Мёртвое прошлое

Кораблекрушение Входящее в мой порт Ближе ближе ближе Маслянистое небо Бесконечно жадное Ниже ниже ниже Группа «Джан Ку», «Кораблекрушение»

Капитан Шелест боролась с желанием снять квартиру. Предложенный Эйланой контракт действительно был заверен проректором Университета Девяти Звёзд по административной части едва ли не быстрее, чем прочитан. И оплата была более чем щедрой, так что капитан Шелест могла бы снять достаточно роскошные даже по меркам Земли Звезды апартаменты. Вот только смысла в этом было крайне мало — Шелест понимала, что всё равно она будет проводить большую часть времени либо на «Игле», либо в квартире Эйланы, либо в путешествиях по Земле Звезды. Конечно, когда не подворачивается миссия в очередной мир, убивший себя и старающийся поубивать всех визитёров. Но желание снять квартиру изредка всё же посещало Шелест. Иррациональное и странное для потомка клана вольных торговцев. Для женщины, точно знающей, что она не уйдёт на покой, а сгорит когда-нибудь во время выполнения очередного излишне рискованного контракта. Для той, кто открыла когда-то огонь по своим родственникам, чтобы вытащить из булькающего ада мятежа три десятка гражданских. За прошедшие после выхода из прыжка с Драконьих Клыков две недели Шелест успела полностью заправить «Иглу», закупить все мыслимые припасы... и внимательно изучить руководства по совместной работе с хроноскопистом. Капитан не желала оставлять на волю удачи что бы то ни было. Эйлана же за это время успела написать отчёт и статью по итогам обследования Клыков вообще и Храма Ведьм в частности. Теперь доктор Торен наслаждалась всеобщей истерикой в академических кругах и предвкушала позор и посрамление некоторых коллег, отстаивавших «непреднамеренность» агрессии со стороны того, что называлось Дворцом Времени. Вопреки прогнозам Торен на Клыки всё же собирались отправить полноценную экспедицию — и Шелест где-то даже понимала тех, кто принял решение. Неизвестно, как Храм среагирует на последнее посещение и на что он способен — а значит, следует это мерзкое строение получше изучить. К счастью, ни Эйлану, ни тем более Шелест это уже не касалось. Они сделали свою работу и теперь слово было за крупными структурами. Динамик в кают-компании взорвался грохотом любимого капитаном «злобного металла» – музыки, порождённой временами молодёжного бунта на Земле-1. Поставленная в качестве сигнала о том, что кто-то желает взойти на борт, песня рассказывала о танце с демонами*... Та ещё тематика. Шелест плавно нажала на кнопку. По времени как раз должна была заглянуть Эйлана. * Песня группы «Burning Witches» «Dance with the Devil». – Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо. Шелест однообразно ругалась, просматривая материалы нового задания. Новой мерзостной истории, в которую их экспедиционная пара готовилась влипнуть с головой. На сей раз искать точку не требовалось. Вообще от Шелест в теории требовалось только дотянуть Эйлану до базы уже с полгода работавшей экспедиции... дорывшейся чёрт знает до чего. – Что ты там такое страшное откопала? – Эйлана вылезла из пассажирской каюты в одном белье и нависла над глушащей креплёное красное Шелест. – Что-то по... твоей части? Капитан усмехнулась, глядя на подругу — стройную, подтянутую, с изящной, но крайне аппетитной фигурой. – Может быть. Ты мне вот что скажи — этот доктор Линдсей, он откуда взял всю эту ересь про «молот богов»? Торен подавилась улыбкой. – Там же сказано. Местные легенды... Линдсей решил, что надо их проверить... и нашёл вот это вот. А что тебе в источниках легенды? – Твою маааать, – вместо ответа протянула Шелест. – Подожди, мне надо ещё раз всё это... Не закончив, капитан снова зарылась в материалы. Перевернув пару страниц, она взяла копию карты раскопа, повертела её, рассматривая под разными ракурсами... – Твою же мать! Торен рухнула в кресло напротив Шелест. Ей пока что