Сорванные цветы и случайные признания

***

— А я люблю вас, — сотое или двухтысячное, с глупой улыбкой влюбленного идиота. — Что еще скажешь? — двухсотая попытка не ударить по лицу самого себя и вздох крайне заебанного мужчины. Питер даже задумался. — Сильно люблю, — уверенный кивок и взгляд, полный восхищения, а затем совсем другое: — А дайте!.. — Нет. — Ну дайте! — грустно подергал за штанину в который раз Питер, выпятив дрожащую нижнюю губу. — Вам что, так сложно? — Прекращай канючить, — твердое и непреклонное. Тони закатывает глаза и убирает от себя наглые ручонки, буквально сдерживая себя, чтобы не шлепнуть по ним хныкающего подростка как непослушного ребенка. — И да, мне сложно. — Да почему?! — возмущенно выпаливает Питер, в глазах которого застыли не пролитые слезы, а выражение лица можно было охарактеризовать не иначе как у дитя, которому никак не давали конфету. Старк еще раз горестно выдохнул и, все-таки шлепнув негодного мальчишку по рукам — Паркер тут же ойкнул и резко прижал ладони к груди — поднялся с места и ушел немного подальше от превратившегося в лужицу Питера, который провожал его взглядом как привязанный и постоянно мечтательно вдыхал. — Ты не в себе, домогаешься до меня, абсолютно этого не скрывая, и пришел ко мне в Башню в три часа утра, — спокойно в конце концов объяснил мужчина, игнорируя жадный и не сказать, что осмысленный взгляд карих глаз так же хорошо, как и то, что подросток издавал странные звуки позади него каждый раз, когда миллиардер отворачивался к тому спиной. Злиться он перестал еще полчаса назад безуспешных попыток дождаться внятного ответа на вопрос в упор «ты что, накурился или что?», потому что все это время Паркер лишь глупо поддакивал даже на в раздражении и усталости брошенное «ты еще скажи, что цветы мне принес!». Питер же в это время, еще, ну вот еще с одну секундочку просверлив открывшиеся его взору просто бесстыдно выглядевшие острыми лопатки, облизнул пересохшие от такого вида губы и задумчиво пролепетал: — Хотел бы я ваши брюки, — надул губы подросток и, преувеличено громко выдохнув, начал ковырять пальцами кожаный диван до противного скрипа. — Но они вот меня не хотят! У Тони дернулся глаз. — Зачем?.. — начал было мужчина, но тут же покачал головой и прошептал самому себе: — Нет, даже не буду спрашивать… К его же сожалению, юный герой имел очень и очень хороший слух, так что не мог не пробурчать, уже заинтересовавшись оставленной на маленьком столике пустой кружкой кофе: — Они лишние на вас, — зарывшись прямо лицом в кружку, едва слышно произнес он, пытаясь достать языком до увиденной на дне капли, надув щеки как шарик от усердия. Ого, да мистер Старк же пил это недавно! Обхватывал губами фарфор, проводил по нему языком, а потом, наверное… Потом — о Боже, да, а можно еще?! — поставил кружку и держал ее в своих крепких, своих самых охренительно каких сильных руках, которые наверняка были шероховаты на ощупь из-за работы. Во мистер Старк дает! Ходячий секс, да и только. Жаль, что не его… но это поправимо! «Хочу ее себе, — пришла гениальная мысль вдруг ему в голову, отчего глаза тут же широко распахнулись, когда Паркер откровенно начал присасываться к кружке и издавать вполне себе откровенные стоны, даже начиная задницей водить по дивану круги. А ведь где-то здесь осталось ДНК его кумира! Или что там еще может остаться?.. — Заберу и скажу, что ничего не знаю!» В конце концов, уверенно себе кивнув, Питер еще дальше погрузился в свое увлекательное дело, откровенно облизывая край кружки и хныкая оттого, что никак не мог достать проклятую манящую каплю своим коротким языком. Очевидно, в этот момент мысль просто перевернуть кружку и открыть рот ему не пришла в его гениальную голову. Тони, еще какое-то время скосив глаза, проследил с отстраненным выражением лица за безуспешными попытками Паркера погрузиться полностью и бесповоротно в кружку, прежде чем возвел глаза к потолку, совершенно не желая как-то анализировать все определенные такие движения крайне сейчас озабоченного подростка. И нет, Старк ни за что больше не посмотрит в сторону этого мальчишки, всерьез считавшего, что вот это вот все нормально — причмокивать губами и вертеть пятым местом, которое уже давно требовало жесткой воспитательной руки, как какая-то шлюха на своей работе перед особо выгодном клиенте с толстым кошельком и связями. Наглый мальчишка, надышавшийся или наглотавшийся невиданной херни! Не так он себе представлял обычную ночь, проведенную наедине с Марком в мастерской. Ой, не так. На самом деле, у миллиардера было какое-то странное предчувствие относительно этого дня еще с самого, если можно так сказать, утра: проснувшись на стуле в неудобной позе и едва отлепив от щеки неизвестно как очутившуюся на нем бумагу, Старк совершил все привычные утренние (или обеденные, ведь плевал он на весь этот график с высокой колокольни) действия, пока вдруг не понял, что сегодня ведь суббота, а его телефон не разрывается от входящих восторженных (серьезно, Тони так с ужасом и видел, как через экран в него летят орущие от радости буквы) сообщений на тему «доброе утро, мистер Старк, сегодня завтрак у Мэй не подгорел, я снова сломал дверную ручку и едва не полетел с лестницы, а так все шик». Питер обычно в выходные дни был более активен, чем обычно, так что мужчину действительно удивила пустота в графе «входящие сообщения», но он лишь пожал плечами, решив, что малец, видимо, слишком занят или что-то в этом вроде. Но все-таки даже тогда его насторожила полная тишина всегда гиперактивного (порой даже чересчур) подростка. Что уж говорить о вечере, когда Старк решил все-таки от скуки ответить на одной из отправленных и оставленных без ответа ранее «вы любите животных, сэр? Я вот да, пока я не в красно-синем костюме, а они не на деревьях и с острыми когтями» в своей манере «предпочитаю больше технологии — не требуют выгуливания, не спят, не едят и не доставляют проблем, как