Радуга после грозы

Гарри подскочил на кровати. На секунду Поттеру показалось, что ему приснился странный сон. Это задание, чувства Малфоя… все было каким-то далеким и нереальным. Но белые стены, по всей видимости, Святого Мунго и размытые лица Гермионы и Рона рядом свидетельствовали о действительности произошедшего.   В тот момент все, о чем мог думать Поттер это: жив ли Малфой? У Гарри в груди что-то оборвалось. Он в панике заозирался по сторонам.  — Гарри, все нормально, ложись… — услышал Поттер Гермиону.  — Где Драко?!  — Да вот он, твой Драко, — передразнил друга Рон и, хмыкнув, указал на кровать, на которую Гарри еще не посмотрел. — Накрылся с головой и спит. — Уизли скрестил руки на груди.   Гарри облегченно выдохнул и, глупо улыбаясь, плюхнулся обратно на подушку. Он заметил на краю тумбочки свои очки. Поттер взял их и нацепил на нос, обретя четкую картинку перед глазами.   Гермиона проследила за действиями Гарри, а потом взглянула на Рона. Несмотря на то, что Поттер не видел выражения глаз подруги, по лицу Уизли можно было понять: они все знают. Гарри в ужасе заморгал и подавил в себе желание поступить как Малфой: натянуть одеяло до макушки. Гермиона повернулась обратно к Гарри, явно собираясь что-то спросить.  — А почему мы живы? Я думал, что мы погибли! — неожиданно выдал Поттер, натягивая одеяло до подбородка.   Гермиона с Роном вновь обменялись понятными только им двоим взглядами.  — Ну, в общем-то, я вас спас, — пожал плечами Рон. — Ты, дружище, просто верещишь на редкость отменно. Сразу я броситься на помощь не мог, потому что эти вампирюги, сволочи…— Уизли опустил руки и угрожающе сжал кулаки. — Ладно, не об этом. Ну так вот. Я сшиб одного с ног и ринулся туда, откуда слышал твои крики. Вы с Малфоем уже красиво летели на дно пропасти, я в последний момент успел заклинание в вас кинуть, и вы застыли в воздухе… Слишком резко, наверное… — Теперь, Гарри понял, почему в момент перед отключением было так больно. — Ну, а дальше дело за малым, — договорив, Рон улыбнулся, явно довольный собой.  — И ты все видел? — Глухо уточнил Гарри.   Рон кивнул, расплываясь в гаденькой ухмылочке. Гермиона цокнула языком.  — Гарри, — подруга нащупала под одеялом руку Поттера и сжала ее, — ты ведешь себя, как дитя малое. Конечно, мы с Роном не будем осуждать тебя за эти чувства! Да, мы, честно сказать, удивлены… и это мягко сказано, но, тем не менее, ничего против мы не имеем. Так ведь? — девушка повернулась к Уизли. Тот утвердительно кивнул. Улыбка его вновь стала дружелюбной и открытой.   Гарри вздохнул, а с плеч его свалился тяжкий груз. Поттер знал, что Грейнджер поймет и примет его, а вот в Роне, если говорить на чистоту, он уверен не был. Как минимум, потому что Уизли отличался не только невероятной пылкостью характера (что далеко не всегда оборачивалось в его пользу), так еще и в придачу он был тем человеком, что при любых обстоятельствах придерживается своих принципов. Собственно говоря, поэтому, несмотря на немалый срок работы вместе, Рон и Малфой держали между собой лишь хрупкий нейтралитет. Хотя, учитывая нрав Уизли, такой вариант был вполне неплох. Но Гарри был убежден в том, что дальше просто-косых-взглядов в сторону Драко, Рон заходить не готов. А тут… Конечно, Уизли не ограничится обычными пожеланиями счастья и любви в отношениях. Он будет еще долго в шутку ужасаться тому, что случайно увидел, когда спас двоих своих напарников, но в глупые детские игры с обидами и оскорблениями Рон играть не будет, по всей видимости. И это несказанно радовало Гарри. Поттер улыбнулся друзьям. Кто бы мог подумать, что все так обернется?  — А спасибо сказать не хочешь? — Поинтересовался Рон. — Хотя за что? Я же всего лишь тебе и твоему голубку жизнь спас. — Уизли состроил весьма обиженное лицо и отмахнулся от Гарри. Поттер понимал, что друг язвит, поэтому лишь улыбнулся, а следом отбросил одеяло с груди.  — Спасибо. Правда, Рон, спасибо. Мы бы погибли если бы не ты. — Это была искренняя благодарность другу, который в очередной раз спас Поттеру жизнь.   Рон посмотрел на Гарри и смущенно улыбнулся уголками губ. В глазах Уизли плясали озорные искорки — те, которыми когда-то горели взгляды Фреда и Джорджа.   В палату постучали. Дверь приоткрылась, показалась молоденькая колдомедсестра в неизменно зеленой мантии. Она везла перед собой тележку, гремящую колбочками с зельями.  — Можно? — спросила девушка. Трое не спящих кивнули.  — Ладно, Гарри, мы пойдем. — Сказала Гермиона с нежностью в голосе.  — Пока, дружище, поправляйся. — Рон, наклонился и осторожно пожал руку Поттера. Почему-то именно сейчас Гарри почувствовал как ноет измученное тело.   Друзья вышли из палаты, а колдомедсестра подошла к кровати Гарри. Он подозрительно косился на зелья, думая какое из них его заставят выпить.  — Я просто очень неуклюжая, постоянно отвлекаюсь, а зелья куда-нибудь или в кого-нибудь врезаются, — пробормотала девушка, краснея. Она, видимо, подумала, что Гарри так уставился на тележку, потому что был удивлен ее присутствием.  — Понимаю, бывает, — кивнул Поттер.   Когда с Гарри было покончено, медсестра отошла к постели Малфоя. Поттер, морщась и соскабливая зубами с языка остатки противного на вкус зелья, следил за колдомедсестрой. Девушка неуверенно позвала Малфоя. Тот не отозвался. Тогда колдомедсестра наклонилась к Драко и прислушалась.  — Спит. — вынесла вердикт она.   «Неужели правда?» — подумал Гарри. Девушка поставила несколько колбочек на тумбочку рядом с кроватью соседа Поттера.  — Кхм, Мистер Поттер, если Вам несложно, не могли бы Вы попросить Мистера Малфоя выпить это, — девушка указала на зелья, — когда он проснется, разумеется?  — Конечно, без проблем, я скажу ему. — Гарри улыбнулся, а колдомедсестра смутилась.   Предупредив о том, что придет еще один специалист ближе к вечеру для осмотра, медсестра ретировалась. Гарри наконец смог выдохнуть.   Он потянулся на кровати и негромко простонал, чувствуя боль во всех мышцах. Зато, некогда сломанная нога сейчас была здорова, в этом Поттер уверен. Он приподнялся на локтях и посмотрел в сторону Драко. Тот так и не пошевелился. Гарри решил не трогать напарника, поэтому вновь развалился на постели.  Наконец Поттер мог спокойно поразмышлять над всем произошедшим. Он не знал сколько они с Малфоем тут пролежали, и его это ни капельки не тревожило. Зато, очень волновало признание Драко. Вспоминая слова Малфоя, Гарри чувствовал, как на руках и спине выступают мурашки. Он и предположить не мог, что кто-то может любить его настолько сильно. И, конечно, не мог предположить что этим «кем-то» будет являться Драко Люциус Малфой. Голова у Гарри шла кругом. Просто бред какой-то!   