Your life won't be the same

Сону лежит в своей кроватке вверх ногами, закинув их на подушку и спокойно смотрит сон в котором как всегда происходит какая-то наркомания, но прерывает его звонок в дверь. Парень открывает глаза потирая их кулачками, и матернувшись себе под нос поднимается на ноги, с диким желанием убить человека за дверью. Добравшись до прихожей он поворачивает ключ и открыв дверь видит на пороге своего бесящего лучшего друга. — Не знаю что ты тут делаешь, но не соизволишь свалить обратно? — гостеприимство на высшем уровне, как обычно. — Ты чё, ещё спишь? — спрашивает Чанмин входя в квартиру. — Третий час дня, животное. — Закройся. — недовольно бубнит младший падая на диван, и только через несколько секунд до него доходит сказанное. — Блять, как третий час? — Ким проверяет время на телефоне, и убедившись срывается с места залетая в свою комнату. — Я же обещал Чанхи прийти сегодня. — орёт натягивая джинсы. — Идиот. — закатывает глаза старший. — Я чего пришёл то, сегодня утром заезжал в ресторан твоего бати, и видел там знакомую мордашку. — Джи по традиции валится на кровать младшего держа руки за головой и вытягивает ножки. — Ну да, он искал работу и я устроил его туда официантом. — тараторит Сону застёгивая ширинку. — А почему я об этом слышу только сейчас? — Ты раньше не спрашивал. — бросает Ким. — Где моя толстовка? — спрашивает сам у себя парень открывая шкаф. — А ещё, недалеко от ресторана я заметил машину тех двух чуваков, которые избили твоего Чанхи. — младший после услышанного остановился и перевёл серьёзный взгляд на Джи. — Значит они и вправду постоянно за ним следят. — выдахает он проводя рукой по волосам. — В смысле? Я чего-то не знаю? — Вообще-то много чего. — хмыкает Сону поворачиваясь к другу спиной и продолжает поиски своей серой толстовки. — Ты заебал загадками говорить. Мне нужно вытягивать из тебя по одному слову? — Слушай, там всё пиздец как серьёзно, да и я обещал никому не рассказывать. — Ну зашибись. Да если бы не я, ты бы даже не узнал где он живёт. — Я правда не могу тебе рассказать. — Сону, обижаешь. Ты же знаешь, я — могила. — старший смотрит на того с надеждой в глазах. — Ладно. — младший поворачивается лицом и садится на стул. — Но предупреждаю, об этом никому нельзя говорить, хоть слово пизданёшь — убью. — Обоссусь сейчас от страха, давай рассказывай. — Короче, я подробностей не знаю. Известно только что тот дом, это логово мафии, они убивают людей и дерут всё, что на них числится. — парень не понимает, кто его тянет за язык, но эта скотина не отстанет же. Чанмин пару секунд переваривает информацию и хмурится, явно не ожидав услышать такое. — Ты шутишь? — Нет, Чанхи сказал, это продолжается на протяжении пяти лет. Их до сих пор не повязали, потому что никто не успевает сдать, они просто всех убирают. — Пиздец. — Вот и я об этом. — выдыхает младший упираясь руками о колени и опускает голову. — А Чанхи? Он тоже в этом учавствует? — удивляется старший. — Да ты чё, он даже мухи не обидит. — Тогда что он там делает? — Этого я не знаю, сегодня собирался спросить. — Типо за ним следят, чтобы в случае чего, прихлопнуть его? — Получается так, если видят что Чанхи с кем-то разговаривает, они подъезжают, звонят боссу, и тот говорит что с ним делать. Либо бить, либо ещё что-то. — Так вот почему его тогда избили. — Да, и я чувствую себя виноватым. — говорит младший, опять опуская голову. — Брось, ты же не знал. — В общем, он заебался это терпеть, и я собираюсь его вытащить оттуда. — Каким это образом? — вскидывает брови Чанмин. — Не знаю пока. Но ему нельзя больше там находиться. — Согласен. Если что, расчитывайте на мою помощь. — У него сегодня первый рабочий день. Я еду в ресторан. — Ким поднимается со стула и возвращается к шкафу. — Так, стопэ. Я хотел чтобы мы сегодня пошли на тренировку. — На тренировку? — Сону задумывается. — Но я ему пообещал. — Ну вечером заедешь. Младший думает несколько секунд. Вспоминает о том, что собирается вытаскивать Чанхи из этого пиздеца, поэтому бокс, который они забросили с Чанмином где-то месяц назад, не помешает. — Ладно, поехали. — соглашается он, доставая с верхней полки свои красные перчатки. — Родненькие. — Да, я тоже соскучился по этому делу.

