Последний год

Зайдя в лекционную аудиторию, Ким спешно поднимается к самому последнему ряду, не желая ни с кем пересекаться - ни с Чонгуком, ни с Чеён. Паршивое настроение всё ещё не отпустило. Три дня она, притворяясь больной перед родителями, не посещала занятия. Но рано или поздно ей всё равно пришлось бы вернуться к учебе, так зачем с этим тянуть, зря отставая от учебного материала? Это первый раз, когда ей не хотелось в чёртов университет. Первый раз, когда не хотелось видеть Юнги. Дахён потерялась в чувствах к парню, абсолютно равнодушному к ней. Потерялась в боли, испытываемой из-за этого парня, равнодушному к ней. До сих пор любовь казалась ей каким-то волшебным чувством. Даром. Наградой. То, что можно подарить, оставляя при этом и у себя. А у Дахён её никогда не оставалось - она дарила, не получая в ответ ничего. Терпеливо ждала и, доверившись времени, надеялась получить в ответ хотя бы маленькую её часть. Была уверена. Но это время просто убегает, отнимая у неё надежду. И веру. Оно безжалостно предаёт. И что теперь, просто сдаться? До начала лекции остаётся две минуты - и собравшиеся кучки студентов потихоньку рассасываются, заполняя собой все ряды. Заметив забежавшую в аудиторию подругу, Ким немного соскальзывает под парту, прикрыв лицо тетрадью. Нежелание рассказывать о том, почему она в тот день ушла, даже не предупредив, и не появлялась в университете несколько дней, было сильнее желания поговорить с подругой по душам. К тому же наверняка об этом все болтали и до ушей Чеён это дошло. Наконец заходит и преподаватель - мужчина пятидесяти пяти лет, невысокого роста и среднего телосложения, одетый в строгий серый костюм и с чёрной папкой в руке. Вслед за ним забегает он. Головная боль Дахён. Запыхавшийся Юнги, как и обычно, быстро занимает место на первом ряду, пока Чхве-сонсенним его не видит. Как всегда хмурый. Такой красивый. Ким не слышит преподавателя, усердно пытающегося донести до студентов необходимую информацию. Только стук собственного сердца, становящегося всё громче и громче из-за этой белой макушки. Кажется, единственный человек здесь, кому интересна нудная психология, - это Юнги, внимательно слушающий Чхве, изредка делая какие-то записи в тетради. Вероятно, он отмечает для себя что-то важное. Как этот вредный, равнодушный, небрежный парень, вечно забывающий галстук и никогда не заправляющий свою рубашку в брюки, может быть таким? Таким необыкновенным. Только сейчас, когда Юнги поворачивает голову к соседке, шепчущей ему что-то, Ким обращает внимание на эту особу. Чёрт, это же она! Та белобрысыя стерва, с которой он целовался, а она только её заметила. Неужели они встречаются? Нет-нет, он не может. На ней слишком много косметики, грудь маленькая и блондинка она не натуральная! Юнги ведь не нравятся такие. Ким неосознанно сжимает ручку в руке, совсем не ощущая боли от впивающихся в кожу ладони ногтей. Злость и обида переполняют, губы дрожат, а на глазах опять наворачиваются слёзы. Предательские слёзы-слабачки. — Извините, Чхве-сонсенним, — доносится знакомый бархатистый голос, и Дахён переводит взгляд на опоздавшего студента, восстанавливающего дыхание, оперевшись о согнутые колени. Тёмные густые волосы аккуратно уложены, белоснежная рубашка, дополненная чёрным галстуком, красиво прилегает к его крепкому телу, а серые пиджак и брюки отлично дополняют образ прилежного студента, коим он не является.  — Я в пробке застрял. — Ты каждую мою лекцию в пробке застреваешь, Ким, а иногда вообще из неё не выбираешься, — поправив очки, недовольно прищурился преподаватель. — Проходи, — выдавил Чхве. Тэхён забирается на самый верхний дальний ряд, усаживаясь рядом со спрятавшейся за тетрадью Дахён. — Я бы мог притвориться слепым и оценить полезные свойства твоей тетради, но так мне будет скучно, — наклонившись к ней, в ухо прошептал парень. Она убирает от лица уже бесполезный предмет и стреляет в него горящим от злости взглядом. — Отличное начало дня, — саркастично отвечает девушка, нервно закатывая глаза. — Иначе и быть не может, когда с тобой сижу я, — он откидывается на спинку своего стула, забавляясь с реакции Дахён. — А Мина твоего прихватила горячая штучка. — Он не мой, никогда им не был и не..., — она перевела