Танцы на осколках реальности

      Комната была небольшой, но удобной. Всё, что в ней находилось, располагало к удобству, в отличие от её временной хозяйки, которая в настоящий момент сидела в полной тишине. Хотя ее мысли были наоборот в настоящей агонии. Она размышляла обо всем, что случилось с ней за последние двое суток и пыталась как-то обратно внедрить в свою голову здравый смысл. Сейчас, находясь по середине "логова" оборотней, которое, к слову, больше походило на крепость, Йеннифэр перебрала все возможные варианты того, как она могла быть привязана к этому миру и как могла попасть в другой. Малого того, так еще и в памяти вихрем проносились отголоски тех голосов, которые убили в ней все сомнения насчёт того, что всё это может быть сном или она просто в коме. Да, даже эти мысли ее посещали. "Ну как так? Еще два дня назад я была обычным человеком, однако теперь... теперь необычная волшебница, встретившая целую стаю оборотней, убегающая от вампиров, да еще и должна найти кого-то, кто поможет мне "познать себя". А главное из того, что так и остаётся неизвестным, как я смогла попасть в этот мир? По словам Геральта, я бы просто лишилась жизни, если бы... Если бы что? Я не могу дать ответа и не факт, что смогу».       Но тут ее мысли были прерваны открывающейся дверью. Оттуда выглянула рыжая голова. Это была женщина лет сорока и Йеннифер удивилась, когда новоприобретенные возможности колдуньи не донесли до нее той ненависти и презрения, которую черноволосая чувствовала с тех пор, как встретила стаю Геральта. Рыжая дружелюбно улыбнулась:       — Здравствуй. Меня зовут Висенна, я жена вожака и по совместительству мать Геральта. А ты, я так понимаю, та самая чародейка, которая спасла жизнь моему сыну, верно?       — Если это можно назвать спасением, конечно... — Нечетко пробормотала черноволосая, а затем уже громче сказала: — Моё имя Йеннифэр.       На мгновение девушка заметила в лице Висенны перемену, словно она увидела призрака, но это прошло слишком быстро, чтобы чародейка могла быть уверена, что это ей не показалось.       — Что ж, Йеннифер, я и вся стая благодарна тебе за его спасение. Ты можешь оставаться здесь столько, сколько нужно.       — Я не уверена, что вся ваша стая будет комфортно себя ощущать в моем присутствии. — Она не хотела ехидничать, но не успела вовремя закусить свой язык... "Как всегда".       Но похоже это никак не повлияло на рыжеволосую. Женщина понимала, что Йеннифер здесь придется нелегко, однако пока Долг Крови не будет оплачен вряд-ли Геральт куда-то ее отпустит. Висенна сочувствующе улыбнулась ей, а потом, буквально на пару секунд переведя взгляд на свои руки, заглянула в фиалковые глаза и сделала несколько шагов вперёд, явно хорошо подбирая свои будущие слова.       — Я знаю, что ты пришла из мира людей и ты не знаешь, как смогла попасть сюда, верно?       Йеннифер не видела никакого смысла препираться или скрывать этот факт, поэтому молча кивнула. Да и к чему? Геральт же и так уже всё рассказал.       — Но ты чародейка из этого мира, незнающая, кто, откуда и чья в тебе кровь. — Получив еще один безмолвный кивок, Висенна продолжила.       Йеннифер просто смотрела в пустоту, пока к ней не пришло осознание одной вещи. Она словно забыла, что мать Геральта все ещё здесь, и заговорила вслух:       — А ведь я больше не вижу их...       — Что? — Мгновенный вопрос вывел черноволосую из задумчивости.       — А? Ерунда... — Сказала чародейка, опомнившись.       — Что ж, я думаю, нужно оставить тебя. Если вдруг тебе понадобиться помощь, я всегда здесь. — Искренняя улыбка Висенны, заставила Йеннифер дать ей ответную, хоть и небольшую, улыбку.       — Спасибо.       Женщина уже было вышла из комнаты, но вдруг остановилась и снова повернулась к ней, говоря:       — Что бы они не говорили, они благодарны тебе за спасение их будущего вожака.       Йенна кивнула и проследила за тем, как закрывается дверь. Посидев еще пару минут в бессмысленных раздумьях, черноволосая решила принять ванну и наконец смыть с себя всю ту грязь, собранную за эти два дня.       Она никогда не любила жару, не любила все горячее, даже ванну и душ она принимала в прохладной воде, и это была еще одна ее особенность. Полностью обнажившись, девушка забралась в ванну и блаженно закрыла глаза. Может она и правда так глубоко задумалась, что даже не поняла о чем. И именно поэтому не заметила, что погрузилась в царство Морфея. — Твоя энергия слишком сильна, чтобы я не смогла тебя найти, свинка!