о людях и чувствах

Громкий звонок в дверь заставил Вику вздрогнуть и выронить тарелку из рук. Девушка взглянула на часы — почти 3 часа ночи, она никого не ждала. Вика тяжело вздохнула и начала собирать с пола остатки своего позднего ужина, дверь открывать она явно не торопилась. Девушка не видела ничего плохого или постыдного в том, что она уплетает жареную картошечку глубокой ночью, но она искренне недоумевала и где-то даже была возмущена, что какой-то наглец приперся поздно ночью и смеет трезвонить в дверь. И как ещё соседи не подняли всех на уши? Противная трель звонка начинала надоедать. Вика медленно поплелась открывать незванному гостю. Или гостям? — Викуля, сладуся моя, а что это ты так долго не открываешь? Я в гости приехала, тортик тебе привезла, — на девушку смотрело пухлощёкое улыбающееся во все десна лицо, принадлежавшее ее двоеродной тетке Нюрке. Девушка скептически скользнула взглядом по внезапно объявившейся родственнице и язвительно заметила, — А я вроде в гости и не звала. — Ну как это, я матери твоей позвонила, та сказала, что ты рада будешь, не виделись-то лет 15 наверное, я как с поезда, так сразу к тебе рванула. Вручив полуразваливающийся явно не свежий торт со взбитыми сливками (которые, кстати, Вика терпеть не может, Нюрка нагло вваливается в квартиру. Вика раздраженно закатывает глаза и идёт в свою спальню, не предложив гостье ни свою помощь, ни спальное место. Пусть сама разбирается, ей в принципе все равно, но двоюродная тетка не должна себя чувствовать в ее квартире как дома. Может, раньше уедет к себе домой и ещё б столько же лет ее не видеть. Примерно с такими мыслями девушка и заснула.