Дьявол, перевернувший мой мир

— Что ты сказал?! — Джин повышает голос, хватая за воротник связанного архангела и не скрывает открытого страха смешанного с переживаниями в глазах. Он не понимает почему надо было столько молчать и почему ему открылись только сейчас. — Мои слова чистая правда. Единственное моей целью того что я спустился в ад, была защита моей семьи. Я искал здесь своего ребенка. Он уже очень давно не появлялся на небесах и найти его не подвластно ангелам. Для нас единственным вариантом остался ад. — Архангел говорил с улыбкой под чарами Джина и тянулся к нему. Он был связан и это единственное что не давало ему прикоснуться к демону похоти. Джин видел в его глазах сейчас только желание и ему было мерзко. Он привык что практически все глазами трахают его, но видеть это в глазах отца который совсем недавно терпел пытки из-за семьи, самое неприятное что было для Джина. Он не думал что архангела можно с такой лёгкостью заставить подчиниться греху в такой момент. Сокджин разочарован. Особенно когда его руки пытаются поцеловать. Он отбрасывает ангела на пол, игнорируя болезненный стон и звук разбившегося стула. Проходит время прежде чем он берет себя в руки и щелкает пальцами, погружая ангела в сон. Джин поднимает его на на руки и выходит из комнаты, сложив крылья на спине и смотря в никуда, больше погружаясь в свои мысли. Намджун слышит шаги и смех раздающийся по всему коридору. Он поворачивает взгляд на источники звука и понимает что перед ним стоят теперь непростые пять демонов. — Блять, Левиафан, заткнись пока я не сломал тебе челюсть! — Рявкнул взрослый, мужчина по вторичным признакам, на что тот лишь усмехнулся. Второй выглядел жалко на фоне первого. Демон был с кожей красных оттенков, а глаза были черные. Белоснежные, уложенные назад волосы создали контраст на фоне перекаченного тела. Лицо взрослого мужчины и резкие черты, такие же как шрамы во всему телу. Второй же был худ и казалось что даже ветер может заставить его упасть. Кожа была настолько бедная что отливала в зеленый при движениях. —Не хвастайся тут своей силой. Не такая она у тебя и сильная, раз ты уступил демону похоти в иерархии. — В этот раз его почти бьют за эти слова, но он уворачивается. Вдруг все замирают и смотрят на Намджуна. Левиафан первый подходит к нему. — Демон похоти ещё уродливее чем я тебя запомнил. А я ведь когда-то завидовал твоей красоте... Похоже, людская жизнь тебе на пользу не пошла. Сколько человек обслужил за эти века? Я вот точно гораздо больше тебя, куколка. — Намджуну уже не нравится эта ухмылочка и оценивающий взгляд. Словно он товар какой-то, а другие в комнате брезгливые покупатели. И видимо, его действительно приняли за Сокджина. От мыслей, что Сокджин терпит такое постоянно, становится не по себе. Джун взмахивает крыльями невольно, но сбивает демона с ног. Что ж, он не специально, но зато заслуженно. Демон хмурится и снова поднимается. Намджун молчит, знает что может выдать себя как человек и никому не будет лучше если он примерит на себя роль демона. Он кидает вопросительный взгляд на Люцифера, но тот с лёгкой ухмылкой дает понять что он не будет вмешиваться. Спасибо за это он уж точно не скажет. И только демон хотел замахнуться, как в комнату зашёл Сокджин. Его крылья полностью раскрылись, но непривычно суровый и сосредоточенный взгляд заставил всех напрячься, даже не сразу замечая ангела на руках. Он передает его высокой девушке, опять же, по вторичным признакам, оставляя всех ещё на пару мгновений в тишине. — Архангел просто искал ангелов, что заблудились. Ничего более. С тех пор как Бог плюнул на мир и оставил его управление, ангелы не тратят время на подготовку войны с нами. Мамона, верни его к вратам Рая. Я не могу, но ты выше по статусу, а значит