огорчённый взгляд на блондина, — не будет. — Хочешь, я её соблазню? — Тэхён издаёт смешок, привлекая взор девушки на себя. — Я не в лучшем распоряжении духа, Ким, — процедила Дахён, отворачиваясь от него. — У-у, какие мы злые, — издевательски добавляет в ответ. — Можешь отсесть, если что-то не нравится. — Наоборот, я просто в восторге, — Тэхён вновь наклоняется ближе, — ты очень сексуальна, когда злишься. — Прекрати! — шипит сквозь стиснутые зубы, на что парень лишь довольно улыбается. — Если не прекращу? — Ты что, ребёнок? — А ты хочешь проверить? — пошло ухмыляясь, Тэхён цепляется пальцами за воротник её рубашки, притягивая к себе. Ошарашенная действием парня Дахён накрывает его крепкую руку своими ладонями, пытаясь отцепить от себя. — Отпусти! — Поцелуй, и я отпущу, — нахально заявляет парень. — Ты... да ты..., — не находя слов, Ким наступает на ногу парня, решив, что это как-то поможет, — чёртов... — Так, вы двое, — вдруг выкрикивает Чхве – и все сто шестьдесят пар глаз оборачиваются на вцепившихся друг в друга Кимов, — немедленно покиньте аудиторию! — Чхве-сонсенним, мы..., — только начала оправдываться Дахён, пока сосед с трудом сдерживает смех. — На выход! — не желая ничего слушать, повторяет Чхве. Сдавшись, она собирает вещи в рюкзак и идёт за виновником, избегая встречи с обиженными глазами Чеён и безразличными Юнги. Оказавшись в коридоре, девушка борется с безумным желанием наброситься на Кима, обречённо испепеляя его уничтожающим взглядом. Настроение итак было ни к чёрту, так ещё надо было добавить. Засранец Тэхён! — Доволен? — первой нападает Дахён. — Вполне, — просто отвечает, что ещё больше раздражает её, — у нас ещё час свободный, пообедаем? — После твоей выходки? Ещё чего! — фыркнув, Дахён вздёргивает подбородок и, обернувшись, уходит прочь. — Сзади ты тоже ничего так, — вслед крикнул он, победно смеясь, что заставило Дахён остановиться. Сжав кулаки, она осматривается по сторонам в поисках чего-нибудь, чем можно было бы в него заехать. Но, не обнаружив ничего, только сдержанно вздыхает и возобновляет уже быстрые шаги. Придурок! Кретин! Идиот!                                     ***** Спасибо Тэхёну за то, что её выгнали с лекции. За то, что Чеён поняла, что она пряталась. И за то, что теперь она чувствует себя самой ужасной подругой. Поймав Ким на перерыве, Чеён устроила ей допрос, а за полученными ответами последовали обвинения и замечания. Да, Дахён была не права. Да, она должна была поделиться с ней со всем. Кто ещё, как не она мог её поддержать в такой ситуации?! — И всё же, ты не должна была убегать, а пропускать занятия тем более! — продолжает ругаться Чеён, сидя на подоконнике аудитории, в два ряда обставленной компьютерами. Место рядом заняла Дахён, опуская голову на плечо подруги. — Я и правда ступила и понимаю, почему не могла себя контролировать, — её белоснежное личико украсила лёгкая улыбка. — И почему же? — Сегодня уже четвёртый день будет, как Юнги не получал записку, — проигнорировав вопрос, она полезла в свой рюкзак, намереваясь достать свои маленькие цветные бумажки и ручку, — мне надо... — Ты серьёзно? — перебила удивлённая Чеён, которая не могла поверить в то, что она собирается и дальше заниматься этой ерундой. — Из-за его очередного поцелуя с какой-то легкомысленной девицей мои чувства к нему не изменились, — отчаянно ответила та и, подложив под жёлтую бумажку книгу, начала что-то писать. — Мне было в разы обиднее, чем обычно, но я та же Ким Дахён. — Ты же сказала, что всё изменилось. — Изменилось, — продолжая писать, девушка вдруг улыбнулась. — Видя его целующимся, я всегда воспринимала это спокойно, ведь я была уверена в себе, возникало лишь какое-то неприятное чувство. Но на этот раз было нечто другое. До того дня отрицала то, что это просто влюблённость, и теперь понимаю – я была не права. А на той вечеринке, когда мне безумно хотелось схватить эту девушку за волосы и оттащить от него, когда почувствовала в груди что-то больно колющее, когда целую ночь провела рыдая в подушку, — улыбка Дахён стала шире, — я осознала, как сильно люблю Юнги. Люблю, Чеён, и той уверенности в себе больше нет, есть страх потерять его. Да, я не могу потерять то, чего не имею, но у меня есть время, есть