говорится. Что еще надо для счастья? А ты смотри осторожнее со своими акробатическими фокусами, парень, Карен все еще мне все докладывает, если ты забыл». Ответил, хлебнул полусладкого вина, да и хмыкнул, внезапно поймав себя над тем, что быстро пробегает глазами по порой заглавным от восторга буквам прямо в середине слова и иногда по отсутствию грамматики, совершенно не обращая внимание на реальность. Ребенок, что сказать. Немного неловкий, иногда сильно приставучий как паутина, а также попадающий без разрешения — «а будет это опасно или нет? Думаю, что нет!» — в такие передряги не только в образе Человека-Паука, что прямо так и напрашивается на хорошую такую порку со всеми вытекающими в виде какого-нибудь наказания наподобие лишения привилегии посещать когда угодно Башню или что-то посерьезнее. Правда, к глубокому сожалению, костюм мужчина уже забрать не может из-за того самого случая со Стервятником, после которого вину пришлось чувствовать не как положено этому безрассудному ребенку, а самому же Тони, к его же ужасу, за то, что уверенно думал, что никогда не сдерживаемое «я герой, так что должен помочь всем» будет послушно сидеть внутри подростка. Размечтался, как говорится. В общем-то, благодаря скуке и легкой заинтересованности время за чтением «неловких подростковых записок» пролетело совершенно незаметно. И поэтому не так давно миллиардер удивился еще больше, когда к вечеру не увидел ни одного сообщения от Питера, который не то что ему не писал, да даже не ответил на едва ли не единственный отправленный ему ответ. Тогда-то Старк уже немного забеспокоился — да неужели опять влез туда, куда ему не следовало?.. — и с помощью встроенного жучка узнал, что Паучок не был ни в какой опасности — вполне себе спокойно находился дома, точно дожидаясь либо свою тетушку с работы, либо просто напросто по какой-то причине решил отложить в сторону свой привычный ритуал «день не начнется хорошо, если ты не напишешь парочку-сотен-раз Тони Старку!». Решив не потакать своему желанию проверить спрятанные в комнате подростка камеры, — и нет, ему не стыдно, все ради безопасности — Тони углубился в свою работу, а через полчаса и вовсе думать забыл о малыше, потому что Роуди неожиданно посчитал, что вот прямо сейчас в его свободное время ему надо обсудить прошедшую вечеринку, цитата «на которой Тони набухался, как свинья и решил, что колонна — это самая сексуальная девушка». Еще позже, попрощавшись под смех Роуди и пожелав тому принять унитаз за губы его любимой, мужчина со спокойной душой засел в давно начатые чертежи, а уже после в какой-то момент вырубился на небольшой диванчике с лозунгом «просто закрою глаза на пару секунд и все», попивая остывший кофе и, видимо, все-таки выпив его полностью, раз сейчас, откровенно говоря, неожиданно ворвавшийся в Башню посреди ночи Паркер сосался с кружкой и издавал стоны, как с понравившейся девчонкой. И за какие грехи ему этот неуравновешенный мальчишка?.. — Питер, ты хоть что-нибудь внятно можешь мне объяснить или нет? — в который раз попытался хоть как-то дозваться почти лежащего на полу как лужица Питера, что наконец оставил в покое несчастную обслюнявленную кружку, вместо этого посвятив себя куда более увлекательному заданию — вися вниз головой, наблюдать как философ за своим творением с преувеличенно задумчивым выражением лица за тем, как грозно ходит кругами мистер Старк по одному месту, скрестив руки на груди. — Или все совсем плохо в твоей голове, а? Ты хотя бы понимаешь, куда пришел в гребаные три часа ночи и с кем вообще находишься, я уверен, без ведома тети? Паркер, причмокнув губами и еще какое-то мгновение полюбовавшись выглядевшими еще более сильными в таком положении икрами, которые обтягивали штаны, удивленно приоткрыл рот, нахмурился, как будто пытался что-то усиленно понять, а затем, посмотрев на себя ниже груди, выдал: — Кажется, у меня встал. — Блять. Тони со всей силы шлепнул себе ладонью по лицу и постарался после такого открытия не смотреть на определенное место на теле подростка, который смотрел на своей пах и даже тыкал в него пальцем — у него едва не случилась истерика после всерьез произнесенного «алло, здесь кто-нибудь есть?». Увы, но все же не смотреть не удалось — у Питера вполне себе нормально так стояло. И явно не на вазы с цветочками, судя по тому, как он распускал руки не так давно и хотел уверенно себе добиться того, чтобы с Железного Человека исчезли штаны для определенной цели. Двойное блять. И какого, спрашивается, черта, этот блядский наркотик таким образом подействовал на Питера? Где несвязная речь? Странные действия вроде танцев на потолку, а не это елозанье по дивану? Почему вместо всего этого перед ним перевозбужденный подросток?! — Пятница, пожалуйста, обрадуй хоть ты меня и скажи, что анализ уже готов, — взмолился Старк, отвернувшись от Паркера, возмущенно говорившему своему поднявшемуся члену «ты как здесь оказался?», чтобы и дальше не ломать себе и так хрупкую психику. Она ему очень дорога, вот спасибо большое. А еще его нервы скоро полетят к черту, и он больше не будет сдерживать себя и покажет, что значит попасть в передрягу и не сообщить об этом взрослым. Но это так, к слову. Старку еще нужно выпытать внятное объяснение произошедшему. — К сожалению, поиск совпадений известных наркотических веществ все еще в процессе, сэр, — холодным тоном ответила та почти сразу же одновременно с тем, как мужчина еще раз и намного громче страдальчески выдохнул, а Питер аж оторвался от своего увлекательного одностороннего диалога с уже опадающим «младшим-я», так резко вернувшись в нормальное положение, что миллиардер вздрогнул. — Что на этот раз? — устало произнес мистер Старк при виде того, как парень начал будто в панике смотреть по сторонам, пока не наткнулся на оставленный на полу рюкзак. Паркер, охнув от внезапного осознания, упал с дивана на живот и немного прополз как червяк к своей цели, чтобы с