Your life won't be the same

Спустя неделю, ссадины на лице Чанхи всё же начали заживать. За это время парни узнали друг друга получше, постоянно переписывались, несколько раз даже говорили по телефону. Чхве все семь суток просидел у себя, еду приносила горничная. К счастью, ванная у него личная, и находится в комнате за дверью, так что не было повода выходить. Из-за страха, что опять будут бить или издеваться, он и не высовывался. Была небольшая депрессия, но с головой парень в неё не погружался, благодаря Сону. Тот всё время писал, звонил, не давал чувствовать себя совсем одиноким. Чанхи многое узнал о жизни нового друга, о его друзьях, родителях, увлечениях. Понял, что он действительно интересная личность. Самому же рассказывать было особо нечего. Про Джона и клан старался помалкивать, если и расскажет что-то об этом, то только при встрече, и попозже. Хотелось почему-то открыться этому парню. Но единственное, что Ким о нём узнал, это смерть отца и матери, которая умерла ещё при рождении Чхве. Что тот любит смотреть фильмы и пить клубничное молочко. Ну хотя бы что-то. За всю неделю Джон ни разу не зашёл к юноше, а обычно раз за пару дней наведывается. С одной стороны это хорошо, а с другой немного пугает. Так или иначе, сегодня Сону договорился по поводу него на работе, так что придётся выйти из комнаты и столкнуться с этим монстром. Парень надевает свою любимую толстовку и чёрные джинсы. Волнительно чуть-чуть. Он тихо закрывает дверь за собой и прокрадывается в гостинную. Вроде никто не заметил, но через мгновенье слышится голос Джона. Мужчина входит в дом с сигаретой в руке и встречается взглядом с Чхве. — Куда это ты собрался, сладкий? — делает тягу и выдыхает густым дымом на мальчика, стоящего напротив. — Я это… — заикается. — У меня собеседование сегодня. — нервно теребит подол толстовки. — Что за собеседование? Где? — с любопытным лицом спрашивает Джон. — Это по поводу работы. — вопрос «где?» парень решил проигнорировать. — Когда же ты это успел? — снова делает тягу. — И почему всю неделю не выходил из комнаты? Я соскучился. — говорит он поглаживая чужое плечо. — П-просто неважно с-себя чувствовал. — как же хочется убрать эту руку от себя. — Так что, я пойду? — с надеждой спрашивает Чанхи. — Ну не знаю, нужно правильно попросить, малыш. — мужчина противно улыбается и проводит пальцем по дрожащей губе. Не дождавшись ответа, он хватает запястье парня и ведёт в свою комнату. Ну нет, пожалуйста. Закрыв дверь, Джон садится в широкое кресло и немного раздвигая ноги, кивает на них. Чанхи понимает, что придётся это сделать. Сглотнув, он медленно подходит к старшему и садится на колени. Тот откидывает голову назад в предвкушении приятных ощущений. — Давай, будь хорошим мальчиком. — выдаёт грубый голос сверху. Чхве тянется рукой к ширинке его джинс и тянет молнию вниз, подавляя внутри чувство тошноты. Джон поднимается с кресла чтобы тому было удобнее снять одежду. Джинсы вместе с боксёрами опускаются до колен и старший снова возвращается в сидячее положение, докуривая свою сигарету. Чанхи берёт плоть у основания, и начинает медленно водить по ней рукой. Сверху слышатся вздохи, от которых парню становится до пизды тошно. Он приближается ближе к стволу и облизав потрескавшиеся губы берёт головку, немного морщась от чужого выдоха. Противно до ужаса. Хочется заткнуть себе уши, чтобы не слышать этих полустонов. Чхве отстраняется и проводит языком по стволу снизу вверх, затем заглатывая сразу наполовину. — Давай глубже, малыш. — Мин запускает пятерню тому в розовые волосы и надавливает на затылок. Чанхи не успевает расслабить горло как Джон опускает его голову до основания, а парень болезненно стонет. В уголках глаз собирается солёная влага. Он изо всех сил сдерживает рвотный рефлекс и старается расслабить горло. — Неприятно, малыш? — мужчина приподнимает чужую голову и смотрит в мокрые глаза. — Как жаль что мне похуй. — резко оттягивает волосы вверх, затем снова опуская до основания. Слёзы