Сжигая мосты.

— Ношение очков сыграло с ним злую шутку. Они, сломались и осколки пробили глаза. Зрение не удалось сохранить.       «Не удалось сохранить зрение?» — пронеслось эхом в голове Пика. Вару? Что с ним будет когда он об этом узнает? Как он на это отреагирует? А как бы отреагировал сам он? Всю свою сознательную жизнь Пиковый король полагался на глаза. Он делал суждение по внешности человека. Конечно внешность и внутренняя составляющая могут разительно отличатся, но в минуты когда нет времени на раздумья, это существенно облегчает выбор. С помощью зрение он видит своих врагов и может защититься. Но потеряй он способность видеть? Что с ним было бы? Лидер не мог дать однозначный ответ, но точно был уверен что наверняка бы чувствовал себя никчемным. А Вару? Он ведь тоже гордый, Пик это знает как никто другой. И поэтому ему страшно. Вопреки сложившемуся стереотипу между королем и валетом были болей ли менее нормальные отношение, но пиковые никогда этого не афишировали. Они не заботились друг о друге, и каждому из них было откровенно насрать на то, что происходит у другого. Просто в моменты когда случался какой-то пиздец, пиковая масть всегда выручит своего собрата. Вот и сейчас.       — Когда мы сможем увидеть его? — спросил Куро.       — Завтра с двенадцати до шести приемный день. — задумчиво ответил врач. — Вы по идее можете прийти, но ваш брат придет в сознание не раньше двух дней, если все пройдет без осложнений.       — Хорошо. Спасибо вам, доктор. И до свидания. — Куро развернулся к двери. — Ребят, пошлите, нам пока здесь делать нечего.       — Подождите. Наверное я должен передать это вам.       В руке врача лежала пачка сигарет. Куро с непониманием принял эту вещь, но решил, что с ней можно разобраться уже в машине.       — Кстати, молодые люди, где ваши родители? — неожиданно обратился доктор.       — У нас нет родителей мы клоны одного шизанутого художника, кстати ему в отличие от нас уже 20.       — Чего? — на лице медика отобразилось непонимание.       — Ничего. — опять же ответил Пик. — Шутка. Наши родители уехали в отпуск, а мы на попечение друга семьи.       — А, хорошо. — непонимание сменилось облегчением. — Тогда больше не смею вас задерживать.       Клоны направились к выходу. Феликс позвонил домой, чтобы сказать, что все вроде хорошо. Куро заказывал такси. А Пик? Пик просто думал. Машина приехала на удивление быстро. Все трое уселись на заднее сидение. Дорога домой была достаточно длинной. Никто не осмеливался начать разговор, это утро, хотя, какое к чёрту утро. День. Выдался слишком насыщенным, поэтому каждому хотелось выплеснуть свои эмоции, но нужных слов просто не находилось. Наконец Пик начал.       — Куро, — он дождался пока треф соизволит обратить на него внимание. — что дал тебе врач?       — Не знаю. — Куромаку вытащил из кармана пачку. — Сигареты. Только зачем они мне?       — Может посмотришь, что внутри? — тихо произнес Феликс.       Маку открыл коробку. Внутри скрывалось шесть сигарет, прозрачная зажигалка из зелёного стекла, лезвие и какая-то бумажка. Серый кардинал аккуратно вынул ее из кармана. Это была маленькая фотография на которой изображались все… Все кроме Вару. Почему кроме него? Он их фотографировал. У каждого клона была своя копия, они сделали их около года назад в честь их общего дня рождения. На задней стороне изображения было выведено: «Никто из них никогда не поверит, что я могу также чувствовать и грустить как все. Ведь шуты никогда не плачут.»       — Едем к Джокеру.

***

Полупустая квартирка Джокера встретила ребят привычным спокойствием. Старший, а тринадцатый был старшим, так как является единственным, кто повзрослел вместе с Фёдором, встретил их с улыбкой. Он не знал, да и по идее не мог знать, что случилось утром. Салат провел братьев на кухню, усаживая за стол, а сам принялся заваривать чай.       — Что лица такие кислые умер кто? — спросил он, разливая напиток.       — Вару сбила машина.       — А… — неуверенно протянул Джо, чай начал выливаться за края кружки. — Чёрт! — салатовый принялся вытирать стол. — Вы пришли, чтобы сказать мне об этом?       — Не совсем. — мрачно изрек Куро. — Почему мы ничего не почувствовали? Мы же связаны, и если кто-то один находится на грани смерти, мы должны это как минимум понять.       — Не-а. С Вару такой фокус не прокатит.       — Это еще почему?       — Вы привязаны не к нему. — заявил Джокер. — Еще годик тому назад, я сам разрушил вашу связь с ним.       — Но зачем? — непонимающе пролепетал Феликс.       — Он сам меня об этом попросил. Ребят не поймите меня неправильно. Это очень трудная и опасная процедура. Я говорил об этом Вару, но он стоял на своем. Если бы ему отказал я, это бы его не остановила. Я просто из двух зол…       — Выбрал третье.