ничего не было понятно — кроме базовой гипотезы, что пресловутый «молот» был чем-то вроде баллистической ракеты... непонятно откуда взявшейся. Но Шелест не стала бы психовать из-за ракеты... Вообще история с раскопками на Земле Плясок-12 была вполне романтически-авантюрной, из тех весёлых времён, когда археологи шли по следу из древних легенд — и находили затерянные города. Местные обитатели рассказывали об одной пустынной долине, что «давным-давно» там стоял великий и мудрый город, чьи жители прогневали богов своим стремлением к знаниям. Боги, не откладывая разбирательств в долгий ящик, вмазали по городу гигантским огненным молотом, уничтожив всё население и разнеся некую «порчу» по всем окрестностям. На чём выжженная долина и была объявлена табу, а местная цивилизация вошла в стагнацию и маразм. Доктор Дивэн Линдсей решил, что история про «порчу» после удара «огненного молота» уж очень похожа на результаты ядерного взрыва — и пробил экспедицию в Долину Грешников. И довольно быстро нашёл сплавившуюся от невероятных температур прослойку земли с какими-то невнятными вкраплениями. «Сверху» культурного слоя не обнаружилось, «снизу» – вполне приличный культурный слой раннеиндустриального периода, где-то уровня паровых машин или чуть хуже. Штатные хроноскописты экспедиции не смогли пробиться через лежащие между катастрофой и современностью две с половиной тысячи лет по исчислению Земли-1. В результате Линдсей нажал на все рычаги и добился вызова доктора Торен. А упомянутая доктор Торен, как только «Игла» легла на курс к кластеру Земель Плясок, всучила напарнице все переданные материалы. На всякий случай — потому что сама Эйлана просто не понимала, как паровые машины сочетаются с ядерными ракетами. И куда потом делась цивилизация, оными ракетами разбрасывавшаяся. Вот только Шелест явно увидела в материалах что-то совсем не то, что имелось в базовой гипотезе. – Короче. Это не след от ракеты, – Шелест была кратка, категорична и мрачна. – Я без понятия, что это такое и кто это, но очень похоже, что «молот богов», который обеспечил катастрофу, был пространственным кораблём. Видишь, на карте вытянутое пятно выгоревшего слоя? Эйлана, глядя на пластинку видеофиксации, только кивнула, начиная понимать. – Они заходили вот с этого азимута, – Шелест показала на карте предполагаемый курс, – то есть это не точно, но очень похоже. А вот тут, – грубоватый, совсем не холёный палец уткнулся в точку рядом с границей пятна катастрофы, – у них что-то случилось. И несчастные ублюдки, которые тут жили, просто не успели ничего понять, когда их размазало вместе с гостями. Отсюда и излучение, и форма пятна — обломки летели по инерции и вмазались вот тут, – новое движение — и указание на дальний край выжженой земли. – Если этот ваш Линдсей пороется, наверняка откопает что-то от корыта, которое не сумело вытормозиться. Может, уже и откопал, кто же его знает... Эйлана молчала, боясь даже вздохнуть. В чуть полноватой, плотной, теоретически некрасивой Шелест всегда пылал какой-то диковатый огонь, не дававший ни на секунду усомниться в её силе — но сейчас, «на лету» анализируя следы древней катастрофы, она была похожа на ведьму из легенд диких народов — женщину, что владеет силами, не принадлежащими ни одному из миров. Такой Эйлана не видела подругу даже во время рейда на Храм Ведьм. Даже на плато возле той чёртовой башни. Даже на видео с Земли-16. Шелест подняла взгляд от карты и внезапно покраснела: – Ну это всё пока не точно, ты же понимаешь. Это надо на месте смотреть... Но я когда училась, делала диплом по пространственным кораблям. Мечтала их увидеть... кажется, увижу. Резкий переход Шелест от уверенного анализа к смущению вызвал у Эйланы смешок: – Знаешь, это всё логичнее, чем мистические ракеты, возникающие из ниоткуда... – Логичнее, ага, – Шелест пригубила тёмно-красное густое вино и нахмурилась. – И наверняка опаснее.