шанс, и я хочу пойти до конца. — Что же, давай тогда свою бумажку, — подруга подбадривающе улыбнулась ей. — О, ты передашь? — удивилась Ким, ведь Чеён постоянно приходилось уговаривать сделать это. — Конечно, я же должна принять участие в завоёвывании тобой этого слепого дурачка, — она толкнула её плечом, и, не удержавшись, Дахён звонко приземлилась каблуками на кафельный пол. — Он не слепой дурачок! — мгновенно возмутилась Ким. — Слезай давай, раз сама напросилась, — смеясь, она передала ей свёрнутый клочок бумажки. — Как-будто ещё было кому передавать, — спрыгивая с подоконника, хмыкнула Чеён. — Ну, вообще-то я хотела попросить об этом Чонгука, он всегда..., — вспомнив о том, что не видела его все эти дни, Дахён осмотрелась по сторонам, — кстати, а где он? — Я не видела его сегодня, — ответила подруга, пожимая плечами. Достав телефон и набрав нужный номер, Дахён нажала на кнопку вызова. Секунда. Вторая. Гудки шли, но ответа так и не последовало. Чонгук звонил ей не раз, когда она валялась дома, игнорируя его, и даже приезжал к ней. Ким же, отмазываясь плохим настроением, просила мать сказать ему то же, что говорила ей самой - очень плохо себя чувствует. Он узнал всё и теперь мстит?                                   ***** — Сонсенним, почему я? — спрашивает недоумевающий студент, сидящий напротив преподавателя. Женщина лет пятидесяти, одетая в строгий чёрный костюм, поправляет толстые, круглые очки на переносице, заглядывая в какую-то папку. — Юнги, ты получил самый высокий балл за контрольный тест, поэтому я и выбрала тебя как главного для участия в межвузовской олимпиаде, так как являюсь ответственной за отбор. Она будет проходить в университете Донгсо. — Пусан?! — почему-то уточнил Мин. — Да, не переживай, ты не будешь один, — Кан мягко улыбнулась ему, заправляя свои седые пряди за ухо, — с каждого факультета вашего курса поедут по одному студенту, так и будет сформирована твоя команда, а я в качестве наставника. — Можно отказаться от участия? — Но почему? Если ты получишь первое место, твои государственная и университетская стипендии прибавятся, плюс десять баллов при поступлении в магистратуру. Как-будто ему делают какое-то одолжение. Юнги не особо был рад такой новости. Хоть он и любил иногда похвастаться своими знаниями, но для участия в подобных мероприятиях ему было слишком лень. Для чего вообще придумали эти олимпиады и всякие конкурсы? Хрень! Чёрт возьми! Но стипендия... — Я могу взять с собой ещё кого-нибудь? — Конечно, но только одного. Кивнув женщине, Юнги встал из-за стола и направился к двери. Закинув рюкзак на плечо, парень непроизвольно опускает руку в карман и, нащупав что-то шелестящее, достаёт маленький кусочек жёлтой бумажки. Ах да, переданная подружкой Ким записка. Он и соскучиться по ним не успел. Дёрнув ручку вниз, Мин только собирался поскорее покинуть кабинет, чтобы успеть на обед, как один вопрос заставляет его остановиться и обернуться к Кан. Господи, пожалуйста, только не это. — Простите, могу я узнать, кто отобран с факультета "Социальные науки"? Мин нетерпеливо сжимает ручку двери, молясь о том, чтобы услышать любое другое имя, кроме того, что сейчас снова и снова повторяется в его голове. Звенит, заставляя на секунду раздражённо зажмурить глаза и стиснуть зубы. Женщина заглядывает в белый лист, кажется, составленный ею список. Она проходится пальцем вниз по списку, а Юнги уже сейчас готов разорвать его из-за плохого предчувствия. Наверняка оно верное. Как же ему сейчас хочется ошибиться. Ну же. Назови какого-нибудь Пак Чимина, Ли Хёка, Чон Хёри... Да кого угодно! Наконец палец останавливается на одном из имён, и, с той же мягкой улыбкой посмотрев на студента, она отвечает: — Ким Дахён. Блять!                                ***** Пока шестеро студентов обсуждали вопросы о подготовке к мероприятию, отъезде и прочем, Ким была занята чем-то более важным – гляделки с недовольно бурчащем что-то под нос Юнги. Сегодня она в прежнем прекрасном настроении, и единственное, что радовало Дахён во внезапном объявлении о поездке, – это то, что она будет в команде Юнги. Господи! Они вместе поедут на межвузовскую олимпиаду. С Юнги. Ким была готова прямо сейчас рассыпаться от счастья на миллион светящихся кусочков. Такое чувство, будто множество цветных бабочек в животе радостно порхают вместе с ней. — Чё-ё-ёрт, а я надеялся на отдельную двухспальную кровать, — начал облокотившийся о дверной косяк Чон Хосок, услышав о том, что им предоставят только две комнаты в общежитии. — Зато в тепле будешь, рядом с Намджуном, — хихикнула японка Миоко, сидящая за партой. — А ты не хочешь разделить это тепло со мной? — в ответ облизнулся находящийся рядом Намджун, заставляя девушку недовольно поморщиться. — Ребята, вы тут не одни, — грозно заявила пишущая на доске план вопросов Пак Шиин, кивая в сторону преподавателя Кан. — Вот именно! — воскликнул Сынхо, от скуки кружащийся на трёхколёсном стуле. — Так неприлично себя вести, тц-тц-тц, — театрально цокая, парень издал смешок. — Сонсенним, этим болтунам обязательно участвовать? Какой от них толк? — надоело Юнги, возвышающемуся над Кан, изучая какой-то материал в её компьютере. — Ты что-то имеешь против, а, Мин? — возмущённый Намджун двинулся в его сторону. — Так, мальчики, успокойтесь! Вы же команда! — вмешалась Кан. — Наши факультеты никогда не ладят между собой, сонсенним, Вы же знаете, — добавила Шиин, не отвлекаясь от своей писанины. — Вам придётся поладить! Чтобы вас в первый же день не отправили обратно за драку, — рассерженная их поведением Кан велит им заняться делом, после чего покидает своих подопечных. — Не волнуйтесь, сонсенним, мы сегодня же подружимся, — вслед крикнула проснувшаяся Дахён, широко улыбаясь. — Отлично, в моей команде Леопольд, — Юнги закатил глаза и, собрав со стола все записи Кан, необходимые для подготовки, просто ушёл следом за ней. — О, уверен, скучать нам точно не придётся, — заключил так же, как и Дахён, вечно улыбающийся Хосок. — Да уж, — шумно вздохнув, добавила Миоко.                                  ***** После окончания пар коридоры университета особенно заполнялись толпящейся дорожкой студентов. Кто-то торопится домой, кто-то – на отработку долгов, а кто-то в спешке пробирается сквозь эту толпу в поисках Мина, которому Дахён должна отдать переданную преподавательницей Кан папку с дополнительными темами. У Ким появилась отличная возможность проводить с ним больше времени, используя обсуждение материала, как повод. И она воспользуется этим, стоит только поймать подходящий момент. Да где же он?! — Чеён, ты не видела Юнги? — сразу спрашивает у встретившейся на пути подруги. — Минут сорок назад он был в библиотеке, — ответила та, беря её за руку, — пойдём, я как раз иду туда, чтобы вернуть учебник. Развернувшись, девушки зашагали в противоположном направлении. Но они и метр не успели пройти, как Юнги появляется из-за поворота. Весь уставший, потрёпанный и надутый он направляется прямо на них, не отрывая глаз от раскрытой книги. Вот врежется ещё во что-нибудь. Улыбаясь от этой мысли, Дахён отрадно идёт навстречу, чувствуя, как усиливается дыхание, как учащается сердцебиение, и как все её клеточки ликуют. Вот их разделяет всего ничего, а он так и не отрывается от этой книги. Ким обиженно хмурится и только собирается его окликнуть, как чьи-то пальцы вцепляются в её запястье, разворачивая и притягивая к себе, словно в какой-то дораме. Не успевая разглядеть наглеца, девушка вмиг ощущает крепкую мужскую грудь, а затем и мягкие губы, с силой впечатанные в её. Широко распахнутые в удивлении блюдца позволяют ей разглядеть только зажмуренные глаза парня и свисающую над ними тёмную чёлку. Эти глаза... Не в силах здраво мыслить, Ким упирается ладонями о его грудь, но он и на дюйм не отходит, продолжая терзать девичьи губы, а хватка на тонкой талии настолько сильная, что она уже начинает задыхаться. В эту секунду Ким не думает о том, кто же это может быть. Не важно, что её кто-то целует посреди коридора. Что после этого будут гулять непристойные слухи. Ей не важно ничего. Лишь то, что это произошло на глазах Юнги. Дахён истерично мычит ему в губы, сильнее толкается, бьёт кулаками, и парень наконец отстраняется. — Я чертовски сильно скучал. Очень многогранная картина. С одной стороны две девушки, застывшие в немом шоке, посередине находится Юнги, наблюдающий за происходящим недоумённо-равнодушно, а с другой Чонгук, удовлетворённо ухмыляющийся, слизывая с губ её желанный вкус.