можешь перенести его. — Мамона прищурилась и вскинула подбородок вверх. — И что же мне за это будет? — В аду нет друзей. Никто никому не помогает. Лишь делает одолжения взамен на что-то. Джин щелкает пальцами и комната наполняется сундуками золота. — Это мое «пожалуйста» к моей просьбе. После получишь в пять раз больше — Джин говорил расслабленно и холодно. Мамона хотела что-то сказать, ещё поторговаться. Но встретив серьезный взгляд Джина, лишь согласно кивнула. Да, иерархия существует. Но всем известно почему Мамона выше. Джин суккуб, а Мамона предпочитает девушек. Элементарные предпочтения на дают ему занять свое законное второе место, хотя даже Люцифер подвластен его чарам. Джин просто напросто не смог соблазнить ее и заставить отдать свою печать. — Спасибо. — Сокджин посмотрел на всех остальных. Теперь Джин понимает то чувство когда находишься в комнате посреди своих бывших. Но не это его сейчас волнует, неловкости он не чувствует. Волнует его совершенно другое. А для начала Джин должен сделать то, что нужно в первую очередь. — Люцифер, я выполнил свою часть сделки. Теперь же твоя очередь. — Сокджин подходит к нему ближе. Вторая, но главная его цель, обезопасить Намджуна от общения с демонами. И чтобы не допустить возможных рисков, демон натягивает маску веселья, граничащую с игривостью и разочарованием одновременно. — Ты помешал мне отлично провести время с новоиспеченный демоном. — он притягивает Намджуна к себе, собирая крылья и кладет его руки на свою талию, показывая как именно он хотел провести время. — Немедленно отправь меня обратно, как обещал! Я не могу терпеть, мне так хочется уже скорее попробовать новое — Джин улыбается игриво и смотрит на человека. Намджуну даже смотреть в ответ не нужно чтобы понять, все это фальшь. Театр одного актера, очень талантливого актера. Но Намджун помогает ему. Перекладывает руки на его бедра, прижимая к себе. Джин не сопротивляется, показывает что ему нравится, что на самом деле не было ложью. Взгляды других же демонов он как будто не замечает. Каждый из них был с ним и видимо сложно удается скрыть зависть к Намджуну. Не в плане эмоций, а в плане физического удовольствия и расслабления от Сокджина, которое он может принести. Лучшим суккубом его называют не просто так. Многие демоны мечтают коснуться его, а за ночь с ним готовы даже жизни свои отдать. Намджуну это не нравится. И нет, он понимает что Сокджин суккуб и это его работа. Ему не нравится то, что кроме него, все остальные смотрят на Сокджина как на кусок мяса. Это неприятно, поэтому Намджун начинает лишь обнимать его за талию. Люцифер щёлкнул пальцами и без слов переместил Сокджина и Намджуна. Если бы он что-то сказал, то вызвал подозрения у всех демонов в том, почему отпускает его, если бы он был ещё нужен. Они оказываются в замке, но все ещё в аду. Джин щелкает пальцами и Намджун чувствует лёгкость, словно крылья больше ничего не весят. Вокруг них полно безумно красивых демонов в обличии людей. Намджун не знает куда деть взгляд, ведь везде обнаженные тела. Поэтому он останавливается на Сокджине, ему не интересно смотреть на кого-то ещё. Он священнослужитель и не поддается искушениям обнаженных тел или ещё что. Сейчас он в этом убеждается в который раз. И смотря на главного демона похоти, он понимает, что привлекает его далеко не сама сущность демона похоти. Его внимание полностью на Сокджине, лицо которого озадаченно, плечи напряжены и взгляд направлен в пол, обдумывая дальнейшие действия. Он подходит к Намджуну ближе и мягко берет его за руки. — Подожди внутри, пожалуйста. Когда мы зайдём внутрь, не дай никому соблазнить тебя. И это я говорю не из-за ревности. Каждый раз когда суккуб проводит время с обычным человеком, жизненная энергия сокращается из-за