***

Чанхи закрывает шкафчик, и довольный собой выходит уже в пустой зал. Первый день прошёл отлично, он вроде бы не накосячил, гости оставляли неплохие чаевые, всё прошло даже лучше чем он ожидал. Благодаря этому настроение значительно улучшилось, но кое-что его смутило. Сону ведь обещал приехать, но за весь день так и не появился. Чанхи достаёт телефон чтобы позвонить и узнать что произошло, но замечает сообщение от него «Я заеду вечером». В этот момент главная дверь открывается и Чхве переводит взгляд на неё. Младший сегодня в белой толстовке, также в маске и капюшоне. — Привет, хён. — Привет. — Чанхи неуверенно улыбается. — Извини, что так поздно. Просто был сегодня с другом на тренировке. Старший замечает небольшие ранки у того на костяшках. — Ого, это там так? — кивает на чужую руку. — Да, ничего такого, не обращай внимания. — поднимает уголки губ. — Может нужно обработать? — Да ерунда, не волнуйся. — приятно, что он беспокоится. — Здравствуй, Сону. — выдаёт не пойми откуда взявшаяся Ёна, как всегда в прекрасном настроении. — Привет, нуна. — улыбается ей парень. — Чанхи, — переводит она взгляд на Чхве стрящего левее. — Ты такой молодец, отлично показал себя в первый день, гости остались тобой очень довольны, горжусь. — Правда? — он явно не ожидал такого. — Спасибо большое. — Спасибо за такого работника, Сону— подмигивает парню. — Я знал, что у него всё получится. — улыбается Ким смотря на Чхве, а тот краснеет. — Такой милый. — смеётся девушка. — Ладно, мальчики, мне пора бежать. Вижу, уже все ушли. Сону, закроешь ресторан? — Конечно закрою, беги. — подмигивает уже Ким ей. — Спасибо, дорогой, до завтра. Чанхи, ты умница. — бросает она напоследок и выбегает из заведения. — Солидарен. — продолжает улыбаться младший. — Перестань. — от смущения закрывает лицо руками. — Ты торопишься? — неожиданно спрашивает Сону. — Разве я могу торопиться «туда»? — грустно ухмыльнулся Чхве. — Тогда присядем? — кивает на ближайший столик. — Давай. — Чанхи приподнимает плечики и садится. — Ты вчера не всё успел рассказать мне, но если ты не хочешь об этом- — Всё нормально, я больше не хочу держать это в себе. — вроде уверенно говорит парень, но нотки страха слышатся в голосе. Ким замечает, что тот меняется в лице когда речь заходит о клане. Ему наверное тяжело об этом говорить, поэтому Сону пододвигается ближе и кладёт руку на спинку чужого стула, а у старшего снова появляется румянец на щёчках. Приятно осознавать, что Чанхи не боится его и доверяет. — Как я успел вчера сказать, это случилось семь лет назад…