Поттер зажмурился. А ведь всего этого могло бы и не быть! Под «всем» он имел ввиду внутренний раздрай, который мучал его сейчас. Гарри одновременно было и радостно, и как-то странно, непривычно, но при этом комфортно. Так, будто все правильно. Поттер понятия не имел, когда их с Драко вражда перетекла во влюбленность. Ведь даже на работе они соревновались во всем! А теперь… Гарри не понимал, как он мог так ошибаться все это время. Но благодарил Мерлина за предоставленный второй шанс. Небеса будто решили, что хватит с Поттера мук и буквально воскресили его, дали новую жизнь, ту, которую он попробует прожить с Малфоем. Ай да Рон! Ведь если б не он, — теперь в понимании Гарри не иначе как посланник Мерлина — то Поттер бы проиграл эту борьбу за свое счастье. И главное, за счастье Драко.    Гарри хмыкнул, думая и о том, какое же порой доброе дело делает адреналин вкупе с последними минутами жизни.   Гарри окинул взглядом палату. Большая и просторная, со всеми удобствами (и ванной в том числе), и, что очень славно, двухместная. В пристукнутой голове Поттера возник один план. Он улыбнулся сам себе. Что там Малфой говорил? Не сможет жить, зная, что он не нужен Гарри? Ну вот сегодня Поттер выяснит, как Драко заживет, зная, насколько сильно Гарри в нем нуждается.  Малфой проспал до самого вечера, и к тому времени Гарри уже успел заскучать. Он подремал, посчитал плитки на потолке, поел, подумал. Но, как ни странно, больше всего Поттер придавался мечтам об их с совместной жизни с Драко. И постоянно ловил себя на мысли о том, что если бы кто-то вчера утром сказал ему, что он сегодня будет грезить о Малфое, то Гарри бы, не думая, запустил в этого шутника Ступефаем.   Пришел колдомедик и наконец разбудил Драко. «Спящая красавица» — подумал про себя Гарри, глядя на то, как Малфой с трудом разлепляет глаза. В животе Поттера порхали глупые бабочки, а ощущение правильности происходящего не покидало его. Ситуация и чувства перестали казаться такими абсурдными, и Гарри это радовало. Оставалась лишь любовь, которая спустя столько лет наконец пробилась сквозь толщу ненависти и других неправильно понятых чувств.   Пока колдомедик осматривал Драко (Гарри он уже проверил) и следил за тем, как тот пьет зелья, Малфой ни разу не глянул в сторону Гарри. Поттера это, конечно же, разозлило. Столько лет, а ума по-прежнему нет. Гарри не сводил взгляда зеленых глаз с предмета обожания. Он плотно сжал губы и напрягся всем телом.    Колдомедик сказал, что с Драко тоже все в порядке. Они подержат их обоих еще денек, чтоб удостовериться в том, что все хорошо и выпустят из Святого Мунго полностью здоровыми. Малфой сдержанно поблагодарил врача. А когда мужчина покинул палату, пожелав пациентам спокойно ночи, то Драко опять отвернулся от Гарри, и вновь собрался накрыться одеялом с головой.  — Стоять. — Командный голос заставил Малфоя замереть.  — Чего тебе, Поттер? — Выплюнул Драко. — Хочешь поиздеваться? — Намек был понят, и Гарри обрадовался тому, что Малфой не пытался сделать вид, что ничего не было. Голос бывшего слизеринца был пронизан презрением, но теперь Поттер знал, что все это напускное.   Вместо ответа Гарри встал с кровати и подошел к постели соседа. Он уселся на краешек и нежно погладил Драко по спине. Поттер почувствовал, как тело под его ладонью напряглось, но Малфой, на удивление, даже не пытался сопротивляться. Наоборот, он отбросил одеяло, и теперь рука Гарри гуляла по атласной ткани пижамы Драко. Бедняга явно устал бороться с чувствами, сидящими глубоко внутри.  — Ты забыл, что я тебе сказал? — наклонившись к уху Драко, прошептал Поттер, расстягивая губы в ухмылке.  — Что ты мне сказал? — Голос Малфоя звучал совсем не как обычно. Драко обернулся и вопросительно посмотрел на Гарри, находясь в откровенном замешательстве. Рука Поттера скользнула под пижамную рубашку Малфоя. Он продолжал ладонью нежно-нежно поглаживать то лопатки, то позвоночник, то поясницу Драко.  — Что я тоже люблю тебя, — усмехнулся Гарри и поцеловал Малфоя в губы. Второй сначала опешил, но потом, чувствуя как язык желанного Поттера врывается в рот, собрался с силами и ответил на поцелуй.   Драко, который в талии был буквально перекручен, и Гарри, согнувшийся в три погибели. Не очень-то удобно. Но никому из них столь некомфортная поза не мешала целоваться, наоборот: то, что началось с нежности, отдающей отчаянием, превратилось в всепоглощающую, неподдельную страсть. Малфой запустил пальцы в непослушную шевелюру Поттера. Он, наслаждаясь поцелуем, то массировал кожу головы Гарри, то оттягивал черные пряди волос. Наконец Поттер будет весецело принадлежать Драко, и осознание этого рвало Малфоя на кусочки. Борьба закончена. Причем борьба не только против Гарри, но и против самого себя.   Драко еле оторвался от Поттера, он тяжело дышал и внимательно смотрел в глаза Гарри так, будто пытался угадать ход мыслей Поттера.  — Почему я не помню твоего признания? — Чуть погодя спросил Малфой. Гарри в ответ пожал плечами.  — Наверное, тебе было просто не до этого в тот момент, — усмехнулся Поттер.   Драко скривился, мол, опять ты, Поттер, издеваешься, и притянул Гарри к себе. Вновь поцелуй. Вновь жаркий, заставляющий кровь буквально бурлить в венах, пальцы на ногах поджиматься, а член вставать. Малфой что-то протяжно и негромко простонал, а Гарри, чувствующий, что еще немного ему осталось до полной потери контроля, вдруг резко остранился. Драко вновь застонал, теперь уже разочарованно, не понимая почему Гарри сделал это. Поттер метнулся к своей кровати и нашарил на тумбочке палочку. Он швырнул в дверь запирающее и набросил на палату заглушающее, а потом взмахнул палочкой и почти все свечи, парящие в воздухе, потухли. Через секунду, Гарри уже вновь был у постели Драко. Малфой, вдруг сообразивший что к чему, решил не тратить время зря и устроился поудобнее. Он уселся так, чтобы им с Поттером обоим хватило места. Гарри скользнул к Драко и припал губами к бледной, тонкой шее аристократа.  — Ох, Поттер… Гарри… — бормотал Малфой, чувствуя как Гарри поцелуями исследует его шею.   Пальцы Поттера вновь ласкали Драко, только теперь спереди. Они скользили по плоскому животу, груди, испещеренной шрамами от Сектумсемпры. А Гарри все продолжал выцеловывать шею Малфоя, то аккуратно и почти невесомо, то по-животному напористо, прикусывая нежную кожу. Поттер спускался ниже. Лишь на момент он вытащил руку из-под рубашки Драко, чтоб начать расстегивать ее верхние пуговицы. Малфой опять ерошил темные волосы Гарри, пропуская короткие и удивительно мягкие пряди меж пальцев. Поттер поцелуями спустился ниже. Он устроился между ног Драко, чтоб в случае чего дотянуться до любого желаемого места. Гарри пальцами правой руки коснулся натянутых в паху пижамных штанов Малфоя, заставив Драко приглушенно зашипеть. Поттер хмыкнул и вернулся рукой к пуговицами на рубашке, а губами к белоснежными ключицам. Малфой ладонью скользнул вниз, провел пальцами между лопаток Гарри и сжал футболку Поттера в кулаке, в момент когда Гарри прикусил кожу. Потом Драко потянул ткань футболки наверх и, заставив Поттера оторваться от него самого, обнажил торс Гарри.   Малфой хрипло выдохнул, в интимной полутьме разглядывая крепкую грудь, темные соски, едва прорисовывающиеся кубики пресса. Он с неописуемым восторгом огладил сначала плечи, потом грудь Поттера, задел пальцами соски и спустился ниже. Гарри, не шевелясь, наблюдал за действиями Драко с ухмылкой на лице.  — Ты превзошел все мои ожидания, Поттер, — сказал Драко на очередном выдохе.  — Вот только не говори, что не пялился на меня, когда мы были в душе! — Хриплым от возбуждения голосом пробурчал Гарри, не представляя как Драко в такой момент может отвлекаться на какие-то глупые разговоры.   Выдержки Поттера хватило не намного, поэтому он опять прижался губами к губами Малфоя. А проворные пальцы бывшего гриффиндорского Ловца разобрались с оставшимися пуговицами. Глубокий французский поцелуй, спустил последние тормоза, в голове Гарри стерлось все, кроме желания обладать гребанным Драко Малфоем.    Поттер пощипывал соски Драко, от чего тот мычал в рот Гарри. Он массировал кожу Малфоя, оглаживал бока, поясницу, а потом неожиданно припал губами к шрамам от заклинания, которое некогда сам запустил в Драко.  — Ты изуродовал меня! — усмехнулся Малфой, чувствуя, как Гарри нежно-нежно и с любовью целует белесые полосы на груди, животе. Драко буквально разрывало счастье, потому что он так давно мечтал об этих поцелуях полных ласки и самых теплых и возвышенных чувств. Мечтал об этой безудержной похоти, страсти, которые столько времени не находили выхода. Грезил, ждал и наконец дождался.  — Я сделал тебя более мужественным, — с трудом проговорил Гарри. Драко хохотнул, мол, не поспоришь. Самому Малфою тоже уже непросто было формулировать свои мысли, поэтому он решил отложить распри на эту тему, на потом.   Тем временем, Гарри поцелуями добрался до резинки штанов Драко. Поттер поднял голову и посмотрел на раскрасневшегося и возбужденного Малфоя снизу вверх, почувствовав, как от такого зрелища член затвердел еще сильнее. Гарри игриво провел по шву на штанах Драко, чуть надавливая. Малфой вновь застонал и закусил губу, прикрыв глаза.  — О, Мерли-и-и-ин, Поттер, не тяни, прошу, — промычал Драко.   Гарри, довольный реакцией, усмехнулся и аккуратно стянул с Малфоя штаны вместе с трусами. Сам Драко скинул с плеч рубашку и, сходя с ума от желания, воззарился на Поттера.   Гарри языком легонько коснулся красной головки члена партнера, Малфой всхлипнул. Поттер аккуратно и медленно лизнул, а Драко негромко заскулил.  — Т-ты… очень любишь м-меня муч-чать… д-да, Поттер?..  — Нет, мне нравится доставлять тебе удовольствие, Драко, — хмыкнул Гарри, а Малфой простонал, наслаждаясь тем, что Поттер зовет его по имени. Рука бывшего слизеринца вновь скользнула в волосы Гарри.   Поттер, решив, что правда пора переставать дразнить Малфоя, вобрал в рот член Драко наполовину. Малфой всхлипнул и несильно надавил рукой на голову Гарри. Поттер ухмыльнулся про себя и продолжил заглытывать член Драко, пытаясь расслаблять горло и сдерживать рвотные позывы.    Малфой что-то прошептал на французском, а Гарри даже не понял, что Драко говорил на другом языке. Он знал одно: этот болтун явно сказал что-то про удовольствие, потому что когда парень, в которого ты влюблен, держит твой член во рту и неуверенно касается языком ствола на манер щекотки, говорить про что-то другое, на любом языке, было бы глупо.    На глазах Гарри выступили слезы, но он с упорством, на которое способен только истинный гриффиндорец, продолжал делать не очень умелый, но чувственный минет. Благо, член Драко был средней длины и не очень толстый. Такой аккуратный, красивый и, как после сказал бы Гарри, по-настоящему аристократичный!   