победным возгласом захватить рюкзак и таким же образом вернуться обратно, в процессе стукнувшись до легкого звона в ушах затылком об стол, выгнувшись и почесав свободной рукой внезапно зачесавшуюся пятку без какой-либо обуви, пробормотав себе под нос что-то вроде «мистер Старк, что-то не так с вашим полом» и только затем наконец плюхнувшись задницей на диван. Тони все это время с безумным спокойствием следил за этим, даже глазом не моргнув и никак не показав, что у него внутри творится самая настоящая истерика. — А я вам цветы принес, — как дурак широко заулыбался подросток и под немигающим взглядом карих глаз вытащил из рюкзака охапку цветов, протягивая ту в сторону замершего мужчины. — А я тебе скоро пиздюлей бесплатных подарю, хочешь? — в свою очередь, вполне серьезно спросил Старк, по вискам которого били усталость и жгучее раздражение, подходя все ближе к возмутившемуся от такого ответа Паркеру. — Мэй-то наверняка, если узнает, где шастается ее добропорядочный племянник, отхлестает тебя только так, но, поверь, то, что сделает она, будет казаться тебе только сказкой, — холодным тоном объяснил тот, не отрывая глаз от мальчишки, которому было совершенно по боку, что ему сейчас выносят приговор далеко не в его пользу, а он даже никак не может оправдаться по той простой причине, что в голове у него нет ничего, кроме «давно пора сменить потолок, я не выдержу этого слона, а Мэй скажет, что у них на чердаке завелся мистер Старк». Ага, слава Богу, его разговор был отнюдь не такой бессвязный как мысли. — Ты явно давно напрашиваешься на хорошую такую и долгую порку с помощью умелой мужской руки, раз не умеешь вовремя остановиться и попросить помощи у взрослых. Ты понимаешь, что, если я узнаю, что ты в таком состоянии не случайно, то я сделаю то, что давно должен, несмотря на то, что ты уже не совсем ребенок? — Я не понял, — растерялся Питер, пропустив многое мимо ушей, грустно положив специально вырванные из самых лучших клумб цветы на столик и одернув задравшуюся в процессе его превращения в «Человека-Червя» футболку вниз. — Вам не нравится? Наверное, ромашки не подошли, да? А хотите я прямо сейчас!.. И он даже, вдохновившись, подорвался было с места и вновь отбросил рюкзак куда-то в сторону, пока его не пригвоздил к полу абсолютно серьезный и строгий взгляд, а также произнесенное совершенно без каких-либо криков и повышения голоса: — Паркер, сел обратно, а не то я за себя не отвечаю. Послушно вмиг усевшись, парень как прилежная ученица даже положил руки на колени и выпрямил спину, стараясь этим показать, что готов исполнить любое пожелание мистера Старка, даже несмотря на то, что так и не отвоевал себе штаны и не посмотрел краем глаза на то, что прячется за ними. А, стоп, не только за ними!.. Его кумир же соблюдает эти самые неписанные правила, так что под ними должен… должны быть?.. Как их там?.. — Ваши боксеры заставляют меня ночью плакать, — печально поведал со вздохом Паркер почти одновременно с тем, как совсем рядом раздался странный звук — это, кажется, кто-то только что поперхнулся воздухом и утратил весь свой настрой на серьезный и взрослый разговор с непослушными детьми, вместо этого хватая ртом воздух как рыба и судорожно ища глазами воду. — И знаете, почему? Потому что у меня их нет! Вместо этого они на вас, а я ведь хочу видеть вас без них, хотя я знаю, что это неприлично, да и вы наверняка их любите… Нет, стоп, что-то не то… — задумался на секунду Питер, нахмурившись, прежде чем его озарило: — Мистер Старк, я хочу встать на колени и сделать вам минет. Тони тем временем, всеми силами отгородившись от реальности и странных звуков позади себя, уже хлебал воду как алкоголь в лучшие дни, проклиная этот день, потому что не прислушался к себе и не проверил с самого утра этого мальчишку, за что сейчас поплатился своими нервами. Нежными, нежными нервами. Как только Тони обо всем узнает, то Паркер однозначно понесет наказание, даже если не причастен, потому что что-то ему подсказывает, что это Человек-Паук влез туда, куда ему не следовало. А ведь позавчера был довольно значимый на события день вместе с Паучком — парень обыденно трещал без умолку о разных увиденных вещах на патрулировании, что удивительно, но без проблем справлялся с препятствиями и преступниками одновременно. По многим причинам, это гиперактивное дитя в тот день просто распространяло вокруг назойливую ауру радости, отчего даже ему в костюме под маской хотелось щуриться, что он, в принципе, и делал, потому как прекрасно понимал, что в этом полностью и безоговорочно лишь его вина. Попросил Человека-Паука поприсутствовать на миссии вместе с Железным Человеком называется. В общем говоря, абсолютно ничего не предвещало беды — все было спокойно и обыденно, если можно так рассказать о задании, где, по словам Питера, «злодеи в конец оборзели» и взяли в заложники людей в огромном здании и даже не высказали свои требования. Также было немало странно, что служители порядка никак не могли справиться с этим, ибо преступники все-таки были настоящими и пригрозили задействовать свое какое-то «новое оружие», если полицейские осмелятся переступить порог здания, так что действовать нужно было быстро, но осторожно. По-видимому, их угроза была достаточно веская, раз им понадобились герои. Эти недозлодеи еще не знали, что случается, когда за дело берется кто-то другой — когда этот кто-то «другой» еще и разрешает подросткам с суперсилами прийти на помощь, то им вообще можно начинать молиться. Вот и те быстренько так наложили в штаны на месте, едва Тони аккуратно прорвался в здание и направил на них репульсор. Питер где-то там прыгал на фоне и швырял в особо смелых паутину — тогда, помнится, мужчина еще строго приказал тому, чтобы в случае опасности и особенно «чутья» тот позвал его и обязательно рассказал, если с ним что-то случилось — пока Старк вел односторонний диалог с, по-другому не сказать, трусливыми бугаями и