Проклятый лагерь. Возвращение в неизвестность

Когда я проснулся, то сразу понял, что кроме меня и Лены в домике кто-то есть. И Этим кем-то оказалась Юля. - Семён, Лена, вставайте. Пора собираться в дорогу. За окном домика я уже разглядел целый взвод Белых Пионеров во главе с Ярославом. Быстро одевшись, я вышел из домика. - Привет, коллеги! - Здравствуй, Семён. Сейчас вам следует срочно идти за Алисой и Ульяной, пусть готовятся. - У меня глупый вопрос: к чему такая спешка? - Спроси у ушастой. Она знает точно. Я зашёл обратно в домик и вопросительно уставился на Юлю. Та, видимо, начав рассказывать всё Лене, решила повториться: - Витки начинают укорачиваться, так что с каждым циклом времени будет всё меньше. Уже сейчас этот виток короче, чем предыдущий, а уходить будет гораздо сложнее, чем в тот раз. Чёрные Пионеры привлекут все свои силы для того, чтобы помешать нам начать эвакуацию. Вот почему почти весь Белый Лагерь здесь. Лена пусть сходит за девочками. И ещё – переоденьтесь в обычную одежду. Забег до домика Коли, переодевание и пробежка к домику рыжих бестий, которые с недовольными выражениями лиц стояли у крыльца. - Ну вот, куда-то с утра тащиться… - Алиска, только не говори, что не было желания сбежать из лагеря! Сама мне кажду ночь жужжала: «Я бы сбежала…» - Отставить разговоры! Всё взяли? - Всё взяла! - Гитару бы… - Да ладно уж, проживёшь без неё пару дней. Могу даже разрешить использовать мои нервы вместо струн – пошутил я. - Да ты прямо остряк! - А то! Шок Алисы от многочисленности меня печатными и непечатными выражениями было трудно передать. А уж когда все они одновременно исчезли, а перед девчонками возникла хвостатая проводница… - Это… она? - Да. И зовут её – Юля. Ваша задача простая – слушайтесь её в дороге и не шалите в поезде, иначе она сделает вам воспитательный кусь. Кошкодевочка улыбнулась. А затем приложила палец к губам и прислушалась. - Путь свободен. Можем идти. Выходим на дорогу. - А почему не по лесу? - Скорее всего, там сейчас небезопасно. Вместо нас по короткой дороге идут несколько Белых Пионеров. Плюс у этого витка более плотное наложение на «Предбанник», что только осложняет задачу – Пионеры будут сохранять свои способности почти до самой станции, а ночью – и на ней самой. Мы пошли по дороге. Со стороны компания смотрелась весьма интересно. Сквозь утреннюю дымку двигались пять человеческих фигур, одна из которых выделялась ушками и хвостом. Но смотреть на нас вроде как было особо некому. А если есть кому? - Стоп! Впереди наш старый знакомый. Посередине дороги стоял тот Чёрный Пионер, что пришёл предупреждать меня первым. - Здравствуй, Белый Пионер. Как я вижу, ты абсолютно необучаем. - О да, коллега. Я никогда не считал себя прилежным учеником. - А ты шутник, коллега. Скажу так: я лишь предупреждаю, что данные действия могут повлечь за собой значительные последствия. Даю тебе последний шанс повернуть назад. В противном случае, мы примем меры. Он выполнил какой-то пасс рукой, собираясь произвести на меня воздействие. Но кто вам сказал, что в Белом Лагере я только лежал в медпункте? Я спокойно выставил свою руку, блокируя телекинетическое воздействие противника. В воздухе словно затрещала высоковольтная линия, земля мелко задрожала. - А ты зря времени не терял, коллега. - А вот ты его явно тратишь его зря, стоя поперёк пути моего следования. Чёрный Пионер опустил руку. - Мне очень жаль… Твоё упорство тебе дорого обойдётся… С этими словами он исчез. - Куда он? – спросила Лена. - Сообщать остальным, что мы прошли точку невозврата. Следующий сюрприз явно где-то рядом. - Смотрите, автобус! – крикнула Ульянка. Действительно, на обочине дороги стоял красный «Икарус», а около кустов стояла знакомая фигура в камуфляже… - Юля, что