текут по лицу мальчика, он терпит, помогает себе рукой и втягивает щёки. Как никак, нужно доставить удовольствие. Хотя у самого чувство, что сейчас вырвет. Голова двигается быстрее, иногда замедляясь, тот стонет и задаёт рукой нужный темп. Как же Чанхи ненавидит этого человека. Постоянно приходится терпеть эту боль. За всё время, как Джон начал насиловать младшего, тот ниразу не получил удовольствие, только адские болезненные ощущения. Хочется просто откусить сейчас этот член и оторвать яйца, но даже такое не возместит те мучения, что прочувсвовал Чанхи за эти года. У него даже ни разу не встал на этого психа. Юноша не испытывал ничего, кроме невыносимой боли и желания убить Мина. Но если когда-нибудь у Чхве появится такая возможность, он ею не воспользуется, нет, он не убийца, он не такой как Джон и никогда таким не станет. Просто пусть он умрёт мучительной смертью, пусть проверит на собственной шкуре всё, что чувствовал каждый ни в чём не повинный человек, которого он лишил жизни. Эффект бумеранга никто не отменял, всё вернётся за содеянное. Мин чувствует приближающуюся разрядку и двигает головой мальчика ещё быстрее, заставляя того болезненно мычать, и через несколько секунд заполняет его горло вязкой белой жидкостью. Чанхи проглатывает всё до единой капли, стараясь не отражать дикое отвращение на лице, и вытирает рукой рот, а затем слёзы. — Хороший мальчик. — гладит Джон по голове и принимается закуривать ещё одну сигарету. Запах черничной капсулы заполняет комнату и тот снова поднимается, чтобы парень натянул на него одежду обратно. — Теперь я могу идти? — Свободен. Чхве выбегает из комнаты и спешит подняться к себе в ванную, чтобы почистить зубы и избавиться от противного привкуса чужой спермы у себя во рту. «Как же я тебя ненавижу…»

***

Чанхи подходит к месту назначения и поднимает голову, задерживая взгляд на красивой вывеске «Starlight». Внутри ресторана парень про себя произносит восхищённое «вау». Всё в бело-золотых тонах, высокие потолки, большая люстра, пахнет ароматическими свечами, пианист играет классику, очень солидно. Всё так аккуратно, улыбки сверкают на лицах официантов. Столики, за которыми сидят мужчины в костюмах и красивые женщины, заняты почти все. «Разве у меня достаточно опыта, чтобы работать в таком месте?» Чхве шагает открыв рот и бегает глазами по помещению. В стороне бара он замечает милую девушку в платье и на каблуках, которая подходит к нему. — Здравствуй, ты же от Сону? Чхве Чанхи? — спрашивает она улыбаясь. — Здравствуйте. Да, это я. — юноша немного волнуется. — Меня зовут Пак Ёна, я директор этого ресторана. — Рад знакомству. — кланяется Чхве. — Что же, пойдём оформляться, и я проведу для тебя экскурсию. — всё так же мило улыбается она. — Да, спасибо большое. — кивает Чанхи и направляется за девушкой. Ничего себе. Вот так сразу?

***

Сону паркуется на своём месте, недалеко от входа. Сегодня он снова в дарк стиле. Чёрное худи с капюшоном, чёрные джинсы и такая же маска. Если за Чанхи и сейчас следят, то нельзя чтобы его узнали. Парень закрыв машину заходит в ресторан здороваясь с каждым проходящим рядом официантом и садится за барную стойку. — Привет, Ёнхун-хён. — обращается он к бармену, и в частности своему другу. — Привет, Сону. — отвечает парень в чёрном кителе протирая бокал. — Давненько не заглядывал. — Есть кое-какие дела. Сделай американо с молоком, плиз. — Ким снимает с себя капюшон и маску. — Что за дела? — спрашивает тот разворачиваясь к кофемашине. — Тебе всё расскажи. Один знакомый работу потерял, я решил помочь, устроив его сюда официантом. — А, это тот красавчик с розовыми волосами, которого встретила Ёна-нуна? — ухмыляется Ёнхун. — Да, он. — после услышанной фразы, Сону прожигает друга серьёзным взглядом. — Что? Пей свой американо. — говорит тот кладя чашку на стойку, и поправив свои густые волосы продолжает протирать бокалы. — Благодарствую. — Сону делает глоток и ставит чашку обратно, замечая Чанхи и нуну выходящих