пытался выпытать у тех причину такого поступка в то время как полиция выводила заложников. Так и прошла их совместная миссия, после которой Паркер вел себя как обычно — только был активен еще больше, хотя куда уж, и постоянно чихал — да и Карен ни о чем таком не сообщила. Вот и у мужчины ничего не вызвало подозрений. До сегодняшнего дня. — Паукообразное, ты вообще собираешься хоть как-то мне ответить на один из моих вопросов? — почти безнадежно и крайне заебанно выдохнул миллиардер, уронив голову на подставленные ладони и ощутив как по вискам вмиг прошлась искра боли. Когда он там нормально спал в последний раз?.. Питер, до этого бодро и увлеченно рассматривающий почти впритык узор на паркете, практически тем самым зарываясь в него носом, резко с воодушевлением подорвался с места и принял сидячее положение. Однако, внезапно вспомнив о том, что не так давно у него была эрекция, широко распахнул глаза и устремил возмущенный взгляд вниз, прежде чем с таким же негодованием выпалить: — Мистер Старк, он пропал! Названный, уже ни капельки не удивленный, лишь оторвал на мгновение руку от лица и равнодушно спросил: — Кто пропал? Замявшись, Паркер прикусил губу, точно пытаясь зацепиться за свои бушующие мысли и не дать им выстроиться в бред, подобный «надо бы выгулять кружку, а то Неду некуда будет налить мне чай». Вот только увы и ах, но подростку было слишком хорошо, как и регенерация явно отдыхала так же отлично, решив пока что не спасать всяких мутировавших мальчишек от жгучего стыда в будущем, так что сложить в кучу нормальные мысли и наконец помочь мистеру Старку узнать причину этого состояния, к сожалению, он вот никак не мог. Хотя и отдаленно понимал, что что-то происходит однозначно не так по той простой причине, что вместо того, чтобы провалиться сквозь пол куда-нибудь в Ад для гипервозбудимых подростков, Паркер хотел навалиться на сидящего недалеко мужчину и засосать его со всей силы. Оседлать непозволительно сексуальные крепкие колени, твердо усевшись на них задницей, потому что эти обтягивающие абсолютно все нужные места штаны однозначно надо запретить в письменном и устном виде из-за того, что они сводят с ума шестнадцатилеток и заставляют их пищать внутри от восторга, едва не капая слюнями на этот горячий вид. А еще, еще срочно нужно отвоевать себе право касаться бородки мужчины когда угодно без страха того, что рука затрясется от перевозбуждения так сильно, что случайно втащит кому-нибудь по лицу! Неловко будет как-то… — Так и съел бы вас, — печально выдохнул Паркер, выгнув тело под каким-то неестественным углом и еще более грустно дернув ногой на спинке диване. Рука сама собой легла на обнаженный из-за задравшейся майки живот, вмиг покрывшийся мурашками, а затем медленно и уверенно начала двигаться вниз… — Руку убрал, — раздался спокойный мужской голос. — А вот и не уберу! — горячо выпалили в ответ, уже нарочно подцепив пальцами ширинку. — Уберешь, — сталь и беспрекословный приказ. — Ладно. Вот бы попросить мистера Старка встать к нему задом, чтобы он с достоинством оценил такое же великолепнейшее достоинство всей Америки и сделал парочку снимков, чтобы потом по-тихому обливаться слюнями, может быть, жестко дрочить или даже плакать от этого великолепия. Питер еще не решил. Вдруг еще ему выдается случай, и он погладит Железного Человека сразу по двум головкам!.. Если ему позволят, правда… Просто что-то мистер Старк сегодня явно не в духе, так что вполне возможно, что Питеру не будет светить сразу две. А жаль. Нед бы заценил. Ну, то, что его друг коснулся Тони Старка и не рассыпался на пискающие от счастья атомы прямо в его руках как самая конченная фанатка. — А хотите секрет расскажу? — вдохновленно начал парень, от захватывающих эмоций начиная качаться как на качелях туда-сюда. Тони оторвался от пустого просверливания точки в пространстве, вздохнув. — Нет. Ни капельки не обидевшись, Питер продолжил, заговорщески наклонившись вперед и зашептав: — У меня дома есть ваши… — начал было он, как вдруг, внезапно осекшись, удивленно распахнул глаза и приоткрыл рот в форму буквы «о». — Кажется, я вам сегодня еще не писал ничего. Я… забыл?.. — потеряно произнес Паркер, нахмурившись. — Нет, погодите, я что-то не то… съел?.. А еще я тогда на патрулировании вместе с вами нашел то секретное оружие, представляете?! — Что? — резко подскочил мужчина — в его глазах загорелась не предвещающая ничего хорошо стальная искра. — Или надышался его, — пожал плечами Питер, не сразу обратив внимание на то, что к нему целенаправленно направились быстрым шагом, почему-то распространяя вокруг себя холодную и темную ауру. — А что такое? Миллиардер, остановившись прямо возле него, касаясь своими коленями его собственных, навис над ним опасной тучей и неожиданно цепкой хваткой схватил его за подбородок — Паркер чуть не сгорел на месте от этого сексуального жара от чужих и все-таки чуть шершавых пальцев — чтобы притянуть его ближе к собственному лицу и тем самым заставить чуть приподняться с дивана. — Да совсем ничего, Паучок, — преувеличенно дружелюбно отозвался мистер Старк, прищурившись и холодно улыбнувшись, пока подросток в наглую залипал на охеренных губах и виднеющихся на них микроскопических трещинах (благо, его улучшенное зрение многое ему позволяло). — Просто мне вдруг безумно стало интересно посмотреть на выражение твоего лица, когда ты все вспомнишь и увидишь своими же глазами мое собственное выражение лица, когда я тоже все узнаю. — То есть я должен вспомнить?.. — удивленно пролепетал завороженный мужчиной Паркер, машинально облизывая губы и едва сдерживая себя, чтобы не начать жалостливо хныкать от этого невозможно зрелища над собой, не имея возможности даже просто чуть приподняться, чтобы дотронуться до чертовых губ напротив. Тони широко улыбнулся, будто чем-то был безумно доволен, и прищурился. — Умница, — вдруг погладил миллиардер мгновенно превратившегося в лужицу Питера по