чего и проживёшь ты меньше. А человеческая жизнь так коротка... Если чего-то и захочется, скажи мне. Я выполню любую твою фантазию в любом обличии и не заберу ничего взамен. — После этого они зашли. Голос Джина не был больше расслабляющим, завораживающим в момент их разговора. Он был настоящим. Немного тихий, обеспокоенный и серьезный. Намджун коснулся его правой руки кончиками пальцев, раздвигая пальцы чтобы затем взять его руку в свою. — Я здесь не для этого. Я люблю тебя и хочу помочь тебе. — тепло его руки словно отрезвило демона и он совсем слегка улыбнулся. После они зашли внутрь. Праздник в этом месте был всегда. Это и отличалось от других кругов ада. С появлением Джина он установил здесь свои порядки, но сейчас это не важно. Вокруг спокойствие, а у Сокджина ураган на душе, давящий все изнутри, словно тревога вытесняет душу из тела. Он готов закричать, но молчит и запирается в себе. Страх одолевает его. Но не за себя, а за тех кто важен ему. И все же, этого не видно. Он надевает массу веселья и радости на своем лице, ведь после его прихода все взгляды направлены на них. Демоны тут же подлетели к нему и начали расспрашивать его обо всем, что было пока он не появлялся так долго и почему решил вернуться сейчас. На Намджуна тоже обращали много внимания, ведь Сокджин предоставил его как нового демона и его личного второго помощника. Как он и предупреждал, демоны пытались сблизиться с ним и соблазнить его, но только словами и "случайными" прикосновениями. И слыша твердый отказ, спешили удалиться чтобы не доставлять дискомфорт. — Почему они так быстро отстали? — Намджун спрашивает это шепотом, когда остальные отвлеклись на бочки вина, что появились в воздухе после щелчка главного демона похоти. — А ты что думал? От изнасилования мы не получаем никакой силы, ведь человек не получил никакого удовольствия. Демоны не насилуют людей, нам это не выгодно. Друг друга они насилуют исключительно ради того чтобы опустить кого-то или забрать силу того, кто слабее. Твою силу никто не чувствует, а рисковать опасно всегда. К тому же, секса в их жизни хватает. А страх нарушить мои правила сильнее любых чувств. — Джин говорит как есть. Он вспоминает как установил этот закон, аргументируя это тем что настоящий демон соблазнитель должен сам вызывать желания настолько сильные, что ночь с ними должна быть главной мечтой в жизни каждого. И действительно показал на своем примере. Его слушаются не только из-за страха, нет. Его уважают и мечтают быть похожим на него. Ведь не просто так принц всего подземного мира подвластен всем желаниям их главного. Любой хотел бы быть на его месте, но всем ещё далеко до самого Джина. Он соблазняет каждым своим плавным движением, грацией и статностью. Намджун в очередной раз убеждается насколько размыты и недостоверны людские знания. Он не понимает, почему же тогда демонов обвиняют в соблазне и проклинают за все грехи человека, раз принуждение к чему-то не выгодно демонам. Конечно, доказательств у него нет. Но как показало время и опыт, Сокджин заслуживает того чтобы ему доверять. — Мне нужно оставить тебя. Будь осторожен, прошу тебя. — Джин погладил его по руке прежде, чем отпустить его. Вино все ещё отвлекало остальных демонов и он скрылся в дальней комнате. Намджун же остался возле диванов на которых целовались другие демоны, но ему это было неинтересно. Однако, с некоторыми, что просто сидели рядом, он даже смог пообщаться. Они не лезли к нему, ведь понимали настроение. Все они временами устают от секса и всего того, что связано с их работой. Они понимали Намджуна, считая что они все похожи в этом как демоны. — Ты умеешь танцевать стриптиз? — Девушка среднего роста подошла к нему — Что? Извини, понятия не имею о чем ты.