Радуга после грозы

— Ты думал, что я ненавидел тебя все это время?! Да я с первой секунды нашей встречи тебя полюбил!   Слова Драко звоном отдавались в ушах Гарри. Поттер был настолько шокирован, что чуть не выпустил ладони Малфоя из своих рук. Уцепившись пальцами сильнее за Драко, Гарри сверху вниз смотрел на Малфоя глазами полными удивления. — Почему ты говоришь мне об этом только сейчас? — Хрипло выдохнул Гарри, стараясь вместить в шелест своего голоса все свое недоверие словам коллеги. — Как всегда издеваешься? — Повысил голос Поттер.   Конечно, Гарри понимал, что Драко не шутит и не измывается над ним. Слишком глупо творить подобное, когда находишься на волосок от смерти, даже если твой школьный враг рядом и глумиться над ним входит в перечень вещей, которые доставляют тебе радость.  — Мерлин, Поттер, какой же ты тугодум, — хмыкнул Малфой и на мгновение наклонил голову, заглядывая вглубь пропасти, которая разверзлась под ним. — Давай будем честны: я трус. Я чертов трус. И всю жизнь им был. Дурацкая бездушная кукла, повинующаяся отцу. Да, я стал аврором, но это, в сущности, не прибавило мне сил и смелости, — Драко продолжал смотреть в бездну, а в голосе его звучала глухая печаль. — Поэтому я боялся сказать тебе, тянул, понимаешь? — Малфой поднял голову и всмотрелся в зеленые глаза Гарри, тяжело дыша. Во взгляде Драко не было привычного презрения, лишь боль, отчаяние и… обожание, — Я отталкивал эти чувства, боролся с ними столько лет. Я поливал тебя дерьмом, душил издевками, я пытался превратить твою жизнь в Ад, потому что в него ты превратил мою, — Гарри слушал внимательно, впитывая каждое слово, каждую эмоцию, звучавшую в голосе Драко. — Но потом я смирился и принял мою чертову любовь к тебе. Отпусти меня, Поттер. Я не смогу жить с осознанием того, что я не нужен тебе, — Малфой попытался высвободиться.  — НИ ЗА ЧТО. — Поттер подтянул Драко еще к себе, проклиная сложившуюся ситуацию.   Гарри проклинал это гребанное задание, проклинал вампиров, проклинал свою сломанную ногу, проклинал собственную волшебную палочку, которую во время боя выбили из рук Экспеллиармусом, проклинал Рона и других напарников, которые сражались где-то далеко в клубах дыма от Адского пламени, Бомбардо и других заклинаний и не слышали его зова. Проклинал Малфоя, которого угораздило чуть не рухнуть в пропасть, и который так дерзко признался ему в любви.   Поттер еще раз позвал Уизли. Руки затекли и уже еле держали Драко. Но Гарри вцепился в напарника мертвой хваткой. Он не позволит Малфою погибнуть! И не потому что Драко член его отряда или просто человек, а потому что Гарри не сможет жить без него. Просто элементарно не сможет.   После признания Малфоя перед глазами Гарри пронеслась вся школьная жизнь, война. Все моменты, связанные с Драко. Неужели эти ненависть и неприязнь были настоящими? Искренними? Неужели Гарри был готов сделать все, чтоб вставить палки в колеса Малфою? Почему-то сейчас Поттер верил в это с трудом. Почему-то сейчас Гарри казалось, что он просто неправильно расценил свою одержимость Драко, свою жажду внимания от треклятого слизеринца.   Гарри долгое время не знал ничего о любви и, вообще, большую часть жизни прожил в одиночестве и ненависти. Чужой ненависти к себе. Но потом, Поттер узнал, что такое общение, дружба, счастье, и все стало налаживаться. Гарри стал забывать, какого это быть никому ненужным. Он влюблялся сам, любили его, Поттер стал совершенно обычным человеком. Так, по крайней мере, казалось ему самому. Но сейчас… Гарри вдруг понял, что травмы прошлого не так-то просто пережить. А особенно тяжело, если эти травмы прямиком из детства. Гарри так и не понял самого себя и не научился разбираться в своих чувствах. Он, как и любой нормальный человек, принимал свои эмоции за чистую монету, не понимая, что порой все намного сложнее и запутаннее. Вот этим "сложнее и запутаннее" и были чувства Гарри к Драко. Это была больше, чем