голове как собаку, незаметно массируя затылок до появления сладких мурашек и томления внизу живота, иногда до легкой боли оттягивая волосы. — Вспоминай, золотце, вспоминай и не спеши. Ведь времени до того момента, когда Мэй проснется на работу, еще предостаточно, так что у тебя даже есть маленький шанс не получить от нее по одному месту. Знаешь ли, я могу немножечко ей… приврать. Паркер практически заскулил в голос, когда мистер Старк так близко наклонился к нему, скрывая его за своей крепкой фигурой, что губами чуть щекотно прикоснулся прямо к его щеке, обдавая горячим дыханием с нотками кофе. Невозможно. Прекрасно. Так, что хочется еще и еще. Парень ведь на самом деле едва ли не превратился в крайне перевозбужденное мороженое, потому что та самая ладонь, до сих пор все это время остающаяся в волосах и отстранено перебирающая те, вдруг резко сжала пряди и оттянула их назад, заставляя невольно откинуть голову и выдохнуть через рот со всхлипом. В паху вновь неожиданно потяжелело, а в голове на целые несколько секунд прояснилось, давая маленькую возможность осознать происходящее и вспомнить прошлое. — Босс, результаты готовы, — резко прервал тишину женский голос, из-за чего хватка в волосах в тот же миг ослабла, а на лице перестало ощущаться чужое дыхание и губы — Старк тут же отодвинулся от него как ни в чем ни бывало, напоследок обдав сильным запахом мужского одеколона, лишив его не только жара, от которого тряслись колени и кололо кончики пальцев, но и мимолетного осознания. — Мистер Ста-а-арк… — вырвалось невольно у него шепотом. В глазах все плыло, а мыслях вновь появилась неразбериха наподобие «Флэш девочка или нет? Не помню», которая грозила появиться в реальности. Подросток, не сдержавшись, заскулил в голос от потери контакта и прижал руку к поднявшемуся члену сквозь ткань, жадно и вместе с тем жалостливо рассматривая широкую спину с выпирающими лопатками, потому что мужчина уже отвернулся и едва слышно выдохнул: — Ну и слава Богу. Спасибо, дорогая, перешли сейчас же результаты мне на старкпад и рабочий стол в сама знаешь какую папку. — Вас поняла, сэр. При звуке уведомления в кармане миллиардер сначала спокойно достал оттуда старкфон, чтобы быстро убедиться в присланном ему, а затем, услышав позади себя пыхтение и самые настоящие стоны, развернулся, смотря только на покрасневшее от возбуждения лицо — и да, все-таки стоит признать, но удержаться оттого, чтобы не взглянуть еще и на влажные приоткрытые и поблескивающие губы, ему не удалось. Питер, не убирая руки с паха, смотрел на него так жалостливо и просил сейчас лишь об одном одними потемневшими от желания глазами, что внутри что-то невольно дернулось. Прямо возле железного сердца. — Когда-нибудь я однозначно пожалею о том, что поддался, — закатил глаза мужчина и вздохнул как проигравший, прежде чем парень, до этого находящийся где-то на грани, понял, что в его личное пространство вновь кто-то ворвался, вернув с собой тот самый никогда не забытый сильный запах, от которого, кажется, член стал еще больнее потираться об ткань. Паркер поднял голову и чуть ли не отшатнулся, увидев над собой вновь своего кумира — вот только на этот раз по какой-то причине тот больше не распространял свою стальную ауру, а будто хотел подавить одним своим сводящим с ума запахом. — Мистер Старк… — не понимающий выдох через рот и еще сильнее сжавшая эрекцию рука. — Помогу тебе, несчастное ты паукообразное, так уж и быть. Один раз, — произнесли рядом с хмыком, прежде чем его руку вдруг резко убрали от паха одновременно с его невольным протестующим стоном, который мгновенно превратился в стон удивления и наслаждения — это мистер Старк сквозь ткань сжал его член и коснулся большим пальцем чуть влажного участка возле спрятанной за штанами головки. Питер же задрожал и свел колени друг к другу, сжав край дивана до противного скрипа. — Только будь тише, договорились? Из-за очередного приступа безумного удовольствия он лишь мог сообразить кивнуть и с силой прикусить губы, чтобы не дать прорваться изнутри ни единому звуку, потому что мистер Старк сказал быть тише. И Питер умеет быть тихим, даже если обжигающая ладонь дрочит ему прямо через одежду, мягко массируя головку, свободной рукой поглаживая его кругами по невольно выгибающейся спине. И парень точно-точно умеет молчать, пускай его волосы оттягивают назад до легкой боли, когда стон все-таки прорывается через приоткрытый рот, а глаза еще шире распахиваются. Он и вправду может молчать, никак не показывая, насколько ему сейчас, несмотря на наркотик в крови, невообразимо хорошо оттого, что мистер Старк так близко. Питер умеет слушаться взрослых, слышите? — Господи, — вспышка осознания и снова выгнувшаяся от удовольствия спина — Паркер, к его же стыду, кончает быстро, не дав сорваться с его покрасневших от капелек крови губ ни одному стону, где-то на краю сознания помня лишь одно. «Будь тише». — А теперь, мистер Паркер, — дрожащее от завлекающего мужского тембра тело подростка, который уже не видел, что Тони отошел от него, напоследок проведя по загривку кончиками пальцев, и пелена перед глазами. — Просто будь хорошим мальчиком и сходи в душ — запасная одежда в той же комнате — приведи себя в порядок, пока я разговариваю с Пятницей насчет взрослых дел. Точнее говоря, про тебя, но не суть, — махнул рукой тот, прежде чем еще раз внимательно посмотрел на сидячего. — Я сейчас вызову Марк, и он тебя проводит, ясно? Чтобы ни шагу никуда, парень, понял меня? Лишь быстрое кивание головой и загнанное дыхание были тому ответом. А в скором времени и сам Питер, все-таки действительно проведенный в ванную следящим за каждым его движением Марком, уже стоял под ледяным душем в одежде и с пылающими щеками от стыда, чувствуя просто сумасшедшую головную боль. Совершенно по другой причине позорное влажное пятно на штанах было его самым явным напоминанием о прошедшем. Но что он на самом деле должен вспомнить?..

