Зачем тебе знать?

— Ты опоздал на две недели! — несмотря на обвиняющий тон, Клара встретила его с широкой улыбкой. Почему-то она предложила Доктору встретиться в кафе вместо ее квартиры, и галлифреец был слегка этим озадачен. Прошло около месяца с нашествия киберменов. Все это время Доктор путешествовал один — Клара по какой-то причине не хотела составить ему компанию. Он, в общем, догадывался, почему: мисс Освальд была молодой интересной женщиной, ей нужно было заняться своей личной жизнью. Вроде бы у них снова наладилось с физруком — Клара выглядела довольной и как будто бы скинула с плеч некий груз. Однажды Доктор поймал себя на мысли, что она может выйти замуж и стать миссис Пинк. А он что, будет свидетелем на их свадьбе? Повелитель времени не был уверен, что в этой регенерации он хорош в произнесении поздравительных речей и тостов; он слишком давно не общался с Пондами. Впрочем, если бы Клара попросила, он бы, наверное, согласился (хотя, может, и не сразу). — У меня есть для тебя новость, — сказала его подруга, когда они устроились за столиком в углу. — Не очень хорошая. — О, вы с физруком решили сделать следующий шаг? — Доктор понимающе улыбнулся, стараясь скрыть грусть за веселым тоном. Он уже давно был готов к чему-то подобному. — Ну, не совсем, мы… — Не переживай, я все понимаю. Ты боялась, что я обижусь — вроде как, у тебя новая жизнь, а чудак в синей будке в нее не особо вписывается… — громадным усилием воли он подавил дрожь в своем голосе. — Все в порядке. Я нашел Галлифрей. Разумеется, он рассказал Кларе основные моменты своей встречи с Мисси, поэтому она была в курсе. — О, это же здорово! — улыбка спутницы тронула его усталые сердца, которые болезненно сжимались в предчувствии расставания, и Доктор подумал, что эта ложь была одной из важнейших в его жизни. Все правильно: Клара останется на Земле и построит счастливую жизнь с Пинком. Ее не будет обременять мысль о повелителе времени, вновь обреченном на одинокие странствия среди космической тьмы. Она будет думать, что он тоже счастлив, и чувство вины ее не коснется — уж чего-чего, а этого Доктор желал ей меньше всего. — Что ж, лети домой. Стань королем… или королевой… — мисс Освальд продолжала улыбаться, хотя ее глаза начали подозрительно распухать. Опять эти двойственные эмоции! Что он опять сделал не так?.. — Может, обнимемся на прощание? — она встала из-за стола и шагнула к нему. Доктор со вздохом вытянул вперед руки и замер. Он все еще не был обнимающимся типом, но, вопреки заявлениям Клары, вовсе не из вредности. Просто эта регенерация была очень тактильной, и прикосновения для нее значили слишком многое. Каждый раз, когда девушка случайно или умышленно касалась его, Доктору казалось, что она вот-вот прочитает его мысли и чувства, спрятанные под внешним спокойствием. Они редко говорили о чем-то подобном, и все это было очень неловко… — Почему ты не любишь объятий? — послышалось из-за его плеча, и галлифреец вздрогнул: кажется, в этот раз Клара действительно прочитала его мысли. — Объятия — это ложный друг, — выдохнул он, всем телом чувствуя ее тепло. Неожиданно Доктору пришла мысль, что ему будет очень не хватать этого простого, но одновременно очень интимного ощущения, которого он до этого старался всячески избегать. — Просто повод спрятать лицо… Галлифреец чувствовал, что ее невидимые глаза полны слез. Он не мог признаться даже себе в том, что с его глазами творится то же самое.