— Намджун вопросительно посмотрел на девушку, но не из-за того что вопрос неуместен для знакомства. Это демоны похоти, открытые и прямолинейные. Он не понимал самого вопроса. — Из какого ты времени? Ах, да, если ты был с нашим господином, то не удивительно. В средние века этого не было ещё придумано. По крайней мере людьми. Стриптиз, это танец возле железной трубы которая тянется от потолка до пола. — она села на пол, рядом с Намджуном и протянула ему бокал с вином, но он отказался. Она лишь пожала плечами и сам выпила ранее предложенное вино. — Тебе надо научиться. Нас всех этому обучал господин, когда мы переходили из разряда обычных шлюх для людей до самых желанных демонов. Когда-то мы не знали даже как соблазнить человека, а потому стояли на улице в обличии людей и это было неблагодарное дело, энергии так получаешь совсем капельку. Но с приходом нового правителя, все изменилось. Он научил нас быть сексуальными, желанными. Научил получать энергию из снов и теперь к нам на ночь люди встают в очередь. Даже пытаются призвать нас как демонов. Иронично, не так ли? — Намджун внимательно ее слушал. Было видно, что алкоголь все же как-то повлиял на нее и ей хотелось с кем-то поговорить. Иначе Намджун не видел смысла тратить на него время. — Ты можешь показать как он этому вас научил? — Ему было очень интересно, он хотел узнать больше о Сокджине и о том как он стал самым лучшим. Демон минут пять крутила в воздухе руками по часовой стрелке, пока перед ними не образовалось зеркало из магической энергии. Оно показывало воспоминания девушки, как она сама сказала. « — Продавая свое тело, вы так и останетесь просто телом которым пользуются. Ничем не лучше обычного туалета. Интерес к вам угаснет так быстро, что вы и не заметите. — Джин говорил строго в воспоминаниях и был гораздо серьезнее чем обычно. Казалось, он никак не изменился. А ведь прошло больше нескольких сотен лет. Он обошел сцену и щёлкнул пальцем, после чего на ней появился шест. — Секс это животная потребность. А сексуальность – маркетинг. Чем меньше тебя получают, тем больше тебя хотят. Люди не хотят видеть ваших обнаженных тел, все и так знают что там. Их возбуждает фантазия о возможностях происходящих в будущем событий куда больше, чем сам процесс. — Он расслабился и покрутится вокруг шеста, пока ещё только привлекая внимание. Грациозно и красиво. Он будто не старается, но даже наблюдая так, появляется желание прикоснуться. Невинный взгляд, но если присмотреться, можно увидеть огонек заинтересованности. Плавное движение бедер, покачивание и соблазнительный прогиб в спине. Он словно подтягивается вверх к шесту, прижимается грудью, но бедра все ещё вдалеке. Если включить фантазию, в голове начнут лезть картинки не совсем приличного характера. Например, подойти сзади, опустить руки на бедра и прижать к себе... — Не стоит раздеваться сразу. Если представление двадцать секунд, тринадцать из них ты в одежде. Три секунды в белье. Используйте это время, будьте расслаблены, будто для вас их взгляды ничего не значат. Но без них, все это было бы бессмысленно. — Джин поворачивается спиной к шесту, выгибаясь так что шеста касались только бедра и лопатки. Но при этом, его тело расслабленно. На лице полное безразличие и спокойствие, пока он не вытягивает одну ногу в носке и медленно не начинает вести кончиками пальцев по второй ноге. Медленно, сначала направляя колено ко второму, а после разводя бедро в сторону по мере того как поднимается нога. И после Джин улыбается. Пьяно, слишком расслабленно, пока волнистая челка упала на лоб, немного прикрывая один глаз. А его взгляд... Словно направлен прямо на тебя. Настолько спокойно становится только от этого взгляда, что невольно расслабляешься. Он обхватывает шест в изгибе колена и крутиться вокруг, снова