***

***

Питер выходит из ванной комнаты как громом пораженный, врезаясь во все углы, но, слава Богу, у двери не встречает ждущего его Марка. Достаточно и так было понимать, что его как маленького довели до нужного места, будто он мог сотворить похуже того, что было и что все еще не полностью вспомнилось, но все равно ужасает. Его голова кружилась и раскалывалась так, будто по ней действительно били молотом Тора, да еще и несколько раз для профилактики. О слабых конечностях и странной ломоте в теле и вовсе говорить не хочется от слова «совсем», хотя и он, увы, не до конца понимает причину такого состояния. Тревожные звоночки уже начали трезвонить где-то внутри с безумным предупреждением. — Боже… — почти одними губами прошептал Паркер, прислонившись лбом к стене и замерев прямо так, сделав лишь несколько шагов от ванной. И плевать ему было на то, что пришлось надеть на мокрое тело ту же самую одежду — за исключением боксеров и штанов, разумеется — которая неприятно прилипала к коже из-за того, что парень не набрался смелости, чтобы использовать явно ему не принадлежащее полотенце (хотя Пятница уверяла его в том, что он без проблем может его взять, однако он решительно отказался и сам удивился, что начал все понимать). Похоже, душ произвел на него хорошее впечатление и даже помог ему в какой-то степени, потому что медленно, но уверенно, подросток начал соображать, где находится и что вообще происходит. И из-за этого осознания, конечно же, ему вообще не стало лучше с учетом того, что именно быстрыми картинками появлялось перед ним в разные промежутки. Настоящее безумие. Питер хотел сгореть от стыда прямо на месте, не оставив после себя и пепла, чтобы никто не мог сказать, что когда-то здесь, уже в четвертом часу утра, находился отравленный наркотиками парень, который не только нес разную чепуху далеко не для детских ушей, но и домогался до человека прямо в реальности. Пытался подарить неизвестно где найденные цветы. Сосался с личной кружкой самого Тони Старка без каких-либо стыда и позволения. Хотел залезть в трусы прямо на глазах его самой тайной фантазии. А еще мистер Старк, видимо, сжалившись, ему немного подрочил. Вот так ночка. — Мистер Паркер, Босс требует вашего присутствия, — произнесла Пятница, вынудив его от неожиданности едва не подпрыгнуть. — Вы в силах сами передвигаться или вам нужна помощь? — Н-нет! — моментально откликнулся подросток и слишком резко дернул головой, отходя от стены, из-за чего в ней не слабо зазвенело. Изнутри вырвалось будто само собой: — Или да… — Вызываю Марк. Похлопав пару секунд глазами как идиот, силясь вернуть прежнее состояние, потому что, кажется, наркотик все-таки еще не до конца исчез из его организма, Питер попытался открыть рот, но тут же захлопнул его, ибо не был уверен, что в другой раз не скажет какую-то чушь. Черт, получается, иногда он не мог контролировать собственную речь! Здорово, класс, просто всегда мечтал… Ну хоть мысли более-менее принадлежат ему, а то парень с ужасом содрогается, когда вспоминает о том, что едва не попытался попросить у мистера Старка лошадь. Что это вообще было?! — О, — высказал свое удивление подросток, когда рядом с ним появился Марк и вдруг поднял за шкирку, наплевав на возмущенное «а можно я своими ногами?..». Да еще одежда до сих пор не высохла, противно прилегая к и так важному телу. Фу. В итоге Питер сам не понял, как очутился в той же гостиной лицом к стоящему спиной мужчине, который, хмурясь, что-то внимательно читал на своем полупрозрачном старкпаде. Отряхнувшись от невидимой пыли, Паркер аж весь приободрился, стоило обратить внимание на чужую шею сзади — просто отличное зрение позволяло ему без каких-либо проблем даже с приличного расстояния рассмотреть короткие волоски прически, которые наверняка были немного колючими на ощупь, отчего у него моментально будто закололи маленькими иголками подушечки пальцев — так сильно захотелось ему проверить это, что даже сердце стало биться как сумасшедшее. Что-то у него реально появилось чувство дежавю, ну да ладно. Продолжая бесстыдно исследовать чужое тело и где-то на краю сознания чувствуя, что подобное уже происходило совсем недавно, Питер отмахнулся от «а ну-ка прекрати!», чтобы опустить жадный взгляд ниже и сглотнуть от вида безумно притягательного зрелища, которое, кажется, вновь пробудило в нем так и не до конца исчезнувшие наркотические вещества. Потому что, знаете, у него снова даже мысли превратились в одну сплошную кашу, где чаще всего промелькало восторженное «мистер Старк, а можете нагнуться пониже?», «О Боже, мистер Старк, заткните мои мысли вот прямо этими крепкими руками, молю» и «у вас такой зачетный бампер… ой, простите». В общем, подросток стоял себе спокойно и пялился как изголодавшаяся собака на кость, совершенно не скрываясь, просверливая потемневшими от желания глазами острые лопатки, прекрасно видневшиеся благодаря темной майке, чтобы через пару долгих секунд, совсем осмелев, все-таки обратить внимание на задницу мистера Старка. Изнутри мгновенно вырвался всхлип, из-за которого миллиардер наконец понял, что не один, тут же развернувшись лицом и опустив старкпад. — Паукообразное, — начал было тот, но, внимательно рассмотрев стоявшего, щеки которого были безумно красными, а на дне глаз была вполне себе явная дымка готового пробудиться возбуждения, с трудом сдержал желание тут же выругаться. — Вижу, ты все еще не пришел в себя. Ну хоть легче немного стало? Прикусив нижнюю губу и пробормотав сначала какую-то околесицу про душ и «вы не подумайте, мне очень понравилось, когда вы мне дрочили», Питер от вида внимательного взгляда все-таки набрался сил, чтобы ответить более-менее нормально: — Не знаю, — честно произнес парень, начиная переминаться с ноги на ногу. — Я уже немного соображаю и могу говорить. Тони, от такой новости даже обрадовавшись, хотел было сделать заметку о улучшении состояния, как вдруг он продолжил с придыханием: — Только о вас, — облизав пересохшие губы и смахнув языком близко подобравшуюся ко рту каплю воды от мокрых волос, о которых, конечно же, он и вовсе забыл. С безумной улыбкой самого ярого фаната: — Вы всегда были таким красивым? То есть, я не могу поверить, что раньше не говорил вам о том, что у вас самая классная задница. Я бы сфотографировал ее и сделал своей иконой. Ой, ну… если вы не против. Я вот не против. «Пиздец» — сделал вывод Старк, мысленно поблагодарив Пятницу, свою самую любимую девочку, за что, что она уже рассказала ему о том, что наркотическое вещество в мальчишке не просто необычное, а еще с «подарочком» для разочаровавшихся импотентов. Так хоть нервы немного приберег и сумел проигнорировать ауру охуеть как сильно возбужденного подростка, который