Сила в наших слабостях или настоящий Люцифер

Я остался в замешательстве, когда непризнанные покинули факультет Ада. Дерево не исчезло, мелькая перед глазами, будто отпечаталось в моем взгляде призрачной пеленой. Вик... непризнанная - поправил я сам себя - тоже это видит. Кто делает это со мной?.. С нами? Пульсация в висках отдавала болью и досадой. Отцу нельзя об этом узнать, иначе он выбьет из меня всю дурь, подозревая в каком-то сговоре и обвинит в оказании помощи сбежавшим заключённым. — Чёрт. — уже в голос выругался я, и ударил кулаком по одному из стеллажей, из которого, как осколки стекла посыпались книги одна за другой. Пытаясь овладеть собой, я помедлил ещё несколько минут и вернул все книги на места. Ничего не произошло. Непризнанная мне не угроза. Энди я вырву конечности, если он хоть кому-то проболтается о том, что слышал. Я подобрал последнюю книгу, которая мирно лежала на полу чуть поодаль и заметил — это была та самая книга, за которой пришла девушка. Демон поднял её, и книга послушно раскрылась на последней просмотренной странице. Заголовок гласил — " Старые заклинания. Великий Заклинатель". Что она ищет? Это должно быть как-то связано с видениями. Я стоял все на том же месте, погруженный в свои мысли, пытаясь вычислить невидимую красную нить, проходящую сквозь всю эту историю, и почувствовал её энергию. Горячий, сладковатый сгусток энергии будто проник в мои органы чувств. Снова её запах обволакивает своими пряными нотками, заставляет моё тело поддаться соблазну и смягчиться. Она не была слаба, но пока не могла почувствовать, какая сила таилась в ней. Затем я услышал негромкие шаги и резко выпалил: " зачем вернулась? " —Люцифер... я... Вышло грубовато и я заметил её дрожь, но у меня нет выбора. Нужно оттолкнуть её, пока она не... —Непризнанная, я ясно дал тебе понять - между нами ничего нет. Хватит меня преследовать. — быстро заговорил я, стараясь перебить не её, а самого себя, не давая закончить тягостную мысль. Она вдохнула поглубже и продолжила: —Я пришла рассказать тебе о том, что случилось во дворе у сада. Предупредить. — напускной холод в её голосе звучал слишком искусственно. — Я слушаю. — я заглядывал в её глаза, заранее пытаясь найти в них какой-то намёк на то, чего стоит ожидать. — Мою мать заперли в башне вместе с адмироном Винчесто, но ему грозит казнь. —В отличии от Серафима Ребекки, правда ведь? — сорвалось у меня с языка. — Именно так. Они хотят казнить только адмирона. Советник Рондент высказался о том, что Сатана это так просто не оставит. Словно лезвием острого кинжала провели по телу, когда я услышал имя отца. Я невольно сжался в попытке сдержать волну страха и ненависти. — Подумала, ты имеешь право знать. —закончила непризнанная с опаской. Она мне помогает? Или это способ сблизиться? Затащить меня в постель? Мысль о сексе с непризнанной вернула воспоминания о недавнем опыте. Желание опять переполняло меня. В такой близости её запах дурманил. "Не смей, в прошлый раз твоя несдержанность почти стоила ей места в школе, если бы не адмирон... " - мысленно выругал я сам себя и переключился на отца. Если Винчесто казнят, Сатана заявится сюда с войсками Ада. Это безумие. Беспорядочный поток моих мыслей прервало нежное касание девушки. Я глянул на ее руку у себя на плече и демонстративно отдёрнул её: —Ты думаешь, докладывая обо всем, что творится в школе, тебе удастся снова приблизиться ко мне и нарушить запрет? — преднамеренно упоминая о запрете, отметил я, надеясь где-то в глубине, что она ответит, да и "развяжет мне этим руки", которые я сам потуже затягивал. Нет, с её стороны это был поступок, полон заботы и благих намерений. Я понял это, когда увидел гримасу боли и раздражения, за которыми последовало: — Да ты можешь хоть раз не думать о себе?! Я.… я считала, ты должен знать, ибо это все касается твоего отца, которого подозревают из-за сбежавших заключённых, поэтому пришла к тебе. Не беспокойся, такой чести больше я тебе не окажу! Это был последний раз. — она точно ненавидит меня, я и сам себя ненавижу за вынужденную грубость. Не в силах сдерживаться, позволяя себе хотя бы малое и, едва уловив полуоборот девушки, я обвил ее талию и поспешно притянул к себе, как бы извиняясь. Запах опять ударил в голову, не желая отпускать из манящего плена. Я пытался как можно естественней и непринуждённо дотронуться к ней, не выдавая своего жуткого желания снова впиться в её губы и овладеть телом. Я опасливо коснулся рукой волос и завернул прядь за ухо, обнажая сладкую плоть. Возбуждено прорычал ей: — Какая же ты все-таки глупая, Вики. — я говорил это с надеждой и какой-то обидой, что она не понимает мое желание, как трудно мне держать себя в руках в её присутствии. Последней слабостью, которую я себе позволил, было вдохнуть запах её тонкой шеи, удерживаясь от того, чтобы не прикусить нежную кожу. Мне не хотелось отпускать её, отталкивать от себя, но все же я освободил ее из своих крепких объятий, ощущая холод и пустоту, резко охватившие меня. Вики озадаченно на меня уставилась, было непонятно, она скрывает смущение или... отвращение ко мне? Не желая разбираться в этом, я прервал тишину, стремясь теплее это сказать: —Спасибо. — я не смог не усмехнуться мысли о том, что Вики хотела мне помочь бескорыстно. Но девушка тут же выскочила из библиотеки, оставляя меня один на один со своими мыслями.