Поттер дошел до осонования, и Драко протяжно застонал. Гарри замер, привыкая к новым ощущениям.  — Двигайся, — буквально прорычал Малфой, сходя с ума от возбуждения.   Гарри вскинул брови, удивляясь тому, как Драко быстро обнаглел.   Дальше Поттер мало, что помнил. Драко в какой-то момент начал просто трахать его рот, а Гарри получал от этого странное удовольствие. Наверное, дело было в том, что он балдел от того, что было хорошо Малфою.   А Драко правда было охеренно. Просто невозможно охеренно. Рот гриффиндорца, который некогда своими словами доводил Малфоя до иступленной злости, теперь буквально принадлежал ему, Драко. Эти губы, которые Малфой столько мечтал поцеловать, теперь так соблазнительно обтягивали его член. И такое превосходство над Поттером, Драко искренне нравилось.    В один момент, когда Гарри как-то неуклюже провел языком по головке члена и сжал в ладони яички, Драко не выдержал и кончил Поттеру в рот. Гарри чуть остранился от Драко и вытер слюну с подбородка, весело глядя на Малфоя. Когда Драко отпустило, после накатившего оргазма, он чуть не кончил вновь, увидев полуголого Поттера, с красными, опухшими губами, смотрящего на него взглядом полным похоти и вожделения. Драко со стоном притянул Гарри и впился поцелуем в его губы. Только что опавший член, привстал опять.  — Быстро ты, — хрипло сказал Поттер, после того как разорвал поцелуй.  — Что именно? — заплетающимся языком уточнил Драко.   Гарри не ответил. Он повалил Малфоя на кровать, продолжая целовать. Руками Гарри снова мял, сжимал, оглаживал тело Драко, которое отзывалось на каждое прикосновение бывшего гриффиндорца.  — Гарри-и-и, я уже не могу, — прохныкал Драко, чувствуя как невыносимо пульсирует член.   Ну, Поттеру, собственно, большего и не надо было. Он задрал ноги Драко, лежащего на спине, так, чтоб иметь доступ к заднему проходу. Решив использовать вместо смазки слюну, Гарри засунул пальцы в рот и облизал их. В ином случае, Драко бы, наверное, побрезгал, но сейчас, тяжело дыша и умирая от желания, ему было плевать на все. Хотелось только, чтоб член Поттера скорее оказался в заднице.   Гарри ввел один палец, стараясь не торопиться. Драко напрягся и втянул носом воздух. Поттер, сжалившись, огладил стройные бока и подтянутый живот, призывая к расслаблению. На Малфоя это не подействовало. Гарри наклонился и стал покрывать низ живота невесомыми поцелуями. Чуть надавливая, Поттер продолжал проталкивать указательный палец глубже. Переодически с губ его срывалось негромкое «тихо-тихо», направленное на успокоение Драко.   Немного привыкнув к странному дискомфорту в заднем проходе, Малфой слегка толкнулся бедрами вперед. Таким образом, Драко поощерил Поттера к последующим действиям.   Гарри аккуратно просунул второй палец, чувствуя как капельки пота катятся по вискам. Поттер был напряжен не меньше Драко.   Малфой сжал челюсти, чувствуя не просто дискомфорт, а даже боль. Ему и в голову никогда не приходило, что сие действо будет идти именно так. Обычно в мечтах Драко все шло гладко, но на деле процесс был непростым.   Постепенно Малфой привык к распирающему ощущению и даже немного расслабился. Заметив это, Гарри начал медленно вводить пальцы, но тут же раздались задушенные стоны Драко. Поттер продолжал гладить Малфоя, двигая пальцами и очень сильно сдерживаясь. Хотелось взять грубо, без рассусоливаний трахнуть Малфоя. Но Гарри остатками рассудка понимал, насколько это было бы отвратительно по отношению к Драко. Так что, Поттеру оставалось лишь сдувать со лба взмокшую челку, не останавливая работу указательным и средним ни на секунду.   