раньше бы и писка не подал, не показал бы даже жестом, что испытывает к кумиру, который ему в отцы годится, далеко не отеческие чувства. Вот радость-то, а, в четвертом часу утра. А он ведь так надеялся, что быстрая помощь в виде дрочки сквозь одежду более успокоит разбушевавшиеся гормоны, которые, увы и ах, на радости того, что их выпустили на свободу, совсем обезумели. Да и сам он, похоже, тоже не отличается уравновешенностью с учетом того, что решил потакать мальчишке, и вместо того, чтобы молча направить его в ванную «исправлять свои маленькие или не очень проблемы», сам предложил помощь. Старк даже не хочет вспоминать о том, что именно испытывал, когда смотрел на то, как его стажер частыми выдохами дышал через рот и издавал совсем тихие стоны, когда его пальцы сквозь ткань прикасались к влажной уздечке, иногда слегка надавливая одной лишь подушечкой. Это были те самые ожидание и предвкушение, скручивающиеся жарким комком внизу собственного живота. Боже правый, в его личном аду уже специально для него уже точно приготовили еще один котел и поддали там неслабого жару. Так, чтобы даже мысли больше не промелькало. Чтобы не было никакого, давно погребенного глубоко внутри, жадного и темного «этот мальчишка действительно давно заслуживает правильного наказания». Глубоко выдохнув, вздохнув и отсчитав для успокоения несколько секунд, миллиардер подошел ближе и наконец увидел, что Питер почему-то был влажный. — Для тебя что, полотенце не существует? Ты чего мокрый пришел? — вмиг нахмурился мужчина, рассматривая влажные кудряшки и одежду, которая облепляла чуть ли не со всех сторон натренированное тело юноши в самом своем расцвете. Тони, не удержавшись, тут же сглотнул. Мысленно дав себе оплеуху, а еще лучше сразу две для профилактики, Старк с помощью всех своих сил взял себя в руки, потому что все это слишком. Слишком рано. — Я… — начал было Питер, так и не заметив странного взгляда мистера Старка, потому что до сих пор не мог оторвать глаз от вида так и притягивающих ключиц. — Так, хорошо, — неожиданно перебил его кумир, еще более внезапно схватив его чуть ниже плеча, отчего Паркер моментально пискнул и вытянулся. — Мистер Старк?.. — одними губами прошептал он в непонимании, когда его как куклу потянули за собой в сторону дивана, не отрывая своей обжигающей ладони, которая из-за своей легкой шероховатости будто оставляла на его нежной коже невидимые микроскопические ожоги и призрачные иголки. Когда миллиардер повернулся к нему лицом и посмотрел ему прямо в глаза, прищурившись, Питер в этот же момент немножко умер. — А теперь слушай, потому что я ненавижу повторять и даже для тебя, увы, не сделаю исключение, карапуз, — строгое, несмотря на привычное прозвище, в самое сердце до сбитого дыхания, — без каких-либо возражений садись на диван и сиди там смирно. Никакой попытки встать, пока я не разрешу, никакой дрочки и уж тем более комментариев обо мне. Понятно? В какой-то момент, когда он слушал хриплый и командный мужской голос, у него начали сами собой дрожать колени, а пальцы ног поджиматься, из-за чего подросток с огромным трудом сообразил утвердительно кивнуть, буквально с открытым ртом и горящими щеками смотря на стоявшего как на божество, которому он никогда не посмеет перечить. — Рад, что мы поняли друг друга, — явно облегченно произнес мистер Старк, и, когда Паркер как все та же безвольная кукла плюхнулся на диван и застыл прямо так, с широко распахнутыми глазами и ртом, готовый внимать каждое сказанное слово, повернулся в поисках чего-то. — А… — вырвалось случайно у него, что, по сути, должно было быть вопросов, но что-то пошло не так. Нахмурившись и будто совершенно забыв о том, что говорил совсем недавно миллиардер, парень уже собрался зачем-то встать, как вдруг вмиг в шоке замер, когда на его голову кинули что-то длинное и мягкое, погружая в темноту. — Так желаешь простудиться или же опять хотел показать свой характер? — серьезно спросил мужчина рядом, буквально сталкиваясь с его дрожащими коленями, чтобы совершенно внезапно начать вытирать явно полотенцем его все еще мокрые волосы, превращая их одни сплошные неконтролируемые кудряшки. — Хотя, стой, не говори, я просто шучу. Разомлев от такой странной заботы и едва не превратившись в расплывшуюся лужицу прямо на этом диване, Питер расплылся в идиотской улыбке. И все равно ему было на все, кроме чужих и таких сладких касаний даже сквозь мягкую ткань полотенца. Было плевать на то, что на часах уже давно четыре утра, плевать на тетю Мэй, которая, придя с ночной смены, может и вовсе не обнаружить своего племянника в своей комнате. Ему даже было все равно на то, что мистер Старк что-то говорил ему странно серьезным голосом, продолжая одновременно вытирать его волосы, будто ставя цель превратить его в один сплошной кудрявый одуванчик. Хах. Одуванчик по имени Питер. А ведь одуванчики такие красивые, нежные, прекрасные… А ведь, помнится, он уже подарил какие-то цветы своему кумиру… Вот только очень жаль, что раньше не смог додуматься и подарить самого себя! Ну, а что? Мистер Старк, вон, ведь сам делает его одуванчиком… — Если бы Пятница не рассказала мне, что ты, встревающее во все передряги членистоногое, в скором времени сам придешь в себя без каких-либо вмешательства благодаря ускоренному метаболизму, то, поверь, одной уже утренней лекцией ты бы не отделался. Ух, какой грозный. — Поверь, ты меня еще не видел по-настоящему грозным, — резкое щипание прямо за кончик порозовевшего уха и растерянное ойканье в ответ. Кажется, мистер Старк все услышал. — Все, думаю, дальше ты разберешься сам. Уж прости, но у меня все еще есть парочка дел, которые незамедлительно требуют моего вмешательства. Сиди здесь и отходи, но даже не думай теперь о том, чтобы выйти на улицу, потому что в твоем состоянии я тебя даже на порог не пущу. Надувшись как маленький ребенок и выпятив нижнюю губу, Паркер мог лишь молча наблюдать за тем как мужчина, напоследок произнеся «Марк всегда на готове, а вентиляция закрыта», уходит от него из комнаты. Оставил одного как ребенка, ну что за мистер Старк-то такой! Просто взял и оставил его, все еще находящегося под контролем наркотиков, на том же диване, где и дрочил ему, лежать на спине, недовольно скрестив руки на груди. Да еще и эта… как ее… — Пятница, а ты предательница, — пробормотал он, демонстративно посмотрев наверх, чтобы своими нахмуренными бровями и прищуренными глазами выразить как можно сильнее свое отношение к тому, что ИИ все равно что-то там рассказала миллиардеру, из-за чего тот ушел. Да что за ночь вообще?! Ничего особого не может вспомнить, в голове полная каша, а что тогда будет утром? Питер даже боится представить. Поэтому он будет спать.