медленно, так словно все тело расслабилось настолько, что стало ватным, неподвластным владельцу. Зрителю точно захочется прикоснуться и почувствовать, насколько мягко будет касаться демона сейчас. Он поправляет волосы красивым движением руки, наклоняя голову вверх, чтобы челка не мешала. Крылья лишь добавляют этот образ, но внимание Намджуна больше на довольной улыбке. — Я научу вас. Вы станете сильнее. Но взамен... — Его голос становится более томным, гораздо соблазнительным. Ему невозможно сказать «нет». — Подчинитесь мне. Отдайте полный контроль в мои руки над своей судьбой. А я, устрою вам рай на самом низу ада » На этом воспоминание закончилось. Намджун не мог отвести взгляда и даже забыл, что это происходит не наяву. Музыка затихла, все вокруг словно исчезло на мгновения всего этого. Джин даже без чар соблазнил его, при этом оставаясь в одежде. Ничего пошлого он не сделал, одежда приличная. Пошлость отсутствовала, но... Захотелось и без этого. Желание чистое, прикоснуться к нему стало мечтой, воплощая слова Сокджина в реальность. А ведь Сокджин даже не старался. Совершенно необычайное, то которое никто до сих пор не мог создать кроме Сокджина, желание заполучить всего только себе. И несмотря на все, захотелось проверить, как он отреагирует на медленную ласку, скольжение и поглаживание в разных местах... Или грубость на грани нежности. Когда захочется взять его, чтобы увидеть что-то ещё кроме спокойствия на красивом лице. И Намджун бы продолжал и дальше находится в своих фантазиях, если бы не неожиданно открывшееся окно магической энергии, откуда словно со всей силы вытолкнули ангела. Бескрылого ангела, что был разбит. Не нужно было долго смотреть чтобы понять это. Пустой, безжизненный взгляд. В нем не было ненависти, как и желания жить. На руках и ногах были кандалы, а плоть под ними стёрта в мясо. Рядом появилась помощница Джина о которой Намджуну было известно, ничем не примечательный суккуб. После вышел сам Сокджин, строго осматривая всех вокруг. Он был зол, неимоверно зол. Но когда он опустился на одно колено и бережно поднял ангела на руки, чувствовалась забота в каждом его прикосновении. Он молча встал с ней на руках и понес в ту комнату из которой вышел. За ним пошла его помощница, а затем двери захлопнулись. Никто не посмел и слова сказать. Решение вмешиваться в дела Сокджина имеет весьма неприятные последствия, это было известно всем. И поэтому все начали делать вид что ничего не было. Намджун пошел за ним, игнорируя предупреждение от остальных. Джин аккуратно положил ее на диван боком, чтобы не приносить неприятные ощущения и осмотреть рану. Крылья не просто отрезали, их вырывали, это заметно по грубым шрамам. Джину было больно на это смотреть. Его сестра же не реагировала ни на что. — Сокджин... Ты был прав... Люди, они такие жестокие... — она тихо всхлипнула, но Джин лишь погладил ее по щеке. — Все будет хорошо, верь мне. Лучше расскажи, что произошло? Что с таким прекрасным ангелом посмели сотворить люди? — Он был очень нежным с ней и смотрел с болью в глазах на ее побитое тело. — Я нарушила самый главный запрет ангелов и влюбилась в человека. Доверилась ему, а он... Там была ловушка. Он не любил меня и не мечтал о семье. Все его слова были лишь ложью. А после... Они вырывали мне перья ради исполнения своих желаний. И когда перьев не осталось совсем, начали рвать крылья... — ангел заплакал, но Джин не мешал. Давал ей высказаться. — Им и этого было мало. Они... Они опорочили меня так много раз, продавая за гроши... Он назвал это ангельской ночью и всегда, всегда смотрел на это... — Ее голос был пропитан болью и слова сложно было понять из-за ломающегося голоса. Но Джин понимал ее. Понимал и ненавидел тех людей. Он начал шептать что-то на непонятном