***

Чанхи возвращается в логово к полуночи, в надежде не встретить по пути в свою комнату Джона. У парня хорошее настроение, сегодня был отличный день, он справился со всеми обязанностями на работе и его за это похвалили. А последние два часа он провёл в компании приятного человека, который его всегда поддерживает, хоть и разговаривали они на не очень приятную тему. Сегодня Чхве рассказал Киму всю историю своего детства, про отца и про то, как он попал в лапы Джона. Единственное, что скрыл, это изнасилования. Страшно. Вдруг младший поймёт неправильно и подумает, что он не против этого. А терять Сону не хочется… Чхве тихими шагами крадётся по лестнице, но на втором этаже его встречает Джон со злобным взглядом. Похоже, он совсем не в настроении, это пугает. — Ты где шлялся? — сразу грубо начинает Мин, и парень отчётливо чувствует запах перегара, от чего начинает бояться ещё больше, ведь когда тот выпьет, становится более неадекватным. — Я же говорил, что собеседование проходил. Меня взяли официантом в ресторан. — отвечат парень и кладёт руку на ручку двери в свою комнату. — Разве официанты работают до такого часа? — Мин подходит ближе скрестив руки на груди. — Что за ресторан такой? — А то ты не знаешь. Меня достали твои «телохранители», ходячие за мной по пятам. — вырывается у Чанхи. Парень удивляется собственной смелости и мысленно бьёт себя по лицу, ведь дерзить пьяному Джону — самоубийство. — Малыш, ты когда успел стать таким смелым? Чанхи лишь опускает голову и сглатывает, понимая, что зря открыл рот. — Я п-пойду спать. — заикаясь произносит он, открывая дверь к себе. — Стоять. — приказывает тот, а Чхве снова сглатывает, и слушается. — В мою комнату, живо. — Нет, п-пожалуйста, не над… — Джон хватает его за шею и толкает в противоположную сторону. — Заткнись, или будет хуже. — говорит он в губы парня, прижимая того к стенке. Уже в комнате, Чанхи оказывается на полу и отползает назад, хоть это и не поможет ничем. Мужчина, закрыв дверь, двигается на него и подняв с пола, бросает на кровать. Парень понимает серьёзность ситуации начиная плакать, и пытается хоть как-то слезть с кровати и убежать, но тот не даёт возможности этого сделать, прижав своим телом. Чанхи решает не сопротивляться, ведь тогда его начнут бить, а это дополнительная боль, и он не сможет выйти на работу с синяками и ранами на лице. — Ты же знаешь что меня нельзя злить, сладкий. — Мин снимает с парня худи, отбрасывая его в сторону и начинает водить руками по худому торсу. Тело дрожит, но не от возбуждения, а от страха. Парню противно, он пытается не поддаваться под эти руки и уворачивается, но получает сильный удар по ребру. — Не дёргайся я сказал. — приказывает тот и наклоняется к белоснежной шее юноши и начинает кусать кожу осталяя следы от зубов и багровые пятна. Чхве шипит и хочет оттолкнуть тело сверху, из-за чего получает мощную пощечину. Слёзы текут по лицу, парень умоляет перестать, но Джон лишь сдавливает его тело, осталяя синяки на руках и животе. — Остановись п-пожалуйста… — начинает захлебываться в слезах. Но тому всё равно. Мин ставит юношу на колени перед собой и расстегивает джинсы. Чанхи прекратил попытки сопротивления и просто потеряв надежду на спасение в даной ситуации, позволяет делать со своим телом всё, что тому вздумается. Мужчина, растегнув ремень снимает его и бьёт парня бо торсу. Чхве вскрикивает и кладёт руку на место удара, понимая, что завтра его тело будет полностью синим. Джон снимает с себя джинсы вместе с боксёрами, освобождая орган и становится на ноги перед парнем. Чанхи продолжая плакать видит перед собой красный возбуждённый член и хочет блевать, лишь бы не совать это в свой рот. — Соси, сука. — Джон ударяет его своим членом по