Girl on fire.

Когда меня сбила машина, все винили в этом меня. Мол, почему не следила за дорогой, отстала от родителей, ужасно вела себя в этот день вот тебя и наказал Бог. Поначалу я билась за себя, говоря что я не виновата, надо было за мной следить и держать меня в поле зрения. На самом же деле, я ничего не видела. Мои глаза укрыла очередная пелена слез, Она же и мешала мне предотвратить этот «инцидент». Но потом я в правду начала верить всем что виновата я, винила себя в этом, прося у всех прощения за свой скверный характер. Конечно я попала в больницу, как же без этого. Естественно я выжила. Нормальная, жизнерадостная часть меня говорила " боже, женщина, что ты творишь? Разве тебе так уж сильно хочется сдохнуть? Подумай о родных, друзьях, о своей собаке в конце концов». Но другая моя стороны, более депрессивная говорила: " Разве тебе не надоело это все? Серьезно, если бы тебя уважали, любили бы в этой семье, то обязательно защитили бы от этого автомобиля, не заставили бы тебя в очередной раз плакать. Подумай об этом». И я думала. Кароче, я выжила. К сожалению. Да, да, я все-таки решила немного пожить. Вы наверно скажете, что моему мнению тут не место, ведь выживу я или нет зависит только от масштаба трагедии и от моего тела. Но я верила что и моё мнение не останется без внимания. -Дорогая как ты? , — это была не моя мама. Она никогда не назвала меня так ласково. Никогда. Я пробормотала что то не членораздельное. — Ничего страшного, скоро это пройдёт, — Прошептал мне ласковый голос медсестры. Я и раньше была в больнице и слышала такой поддельно-ласковый тонн. Он мне никогда не нравился. Как и больницы. Да боже, кому вообще нравятся больницы? Вряд-ли найдётся такие люди. И я снова уснула. На следующий день я чувствовала себя намного лучше. Спасибо медсестрам которые не поленились залить мне в кровь чуть ли не литр глюкозы. Это отвратительно, чувствовать у себя в вене иглу от капельницы. Наконец мне принести завтрак предварительно спросив о моей самочувствии. Оно было хреновое. Зато намного лучше чем вчера. Решив что сейчас мне срочно нужно что нибудь нарисовать я взяла ручку для заполнения каких-то бланок и собственно саму бланку. Когда я дорисовала свой шедевр ко мне в палату ворвалась смуглая девчонка с сумасшедшими глазами. Это была моя лучшая, пусть немного и двинутая подруга Трина. — О боже, боже, боже, я тебя убью, пока ты сама окончательно себя не добила! Почему ты постоянно попадаешь в неприятности? — Мне кажется она слишком перевозбуждена, ей бы успокоиться. — Эй, я не виновата! Этот козёл на Ягуаре давно пытался меня сбить, — так и есть. Я давно замечала его поблизости со мной, везде где бы я не была. — Пф, не говори чушь, кому ТЫ сдалась? — Это конечно была шутка, но мне стало немного обидно. Разговор пришлось прекратить, в палату принесли таблетки и ждали пока я приму все. Честно, они были отвратительны. Как таблетки, так и доктора. Все с фальшивыми улыбками. Даже таблетки-фальшивки, они совсем не помогали.

Просто чтобы вы знали, я никогда не улыбаюсь. Ведь как говорится, смех это не попытки тела показать людям что ты счастлив, а инстинкт самосохранения. То есть ты говоришь человеку что не опасен, мол «эй, не убивай меня». А мне надоело убеждать всех что я не опасна, ведь все знают что я немного двинутая, «шизанутая», как меня называют. Ну или как поется в песне " мы будем улыбаться как дети когда придет время умирать». Я давно жду это время, жизнь так наскучила. Вам может показаться что я очень депрессивный подросток, но так и есть. Простите, ничего не могу с этим поделать. Так же многие думают что я безсердечна, никого не люблю и вообще ужасный человек. Но боже, как же они ошибаются. У меня очень большое сердце, запомните это.