В психбольнице людей лечат

      Было обычное, ничем не примечательное зимнее утро в психбольнице, которое Эррор всегда любил. Но знание отравляло это обманчивое чувство комфорта. Окружающие даже не могли подозревать о том, что сегодня произойдёт. Видеть их весёлые или грустные, расслабленные или сосредоточенные, уставшие после долгой ночи или, наоборот, ещё не проснувшиеся лица, было одновременно тяжело, но при этом ощущалось некое превосходство над ними. Он подготовлен к инциденту, но в какую панику впадут его коллеги, когда представление начнёт набирать ход? Всё вокруг теперь казалось лживым, и в любой момент ложная приятная атмосфера могла рухнуть. Жаль только, что он не знал времени. Только день.       Минуты на часах шли невозможно долго, будто кто-то специально увеличил их продолжительность раза в два. Работать совсем не получалось, ведь Эррор только и делал, что следил за временем. Медленно стрелка подбиралась к девяти утра. Придёт ли Инк? Взял ли её упрямый характер вверх, или инстинкт самосохранения наконец сработал? Безумно хотелось верить, что он не увидит её у кабинета, когда спустится на первый этаж. Что девушка перестраховалась и осталась дома. Что с ней всё будет в порядке, и она не попадёт в неприятности. Гадать можно было бесконечно, одумается Инк или нет, но узнать это можно будет уже через пять минут. Примерно к этому времени она всегда приходила.       Было страшно спускаться вниз и видеть её в коридоре, но при этом не терпелось наконец-то определиться с планом действий. Раздражающая стрелка дошла до нужного времени, и парень, как по щелчку, вскочил с места. Быстрыми шагами он направился из отделения вниз. С каждой пройденной ступенькой тело покалывало от волнения, и хотелось просто остановиться и остаться на месте, но необходимо было узнать, что надумала Инк. Под конец он уже почти уверил себя, что психолог не глупая и не придёт на работу. Но как назло, вдалеке показался знакомый силуэт с привычными чёрно-белыми волосами и кляксой на щеке. Девушка спокойно открывала кабинет, но когда Эррор приблизился и лучше смог разглядеть её лицо, та показалась встревоженной и одновременно с этим решительной.       — Инк! Какого чёрта? Я же просил оставаться дома! — вместо приветствия налетел он на художницу, требуя объяснений её глупых действий.       — Я не могла остаться дома, — негромко пробурчала Инк, открыв кабинет и переместив взгляд на Эррора. Только тогда он понял, что нечто другое могло подтолкнуть девушку на такой поступок, нежели просто упрямость и любопытство. Она выглядела необычайно серьёзной.       — Что-то ещё случилось? — озвучил догадку черноволосый, переменившийся в лице.       — Оши... Она написала мне вчера. Скажи прямо, тебе правда угрожает что-то смертельное?       — Чёрт... Знал бы, что она додумается до этого... Аргх, да, угрожает. Но я подготовлен, а вот ты - нет. Ты ничего не знаешь. Что она тебе написала? — злоба с новой силой забурлила в нём. Неужели Оши так легко получилось обвести Эррора вокруг пальца и уговорить Инк придти? Если бы он знал, что девушка может такое провести, - лично бы сидел рядом с художницей и никуда не отпускал. Одновременно он злился и на безумного психотерапевта, и на психолога, что решила погеройствовать и спасти Эррора.       — Что мне нужно придти, если я не хочу, чтобы с тобой случилось что-то плохое. Честно, я правда не хотела идти, но после этого сообщения я подумала... И решила, что не оставлю тебя одного, — виновато ответила она, не поднимая вдруг потяжелевшего взгляда с пола. Резко стало стыдно, что художница не оправдала ожиданий парня, и только доставит ему хлопот.       — Молодец, герой хренов! Теперь только больше проблем. Решила погеройствовать, но теперь имей ввиду, что тебе угрожает опасность, — раздражённо, уже тише прошипел Эррор, заметив косые взгляды на них.       — Что будет-то? Всё равно я уже здесь... — понизив голос, спросила психолог. Тоже не хотела выглядеть сумасшедшей в глазах коллег.       — Смерть, вот что. Старайся больше проводить со мной времени, я-то смогу тебя защитить. Надеюсь, по крайней мере. Мало ли, что может выдать эта ненормальная. Ты ведь поняла, от кого получать нож в спину, тут не тупишь? — смирившись, произнёс Эррор. Благо, он рассчитал все шансы на выживание, даже учитывая присутствие Инк. Если что, он просто закроет её в кабинете, а сам пойдёт разбираться. Главное, чтобы во время начала анархии у девушки не было приёма. Тогда спасти эту дурочку будет во много раз тяжелее. Но, с одной стороны было даже приятно, что она беспокоится о нём и решила попробовать защитить. Маленькая и беззащитная, но зато очень даже смелая. Правда, куда эта смелость может завести её и Эррора?       — Да, поняла. Оши... Но когда это случится? Ты не знаешь?       — Без понятия. Так бы сразу же сказал, но мне известна только дата.       У Инк было ещё много вопросов насчёт связи черноволосого и Оши, почему он всё знает, и почему умалчивает о подробностях. Но в такой ситуации как они, даже иногда бездумная девушка понимала, что лучше все вопросы задать позже. Но было безумно интересно узнать - Эррор поддерживает Оши, просто молча о её планах, или она только держит его в уздечке, заставляя хранить информацию? Всё это она надеялась узнать после инцидента, так как поняла, что черноволосый даже перед самым началом ужасов предпочитает оставлять занавес закрытым.