щеке, и взявшись за розовые волосы, засовывает ствол внутрь сразу наполовину и начинает толкаться как можно глубже. Чхве весь взмокший старается расслабить горло, лишь бы рвотный рефлекс не сработал. Слюни обильно текут по подбородку и он болезненно стонет, когда член входит почти до конца. Тот начинает насаживать голову парня быстрее и сам откидывает свою, получая удовольствие от слёз и беспомощности мальчика внизу. Он продолжает толкаться глубоко и ударяется своими яйцами о подбородок парня. Чанхи болезненно мычит, а тому приятно от этого. Псих. Спустя несколько толчков, Джон отстраняет от себя парня и бросает тело обратно, начиная снимать с худых ног джинсы. Чхве просто лежит с закрытыми глазами уже практически умершим. Он чувствует скользящую ткань, а затем его переворачивают на спину и раздвигают ноги. Влажная от слёз и пота простыня сжимается до побелевших костяшек на руках и юноша громко вскрикивает, когда чувствует не маленький размером член внутри себя. Джон вошёл без подготовки сразу наполовину, абсолютно не жалея парня под собой. Плевать он хотел, какого сейчас тому и просто кайфует от узости. Но стенки сжимают член до такой степени, что он не может проникнуть глубже. — Расслабься, малыш. — противно шепчет Мин на ухо и тут же бьёт по правой ягодице, на которой остаётся яркий след от ладони. Парень снова вскрикивает и ещё сильнее сжимает член внутри себя. — Мразь. — последнее что выдаёт Джон перед тем как начать грубо толкаться вглубь, параллельно осталяя множество ударов и синяков на теле юноши. Чанхи не выдаёт ни одного звука похожего на стон, он просто кричит от невероятной боли, прячет лицо в подушке и плачет взахлёб. Его с такой силой втрахивают в кровать, кажется, что тело сейчас порвётся. Раньше этот псих заходил к нему чаще, и боли было поменьше, но в этот раз его не было около двух недель. Чанхи оказался вообще не подготовленным, ведь он не из тех, кто будет трахать себя сам. Дополнительной болью идут очередные удары по всему телу. Парень уже замечает синие полоски от чужих пальцев у себя на запястьях, также на спине останется много укусов и красных пятен. И ведь никто не поможет ему… Побыстрее бы это всё прекратилось. Побыстрее бы смыть с себя всю грязь, которую оставил этот ублюдок, побыстрее бы наступило завтра, чтобы уйти на роботу и встретиться с Сону. Побыстрее бы он вытащил его отсюда… Подушка начинает пропитываться новым потоком слёз, когда Чанхи вспоминает про младшего. Вот бы он забрал его сейчас от этого монстра, вот бы снова оказаться с ним в парке, без последующих двух мужиков в чёрной машине и побоев. Чхве только сейчас понимает, что начинает чувствовать что-то к Киму, но того сейчас нет рядом… Он продолжает мычать от боли, пока в него долбятся ещё сильнее, а после слышит протяжный стон сверху. В него кончают, обильно и грязно. Парень лежит практически мёртвый, с закрытыми глазами и понимает, что продлись это ещё немного — он потерял бы сознание. Джон встаёт, собирает на полу валяющиеся вещи Чанхи и бросает в юношу.  — Убирайся отсюда. — грубо выдаёт мужчина и выходит на балкон, прихватив с собой пачку сигарет с зажигалкой, оставаясь голым. Чхве кое-как поднимается с кровати начиная одеваться, натягивает боксёры, на которых сразу же проявляются пятна от чужой спермы, что вытекает из анала парня, затем худи, и наплевав на джинсы выходит из комнаты Джона и босыми ножками плетётся к себе. Войдя внутрь, он закрывает дверь на замок и прислонившись к ней спиной, медленно опускается к полу, снова начиная плакать. Сегодня его изнасиловали с особой жестокостью. Чанхи не раздумывая хватает свой телефон и принимается искать номер Кима. Чанхи: Сону Ответ приходит моментально.

Сону: Да?

Чхве Чанхи: Я хочу уйти отсюда