языке и места шрамов затянулись, ее тело начало восстанавливаться. Но так как тело всегда было отображением души ангелов, это было ненадолго. — Сейчас тебе станет лучше. А пока тебе нужно поспать. — Джин щёлкнул пальцами и погрузил ее в сон. После заговорила помощница Сокджина. — Господин, я нашла ее в восточном монастыре. Люди о которых она говорила, священнослужители той церкви. Они повесили печати и поэтому ангелы не могли ее найти. Что прикажете сделать? — Джин посмотрел на Намджуна, не скрывая того что чувствует. — Ты как-то спрашивал меня за что я ненавижу всех людей кроме тебя. Хочешь посмотреть? — Намджун уверенно кивнул. — Я уверен, что вы перепутали. Священнослужители никогда не навредят никому. Я лично знаком с ними и могу отвечать за свои слова. — Такая серьезная убежденность в словах Намджуна вызвала горькую усмешку. — Хорошо. Тогда сам и посмотришь. — он щёлкнул пальцами и они переместились в секунды к нужной церкви. Намджун был уверен. Или, хотел быть уверенным. Он знал всех слишком давно, а некоторых даже с детства. Не могли люди, что были с ним добры в детстве, так поступить. Намджун зашёл первым, а Джин скрыл свои крылья и принял человеческий облик. Они нашли того самого человека, мужчину лет тридцати. — Здравствуйте. Извините за столь неожиданный визит. Но у меня срочное дело связанное с вами — Намджун осторожно посмотрел на Сокджина, который явно не хотел общаться и поэтому говорил сам. — Конечно, если это работа, то я свободен сейчас для тебя. — Его дружелюбная улыбка снова сбивала и не давала даже представить что он может поступить так жестоко. — До нас дошли слухи... Вы действительно держали ангела и продавали его? И это вы оторвали ее крылья? — Намджун говорил серьезно, даже не давая усомниться в своей уверенности чтобы понять, действительно ли это делал он. Если нет, то он лишь немного насторожиться, слыша подобное впервые. А если это он... — Что за чушь ты несёшь?! Ты хоть и самый лучший молодой специалист, но не имеешь права оскорблять и обвинять меня в чем-то! — Он испугался. Начал защищаться, как и предполагал Намджун. С огромным разочарованием, он понял что демоны не ошибались. — Если это так, то... — Он посмотрел на Сокджина и кивнул ему. Демон тут же обнажил свой настоящий вид и все помещение погрузилось во мрак. Он был зол и казалось, мог убить только взглядом. — Я не смогу остановить его. Вы сделали недопустимое и защищать вас сейчас не вижу смысла. — Намджун отошёл в сторону, а Сокджин подошёл к священнослужителю и сжал его горло, в то время как глаза загорелись ядовитым зелёным. — Говори правду. Ты хоть понимаешь что натворил?! — Джин долго смотрел, пока глаза человека не стали отливать в зеленый на краю радужки. Джин заставил его говорить все, что он думает. — Я не сделал ничего, что она не могла предотвратить. Нет моей вины в ее чувствах, я не заставлял ее верить моим словам, не заставлял нарушать правила силой. Она сама сказала что хочет помочь, когда я был в печали от своего положения. И тогда я надел на нее тяжёлые цепи чтобы она не сбежала. Эта дура доверяла мне до последнего, даже когда не могла сопротивляться. И я всего лишь принял ее предложение о помощи. Я наконец-то смог разбогатеть, ничего для этого практически не сделав. Но перья перестали расти слишком быстро и мне нужно было больше. Тогда я и выдумал что плоть ангела так же исполняет желания, как и перья. Крылья тоже как оказалось не отрастают. И когда я понял что без них она не может даже встать, у меня появилась идея. Ее тело пользовалось невероятным спросом, а клиенты называли это райским наслаждением. И я бы продолжал дальше зарабатывать, если бы не похищение моего ангела! — Он начал злиться, а Джин продолжал смотреть так холодно, что казалось его взгляд может