* * *

      Инк казалось, что Эррор собирался прервать это страшное событие ещё в самом его начале. Но сейчас, видя его напряжённый вид, и готовность вскочить в любой момент, не было видно, что он героически готов предотвратить инцидент изначально. Скорее, именно в его середине. Глядя на его лицо было заметно, что он настроен решительно, и нотка страха ни разу не пробежала в его взгляде. Но интуиция и опыт подсказывали Инк, что всё-таки, где-то в душе, он боится не меньше её. Было приятно представлять, что он беспокоится не только за себя, но и обязательно за неё. И готов защищать во что бы то ни стало, смертельная опасность им грозит, или нечто менее страшное. Но девушка сразу старалась отметать романтичные мысли: в любой момент мог начаться хаос, а она тут, по уши влюблённая, думает о таком       Сама она не сидела на месте от напряжения. Их коллеги вели себя абсолютно обычно - конечно же, они ничего не знали. Но Инк больше не могла адаптироваться к обычной рабочей атмосфере, всё это казалось фальшью. Наверное, всё это время Эррор чувствовал то же самое. И теперь психолог, обретя тяжёлое знание, тоже осознала будто бы некую лживость в спокойно текущих вокруг делах. Оказывается, в любой момент это может прекратиться, и начнётся ад...       Страх и предвкушение заставляли Инк дрожать, а живот неприятно покалывало от волнения. Ещё страшнее, пожалуй, именно тогда, когда не знаешь точного времени события. Ведь тогда можно подготовиться, но сейчас было ничего не понятно. Секунда за секундой, минута за минутой, час за часом. Маленькая стрелка часов медленно двигалась к времени обеда.       — Как думаешь... Когда Оши начнёт свои действия? — взглотнув и проглотив ком в горле, поинтересовалась Инк.       — Я думаю, она выберет момент, когда все расслаблены. Может, обед. Но если знать её характер - она может выбрать абсолютно любое время, как только к ней придёт настроение. Это непредсказуемо.       — А ты вообще видел её в больнице? Может, она не пришла?       — Хах, наивная, конечно она пришла. Она любит пошутить о разных вещах, но о подобном она не шутит.       — Может, она обманула тебя? Чтобы запутать, к примеру, и не дать подготовиться...       — Понимаешь, у неё странное отношение ко мне. Она прекрасно осознаёт, что я не поддерживаю её видение мира и планы. Но всё равно доверяет их мне. Возможно, её тянет ко мне ещё с прошлого, поэтому ей плевать на нашу одностороннюю дружбу. Психбольной на то и психбольной, чтобы совершать нелогичные действия. Я не до конца разгадал её внутренний мир после того переломного момента, поэтому не могу понять мотивы некоторых действий. Это мне всё ещё неясно.       — Странный она человек... — пробормотала Инк, обдумывая сказанное. Какие, оказывается, удивительные люди с расстройствами. В основном они могут вести себя адекватно, но некоторые их поступки могут даже не иметь смысла. Стало немного страшно из-за того, что было бы, если бы она не сдружилась с Эррором, или Оши не доверяла парню, — И что же ты будешь предпринимать против неё?       — Есть у меня один козырь... — загадочно проговорил Эррор, вызвав у девушки много вопросов. Но она решила промолчать, так как было ясно, что Эр так просто не раскроет ей свои методы решения проблемы. Оставит секретом до лучшего момента.       На этом их разговор на эту тему закончился - всё время болтать об этом приводило к не без того большим нервам. Стоило хоть немного отвлечься и успокоить свои эмоции, потому оставшееся время до приёма пациента у Инк, друзья болтали о самом разном - любимые книги, интересные фильмы, мнения о коллегах, забавные истории из жизни. Как-то их общение зашло об отношениях.       — Уф, помню, в пятом классе влюбилась в мальчика. Быстро разлюбила, так как этот малолетний дурачок задирал меня, а я наивно думала, что это он так меня любит. Как ты понял, я быстро выучила урок о том, что если твой возлюбленный бьёт тебя и неприятно подшучивает, то это уже абъюзинг, — с улыбкой на лице рассказывала психолог, доедая оставшуюся лапшу быстрого приготовления.       — Получается, если парень не бьёт, то уже подходящий партнёр? — усмехнулся Эррор, вместе с этим открывая обёртку и освобождая молочную плитку шоколада с манящим, сладким запахом.       — Не нужно всё приводить в крайности! Партнёр должен быть заботливым, добрым, понимающим. Чтобы не зацикливался на тебе, забывая про свои хобби и интересы, но и при этом всё равно уделял достаточное количество внимания. Найти такого человека трудно... Можно найти, но он может не понравится. Как это было с Кроссом... — деловито начала объяснять Инк: она, как психолог, отлично знала эту тему - каковы должны быть идеальный партнёр и здоровые отношения. Но при упоминании Кросса и неприятного опыта с ним, девушка помрачнела. Ей было безумно жаль старого друга, которого совсем случайно удалось очаровать. Но и дать ему любовь, столь нужную одинокому санитару, она попросту не смогла. Чувство бессилия и вины сковало её при одной мысли о том, что переносит сейчас Кросс.       — Так значит, я вполне подхожу... — почти неслышно произнёс Эррор. Он так увлёкся слушанием и сравнением себя и перечисленных нужных качеств, что не заметил, как высказал вслух свои мысли.       — М? Что ты сказал? — Инк лишь услышала слово «подходить», на счастье Эррора не разобрав полностью его предложение.       — Говорю, ты не виновата, что не можешь ответить Кроссу взаимностью. Ничего, я думаю, он переживёт. Не ребёнок, чтобы так страдать, — быстро поправил себя психотерапевт, перед этим прокашлявшись. Черноволосый совсем не планировал своё признание в чувствах сейчас, в такой обстановке.       — Да... Ты прав, — через силу ответила Инк, но в её словах была слышна уверенность. Она прекрасно знала, что не должна корить себя за свои настоящие чувства, и что рано или поздно Кросс оправится и, возможно, найдёт себе новую пассию. После своих слов она глянула на часы, и вспомнила, что как раз через пять минут, после обеда, у неё сеанс, — Чёрт, как же я забыла! У меня сеанс через пять минут, извини, придётся покинуть тебя на время.       Инк в спешке начала собираться. Эррор же почувствовал страх за неё - вот опять девушка покидает его, оставаясь без защиты. Сердце забилось сильнее, будто он точно знал, что художница идёт на верную смерть. Когда Инк хотела было выбежать из кабинета, Эррор остановил её, произнеся:       — Будь осторожнее. Если вдруг начнётся, то первым делом беги к выходу. Если не получится выбраться, то иди ко мне.       — Ах, точно... Хорошо, конечно! — Инк совсем забыла о возможной опасности в спешке. Её бдительность вновь вернулась к ней, и она кивнула, — Будь тоже аккуратней, Эр.       — Не беспокойся, со мной всё будет хорошо. Позаботься лучше о себе, — серьёзно ответил Эррор, слабо кивнув. Секунды взгляда друг другу в глаза, и Инк вышла из кабинета, прикрыв за собой дверь.       Эррор остался в одиночестве, но точно в безопасности. А Инк сейчас была в коридоре. Сунув руки в карман халата, поближе к заготовленному на всякий случай ножу, психолог быстрым шагом отправилась к лестнице, чуть ли не бегом. Наевшимся досыта сотрудникам больницы оставалось лишь непонимающе смотреть ей вслед. Но что они знали? Она могла предупредить их, но её бы восприняли за сумасшедшую и упекли в эту же лечебницу, только сделав на этот раз пациентом.       Наконец, Инк оказалась в кабинете и начала сеанс. Как бы психолог не старалась успокоить нервы, она чувствовала, как её руки дрожат одновременно от нетерпения и страха. С горем пополам художница закончила сеанс, и мужчина благополучно ушёл из больницы.       Вновь собираясь к Эррору, Инк успокоила себя, что ничего страшного не происходит и всё будет хорошо. Руки перестали дрожать. Вот сейчас она дойдёт до Эррора и будет рядом... Но вдруг она услышала подозрительный шум за дверью. Потом крики и звуки ударов.... Глаза девушки округлились, и она сразу поняла: началось.