будем делать? – задал я вопрос. - А ничего. Просто сядем в автобус. - Ты серьёзно? - Да! Юля подмигнула. - Стой! Кто идёт? У меня не было никаких инструкций, как себя вести с этим отбитым воякой на этот раз, поэтому я просто сымпровизировал: - Свои, товарищ подполковник! - Свои дома сидят, инян батаге! Откуда взялись, киндеры? - А вы ствол опустите, нас в автобус пустите, в Янов отвезите, а мы вам всё и расскажем! - Ёкарный бабай! Балалар… Тьфу! Какого хрена вы здесь вообще забыли? - Мы из аномалии выбираемся, нас пионеры захватили… - Вот это интересно… А эти… тоже с вами? - Кто?! – хором спросили мы. - Вон те! – и Полковник указал на выходящих из леса… пионерок. Чёрт возьми, каждая из них была похожа на Ульянку! Только с одной лишь выразительной разницей – наша Ульянка была живой и безо всяких дефектов тела. А эти… На каждой из них можно было найти следы насильственной смерти и трупного разложения! - Все в автобус! Это аномалия! – только и смог крикнуть я. Полковник выхватил автомат и передёрнул затвор. Юля оскалилась и зашипела, шерсть на хвосте встала дыбом. Я вскинул руки, готовясь выставить заслон… «Зря Полковник не отступает в автобус, ведь у него…» - Тра-та-та! Тра-та-та-та-та-та! Тра-та-та! «Как?!» - только и успел подумать я, наблюдая, как мёртвые Ульянки разлетаются от очереди из «Калаша», подтверждая свой статус… Тем, кому досталась солидная порция свинца в голову, больше не вставали. Кому прилетело в грудь – падали, затем неуклюже вставали и продолжали движение… А уж легкораненые уже почти подступили к нам вплотную. Зомби наткнулись на заслон и скребли по воздуху руками, тщетно пытаясь достать нас. - Общий отход! Юля первой заскочила в салон. Следом зашёл я. Полковник дал прикладом в зубы одной из тварей, а затем пустил короткую очередь. Зомби-Ульянка отпала, но оставшиеся три уже рвались в автобус… Полковник ловко запрыгнул на место водителя и дал газу с места. Автобус, поняв, что от него зависят жизни людей, не заглох, а рванул с места. Напоследок одна из Ульянок нанесла мощный удар по кузову, вырвав заднюю дверь и оставив глубокие царапины… «Что же ещё нам готовят представители Чёрного Лагеря?» - подумал я. - Второй кордон будет точно. Будем прорываться. - Почему Белые ещё не пришли? - Потому что один уже среди нас, а они сейчас сдерживают Чёрных и мешают им воплотить плохих сущностей. Так что пока придётся биться своими силами. - Товарищ Полковник, ни в коем случае не останавливайтесь! До самого Янова газ в пол! Девочки, держитесь крепче! Я не знаю, что стучало громче: дребезжащие детали повреждённого автобуса или зубы Алисы… Под барабанную дробь я кратковременно прикрыл глаза, чтобы попытаться просмотреть, что нас ждёт. Ситуация была неоднозначной. Впереди нас явно ждёт ещё одно боестолкновение… - Кутак баш! «Баранка»! - Юля, нам обязательно было в неё попадать? - Она нам даст передышку. В саму аномалию снаружи уже никто не попадёт, если не попал одновременно с нами… - А кто-то мог попасть? - Боюсь, ответ мы узнаем уже ночью… А пока придётся остановиться. - Тормозите, товарищ полковник. Топливо сэкономим. Полковник остановил автобус и заглушил двигатель. На воздух все вышли через заднюю дверь. Полковник крепко сжимал в руках автомат, целясь в кусты. Юля внимательно высматривала кроны деревьев. Я и сам попытался разобраться, чувствую ли я хоть одного Пионера тут. Пусто. - Сектор чист. Мы разожгли костёр, запекли припасённую картошку и вскипятили воду. Ульянка распаковала котлеты и булки с кефиром. Полковник разделил между всеми свой сухпаёк. В общем, с голоду никто не умер. Да и малость подуспокоились. Наши подопечные задремали в автобусе. Лена поддерживала огонь. Юля периодически патрулировала местность, проверяя на