из её кабинета. Чхве увидев Кима у барной стойки немного удивляется. Не думал, что тот тоже придёт. Он немного залипает смотря на младшего, Сону хоть и не слишком вырядился, всего лишь худи и джинсы, но выглядит офигенно. Волосы немного растрепались под капюшоном, чёлка спадает на глаза, которую тот очень красиво поправляет. Почти пустив слюну, старший вспоминает про другое. А что если «телохранители» следящие за ним в машине, заметили Сону? Если они его узнают и доложат Джону — будет пиздец. Парень начинает волноваться теперь из-за этого. А вот насчёт работы переживать нечего. Ёна-нуна провела ему экскурсию по всему ресторану и сказала не беспокоиться о том, что у него мало опыта. Тут оказывается он не один такой. Уже завтра первый рабочий день. Приходить на одинадцать утра, а уходить в десять вечера. Отлично, будет высыпаться. В воскресенье выходной, зарплата приличная, плюс чаевые. Неплохо так устроился, Чанхи. — Привет, Сону. — Ёна вновь ослепляет красивой улыбкой, она всегда такая позитивная? Чанхи понимает, что с начальником ему явно повезло. — Привет, нуна. — не отстаёт парень. — Ну как всё прошло? — Отлично, теперь у нас на одного красавчика в коллективе больше. — подмигивает она стоящему рядом Чанхи, а у того моментально краснеют щёки, поэтому приходится отвести взгляд. — Милашка. — выдаёт Ёнхун, после чего снова замечает на себе неодобряющий взгляд Кима. — Ахаха, ладно, мальчики, я пошла на кухню. — говорит Ёна подмигивая всем во второй раз. — Удачи. Сону посмотрев ей вслед, переводит взгляд на до сих пор смущённого Чанхи. — Садись. — кивает он на место напротив себя. — Угу. — присаживается парень. — Латте с шоколадным сиропом, пожалуйста. — Конечно. — улыбается Ёнхун и сразу же принимается за дело. — Сону… — негромко выдаёт Чхве опустив голову. — Да? — Спасибо тебе большое. — поднимает глазки. — Я правда не знаю, где бы искал эту работу. — Обращайся, Чанхи. — мягко улыбается Ким. Примерно минуту парни оба мнутся, не зная о чём начать разговор. Неловко. — Пожалуйста. — Ёнхун отдаёт латте, не забыв растянуть губы в улыбке. — Спасибо. — отвечает Чхве, тоже слегка улыбнувшись. — Кстати, познакомься, мой друг — Ким Ёнхун, и по совместительству — бармен этого скромного заведения. А это, — указывает на юношу. — Чхве Чанхи — наш новый официант. — Добро пожаловать. — говорит старший пожирая взглядом мальчишку. — В-взаимно. — немного пугается этого взгляда Чхве и нервно отпивает горячий напиток. Ещё бы, с его-то жизнью, он боится абсолютно любого контакта с мужским полом. Сону видит напряжённость парня, и в этот раз точно для себя подмечает, Чанхи боится мужчин. И тогда в клубе он испугался того упыря, и когда в парке Ким подошёл к нему, и сейчас от взгляда Ёнхун-хёна он начинает трястись. Что с ним, блять? — Ну чего ты уставился? — хмуро косится на старшего Ким. — Иди работай и дай нам пообщаться. — Я на своём рабочем месте. — поднимает бровь Ёнхун и отходит в сторону. — Чанхи, всё в порядке? — Да, а почему ты спрашиваешь? — Значит мне показалось. — Сону решает спросить об этом позже, а то ещё и его испугается сейчас. — Слушай… — обеспокоено выдаёт Чхве и осматривается по сторонам, чтобы никто ничего не услышал. — Мне кажется, тебя могли заметить люди, которые следят за мной, они должны быть где-то неподалёку. — Я был в маске и капюшоне, они бы меня не узнали. — Ты думаешь? — всё так же напуганно спрашивает старший. — Чанхи, я уверен, не нервничай так. — Ким положил свою руку на чужое плечо. — Лучше расскажи мне кто они и почему ходят за тобой по пятам. — Я… я не м-могу… — мямлит Чхве. Он неуверен, нужно ли всё рассказывать младшему. Вдруг их кто-то услышит. Что если эти два сапога зайдут в ресторан под видом гостей и увидят его с Кимом. Что если они потом выследят его, начнут угрожать, или убьют. Парню кажется, что он скоро поседеет в свои 21 из-за постоянных переживаний. — Послушай, ты можешь мне доверять. — Сону борется с желанием взять того сейчас за руку, ведь кто знает, какая