* * *

      Постукивая по столу ногтями с чёрным лаком и иногда зевая, Рипер скучал и листал ленту в соцсети. Безумно скучная работа в таком отделении - и осмысленный разговор с пациентами не провести, и одиночество в плане наличия коллег даёт о себе знать. Как же везёт тем, кто находится в реабилитационном отделении - там пациенты самые адекватные, и персонала побольше. Но ему приходиться гнить в этой дыре, наедине с интернетом и странными, нездоровыми пациентами.       Но от своего занятия гота отвлёк стук и приглушённый из-за стекла крик.       — Помогите, тут человеку плохо! Врача! — кричал мужчина, сильными и быстрыми рывками стуча кулаками по толстому стеклу. Рипер подскочил с места и подбежал к палате, — Женщина упала в обморок, вот здесь!       Гот повернулся к палате напротив, и действительно увидел лежащую на полу молодую девушку с закрытыми глазами, не подающую признаков жизни. Быстро достав из кармана ключи, парень открыл дверь, ведущую к девушке и, оставив связку в замке, кинулся к телу. Он рукой проверил пульс и выдохнул: пациентка была жива. Но не успел тот расслабиться, как вдруг девушка открыла глаза и сильным ударом прямо в лицо сбросила с себя Рипера. Как только тот опомнился и посмотрел на дверь, та была закрыта. Пациентка с улыбкой на лице достала ключи из замочной скважины и глянула на ошарашенного гота. Тот вдруг заметил, что и мужчина в палате напротив улыбался, прислонившись ладонями к стеклу и не отводя взгляда от Рипера.       — Какого чёрта... Мэм, не делайте глупостей, откройте дверь и вернитесь в палату! — гот чувствовал, как из носа вниз стекает бордовая кровь по сухим губам. Девушка оказалась достаточно сильной, чтобы разбить его нос.       — Извини, Рипер, но на сегодня твой рабочий день закончен, — вдруг рядом с девушкой появилась улыбающаяся Оши, и зааплодировала, — Браво, отлично сработано. Ах, и кто оставляет ключи в двери в такое время?       — Оши? Но как вы...       — У меня нет времени, чтобы рассказывать тебе всю историю. Просто наслаждайся жизнью, друг. Ты спокойно переждёшь всё в палате, не хочу тебя трогать, ведь ты отлично выполнил свою работу, — девушка рядом с Оши вдруг покорно направилась открывать палаты, будто получив беззвучный приказ, — Удачи, Рипер!       Оши скрылась, направившись по коридору к выходу. Находящемуся в шоке готу оставалось сидеть на полу и смотреть, как палата за палатой открывается той самой девушкой с украденными ключами, и ещё вчера невменяемые пациенты спокойно, как здоровые, отправлялись к двери в отделение.       — Что же происходит? — произнёс Рипер, хоть и зная, что не получит ответа. Возможно, он ожидал ответа свыше - такой хаос начал происходить, что хотелось начать искренне верить в бога и молиться, что всё обойдётся.