— Весело воскликнула женщина, когда поймала выбегающую из своего "укрытия" маленькую девочку. — Так нечестно! — Засмеялась Йенна, пытаясь выскользнуть из рук матери. — Запомни, свинка, — темноволосая развернула дочь к себе лицом и в излюбленном жесте свела их лбы вместе, — как бы ты не изменилась, я всегда узнаю тебя. А теперь марш на занятия!       Ее глаза открылись так, словно она не заснула, а просто моргнула. Взгляд безразличный и пустой, хотя в голове крутился лишь один вопрос: "Что это было?"       Йеннифер решила закончить водные процедуры и уже было собиралась ступить на холодный пол, как распахнулись дверь, и в помещение зашёл Геральт. Видимо, не обнаружив ее в комнате он без задней мысли, а может и с ней, решил поискать ее в ванной. Если чародейка и была обескуражена (а она как раз была таковой), то это никак не отразилось в ее поведении. Она спокойно смотрела на то, как беловолосый скользит своим взглядом по ее телу снизу вверх. И у обоих не было ни капельки смущения. Йенна знала, что ее тело красиво и не стеснялась этого показать. А Геральт впервые увидел то, что казалось ему полностью идеальным, даже небольшие шрамики не искажали, а наоборот придавали ее телу еще большую красоту. Нет, у него было много женщин, но ни одна из них не сравнилась бы с этой черноволосой чародейкой. Капли воды стекающие по ее белоснежной коже вниз, заставили ведьмака тяже сглотнуть. Геральт как зачарованный смотрел на эту особу и не мог оторвать своего взгляда. Он медленно скользил по ее изгибам, пока не встретился с большими фиалковыми глазами, которые сейчас отражали что-то новое для него, манящее и одну эмоцию, которую он точно узнал.       Хоть эмоции Йнны и были скрыты, но она тоже не удержалась от соблазна осмотреть ведьмака. Узкие коричневые брюки и белая обтягивающая рубашка, которая вдобавок была расстегнута на три верхние пуговицы, открывая вид привлекательных ключиц, подчёркивали все его мышцы. Рукава рубашки были засучены, показывая девушке весьма привлекательные предплечья. Его белые волосы были распущены, и у Йеннифер вдруг появилось острое желание проверить их на мягкость. Скулы Геральта так и манили черноволосую прикоснуться. Ей хотелось проверить губами такая ли грубая кожа на его лице и шее, как и на его ладонях. Она посмотрела в золото его глаз и увидела то же голодное выражение.       Ведьмак не глядя взял в руки рядом висящее полотенце и медленно стал двигаться к ней. Чародейка осторожно ступила на холодный пол и стала молча ждать. Как ни странно, они ни на секунду не отрывали друг от друга горящих глаз. Геральт остановился в нескольких сантиметрах от нее. Они чувствовали горячее прерывистое дыхание друг друга, которое оба старались скрыть. Мужчина медленно обернул ее полотенцем, не стараясь скрыть, или прекратить это, скорее для того, чтобы иметь повод прикоснуться к ней. Йеннифер чувствовала как его руки проводят по ее мягкой коже на спине и от каждого касание ее дыхание становилось чаще, что ведьмак чувствовал своими ключицами.       — Неужели решил проявить галантность? — В ее тихом голосе были слышны отблески хрипа, отчего беловолосый резко втянул в себя воздух.       — Я всегда такой, просто не для всех. — И без того хриплый голос, сейчас сводил с ума.       Оборотень медленно наклонился, чтобы формально "заправить полотенце", но вместе с этим прикоснуться губами к ее плечу, после чего чародейка блаженно закрыла глаза.       — Значит мне стоит считать себя особенной? — Она оттянула голову в сторону, чтобы у Геральта был лучше доступ к шее.       — Я думал, все избалованные девочки считают себя особенными. — Пробормотал он ей в шею.       Одной рукой мужчина все еще что-то делал с полотенцем, а второй придерживал за талию.       — Значит ты хочешь меня побаловать? — Йеннифер чувствовала, что от шеи он перешёл на ее лицо.       Беловолосый чуть отстранился чтобы посмотреть в глаза девушке напротив него и теперь уже точно увидел там отражение того, что чувствует и он.       — Мы знакомы от силы два дня. — Проговорила чародейка, уже сама наклонившись к его шее, осторожно прикасаясь губами.       — Могу предположить, что тебя это несильно беспокоит. — Напряженно усмехнулся ведьмак.       — И ты прав. — Йеннифер вдруг резко дернула его рубашку так, что был слышен никому неинтересный звук оторванных пуговиц, ведь волк также быстро сорвал с нее полотенце и прижал к ближайшей стене, впиваясь требовательным поцелуем в губы.