***

Следующие несколько месяцев он пытался отвлечься любыми способами. Устраивал себе захватывающие приключения, влипал в неприятности, был на грани смерти, избороздил вселенную из конца в конец, завел много новых друзей и еще больше врагов. Сам не заметил, как наступил канун Рождества — общий для большинства разумных рас в космосе. Однажды Доктор заснул на огнедышащей планете, а проснулся от того, что летающий олень лизал его лицо. Это был сон, но весьма реалистичный; там был Санта, который сказал ему, что Клара в опасности. На богом забытой полярной станции (к тому же, выдуманной), повелитель времени узнал, что Клара и физрук уже давным-давно расстались. Девушка соврала ему так же, как и он соврал ей — чтобы не быть препятствием на пути к лучшей жизни. Доктор хотел сам себе врезать по морде за то, что был таким слепым: Клара нуждалась в нем, и лучшее, что он мог сделать для нее — должен был сделать — материализовать ТАРДИС в ее спальне и утянуть спутницу на планету говорящих льдов, не спрашивая ее мнения на этот счет. А не улетать с непроницаемым лицом, чтобы потом в исступлении колотиться об уже порядком потрепанную с прошлого раза консоль управления. Рождественской ночью, когда Доктор сорвал сонного краба с ее головы, убедившись, что Клара ничуть не изменилась с их последней встречи, девушка рыдала в его объятиях, зарывшись лицом в его свитер. Доктору пришлось залезть на ее кровать, неудобно облокотившись на подушки и свесив свои длинные ноги так, чтобы не испачкать постельное белье ботинками. Его сердца в усиленном ритме колотились о ребра, и, несмотря на неудобства и неловкость, несмотря на растерянность и раздражение от слишком близкого тактильного контакта, в груди галлифрейца разливалась теплая звонкая радость. Все, чего он хотел, все самое важное в его жизни снова было с ним — и, кажется, начинало засыпать в его руках. Доктор осторожно гладил девушку по волосам, иногда пропуская их через свои пальцы. Ему в голову пришла мысль, что, возможно, он мог бы на некоторое время осесть на Земле…

***

Конечно, Доктор ни на секунду не забывал о своей будущей версии и событиях, свидетелем которых он стал. Познакомившись с Мисси, он примерно понял масштабы катастрофы, которую Мастер устроил в будущем. Доктор не знал, когда это произойдет, не знал также, какую роль он сам сыграет в этом. Но интуиция повелителя времени подсказывала: то событие закреплено во времени, а потому произойдет — рано или поздно, так или иначе. Он окажется на том космическом корабле, дрейфующем к черной дыре, что бы он ни делал. Доктор пытался предсказать возможные варианты развития событий, но все они ему не нравились, потому что вели… к неизбежному концу. Мисси была слишком умна, чтобы дать себя убить простому кибермену (пусть и вырвавшемуся из-под контроля). Поэтому Доктор не очень удивился, встретив повелительницу времени на одной из планет, которую посетил перед Рождеством. Верная своим пристрастиям, Мисси чуть не устроила на планете геноцид — но, к счастью, Доктор подоспел вовремя и все уладил. Его старинная подруга была раздосадована; ей явно было скучно. После долгой перепалки и выяснения отношений они оказались в каком-то космическом пабе и напивались два цикла подряд, рассказывая друг другу все, что с ними произошло за время разлуки. Доктор отметил про себя, что ему очень не хватало разговоров с Мастером. Его старый друг был отличным собеседником в любом обличьи. Конечно, памятуя о прошлом, стоило держать ухо востро. Однако это не мешало получать удовольствие. — Твоя главная проблема в том, что ты слишком привязываешься к этим своим землянам, — Мисси подлила в бокал очередную порцию огненной. — Посмотри на себя: ты уже стал похож на этих обезьянок. Но ты относишься к высшей расе, друг мой. Твой потенциал слишком обширен, чтобы тратить его на один малоразвитый народец. — У каждого свое хобби, дорогая… — Доктор пытался сфокусировать взгляд на лице своей собеседницы. — А у тебя слишком развита мания величия. — А у тебя страшные брови, — хмыкнула Мисси, закусывая желеобразным зеленым кубиком со вкусом маринованных огурчиков. — Ну серьезно, ты себя в зеркало видел? Зачем ты напялил это лицо? Рядом с этой девочкой ты выглядишь, как ходячее недоразумение! — Какое тебе дело до Клары? — нахмурился повелитель времени. — Здрасьте! Я, вообще-то, главное заинтересованное лицо! — Мисси откинулась на спинку грави-стула, с удовлетворенным видом разглядывая удивление на лице друга. — Ладно, не напрягайся. Это я подстроила вашу встречу. — Женщина в магазине! — Доктор рассмеялся. — Не знаю, что меня больше удивляет: то, что ты свела нас с Кларой, или то, что ты до сих пор ее не убила. — Ну-ну, сейчас было обидно, — усмехнулась Мисси. — Не надо думать обо мне так плохо. Я просто подкинула тебе очередное увлечение. — И ты не будешь ей вредить? — Кларе? Я? Пффф! — Мисси пренебрежительно махнула рукой и опрокинула в себя бокал. — Она сама умрет, и без моей помощи. Доктор собирался вступить с ней в яростный спор, выбить какие-то обещания, может быть, даже извинения, но алкоголь ударил в голову окончательно. Когда его лоб стукнулся о столешницу, Мисси только глаза закатила. — Прости, но в ТАРДИС я тебя не потащу, — фыркнула она, кинув на стол ярко-красную банкноту.