Вскоре Драко совсем попривык и пальцев ему стало мало. Заметив, — нет, почувствовав, — что Малфой готов к большему, Гарри вынул пальцы из зада Драко и скользнул своими губами к губам Малфоя. Хотелось сбросить навеянное напряжение. Целуя Драко с особой развязанностью, Гарри начал стягивать с себя пижамные штаны. Оторвавшись от Малфоя, Поттер снял оставшиеся элементы одежды и откинул их в неизвестном направлении.  — Очки, — напомнил Драко про вещь, о которой сам Гарри совсем забыл. Поттер быстро стянул их и отправил на подоконник.   Жадный и блуждающий взгляд Драко впился в стоящий член Гарри. Малфой облизнулся, а Поттер, заметив это, ухмыльнулся. Драко, приподнявшийся на локтях для того, чтобы разглядеть Гарри, закатил глаза и откинулся обратно на подушку.  — Быстрее, — почти вежливо попросил Поттера Драко.   Гарри, продолжая ухмыляться, повиновался, но пока он поудобнее пристраивался у задницы Малфоя, одно колено Поттера съехало с кровати, и сам он чуть не рухнул на пол. Драко хрипло рассмеялся и, слушая злобное шипение Поттера (он же вроде больше не говорит на парселтанге?), спросил:  — Учишься балету, Поттер?   Гарри, устроившись обратно, усмехнулся и вскинул брови. Яд этого змееныша не переставал сочиться даже в такие интимные моменты, и это вновь изумило мало, что соображавшего Поттера.  — Ты, знаешь ли, тоже, Малфой, — буквально прорычал Гарри и задрал ноги Драко выше.   Малфой ахнул, не ожидая ни ответа (как и на втором курсе), ни такого поворота, а после протяжно застонал, даже скорее захныкал, чувствуя, как головка члена Поттера упирается в его анус.   Гарри медленно и аккуратно толкнулся в Драко и закинул голову назад, прикрыв глаза. Малфой сжался и зашипел, а Поттер на несколько секунд потерялся в ощущениях. Гарри сходил с ума от самого контакта. Он внутри Драко. Это так возбуждает, и сам факт того, что теперь Поттер управляет ощущениями Малфоя лишь подливает масла в огонь. Гарри чувствовал, как пазл, который совсем недавно сложился, укрепился, и их с Драко соединила какая-то неведомая связь, она же сплела их судьбы и жизни. Теперь они всегда будут, как сейчас — одним целым.   Поттер открыл глаза и посмотрел на Малфоя, который зажмурился и нахмурился, стоически выдерживая все неприятное, что выпало на его долю. Поттер мягко и сочувствующе улыбнулся и наклонился, принявшись целовать грудь и плечи Драко.  — Если тебе сильно больно, то ты только скажи и я сразу же остановлюсь, — запоздало прошептал Гарри.  — Ни за что. — сквозь зубы процедил Драко и легонько подался бедрами навстречу.   Гарри, который все это время не двигался и одновременно изнывал от возбуждения, и словил своего рода дзен, с громким выдохом, плавно вошел наполовину длины своего члена. Драко всеми силами старался расслабиться, но напряжение сковало все тело, поэтому он нервно цеплялся руками за плечи Поттера. Капельки пота вновь катались по лбу Гарри, который не позволял себе озвереть и вытрахать бедного Малфоя до потери пульса. И хотя терпение удавалось гриффиндорскому льву очень непросто, оно того стоило.    Ради Малфоя Гарри засунул все свои желания в одно место и готов был остановиться в любой момент, если Драко попросит. Потому что ему самому тяжело было смотреть на то, как Малфою больно. Для Поттера это чувство было чем-то совершенно новым и малоизвестным. Он не считал, что отказ от секса в любой момент это будет эдакая жертва для Гарри. Нет, Поттеру не нужен будет секс, если от него не будет удовольствия Драко. Такие мысли обрывками посещали Гарри в тот момент.  — Мерлин мой, Поттер, что ты встал как истукан, трахай меня давай, — выругался наконец Драко. Гарри, который только недавно обрел легкое напоминание контроля над собой, после этих слов, вновь потерял голову.   Он правда начал двигаться. Но старался делать все так же плавно и аккуратно. Удавалось ему это с трудом. Правая рука Поттера накрыла собой член Малфоя, отчего второй охнул и застонал. Гарри провел пальцами по головке сжал ее, потом спустился ниже и начал отрывисто надрачивать, выбивая из Драко стоны. Одновременно с этим Поттер начал вбиваться в Малфоя, чувствуя как второй по-тихоньку начинает входить во вкус.   Никогда Драко не испытывал столько чувств, ощущений и эмоций враз. Боль, наслаждение, радость — все смешалось в дичайший коктейль, который вместо крови растекся по венам Малфоя. Осознание того, что Поттер правда теперь его целиком и полностью, просто переполняло Драко. Забота, нежные шепот и поцелуи Гарри, который всеми силами пытался облегчить боль Малфоя, доводили Драко чуть ли не до слез. Еще никто и никогда не относился к нему вот так. Сейчас, когда боль поутихла, а пальцы Поттера так сладко сдавливали член, и поцелуи покрывали тело, Драко готов был умереть от счастья. Было слишком хорошо. Слишком.   Неожиданно тело Малфоя содрогнулось, он закусил губу от удовольствия и снова простонал. Гарри понял, что взял нужный угол и, наращивая темп, стал стараться попадать именно в эту точку. Драко стонал, мычал, после координальной смены ощущений. Теперь наслаждение заполнило все, боль даже если и была, то Малфой не обращал на нее внимания. Переодически, Драко, словно в бреду шептал имя Гарри, все так же сжимая пальцами сильные плечи Поттера. Гарри тоже негромко постанывал, кусал губы, сгорая до тла от удовольствия.   И спереди как никогда приятно, потому что Поттер продолжает дрочить, и сзади как никогда приятно, потому что Поттер продолжает трахать. Вот о чем Драко даже не мечтал. Вообще, как оказалось, несмотря на всю свою замороченность, секс в реальности оказался намного более чувственным, приятным и ярким, чем во влажных мечтах Малфоя.   Сбитое дыхание, стоны, шлепки, чувства, ощущения, эмоции — всё закрутилось в водоворот, и Гарри с Драко затянуло в него. Малфой не выдержал первый и кончил второй раз за вечер. На самом пике удовольствия, он простонал имя Гарри — своего мучителя и спасителя. Вслед за Драко содрогнулся и Поттер.  — Я надеюсь, что ты ничем не болеешь, — падая рядом с Малфоем, хмыкнул Гарри.  — Я болею только тобой, — в порыве чувств выпалил Драко.  — Я не это имел ввиду, — хохтнул Гарри, умилясь и чувствуя, что не может нарадоваться своему счастью. — Но я тоже тебя люблю.   Малфой шутку не понял, поэтому и не оценил.   Они смотрели друг другу в глаза, тонули в них. Каждый из парней понял, что теперь все прошлое в прошлом, а впереди лишь будущее, их совместное будущее, никак иначе.  — А вообще, это было потрясающе, — все еще тяжело дыша, пробормотал Драко.  — Согласен. — Закивал Гарри, не отрывая взгляда от глаз Малфоя.   Пальцы их встретились и переплеплись, а сердца стучали в одном ритме.  — А потом, я открою тебе мир магловских сексуальных развлечений и ты вообще умрешь, — заверил Гарри Малфоя, на что второй рассмеялся.  — Умеешь же ты, Поттер, всю романтику похерить. — Усмехнулся Драко и утянул своего Поттера в поцелуй.