* * *

      Инк выбежала из кабинета. Она должна выбраться из больницы. Во что бы то ни стало. Сначала хотелось броситься к Эррору, но его наставление остановило от необдуманных действий. Благодаря крикам и нарастающему шуму психолог поняла, что её слабая баррикада просто не выдержит, если пару человек на неё навалится. Дверь совсем хрупкая, чтобы просто закрыть её, а подвинуть огромный шкаф она просто не сможет. Потому быстрым размышлением она решила, что нужно бежать к входной двери, а не баррикадироваться в комнате. Но выбежав, она совсем не ожидала увидеть такой хаос в коридоре. На полу уже была чья-то красная тёмная кровь, идущая следами куда-то вдаль, к лестнице. Но уже у самой лестницы был виден труп какого-то сотрудника больницы. Рядом кто-то бегал, и ломился в двери, но те были закрыты: видно тоже хотел спрятаться, но другие сделали это раньше. Сердце бешено билось, внутренние органы по ощущениям просто перевернулись вверх дном, и хотелось кричать от страха. Инк пыталась держать контроль над эмоциями как могла. Но всё будто рухнуло, когда девушка заметила пару пациентов явно из острого у входной двери, заперевших её изнутри и охраняющих, никого не пуская. В их руках сверкали лезвия ножа, а на них бордовая густая жидкость. Рядом уже лежал труп какого-то другого пациента, в обычной одежде - наверняка из реабилитационного отделения, что было рядом. Под ним сверкала в свете ламп лужа крови. Инк выхватила из кармана свой нож, вцепившись в него до боли в костяшках, и изо всех сил побежала к лестнице на второй этаж. Рядом мелькали тела пациентов и её коллег - кто-то держался за раны, кто-то уже не двигался. Кто-то плакал, кричал, молчал, не в силах больше издать ни звука. Рядом пробегали те самые пациенты, убивающие всех, кого видят. Хотелось закрыть глаза. Не верилось, что это происходит. Поскорее бы добраться до Эррора, он защитит её. Главное, чтобы с ним было всё в порядке...       Инк пришлось остановиться, когда путь перегородил какой-то мужчина в обыкновенном белом одеянии, привычном в особенности для пациентов острого отделения. На белой ткани виднелись красные брызги. Он держал в руках самый обычный кухонный нож, вдруг послуживший оружием грязных убийств. Парень бешено глядел на Инк, и был готов кинуться в любой момент на неё, наверняка нанеся на удивление точный удар в сердце. Психолог сжала нож сильнее, готовясь обороняться. Все уроки биологии по анатомии всплыли в голове. Куда нужно ударить, чтобы не убить, но обезвредить? Долго размышлять не вышло, так как мужчина, недолго думая, кинулся на Инк. Вскрикнув, девушка зажмурилась и полоснула ножом, рывком уйдя в бок от удара. Тут же услышала вскрик мужчины, и тот потерявшись, рухнул на пол от неожиданности. Открыв глаза, психолог увидела, что попала по плечу и частично по груди, оставив глубокую рану. Белая ткань быстро становилась мокрой, а парень кричал от боли, схватившись за надрез. Инк бросилась дальше. Она впала в состояние шока, и только адреналин гнал её по коридору.

* * *

      Дрим совсем не ожидала услышать за дверью крики. Такой обычный день, и вдруг начинается хаос, невиданный в больнице с начала её карьеры. Мечта сразу сориентировалась и позвонила в полицию, связав эти крики с той ситуацией в остром отделении. Соскочив с места, она хотела было закрыть дверь в свой кабинет, но сильным толчком открывшаяся дверь снесла её на пол. В комнату зашла Оши, и только успевшая встать на ноги Дрим тут же столкнулась с ледяным дулом пистолета у лба.       — Не делай глупостей, Оши. За убийство дают большой срок, — спокойно произнесла златовласая, сосредоточив взгляд на курке пистолета и эмоциях психотерапевта. На лице Оши красовалась удовлетворённая улыбка - такое умение контролировать свои эмоции, находясь на волоске от смерти, приятно удивляло девушку.       — А ты, как я вижу, была готова. Чего тогда не приготовила пистолет, электрошокер, или банально обычный ножик?       — Я ожидала, что это произойдёт, но не знала когда именно.       — Ну не расстраивайся, милая, я всё равно нашла бы для тебя патрон, даже если бы ты стала брыкаться, — улыбка Оши стала шире, и она приблизила палец к курку.       — Остановись! Что тебе нужно от меня? — в голосе Дрим проскользнул страх: Мечта совсем не планировала умирать так рано, и боялась итога этого разговора.       — Ничего. Просто хочу развлечься и посмотреть, как мои давние знакомые будут выглядеть с простреленной башкой. Это интересно, знаешь ли. Жаль, ты не понимаешь этого, тогда бы, может, я тебя не тронула. Ну ладно, до встречи!       Оши практически нажала на курок, но резко остановилась, услышав быстрые шаги в коридоре. Обернувшись, она увидела Инк, бегущую в сторону лестницы. Наверняка на второй этаж, к Эррору. Дрим воспользовалась этим и ударила психотерапевта, но недостаточно для того, чтобы сбить её. Оши быстро пришла в себя и ударила пистолетом ей по виску, вырубив Мечту.       — Извини, дорогая, но у меня дела поважнее. С Инк у нас тёрки поинтереснее. Но не беспокойся, я обязательно вернусь!       Оши спокойно направилась из кабинета главврача за девушкой, изначально по предположению, а потом и по кровавым каплям на полу, являющимися кровью дорогого пациента, к сожалению, не справившегося с поставленной задачей. Хотя, так даже лучше - он оставил ей десерт.

* * *

      Как только послышался первый крик, Кросс разом заперся в первом попавшемся незанятом кабинете, благо, ключи остались прямо на столе.       — Я знал, что это будет, я знал, что именно сегодня... Все умрут, все, кроме меня... Мне так жаль, так жаль, Инк... — бормотал Кросс, чуть ли не плача от отчаяния.       Руки тряслись, сердце хотело выпрыгнуть из грудной клетки. Он прижался к двери, схватившись руками за голову и с трудом сдерживаясь, чтобы случайно не вырвать пару клоков белоснежных волос. За дверью кто-то кричал, но в миг затихал, после падая на кафельный пол и издавая характерный звук. Кто-то бежал, кто-то шёл спокойно, проходя мимо его спасательного кабинета.       — Чара? Что мне делать? — его обращение встретила тишина. Странного мальчишки не появилось рядом, он был в абсолютном одиночестве, — Чара, где ты? Не оставляй меня, пожалуйста... Не оставляй...       Слёзы подступали к глазам, норовясь скатиться по щекам. Неужели Чара просто взял и оставил его? Этого не может быть. Он обещал, что будет рядом и не бросит. А обещал ли? Кросс уже не помнит и не знает, правдивым ли был тот паренёк, или всё это реалистичные галлюцинации. Спустя долгое время он вновь задумался об этом: может, мальчишки всё-таки не было? Но как тогда объяснить происходящую анархию за дверью? Как он знал, когда она будет? Хаос в коридоре, во всей больнице точно настоящий - сколько бы Кросс себя не щипал, не бил, он не пропадал. Кошмар, мучающий его долгое время, оказался настоящим и пророчил будущее. Это привело в ещё большую панику и отчаяние. Его друг, его часть сознания бросил его здесь одного, возможно, никогда и не существуя. А вот инцидент действительно произошёл. Но вдруг размышления прервала ручка у двери. Она повернулась, желая открыться. Всего раз. Кросс замер, сжавшись в комок и вцепившись в ключи в руках. Последовала тишина, нарушаемая быстрым дыханием парня и не менее быстрым и громким биением предательского сердца. Хотелось закричать, но руки у рта не давали себя выдать. Казалось, человек за дверью уже ушёл, или же, на страх Кросса, вслушивался в звуки в комнате. Не успел он расслабиться, как ручка начала бешено дёргаться, пытаясь открыться. Парень рывком встал и схватился за неё, став тянуть на себя и не давая разламывать и без того слабую больничную дверь. Отойти, чтобы подвинуть шкаф или тумбу к двери, он боялся.       — Пожалуйста, уходи, уходи, уходи... Не трогай меня, уходи. Оставь в покое. Уйди! Иди к кому-нибудь другому! Я не хочу умирать, пожалуйста! — кричал Кросс у себя в голове, не замечая, как слёзы маленькими бусинками катятся по красным щекам.       Его будто услышали - попытки открыть дверь прекратились так же быстро, как и начались. Человек в коридоре побежал куда-то, видно, завидев новую жертву. Кросс выдохнул, всё ещё боясь отпустить ручку, но начав смеяться и одновременно плакать. Неужели пронесло? Он быстро, изо всех сил подвинул тумбу к двери и выдохнул, сев рядом с ней и оперевшись спиной о дерево. Теперь никто его не достанет, даже если сломает ручку. Даже если начнёт долбиться в дверь и пытаться выбить её.       Он в безопасности. Но несмотря на это, Кросс всё равно продолжал плакать и смеяться одновременно. Может от радости, что всё будет хорошо, а может и потому, что просто обезумел.