***

Эйлана лежала на узкой койке в пассажирской каюте рвущейся сквозь Туман «Иглы». Сон не шёл. Анализ Шелест был сугубо предварительным — но модель явно оказалась куда логичнее, чем домыслы Линдсея, упёршегося во внутримировые причины катастрофы. Причины того, что Линдсей не разгадал эту загадку сам, были понятны — после открытия путей сквозь Туман попытки создать космические корабли как-то не предпринимались Во всяком случае, всерьёз — все ресурсы цивилизации поглотило огромное количество миров, доступных и без долгого пути сквозь пустоту. Но на некоторых мирах находили остатки космических цивилизаций, в том числе и совсем не похожих на гуманоидов — и каждая такая находка была своего рода «вещью в себе», а не частью общей картины. Что естественно — никто ещё не смог построить адекватную модель расположения доступных через Туман миров. Казус Земель-Близнецов — двух пригодных для жизни планет в одной системе, связанных прямым переходом сквозь Туман — так и оставался казусом, а остальные миры... неясно было даже, в одной ли Вселенной они находятся. Однако как минимум шесть космических кораблей разной степени сохранности — от почти целого разведывательного планетолёта на Близнецах до невообразимо древних обломков на Земле Заката — были всё же найдены. И если Шелест права, доктор Торен имеет все шансы поработать с седьмым. И этот корабль однозначно происходит не с Земли Плясок-12 – если пути сквозь Туман раннеиндустриальная цивилизация ещё может нащупать, то создать космический корабль, способный при крушении уничтожить всё живое в не самой маленькой долине... это вряд ли. Перебирая всё, что она знала о найденных космических кораблях, Эйлана наконец заснула глубоким сном без сновидений. Тем сном, о котором мечтают хроноскописты, работающие с мёртвыми мирами. ...В тысяче миль от Долины Грешников небо раскололось, выбрасывая стремительное четырёхгранное тело «Иглы». – ...Экспедиция Линдсея, ответьте транспортнику «Игла». Экспедиция Линдсея, ответьте личному транспорту доктора Торен, чтоб вам мёртвые эльфы в эротическом сне являлись! Шелест заметно нервничала — уже полчаса на вызовы никто не отвечал. Наконец эфир полудохлого, впавшего в полную стабильность мира отозвался: – Транспортник «Игла», говорит археологическая экспедиция Линдсея. Даю привод... Связист экспедиции зачастил цифрами, которые ни черта не говорили доктору Торен — но Шелест явно понимала всё и чуть больше. – Какого у вас там творится? – капитан не церемонилась. Ситуация была слишком странной, чтобы тратить время на любезности. – С какой стати вы ориентируете меня на сто шестьдесят, когда я с двухсот подхожу? – Капитан, мы обнаружили... нечто. И пока мы не уверены, что оно безопасно, зона открыта для полётов лишь частично, – связист явно упёрся в попытке отстоять чистое небо... как раз над тем местом, в котором Шелест предлагала искать обломки корабля. – «Игла» приняла, – Шелест вздохнула. – Мы имеем гипотезу по поводу вашей находки, но поговорим по прибытии. Отчекрыжьте для дока что-нибудь безопасное, если вас не затруднит. РВП* — примерно семь часов. * РВП — расчётное время прибытия. Шелест настроила автопилот — и развернулась в кресле к пассажирке и подруге. – Они роют как раз там, где должна валяться эта долбучая жестянка, – капитан даже ругалась только по инерции. – Поздравь меня, док, я только что умыла главу этой вашей экспедиции ещё до прибытия на раскоп. Эйлана махнула рукой с зажатой в пальцах тонкой папироской: – Я уже догадалась, – девушка выпустила клуб ароматного дыма. – Ты лучше меня поздравь, демоны его знают, с чем мне работать. Шелест кивнула, раскуривая трубку: – Ага. Я читала наставления на такой случай. Демоны Тумана, надо ж было этому Линдсею докопаться до обломков корабля! Плотная девушка прикрыла глаза. – Как думаешь, будет хуже, чем на Клыках? Доктор Торен, туша папиросу в металлической пепельнице, только мрачно кивнула.

Ровно сто шестьдесят Станций метро... Я попадаю в десятку, Хоть и ставлю на зеро.*

* Цитата из песни Татьяны «Квази» Голдиной «Трамвай». Можно найти втентаклике по ключу «Квази Трамвай», автор настоятельно советует послушать. Под запись малоизвестной певицы с Земли Звезды доктор Торен готовилась к самой, наверное, сложной в её практике работе. Никто не может сказать, сколько тысяч лет погибшему пространственному кораблю, кто его строил — и как всё это отзовётся в разуме и магии излишне талантливой для своего блага хроноскопистки. А значит — надо опереться на максимум возможных костылей. Просто для повышения шанса выжить и остаться вменяемой. Цветные маркеры, ритуальный нож, инструменты для черчения — в том числе на неровной земле — и прочие атрибуты ритуальной магии, полушарлатанской, полудикой. Один из способов стабилизировать разум и сконцентрироваться. Один из способов удержать в сознании якорь, позволяющий вернуться из видений мёртвого и чертовски злобного прошлого. Другое дело, что якорем для доктора Торен уже на Драконьих Клыках стала эта невозможная девушка-пилот. Капитан Шелест — с её излишним для канонической красоты весом, с её тяжёлой нижней челюстью, с её вертикальными чёрными полосами в тёмной рыжине волос, с её грубоватым голосом... Надёжная более, чем камни. Яркая более, чем пламя боевых заклинаний. Живущая на борту своего транспортника — и так трогательно любящая завтракать в дешёвых закусочных «быстрого питания». Всего на пару лет моложе самой доктора Торен — но успевшая пройти сквозь войну и одиночество. Та, к кому хочется возвращаться из прошлого. Та, вместе с кем становится легче. Та, после встречи с кем доктор Торен не видит кошмаров. Капитан Шелест. Та, с кем хочется жить.