заморозить весь ад. — Довольно. Я узнал достаточно. Поверь, по сравнению с твоей дальнейшей судьбой, жизнь ангела над которым ты издевался будет казаться сказкой. — Он сильнее сжал руку на его горле, а здание начало гореть. Намджун не мешал, понимая что сейчас демон поступает правильно. Даже у них за подобное была смертная казнь, не говоря уже о методах дьявола. Джин перевел взгляд на Намджуна и встретился с таким же взглядом, что смотрел на него. Не нужно было слов чтобы понять, их надо оставить одних. И заметив, что Намджун не против, Сокджин перенес его обратно, в комнату к ангелу, чтобы тот не видел насколько страшен демон в гневе. Сокджин не хотел чтобы Намджун увидел его таким, а священник уважал его выбор. Когда вернулся Сокджин, он был весь в крови. Но ещё один щелчок пальцев и больше ничего нет, кроме чистой одежды и чего-то ещё в руках демона. Намджун сидел рядом с девушкой, держа ее за руку и пытаясь помочь найти успокоение. Сокджин сел рядом с ними, коленями упираясь в пол. Он снова начал что-то шептать, от чего ангел болезненно застонал, но вскоре появились отростки начинающих расти крыльев, а раны затягивались. Девушка вздрогнула и посмотрела на Сокджина. Но радости в ее глазах точно не было, один лишь страх. — Что... Что это значит?! Если мои крылья снова, значит... — Джин продолжил ее предположения. — Крылья отрастают если нанести кровь из сердца того, кто их испортил. — Девушка злилась, хоть и плакала. — Нет... Нет, только не говори что ты убил его! Прошу, скажи что это не так. Ты ведь не мог... Скажи сейчас же что ты все врешь! — она горько заплакала. Сокджин смотрел на это с болью, ведь понимал ее. Что ангелы, что демоны, испытывают сильную любовь и привязанность. Они могут любить веками, прощать что угодно и их сердце всегда будет принимать недостойных, но тех кого они любят. И раньше бы Сокджин начал ругать ее за необдуманные действия, но не мог сейчас, осознавая собственные чувства к такому же человеку. Ангел, слыша в ответ только молчание и понимания все по взгляду, разозлилась ещё больше. — Ненавижу! Ненавижу тебя! Это все из-за тебя, я уверена! — она кричала и плакала одновременно, смотря на Сокджина с ненавистью. — Всю жизнь ты только и делал что портил все! Я не просила тебя вмешиваться, откуда же ты узнал где я? Зачем демону помогать ангелу?! —Джин продолжал молчать. — Может, это ты все подстроил заранее? Заставил его так поступать со мной? За что ты продолжаешь все это? — Она села на диване и смотрела на него. Джину это надоело. Его глаза засветились зелёными и девушка затихла. Он заменял ее воспоминания. — Все было так как скажу тебе я. Это я все подстроил и делал все те ужасные вещи с тобой. Твой возлюбленный пал в схватке со мной за твою свободу. Его душа будет мучатся в аду столько, пока твои крылья не отрастут вновь. А после, от души не останется ничего. — Джин надел маску жестокости и безразличия, с издевательской ухмылкой. Намджун понимал, что Сокджин делает. Но кажется, никогда не поймет для чего. Теперь в ее воспоминаниях все это делал Сокджин. Ее возлюбленный герой, а он как и всегда, остаётся злодеем. Щелчок пальцев, и все заканчивается вновь. Девушка больше не плакала, но была в ярости. Она опустила голову и когда Сокджин захотел подойти ближе, она дала ему сильную пощечину. Казалось, ее было слышно даже в другом зале. — Ненавижу... Я всем сердцем ненавижу тебя и буду мечтать о твоей смерти. Делай со мной что хочешь, но такому монстру как ты достанется по заслугам. — Джин посмотрел на нее нечитаемым взглядом, немного грубо хватая ее руку. — Не забывайся, кто перед тобой. Третий демон ада и похоти. Ещё раз сделаешь что-то подобное, будешь жалеть что появилась на свет. — Его голоса испугалась даже ангел. Щелчок пальцев и ангел