предмет возможной угрозы. Незаметно для себя, вскоре вздремнул и я. На стоянку опустились сумерки. Теперь я следил за огнём, а Лена спала. Вообще, за всё время нашего пребывания в аномалии она не произнесла ни слова. Нет, точно не замкнулась в себе. Просто не видела смысла в лишних словах. Но сейчас, когда каждый шаг грозил стать последним, так хотелось поговорить с ней… Увы, пришлось ограничиться тем, что я подсел к ней и приобнял. Сквозь сон, почувствовав меня, она обняла меня в ответ и продолжила спать. Теперь, когда она практически дважды спасла мою жизнь, я просто не имею никакого права спасовать перед любым противником. Я обязательно должен её защитить. И не только её… От размышлений меня отвлекла фигура, вышедшая из кустов. Сначала я подумал, что это Алиса вышла из автобуса по нужде и возвращалась назад. Но синие волосы, бледная кожа и красные глаза говорили о том, что передо мной – враг. В короткой юбке, чулках и тяжёлых ботинках. В руках, как ни странно – гитара. Что же, получается, с нами в аномалию успела шмыгнуть злая копия Двачевской? - Ну привет, новенький! – с ехидной ухмылкой произнесла новоявленная персона. И ударила по струнам… Каким образом гитара без усилителя выдавала характерные звуки дисторшна – мне неизвестно. И каким образом удавалось добиться того, что звуковые волны наносили самый настоящий физический ущерб. В автобусе полопались все остававшиеся стёкла, а кузов накренился. Костёр погас, а всех, кто был около него – сдвинуло на несколько метров в разные стороны. Видимо, так и происходит контузия… Перед глазами всё плывёт, в ушах стоит высокий писк вкупе с шумом кровотока в готовых лопнуть сосудах головного мозга, а где и что происходит – совершенно непонятно. Когда я хоть немного смог сообразить, что случилось, я увидел, как вынырнувшая из темноты Юля вцепилась изо всех сил в обладательницу сногсшибательного инструмента, а затем, получив этим самым инструментом по голове, полетела обратно, уже в бессознательном состоянии… Полковник, передвигаясь на четвереньках, вставлял магазин в автомат. Рефлекторно, скорее всего. Явно тоже пришибло волной. Ульянка с визгом укрылась за камнем, а наша Алиса внезапно выскочила перед своим клоном… С металлическим звуком лопающихся тросов рвались струны гитары, а нога Алисы уже наносила удар точно в грудь противнику… Полковник вскинул ствол автомата. - Алиса, ложись! Двачевская залегла, а вставшая копия выхватила полный магазин свинца, что несколько замедлило её, но не способствовало полному успокоению. И тут я вспомнил, каким образом чаще всего умирали копии Алисы. Да, чёрт возьми! У этой злобной синеволосой бестии на шее болталась ослабленная петля! Как насчёт телекинетического воздействия? Я сосредоточился на верёвке, которая, словно змея, сжала глотку врага. - Ага, не по нраву тебе? Я сжал узел ещё сильнее. Ходячий мертвец явно возвращался к своему нормальному для мертвецов состоянию. Хрипя и пытаясь когтеобразными когтями разодрать верёвку, порождение тьмы завалилось набок и затихло. Я для надёжности стянул ещё сильнее, до хруста. А затем с удовольствием отметил, что все целы. Даже Юля, которую Лена уже вынесла из кустов, начала приходить в себя. Ругаясь и отряхивая осколки стекла, мы через полчаса погрузились в транспорт и продолжили движение. Вскоре взгляду открылась станция. - Зур рахмат, товарищ подполковник! - Бывайте. Автобус и вояка снова исчезли. На востоке появилась фиолетовая полоска, которая вскоре стала малиновой. Наш отряд уже залез в вагон. Юля ещё была не совсем в форме, поэтому её обязанности исполняла Лена. На потолке светились лампы, на столиках стояли стаканы с чаем. Выпив уже три стакана, я выглянул из вагона, чтобы посмотреть, не идёт ли локомотив. И увидел их…