***

Даже спустя два с половиной тысячелетия в Долине Призраков практически ничего не росло. Только рыжая трава, жёсткая даже на вид. Эйлана Торен спрыгнула с трапа и развернулась к встречающим. На краю посадочной площадки стоял сам доктор Дивэн Линдсей — археолог-авантюрист прямиком из романтических книг. Высокий мужчина в грубых рабочих штанах и куртке из синей парусины — прямо как объездчик на ферме с какого-нибудь фронтира. – Доктор... Линдсей осёкся — вслед за Эйланой на выгоревшую тысячелетия назад, но так и не восстановившуюся землю спрыгнула Шелест. В таких же плотных брюках и куртке. И с дробовиком, болтающимся на плече. – Доктор Линдсей, рада встрече, – с чётко уловимым сарказмом произнесла Эйлана. – Позвольте представить — моя подруга и коллега, капитан транспортника «Игла» Шелест. У нас есть гипотеза по поводу случившегося в Долине. Мужчина нервно кивнул: – Пойдёмте в наш штаб, – он явно не понимал, откуда может взяться какая-то гипотеза у тех, кто впервые коснулся почвы Земли Плясок-12 минуту назад. – Мы обнаружили что-то совсем странное... – ...обломки из неопределимого металла, – кратко подытожила ассистент Линдсея Диана Шелдон. – При этом они испытали невероятное температурное воздействие... – …когда рушились из космоса на эту долбаную планетку, – подхватила Шелест. – Я примерно это и прикинула, пока мы с Земли Звезды сюда шли. Капитан коротко изложила свои предположения, после свежей находки — каких-то оплавленных кусков неизвестного металла, чья температура плавления превышала десять тысяч градусов — перешедшие в ранг почти доказанной теории. – …и судя по пятну температурного воздействия, они не собирались устраивать катастрофу. Но где-то вот в этой зоне, – неухоженный грубый палец коснулся карты, – корабль гавкнулся и рухнул уже неуправляемо. Что там случилось, я не представляю, но они явно тянули к пустыне Тысячи Звёзд, просто не смогли удержать траекторию. А несчастные ублюдки, которые тут жили, разве что рёв от пролёта успели перед смертью услышать. Лана, тебе придётся сначала работать с обломками, иначе толку не будет. Эйлана мрачно кивнула, закуривая очередную папиросу — она и сама успела прийти к тому же неутешительному выводу. Корабль. Неизвестного возраста. Неизвестно чей. Неизвестно с какой историей. Просто мечта хроноскописта-самоубийцы. А деваться-то некуда — Шелест права, оттуда информации будет больше. Вряд ли цивилизация парового века имела развитую службу космического слежения, не говоря уже о том, что искать что-то, с этой службой связанное, можно было бы до посинения — если бы было что искать. – Мне нужна большая комната с ровным полом, – подытожила размышления Торен. – Шелест, тут... – Как в башне, я поняла, – усмехнулась подруга, выбивая в пепельницу трубку. – Гасить всё, что полезет, без вопросов.