за этим последует реакция. Он видит, что старший хочет всё рассказать, но боится. Голова опущена вниз, хоть бы не заплакал. — Посмотри на меня. — тихо выдаёт Ким. Тот спустя несколько секунд поднимает голову и смотрит в глаза, а в мыслях у младшего проносится «Фух, не плачет» — Я об этом никому не расскажу, обещаю. — убеждает он. Чанхи немного тушуется и ещё раз осматривается по сторонам. — В общем… — медленно начинает он. — Это люди моего, так сказать, опекуна. Он приказывает им следить за каждым моим шагом и всё докладывать ему. — Сону внимательно слушает и не перебивает. — Если застают меня контактирующим с каким-либо человеком, то подъезжают и ждут, пока я сяду в машину. Затем докладывают боссу, тот и говорит им, что со мной делать. Либо избить, либо припугнуть как-то, либо привезти к нему и… — на этом моменте он прокашливается. Что что, но про изнасилования он рассказывать не будет. Ким не совсем понял, что имел ввиду старший под последним предложением, но молчит и продолжает дальше слушать. — Ну собственно, при нашей первой встрече так и получилось. — Чхве притрагивается к замазаной тональником ране. — Они тогда силой вытащили меня из машины и… наказали. Сону сидит в ахуе. Невероятное желание розъебать этим ублюдкам физиономии. Смотря на старшего он думает, как вообще можно трогать это прекрасное личико, твари бездушные.  — Кстати, а как ты узнал об этом? — тот непонимающе хлопает ресничками. — Просто мой друг, Чанмин, проезжал тогда мимо вас и всё увидел. — поясняет парень поправляя рукой чёлку, которая лезет в глаза, а старший снова залипает на это действие. Как он ещё в их прошлую встречу не заметил насколько Ким красивый. — Он тогда рассказал это мне и я подумал: чёрная машина, двое мужчин, и парень с розовыми волосами. Я сразу понял, что это был ты. Затем я попросил показать мне место, и там увидел серый дом. — Это его логово, там живёт много людей, в том числе и я. — Но… чем они все занимаются? — осторожно спрашивает младший. Чанхи поджимает губы сомневаяясь, отвечать ли. Но чего уж там, он слишком долго держал всё в себе. — Это клан мафии. — почти шепотом говорит старший. — Они убивают людей, отнимая всё имущество. Это длится уже лет пять. Убивают абсолютно всех, кто грозился сдать их в полицию. Это даже бывали люди из клана. Поэтому я и боюсь тебя втягивать. При любом малейшем подозрении в чём-либо, они просто перережут горло. — Чанхи даже не знает рад ли, что говорит об этом, или можно уже рыть себе могилу. Сону сидит с квадратными глазами. Как за такое количество лет, они всё ещё находятся на свободе? Неужели никому так и не удалось раскрыть правду. В бошке ещё дофига вопросов, но один волнует его уже который день. — А… что там делаешь… ты? Чхве снова поджимает губы и сглатывает. Не может же он ему вот так рассказать о том, что является просто игрушкой для мрази, которая когда-то там спасла ему жизнь. Вдруг неправильно поймёт. Ким заметил чужое волнение. Он хотел уже предотвратить рассказ старшего, если тому тяжело, но Чанхи его опередил. — Это случилось семь лет назад… — сделав глубокий вдох, он решается вывалить всё до малейшей подробности, но в этот момент, парни слышат гостей подошедших к барной стойке. С людьми находящимися рядом он даже рот не откроет на эту тему. — Я… как-нибудь потом тебе об этом расскажу. А сейчас, я думаю мне уже пора. — он поднимается со стула, оставив деньги за латте. — Ты сам доберёшься? Или тебя заберут? — Меня забирают только когда видят с каким-то человеком. — Может тебя проводить? — Ни за что, Сону. — как отрезал сказал Чхве, смотря тому в глаза. — Это очень опасно, я не позволю. — Ладно. — соглашается Ким. — Но если вдруг что, сразу же звони, понял? — Понял. Ты завтра будешь здесь? — Да, приду поддержать тебя в первый день.— подмигивает младший. — Спасибо, Сону. — улыбается Чхве и направляется к выходу. Ким проводив того взглядом просто бьётся лбом о лодонь. «Пиздец» — это всё, что у него сейчас получается выдавить из себя.