исчезла. Джин ещё минут двадцать просто смотрел в пол, пока их не отвлекли демоны, решившие открыть дверь. Они смотрели со страхом и молчали, ведь видели ангельскую кровь на диване. Всем было известно, что трогать ангелов было равносильно началу войны. Помощница тут же погрузила всех демонов в синее пламя, стирая память уже им. — Сегодня, его высочество третий принц ада, вырвал крылья ангелу, что посмел встать на его пути. Запомните это уроком на будущее. Он не пожалел свою младшую сестру за то, что перешла ему дорогу, думаете он будет благосклонен вам? Выполняйте лучше свою работу, если не желаете оказаться на их месте. А сейчас, оставьте нас. Это приказ. — Джин щёлкнул и все демоны снова начали смотреть на них. Воспоминания были изменены, а вместе с ними вырос страх ослушаться самого Сокджина. Они уже были дома, в церкви Сокджина. Никто не сказал и слова с того момента, но Намджун решил разрушить это молчание. — Сокджин... Для чего ты это сделал? — он говорил мягко, боясь задеть демона. На его лице трескались маски за которыми он мог спрятать раньше свои чувства. Последними были объятия человека, этого хватило чтобы Джин открылся. Хоть и немного, но этого было достаточно. — Ангелы могут умереть от безответной любви. Ей было бы гораздо больнее, если бы в воспоминаниях остались те ужасные вещи. И я заменил их на другие, чтобы она думала по другому. — Но зачем? Зачем ты выставляешь себя в плохом свете перед теми кого на самом деле любишь? Для чего берешь чужие ошибки и грехи на свой счёт? — После его слов, Джин усмехнулся. Болезненно, но с иронией над самим собой. — Ты слышал ее слова ещё до моего вмешательства. И чем оправдывать себя, я лишь дал ей желаемое. Разве не так? — Он посмотрел на Намджуна, заглядывая в его глаза. И Намджун понял, насколько демон был прав. — Вы тоже всегда это делаете. Вините во всех своих грехах других людей, демонов, да кого угодно, кроме самих себя. Чем же это отличается от того как вы оправдываете все своей верой? — Джин отстранился от него. — Человек никогда не сможет понять. Намджун и не спорил. Этого он действительно не понимал. И единственное, что его интересовало больше всего, так это реакция ангела на смерть своего мучителя. Эта мысль сменилась другой слишком быстро и Намджун слишком резко задал вопрос. — А как бы поступил ты? Неужели, так же глупо защищал меня от других даже после таких ужасных поступков? Ты ненавидишь того кто сделал с твоей сестрой такое, но терпел бы такое по отношению к себе? — Намджун смотрел прямо в глаза, сталкиваясь с сильным удивлением на лице Джина. А после, его встретила теплая улыбка и взгляд не скрывающий тоски. — Я ведь говорил. Что бы не произошло, я всегда буду на твоей стороне. И не прощу никого кто посмеет навредить тебе. — Сокджин мягко коснулся его щеки, начиная поглаживать ее. — Но... Если именно я сделаю тебе больно? — Намджун боялся именно этого. Улыбка не менялась даже после его слов. — Я уже отдал тебе своё сердце. А что будет уже после, меня не волнует. Если это только сделает тебя счастливым, я готов на все. Намджун осознал только сейчас. Сокджин не глуп и не наивен как его сестра. Но, почему же тогда он поступает так безрассудно? Ему страшно... Страшно что однажды они окажутся на месте тех, кого раз и навсегда разлучили сегодня. Нет, его страх не в мучительной смерти по заслугам. Ему страшно, что Сокджин даст зайти ему так далеко из-за своей любви. Осознание что вся жизнь дорогого сердцу демона находится в руках изменчивого человека, тяжёлым камнем лежит на нем. Один неверный шаг – и он потеряет слишком многое для него. Donec semper quam accidit nobis vereor maxime vitandus ... К сожалению то, чего мы боимся больше всего и пытаемся этого избежать, всегда случается именно с нами...