Смертельная любовь

Теплый, но слабый ветер ворвался в палату с открытого нараспашку окно, подхватывая за собой белые полупрозрачные шторки. Этот ветерок чистый, приятно пахнет горными вершинами после дождя. Он безумно красив, когда закрываешь глаза, представляешь, какими плавными движениями ветерок гуляет по твоему телу. Стоит только подставить ладонь, он тут же схватывает её и несёт высоко-высоко ввысь. Ветер прекрасен, может развеять мысли, или, наоборот, навеять счастливые и грустные воспоминания. В этот день грустные воспоминания парня ворвались так же внезапно, как ветер. Кольт быстро встал со стула и подошёл к окну, облокачиваясь на подоконник и, выпрямляя спину, высунул голову на улицу, будто носом тянется к солнышку. Он представить не мог, что это случиться. Тот самый друг, который помогал ему выигрывать в каждом бою, смог пасть от какого-то заболевания. Парень раз за разом наполнял свои лёгкие свежим воздухом, разрывая новые мысли. Он просидел в больнице около двух дней и ожидал, ожидал самого худшего. – К-кольт? – девушка приоткрыла свои глаза и тихонько улыбнулась, увидев старого приятеля. Парень быстро обернулся с испуганным взглядом посмотрел на неё. – Ш-шелли, ты как? Ты была без...– тихо проговорил Кольт. Был слышен дрожащий голос, – я обещаю ты выздоровеешь, – он потихоньку подошёл к ней, присев к больничной койке. Медленно и с нежностью поглаживал ее ладонь. Бледное тело Шелли лежало на белых простынях реанимационной палаты, а на её губах была кровь от убийственного кашля. По палате лежали разнообразные пакеты лепестков то алых роз, то тюльпанов и только некоторые лепестки лежали на полу. Она знала, что он любит такие цветы, хоть и не говорил этого никогда и никому. Они радовали Кольта красотой и ароматом, иногда он сравнивал свою красоту с красотой роз и тюльпанов. Любит их, что становиться невыносимо больно в эти минуты для Шелли. Любит... Она снова и снова задыхалась от очередного соцветия, что расцвели внутри неё. Девушка так сильно жалела, что Кольт не любит её и от этого ей становилось ещё больнее. – Шелли... Шелли, я даю слово, что ты поправишься, только держись...не уходи, хорошо? – он снова всхлипывает, роняя слезу на бледную ладонь с невыносимыми милыми шрамами девушки. Кольт поднял глаза с руки на её прекрасные глаза. Он любит не Шелли, а мелочи в ней. Каждый волос, что так красиво переливается с фиолетового на розовый цвет, каждую пушистую ресничку, каждую минуту, проведённой вместе и даже каждый бой, где бок о бок покрывали друг друга от врага, безжалостно обстреливая противников. Снова болезненный вдох и выдох для Шелли, но ничего не значащий для Кольта. Он заботился о ней, когда девушка болела. Это была всего лишь маленькая услуга для парня, но большая помощь для Шелли. Каждую минуту она вспомнила самые прекрасные и самые ужасные моменты в жизни. Каждую ссору с Кольтом и даже признание ему в чувствах... и отказ - это было ожидаемо, но девчонка не сдавалась и приняла это в лучшую сторону. Оказалось, лучшая сторона была для Кольта, Шелли же приходилось не сладко. – Кольт, – хрипло шепчет Шелли, посмотрев на друга снова, – я хотела тебе... –Чш... – прервал он её слова, – Прибереги свои силы, они тебе необходимы, – Кольт криво улыбнулся сквозь слёзы. –Но все же, – была минута молчания, но, собравшись силами, продолжила разговор, – скажи...после всего, что мы прошли. Я для тебя не просто друг, ведь так? – с каждой минутой голос Шелли становился всё тише, но расслышать слова можно было. – Я... – красноволосый на мгновение задумался, но, понимая, что это последний момент, когда он должен признаться в чувствах, – да...ты...я, – тихо проговорил парень. –Я все понимаю, Кольт, – Шелли снова хрипло закашляла, сжимая постельное белье одной рукой, а другой придерживая у рта. Кольт мягко улыбнулся, будто бы утешал её свои взглядом. Шелли прекрасно видела этот взгляд, взгляд ласки и доброты. –Ты, новерное, хочешь сказать, что все будет хорошо и я поправлюсь, но... – девушка снова начала кашлять сильнее, чем обычно, – нет, Кольт, уже не будет... За последние несколько месяцев мое здоровье ухудшилось и я не смогу вылечиться, – Шелли прокашлялась, но уже на постель, на чистую белоснежную простыню посыпались кровавые лепестки розы, а вместе с ними и тюльпаны. От вида маленьких капель крови, которые так красиво раскрашивали постельное бельё в алые пятнышки, у Кольта сильно заколотилось сердце, – Прощай, мой Кольт, – выдавила из себя хрипящим голосом последние слова. Глаза девушки медленно закрывались, руки безжизненно опустились на постель. Парень обратил внимание на кардиомонитор, где показывало пульс. Примерно полчаса назад желудочковые экстрасистолы, то есть длинные зубцы вниз, и эпизоды тахикардии (быстрый ритм) перерастающая в фибрилляция желудочков (мелкие волны ) и в асистолию (ровную линию). Сейчас же на этом мониторе были только ровные прямые линии и пищащий звук. Кольт замер, смотря на эту полосу, в надежде, что она вернётся, но все было тщетно. Ветер снова ворвался в палату, подхватывая с собой уже не только шторки, но и кровавые лепестки роз и тюльпанов. Из коридора доносились тихие приближающиеся голоса, которые зашли в ту же палату, где и лежала Шелли. –Кольт... Как она? – донёсся до парня голос маленькой строительницы, он встал со стула и ушёл, оставив малую группу людей с мертвых еле теплым телом, – о божечки, – удивлённо сказала Джекки, прекрывая рот от такого. По всему отделению послышался душераздирающий голос. –Как так?!? Чёрт, нет, я же обещал, – Кольт, не дойдя до лестничного проема, упал на колени и посмотрела в потолок. На его лице были слёзы. Эти слезы горя, что прочерчивали солёные дорожки, падали на рубашку, а некоторые и на пол. Зажмурившись, он не хотел в это верить и отметил, что это просто ужасный сон, – Я обещал ей, что придет время и мы будем вместе...счастливой парой, – он вытер с лица слёзы и встал с пола, – Почему я полюбил её только в последний момент?