* * *

      — Эррор? Где тебя, чёрт подери, носит!?       Инк, наконец оказавшись у кабинета экспертного отделения, к своему ужасу обнаружила, что Эррора нигде нет. Он не мог просто так умереть, поэтому, скорее всего находился где-то в другой части больницы. И ради него она прошла через этот ад, чтобы найти его кабинет открытым и пустым? Нож в руках психолога сверкал на свету ламп, а тёмная кровь на лезвии всё ещё ритмично падала маленькими капельками на пол. За девушкой шла кровавая дорога из частично отпечатанных красных следов с подошвы обуви и одиноких точек с ножа. Она надеялась, что это не заинтересует никого и никто не пожелает пройтись по свежим следам прямо за Инк. Самое безопасное место по её предположению сейчас было как раз острое отделение, так как все его пациенты разбежались по больнице. Возможно, и Эррор там? А что же случилось с Рипером? Он стал первым свидетелем начала резни, но остался ли жив?       Только Инк хотела направиться обратно к лестнице, чтобы подняться на третий, проклятый этаж, но не успела она повернуться, как услышала щелчок пистолета сзади.       — Стой на месте, Инки. Ты ведь не хочешь так быстро умереть? Медленно повернись ко мне.       Знакомый, спокойный голос психотерапевта из острого раздался позади. Даже по тону было понятно, что она вновь улыбается. Инк покорно обернулась к ней, и встретилась с пистолетом, направленным прямо на неё. Оши стояла в паре метров от психолога, и не отводила взгляда от девушки, а именно от ножа в её руках.       — Кинь ножик на пол. Быстро.       Инк отпустила рукоять ножа, и тот со звоном упал на пол. Последнее оружие сейчас лежало на полу. Хотя, что она могла сделать обычным ножиком против пистолета?       — За что, Оши? Почему ты решила, что это правильный выбор? — аккуратно начала художница, сфокусировавшись на пистолете и готовая в любой момент хотя бы попробовать увернуться от смертельной пули.       — Мне просто скучно. А что насчёт тебя? Ты меня очень расстроила. Я ведь доверяла тебе, а ты повелась на клевету Эррора. Обидно, знаешь ли.       — Но это ведь не клевета... Ты ведь правда ненормальная?       — Да, я ненормальная. Но мне всё равно, представляешь? Мне всё равно! — Оши начала смеяться. Слова действительно подтверждались, так как смех с каждой секундой становился всё безумнее, пока за секунду не прекратился, — Думала, что донесёшь мне это и я сразу передумаю?       — Каким образом пациенты так ведут себя? Это магия?       — А ты умная. Всегда мне нравилась. Но как жаль, что это невзаимно. Да, это магия. Самая настоящая. И у твоего любимого Эррора тоже есть благодаря мне. Веришь?       — Верю... — пробормотала Инк, складывая дважды два. Значит, магия всё-таки существует, и ей не просто так показалось странным то первое рукопожатие, и не просто так пациенты стали вести себя странно.       — Ладно, что-то я заговорилась с тобой уже не о том. Давай, по... — Инк перебила Оши, как только увидела, что палец на курке стал сжиматься.       — Стой! Мне правда жаль, что так вышло. Просто... Тебе нужно лечиться, понимаешь?       — Опять завелась. «Лечиться, лечиться!» Как это раздражает. А если я не хочу? Ты как все думаешь, что я не понимаю очевидные вещи, но мой мозг не настолько проела шизофрения, чтобы я, будучи психотерапевтом, не знала этого. Это так глупо с вашей стороны. Глупые людишки...       — Шизофрения? — удивлённо промямлила психолог. Она действительно так просто осознаёт своё заболевание, или, говоря об этом, не воспринимает это расстройство как игры мозга, а что-то большее?       Инк прервал вдруг появившийся сзади Эррор. Оши сразу перевела пистолет на него.       — Ого, голубки в сборе? Эррор, хочешь посмотреть, как я разнесу голову твоей дорогой Инки одним нажатием на курок? — говоря это, уголки губ Оши шире растянулись в улыбке, обнажив зубы. Она определённо была рада встрече со старым другом. Девушка вновь вернула дуло пистолета на прежнее место - в сторону Инк.       — Даже не думай, — злостно проговорил Эррор, глядя на психотерапевта исподлобья. Черноволосый небрежно дёрнул Инк назад, частично заслонив её собой.       — Хочешь поиграть в героев? Уф, ну тогда мне придётся выстрелить в тебя. Думаешь, твоя неприкосновенность будет действовать даже тогда, когда ты начнёшь защищать остальных? — по тону казалось, что 404 слегка расстроилась.       — Мне плевать. Мне не важно твоё особое отношение, когда ты направо и налево пристреливаешь моих знакомых и друзей.       — Да? Ты меня расстраиваешь. Я столько тебе доверила, и теперь ты отплачиваешь так? — девушка начинала злиться.       — А я не просил такого отношения, — процедил черноволосый, напрягшись.       — Аргх, мне это надоело! — похоже, Оши не на шутку разгневалась, что при учёте её расстройства и нахождения в руках холодного оружия не сулило ничего хорошего.       Инк поняла, что больше сдерживаться 404 не станет и зажмурила глаза, сильнее прижавшись к Эррору. Неужели она так рано умрёт? Всего двадцать семь лет - и смерть. Инк никогда ещё так не хотела жить. Почему же только сейчас она почувствовала такую тягу к жизни, находясь на волоске от смерти? Возможно, всего лишь инстинкты. Секунда, длившаяся вечность. Психолог готова была почувствовать дыру в любой части тела, или же уже ничего не почувствовать, умерев за секунду. Но сильный толчок на пол не был тем самым, что она ожидала. Раздались звуки выстрелов. Уши заболели, будто выстрел произошёл прямо у её головы. Но Оши находилась в паре метров от неё, а было ощущение, что выстрелили на расстоянии меньше метра. Выстрела было два - и оба из разных мест. Инк открыла глаза и первым увидела Эррора, стоящего рядом и держащего в руках пистолет. Недалеко всё также стояла Оши, но внимание её больше не было сосредоточено на своём оружии: в районе её живота зияла дыра, быстро источающая из себя тёмную кровь.       — Ох... Так ты тоже взял пистолет? — её лицо расплылось в болезненной ухмылке, и она рухнула на колени, выронив пистолет на пол, а после упав полностью.       — Идём отсюда, — хмуро проговорил Эррор, убедившись, что Оши больше не двигается, и протянул руку ошарашенной Инк. Она покорно взяла его за руку и поднялась.       Второй выстрел был в стене. Если бы Эррор не толкнул её в сторону, то с большой вероятностью пуля попала бы ей может и не в голову, но в тело точно.       — Ты убил её?       — Убил, не убил, какая разница, если это самооборона? Давай, идём, выход должен быть свободен, — Эррор звучал раздражённым. Ему не терпелось поскорее убраться от, возможно, уже мёртвой ненавистной бывшей подруги.       — Так это и был твой козырь? — произнесла психолог, подняв с пола свой нож.       — Верно мыслишь, — слабо улыбнулся Эррор, довольный, что девушка догадалась.       Когда Инк и Эррор практически вышли из отделения, вдруг раздался выстрел, и черноволосый издал негромкий крик сквозь сильно сжатые зубы, схватившись за ногу. Оши, из последних сил держа пистолет в руке, ранее брошенный рядом, усмехнулась и полностью отключилась, вновь выронив оружие.       – Сука, да как ты уже не умрёшь!? — прорычал Эррор, стараясь остановить кровотечение из ноги.       — Погоди! — Инк присела рядом с парнем и ранее послужившим хорошим оружием для обороны - ножом, отрезала часть ткани от своего белоснежного халата, окрашенного в крапинки крови, и перевязала рану.       — Угх... Спасибо, — прикусив губу, сквозь больные вздохи, поблагодарил Эррор девушку.       — Давай, я помогу. Вставай, — Инк встала и протянула руки черноволосому, при этом всё ещё не сводя глаз с Оши. Хоть она больше и не двигалась, всё равно было ощущение, что она второй раз может так выстрелить. Хотя, как ей казалось, у неё уже должны были закончиться патроны и нужна была перезарядка. Но 404 больше не подавала признаков жизни, и из под тела уже была видна багровая лужа горячей крови.       — Я тебя не сломаю так? — отшутился Эррор. Даже в такой ситуации, на удивление, он шутил и заботился об Инк, хоть на его лице сохранялось болезненное выражение.       — Всё нормально, — буркнула Инк, и сама силой заставила парня опереться на себя. Хоть ей и было тяжело, не она сейчас была с простреленной ногой, — Валим отсюда.       Шаг за шагом, хоть и небыстро, они прошли на первый этаж. По пути им встречались испуганные и находящиеся в шоке пациенты острого, не понимающие, что они здесь делают, и почему они в крови. Подобравшись к выходу, они встретились с подавленным и шокированным «охранником» входной двери. Второй же человек, похоже, всё ещё находился под эффектом, и приготовил нож, готовый нападать, как только завидел Инк и Эррора.       — Быстро ушли от двери, — с угрозой в голосе прорычал психотерапевт, нацелив на обоих пациентов пистолет. Они оба, даже тот агрессивный человек с ножом, расступились, освободив выход.       Хромающий Эррор и слегка сдавленная под тяжестью Инк наконец добрались до выхода. Открыв двери, их встретил яркий зимний пейзаж, ослепивший после искусственного освещения. Приближающиеся мигалки полиции и скорой оповещали о том, что помощь близко.

