риск резонанса критичен. Между тонкими иглами башен действительно пылал белым светом огромный кристалл, стоящий на ажурных подставках. Пульсация кристалла была медленной... но с каждой вспышкой площадь накрытого свечением пространства увеличивалась. – Нас не долбанёт? – нервно поинтересовалась Шелест. – Если эта фигня вдруг заработает на полную... – Не должно, – Эйлана слабо улыбнулась. – Но без гарантии. Сейчас, ещё несколько кругов на разных высотах — и уходим, я сюда не полезу. – Принято, – Шелест наклонила корабль, играя рычагами управления. – Торможусь до тридцати, три витка на трёхстах, потом два на двести и дистанция в четверть мили. – Дистанция не менее трёх восьмых, – поправила доктор Торен. – Ну его к демонам, не хочу рисковать. Дальнейшие пять минут прошли в молчании — только щелчки клавиш и скрип рычагов нарушали тишину. – Сближение, – предупредила Шелест. – Дистанция три восьмых мили, высота двести ярдов. Корабль снова накренился, выходя на новый курс... И одновременно очередная вспышка кристалла в центре древнего сооружения стала началом новой фазы свечения. Без перерывов, с увеличением площади поражения излучением... – Назад! – Эйлана впервые за всё время разведки Храма допустила в голос какие-то эмоции. – Шелест, назад! Храм вышел в активную фазу, фиксирую картинку! Капитан, матерясь сквозь зубы, вернула «Иглу» на прежний курс. – Они... – Они идут, Шелест, – тихо произнесла доктор Торен. – Держи высоту, попробуем зависнуть, но будь готова к старту в Туман... Из белого сияния выходили странные существа — гуманоиды, даже почти люди. Красивые холодной, отстранённой, нереальной красотой, такой же, как красота их построек. Ни одно существо не было цельным. У каждого были видны раны — однозначно смертельные, потому что ни с развороченной грудной клеткой, ни с перерезанным горлом жить невозможно. Существа поворачивались в направлении на «Иглу», явно ощущая присутствие транспортника. – Они видят нас... Капитан Шелест не боялась. Она просто приняла как факт, что эти оживлённые Храмом мертвецы заметили её любимый корабль. – Да. Фиксирую... Мертвецы шли от кристалла прямо на «Иглу», не обращая внимания на неровности рельефа. Шелест без команды отвела корабль на сотню ярдов назад, зависнув так, чтобы между Храмом и транспортником оказалась пропасть. Когда первые мертвецы достигли обрыва, они не замедлили шаг. Мёртвые тела, получившие противоестественное подобие жизни, падали один за другим — а сзади подходили новые. – Зафиксировано, – тихо сказала Эйлана Торен. – Не рекомендую попытку забора материала, неизвестно, как это повлияет на ситуацию. Предлагаю уходить. Шелест нервно хохотнула: – Замётано. Стартуем в Туман на полных оборотах. Через два часа «Игла» покинула Драконьи Клыки. – Грёбаная жесть, – Шелест вбила в горло порцию креплёного вина. – Ты этого боялась, когда работала с ножом? Эйлана медленно закурила, ответила, глядя на огонёк на конце длинной сигареты: – Не совсем. Я не смогла бы оживить такую кучу трупов. Это даже не хроноскоп был. Что-то среднее между хроноскопом и стационарным излучателем некро-энергии. Сюда нужна нормальная экспедиция, но вряд ли кто-то этим будет заниматься. Скорее поставят комплекс предупреждения и отстрела на выходе из Тумана. И знаешь, Шелест, я надеюсь, что под этим грёбаным Храмом таки пробудится какой-нибудь мощный вулкан...