ненависть, многим больше. Это было что-то, что заставляло Поттера возвращаться к Малфою любыми способами, требовать от него реакции на свою жизнь. Сейчас Гарри понимал, что даже в моменты, когда он мечтал о том, чтобы Драко отстал, не был серьезен сам с собой до конца. Возможно, иногда Поттеру хотелось, чтоб Малфой на время перестал маячить перед носом, но Гарри точно уж никогда не хотел, чтоб Драко попадал навсегда. Потому что чертов Малфой, как воздух, без которого нереально жить. Его подколы, издевки и все-все-все — это то, что Гарри всегда было необходимо. Нет, на самом деле, Поттеру необходимо было все, что было связанно с Драко, пусть это были насмешки и злословие в сторону Золотого Мальчика.   Поттер наконец понял, как сильно он ошибался… Понял это чуть ли не в самый последний момент. Тогда, когда Драко почти не жилец.  — Отпусти…  — Я же тебе сказал, никогда и ни за что! — Рыкнул Гарри в ответ Малфою. — Сейчас, я еще раз поднапрягусь и тебя затяну.   Сам Гарри не верил в то, что сможет сделать это. Тело после тяжелого боя с вампирами болело, как ненормальное, еще и нога, которая теперь болталась как не своя и вообще стала балластом. Поттер рыскал глазами в надежде найти что-нибудь, что могло бы помочь им спастись, мысли его дикими птицами бились в мозгу, как в клетке. Гарри уже не мог кричать, лишь хрипел, потому что сорвал голос. Но, тем не менее, Поттер не собирался сдаваться.  — Я не могу, дай мне умереть спокойно наконец, Поттер! — пробормотал Малфой после очередной неудачной попытки (которая сопровождалась пыхтением и стонами боли) Гарри вытащить Драко из пропасти.   Поттер заворчал что-то в ответ. Малфой, несмотря на страх смерти, дивился тому, сколько в помятом и побитом Поттере сил, ведь он уже столько времени держит на весу взрослого человека. Драко понимал, что не выживет, иначе бы ни за что не рассказал Гарри о своих чувствах. Потому что они мерзкие и низкие. Они просто не достойны Гарри.   Драко попытался выдернуть руки из хватки Поттера вновь. Но Гарри, видимо, начал слабеть и скользнул ниже. Поттер перегнулся через край обрыва и уже по пояс находился в пропасти. Драко был слишком тяжелый, так еще и теперь половина веса Гарри была направлена в глубину каньона. Падения нельзя было избежать.   Драко закричал и яростнее забрыкался, пытаясь пока не поздно высбодиться из хватки Поттера. Гарри вновь издал звук, подобный рыку льва, понимая, что у него не хватит сил выдернуть Малфоя наверх и самому нырнуть в лапы смерти вместо напарника.  — ГАРРИ, НЕТ! — Первый раз в жизни Малфой назвал Поттера по имени. Первый раз за шесть лет учебы в Хогвартсе, за пять лет обучения в Академии Авроров и за три года работы в Аврорате. Гарри сразу отозвался и посмотрел в серые глаза Драко. Второй одними губами, в дичайшей панике прошептал "нет", и они оба рухнули в обрыв.   Гарри не знал сколько им осталось до встречи со скалистым дном пропасти, потому что секунды растянулись, превратились для него в часы. Тело, которое ранее было до предела напряжено, сначала резко расслабилось, а потом мышцы вновь затвердели, готовясь к падению. Ветер шумел в ушах, смерть была вновь близка к двум аврорам, но для Гарри перестало существовать все, кроме глаз Малфоя. Полные ужаса и паники, серые, словно грозовые тучи, они горели в темноте. Поттер не выпускал ладони Драко из своих рук, ненавидя себя всей душой. Ну почему? Почему все произошло так поздно? Почему Гарри такой дурак?! Поттер, казалось, забыл как дышать, нервы натянулись, а адреналин вновь плеснул в кровь. Сейчас Гарри мечтал лишь об одном. И он не перенебрегнул возможностью исполнить свое желание.   Рывком Гарри притянул к себе Драко и коротко поцеловал. В первый и последний раз, а потом тихо-тихо прошептал:   — Я, блять, оказывается, тоже тебя люблю.   После тело каждого буквально взвыло от боли, и все заволокло густой темнотой. Гарри и Драко провалились в пустоту, провалились в вечность.