* * *

      Психбольницу окружило несколько машин - пара полицейских, и несколько скорых. Вокруг ходило много людей: полиция опрашивала свидетелей и пострадавших, что не имели сильных травм и порезов. Кто-то из этих людей даже были первыми, кто выбрался - через окно, в сугроб. Но только через окна без решёток, каковых было мало. Носилки за носилками, мёртвые и живые пациенты и медперсонал отправлялись в машины скорой. В скором времени подъехало ещё несколько газелей. Зеваки, проходившие мимо больницы, или же пришедшие сюда из-за звуков мигалок, с интересом наблюдали за ситуацией, но не могли приблизиться, так как место инцидента в спешке огородили жёлтой лентой. Органы власти требовали разойтись, но самые настойчивые толкались и пробивались в первый ряд, чтобы быть самыми первыми в курсе событий.       Инк и Эррор сидели в открытой карете скорой, что пока ещё оставалась на месте. Фельдшер сидел напротив черноволосого и бинтовал простреленную ногу. Парень лишь тихо шипел от боли, в особенности не сдерживаясь, когда обрабатывали рану.       — В обычной ситуации мы бы положили вас на носилки, но сами понимаете, жертв много... — извинялся фельдшер, вместе с этим обматывая новым слоем белоснежного бинта ногу Эррора, — Пулю мы вытащим в больнице.       — Всё в порядке, у меня всего лишь прострелена нога. Я бы и сам прекрасно мог доковылять до больницы, — хмуро отвечал парень. Наконец, боль чуть ослабла, и тяжело вздохнув, он откинулся назад, оперевшись о стенку машины.       — Сильно болит? — негромко спросила Инк, спустя долгое время наконец подав голос. Всё это время она смотрела за работой на улице, скорее всего, желая увидеть, как много людей выносят в чёрных мешках, и кто из коллег покалечен, а кто живой и здоровый выходит из больницы в окружении полиции. Психолог успела углядеть уже пять чёрных мешков на носилках и теперь выглядела подавленной.       — Терпимо, — Эррор глянул на девушку, выглядящую непривычно печальной, и приобнял её, подвинув к себе поближе. Инк лишь обречённо вздохнула и опустила голову ему на плечо.       — Я заметила, что ты даже не обратил внимания на то, что кто-то чужой трогает твою кожу, — проговорила художница, и взглядом указала на фельдшера, заканчивающего перевязку и невольно подслушивающего их разговор.       — Понимаешь, когда у тебя пуля в ноге, сразу забываешь о своей гаптофобии, так как хочется выть от боли, — отшутился черноволосый, слабо улыбнувшись и прикрыв веки. Только сейчас он почувствовал небывалую усталость.       — Хах, это точно, — Инк хихикнула, вспоминая о том, что почти помогла Эррору избавиться от своей фобии.       — Ну, вот и всё. Подождите немного, мы занесём сюда кого-нибудь на носилках и поедем, — фельдшер, молодой паренёк, закончил перевязку и кивнул. После удалился из машины, направившись в психбольницу помогать своим коллегам.       — Надеюсь, мой пистолет вернут скоро, — произнёс Эррор, когда они остались в скорой одни.       Когда Инк и Эррор с трудом вышли из больницы, полиция первая приблизилась к ним. Увидев пистолет в руках психотерапевта, они приказали откинуть его в сторону, посчитав, что он причастен к убийствам в больнице, так как один из забаррикадировавшихся в кабинете людей, будучи на связи с диспетчером, упомянул о выстрелах. Также у Инк изъяли нож, и ей охотнее поверили насчёт самообороны - такая крохотная девушка просто не могла убить человека. Это слегка обижало её, но радовало, что хоть где-то её телосложение даёт привилегию. Скоро к ним должен был подойти следователь и опросить их, в особенности сделав акцент на холодном оружии черноволосого.       — Исследуют, возьмут показания. Всё-таки это была самооборона, не думаю, что тебя привлекут к ответственности. Разве что... Как ты им объяснишь, почему именно в этот день у тебя был с собой пистолет? — вдруг осознала Инк, начав беспокоится.       — Об этом я не подумал, — озадачено произнёс Эррор, — Придётся признаться, что я давно ношу его с собой.       — Что? — удивлённо спросила Инк, широко раскрыв глаза.       — Ты не знала? Признаюсь, что чувствовал опасность, потому носил с собой оружие. Получу штраф и возможно изъятие пистолета, но как есть.       — Иногда ты меня пугаешь... Но вроде это лучший исход, который может быть, — медленно проговорила Инк, потупив взгляд в пол. Многого же она не знает об этом загадочном психотерапевте из экспертного отделения, — Что я ещё о тебе не знаю?       — Немного, думаю. Но можешь и узнать. Да... Об этом. Помнишь, ты тогда предположила, что я хотел сказать нечто другое, когда я предупреждал тебя о скором инциденте?       — Не очень... А, вспомнила. Ты тогда обещал, что скажешь мне об этом позже, — на удивление вспомнила Инк и сама удивилась, как хорошо запомнила этот момент. Сильное любопытство помогло ей не забыть об этом обещании. Эррор кашлянул, слегка помявшись, видимо, формулируя предложение.       — Я хотел признаться, что хотел бы прожить с тобой оставшуюся жизнь. Что было бы неплохо, если бы я на работе ел еду, приготовленную лично тобой с заботой, а не только свою, иногда даже подгоревшую или недожаренную. Чтобы мы вместе шли домой, но не расходились в разные стороны, а жили в одной квартире и вместе вечером смотрели кино или сериалы. Чтобы вместе переживали плохие моменты и хорошие. Я плох в признаниях, но думаю, суть ты уловила, — парень взял лицо девушки в руки, направив её с виду хрупкое, гладкое личико к себе. Пускай Эррор и говорил это будучи слегка хмурым, в его словах слышалась теплота. В каждое слово он будто вживил частичку своих искренних чувств, чтобы достоверно передать их все. Пусть он был плох в проявлении позитивных эмоций, ему действительно неплохо удалось через перечисление таких обычных, но хороших вещей рассказать о своих желаниях и намерениях, мыслях, таившихся в голове немалое время.       — Эррор... — Инк приоткрыла рот от изумления, широко раскрыв веки. Она совсем не ожидала такого услышать, из-за чего её щёки покрылись багровым румянцем. Художница прислонила свои руки к его ладоням поверх и пару секунд помолчала, думая, как подобрать ответ на такое трепетное признание. Всё это время она не могла отвести взгляд от пытливых янтарных глаз, что стали будто сказочными сразу же после речи парня, — Ты долго думал об этом? Я... Я не знаю что сказать. Но я очень рада... Честно, я хотела первая признаться, но всё никак не решалась, а тут ещё эта ситуация... — Запинаясь, ответила Инк. Как бы она не хотела высказать это чётко, всё равно смущение взяло верх, заставив её лицо покраснеть сильнее. Но и так было понятно, что психолог искренне счастлива, просто не может высказать это правильно.       — Я могу считать это за положительный ответ? — Эррор усмехнулся, тепло улыбнувшись.       — Да, — кивнула Инк, и обняла черноволосого, уткнувшись ему в грудь. Это объятие чувствовалось совсем по-другому, будто теперь они перешли на новый уровень, и каждое действие приобретало новое значение - не «ты мой друг, и я забочусь о тебе», а «я люблю тебя, и я забочусь о тебе в два раза больше». Несмотря на то, что они сейчас находились на улице в холодный зимний день, они не мёрзли, будто согревая друг друга жаром своих светлых чувств.       Но от наслаждения компанией друг друга их отвлекли приближающиеся шаги, проминающие под собой хрустящий снег и оповещая о своём присутствии. Эррор и Инк прекратили обниматься, и сели как ни в чём не бывало. К ним шёл следователь.       — Вы Эррор Бишоп и Инк Вайлд? Мне нужно допросить вас, я - следователь Майкл Бридж, — мужчина средних лет держал в руках блокнот и ручку. Присев напротив пары, он приготовился записывать важные сведения. Эррор кивнул, сделав самый непричастный вид к инциденту, — Итак, как вы объясните то, что в ваших руках был пистолет? Вы стреляли? Кто в вас стрелял?       — Да, стрелял. Одна девушка... Вилл Дин направила на меня и Инк пистолет. Если бы я не выстрелил, она бы убила нас обоих.       — Мы зачтём это как самооборону, если соберём достаточно улик.... Вы уверены, что она бы произвела смертельный выстрел?       — Она сумасшедшая. А первый выстрел не оказался в голове Инк, так как я оттолкнул её. Если вы расспросите про Вилл медперсонал, то у вас сомнений не останется, хотела она нас убить, или нет. Я уверен, что второй выстрел попал мне в ногу, так как она просто не смогла поднять выше руку, — казалось, Эррор был слегка раздражён.       — Успокойтесь, гражданин. Мы тщательно изучим дело и правильно распорядимся наказаниями. Сейчас мы берём всего первые показания. Лучше ответьте мне на вопрос - почему вы взяли с собой пистолет?       — Я чувствовал, что может произойти нечто подобное. В целях своей безопасности мне пришлось вооружиться и носить с собой оружие некоторое время. Я не преследовал цели убить кого-то или навредить без причины.       — Мисс Вайлд может это подтвердить? — произнёс мужчина, переведя внимание на Инк, — Вы, знаете ли, тоже меня интересуете.       — Да.... Эррор просто хотел защитить меня и себя. Мне тоже пришлось обороняться от одного из пациентов...       — Ладно... — хмуро произнёс следователь, записывая слова Эррора, — Мы встретимся позже, у нас ещё много людей, кого нужно допросить. Удачного вам дня, — мужчина покинул карету скорой, удалившись к следующим жертвам.       — Уф, тяжело как. Вроде и невиноваты, но всё равно страшно, — выдохнула Инк, когда они вновь остались одни.       — Ну, а нечего было резать пациентов направо и налево, — пошутил Эррор, а уголки его губ слегка расползлись в улыбке.       — Мне пришлось ударить его. Если бы не мой нож, он бы покромсал меня! — недовольно проговорила Инк, нахмурившись и отвернувшись. Но через некоторое время вспомнила, что кое-что запамятовала и, хитро ухмыляясь, повернулась обратно к парню, — Ах, да, забыла.       Девушка взяла лицо Эррора в свои ладони и приблизилась к его губам в совсем недолгом поцелуе. Черноволосый совсем не ожидал этого, так как всё произошло быстро, и остался жутко удивлённым. Но быстро опомнился и, не удовлетворённый таким коротким проявлением чувств, сам продолжил действо, углубив Инк в более страстный и долгий поцелуй. Было плевать, что на улице некоторые замечали их игры и непонятливо смотрели. Они только что выжили в самом аду, разве они не имеют право на это? Пусть смотрят косо, им всё равно не понять. Во время поцелуя Инк осознала, что, наконец, хотя бы с одним человеком Эррор полностью вылечил свою гаптофобию.       Оставшееся время до отъезда скорой в больницу они вместе наблюдали за делами, происходящими на улице. Дрим, находящаяся в отключке, к счастью, не находилась в чёрном мешке, и в целом была в порядке. Рипер вытирал кровь из носа и уверял врачей, что с ним всё хорошо. Даст и Хоррор были слегка покалечены, но вполне выглядели здоровыми: даже сейчас они шутили и смеялись над тем, как забавно они друг за другом прыгнули в снег со второго этажа. Киллер же не повезло - она получила сильный удар ножом, и её одной из первых увезли в больницу. Найтмер, тоже с порезами на плечах и груди, допрашивал врачей, выпытывая, всё ли с Киллер будет в порядке. Хоть врачи и давали положительные шансы на выздоровление, Найтмера было слышно даже Эррору и Инк. Эррор хмурился и проявлял недовольство, что «этот проклятый гнилой кальмар» капает на нервы и без того уставшим и занятым врачам, но сама Инк поражалась тому, как такой мрачный и надменный человек может заботиться в первую очередь о ком-то другом, чем о себе. Наконец показался Кросс - без ран, но Инк совсем не ожидала увидеть его в таком состоянии: быстро бегающие глаза по сторонам, трясущееся тело, бред, произносимый шёпотом. Эррор озвучил догадку, что, вероятно, Кросс «поехал кукухой», и хоть психолог и отмахнулась, в мыслях она понимала, что, может быть, так и есть. Из-за пережитого стресса всё равно это было так, будь то временно или надолго.       Больше всего Инк хотела увидеть одного человека - 404. Что же с ней стало? Когда им завезли носилки с раненым пациентом и двери в машину закрылись, девушка ещё смотрела в окно. Газель стала отъезжать.       Инк заметила знакомый силуэт на одной из носилок среди толпы. Бело-синие волосы с чёрной линией в виде зигзага, знакомая бледная кожа. Больничный халат в крови. Рана на животе. Оши была не в чёрном мешке. Значит, жива.