***

Снова зелёные линии сложной многоконечной диаграммы, усыпанной символами древних языков, светятся потусторонним светом. Снова тонкая девушка, чья жизнь — погружение в чужую смерть, садится в самом центре магической фигуры. Снова капитан Шелест сжимает в руках верный дробовик, помнящий безумие Земли-16. Как до этого дошло? А вот так вот. Когда у тебя наконец появляется смысл в полётах между мирами, можно и не до такого докатиться. Особенно если этот самый смысл воплощён в настолько красивую форму — форму тонкой темноволосой девушки с фронтира, ставшей исследовательницей мёртвого прошлого. И тебе остаётся только ждать — с дробовиком наготове, перебирая в памяти способы дозваться уходящего в прошлое хроноскописта, готовясь как к стрельбе, так и к чему-то более экстремальному. Потому что ни одна собака не скажет, что может увидеть в обломке древнего звездолёта доктор Эйлана Торен, лучший хроноскопист университета Девяти Звёзд. Странно. Слишком странно. Неправильные ощущения. Не те конечности. Не то тело. Всё не то. Только боль знакома — слепящая, разрывающая разум боль. Но нужно добраться до рубки, нужно положить корабль на курс возвращения... Больше некому. Мятежники перебили всех офицеров — в основном потому, что никто из командования корабля не допустил бы и мысли об ударе по «молодому» миру. Миру, в котором странные двуногие и двурукие существа только-только начали строить города. Миру, похожему на «колыбель Врага» из древних суеверий. Положить корабль на курс... …Мёртвый корабль идёт по случайному курсу. Мумии перебившего себя экипажа в коридорах — четверорукие когда-то зеленокожие гуманоиды, построившие звездолёт, лежат в лишённых воздуха коридорах. Энергии осталось совсем мало. Корпус повреждён, когда мятежники пытались вывести из ангара штурмовой катер. Двигатели работают с перебоями. Искусственный разум принимает решение и кладёт корабль на курс к кислородной планете, как и положено по инструкции. Корпус не выдерживает и трескается в месте, где несколько столетий назад взорвался внутри ангара катер. Прочнейший силовой набор повреждён — и гордый разведывательно-ударный крейсер складывается вдоль линии разлома. Двигатели ещё около секунды толкают обломки разрушающегося корабля вперёд — и взрываются кошмарным пламенем разрушенного энергоблока... Шаг. Ещё. Прямо в злобную зелень знаков и линий. Прямо в узор, удерживающий Эйлану в безумии прошлого. Положить левую руку на её плечо. Тихо, но твёрдо позвать — не по фамилии, не по учёному званию, даже не по полному имени: – Лана! Лана, вернись! Воткнуть предохранитель на дробовике, прежде чем отбросить его за плечо. Провести освободившейся рукой по волосам Ланы. Медленно поднять её с пола — в угасающем свечении магической фигуры. И только когда в зеленовато-карих глазах погаснут последние искры магии — выдохнуть в аккуратное ушко: – Лана, я здесь. Всё хорошо, Лана. Доктор Торен уже привычно глушила сладкое креплёное вино, сидя в кают-компании «Иглы». – Бунт. Какие-то религиозные заморочки. Они все перебили друг друга. Повредили корабль. Девушка словно старалась уложить реплики между глотками алкоголя. – Потом оно болталось в пространстве не знаю сколько лет. Много. Около пятисот. И компьютер пошёл на аварийную посадку. С повреждённым корпусом. Шелест мрачно кивнула: – И в конце концов оно нахер сложилось само в себя, да? – Да. Взорвался энергоблок, пока двигатели ещё работали. Шелест откинулась на спинку стула, глотая дым своей трубки. – А бедные ублюдки внизу ни черта не знали. А потом какой-то урод сочинил сказочку про гнев божий. – Именно так, – Эйлана встала, отставив опустевший стакан, и подошла к подруге. – Ты мой якорь, Шелест. Ты знаешь? – Догадалась, – девушка отложила трубку, поднялась и впилась в губы Эйланы жадным, яростным поцелуем, хранящим вкус дыма и сладкого вина. – Я — твой якорь. А ты — мой, – капитан Шелест прошлась руками по позвоночнику подруги, с удовольствием ощущая лёгкие подрагивания стройного, гибкого тела. – Так и должно быть, правда?

***

Снова за иллюминаторами клубилась серая хмарь Тумана. «Игла» уносила в трюме всё, что осталось от древнего корабля, чьё падение вызвало катастрофу. Доктор Линдсей остался со своей экспедицией раскапывать город, убитый несчастливым решением древнего компьютера. – Они были очень приличными ребятами, – Эйлана присела на пол, положив голову на обтянутую грубой тканью ногу подруги. – Тот.. или та, не знаю... кого я считала, пытался поставить своё корыто на обратный курс, но не дотянул до рубки. А потом оно дрейфовало демоны знают сколько лет в космосе, все трупы в мумии превратились давно... И в конце концов включилась аварийная программа. Вот, смотри... Доктор Торен достала из папки рисунок, на котором округлый, длинный сигарообразный корабль шёл в непроглядной тьме. – Так этот корабль выглядел... До того, как ему разворотило корпус. – Красиво, – тихо произнесла Шелест, гладя подругу по голове. – А жители города... – Ты была права, – констатировала Торен. – Только слышали рёв — а потом пламя. Они даже не успели понять, что умирают. И то хорошо... «Игла» шла сквозь Туман, а в кают-компании две девушки, пару дней назад вскрывшие очередную загадку, обсуждали шансы найти родной мир погибшего корабля.