***

Когда Питер, очнувшись в шесть часов утра в чужом месте, едва не споткнулся об неизвестно как очутившийся под ногами рюкзак, то уже был готов к чему-то сумасшедшему. Когда Паркер, краснея и бледнея одновременно, под наставлением почему-то будто обиженной на него Пятницы искал мистера Старка, чтобы извиниться, очутился в нужном месте, то застыл от неожиданности увиденного. Ведь мужчина, которого он искал, спал прямо на кресле, наверняка неудобно опершись щекой об локоть, который, напротив, упирался в подлокотник. Миллиардер в этот же миг показался ему настолько усталым, что Паркер, замерев от такого прекрасного зрелища, побоялся поначалу даже шелохнуться, чтобы не разбудить своего кумира. Кумира, которому он признался в любви под действием наркотиков. Мужчину, который пустил его в Башню даже в три утра и выслушивал весь его бред. Нет, да он просто обязан извиниться! — Мистер Старк?.. — тихо попытался он, на цыпочках подходя все ближе и ближе, чтобы, не дыша от вида того, как поистине прекрасно во сне хмурится миллиардер, вмиг превратиться в одну сплошную лужицу. Посмотрев по сторонам, словно его кто-то мог увидеть и поймать, Питер облизал неожиданно пересохшие губы и начал медленно вместе со стуком сердца в ушах тянуть руку вперед до тех пор, пока лишь подушечками не прикоснулся к чужому запястью. Проведя невидимую линию снизу вверх, подросток осмелился сделать еще один шаг ближе, чтобы остановиться буквально в нескольких сантиметрах от колен все еще спящего. Чтобы, не веря в то, что делает уже даже не под действием наркотических веществ, осторожно нагнуться ниже, не отрывая широко распахнутых глаз от чужих губ и тонкой, совсем едва заметной нити слюны в уголке. Рука сама собой оплела крепкое запястье, мгновенно найдя пульс. В горле тут же образовался комок. — Эй… — буквально самый тихий выдох, жалкая и совсем не серьезная попытка привлечь внимание, разбудить и сказать, что он очень сожалеет о том, что тогда, на миссии, не послушался, за что и поплатился. Но мистер Старк все еще не двигался, а каким-то способом продолжал спать в таком неудобном положении. И Питер, видя это, неожиданно наплевав на все, решается на еще один риск — подается вперед, наконец касаясь крепких колен, и другой свободной рукой опирается об крепкое бедро, кончиком носа прикасаясь к чужим волосам. Вдыхает и почти выпускает скулеж, когда чувствует тот самый запах дорогого и крепкого алкоголя, кожаных сидений редких марок автомобилей и машинное масло из мастерской. Не удержавшись, он словно обезумевший поднимается ладонью выше, до самого бедра, чтобы в бесполезной попытке попытаться поддеть ремень пальцами и почти прохныкать от того, что не мог разорвать его голыми руками. А когда, забыв обо всем на свете, подросток, сжав захваченное в плен запястье, уже хочет перейти за совершенно другую грань, случается что-то, что он абсолютно не ожидал. Мистер Старк просыпается. — Питер, — твердое прямо рядом с его ухом, далеко не сонное, будто мужчина давным-давно не спал, а просто сидел и следил за тем, что делает его стажер. И Паркер замирает, боясь дышать. — Ты хоть понимаешь, что делаешь? — Я… — непослушным языком пытается ответить хоть что-то вменяемое тот, как вдруг его руку, что продолжала все это время нагло сжимать бедро, резко хватают, из-за чего он моментально теряет равновесие и падает вперед. Охнув, он приземляется прямо на чужие колени, машинально отпустив наконец запястье мужчины, чтобы проехаться пахом по другому до писка и глубокого выдоха ему в висок. — Понимаешь, — ответ, сказанный за него, и строгое, вместе с внезапным оттягиванием волос назад до тех пор, пока не будет видно четко очерченное адамово яблоко и его глоток: — Значит, раз ты пришел в себя, теперь ты готов получить свое наказание? Мистер Старк, слегка втянув кожицу прямо возле ключицы, недалеко от выемки, проводит кончиком носа по всей длине его шеи до самого подбородка, чтобы, явно ощутив мгновенную дрожь его тела, слегка прикусить уже этот же подбородок. — Н-нет… — прикрыв глаза, почти шепчет Питер, шире раздвинув ноги и машинально потеревшись задницей на крепких коленях. Сильные руки на его спине начинают жечь сквозь футболку, но ему и всего этого безумно мало, отчего парень, не заметив, сжимает руки на широких плечах, словно безмолвно призывая продолжить, призывая сделать что-то большее. — А я думаю, что да, — хмыкает миллиардер и наконец позволяет ему опустить голову и, не удержавшись, выпустить тихий стон из-за того, что в этот же момент обжигающая ладонь вдруг поднимает вверх футболку и прижимается к его голому боку. — Понимаешь, Паучок, ты ведь не послушался меня и не рассказал о том, что каким-то чудом попал под действие веществ, которые могли вполне оказаться для тебя опасными. Поэтому я считаю, что заслуживаешь. Паркер, выпустив скулеж прямо в плечо, когда мистер Старк вдруг прямо через ткань сжимает его вставший член, потянув за мочку уха, сильно зажмуривается. — Мистер Ста-а-рк, — пытается подросток заставить мужчину сделать гораздо большее, чтобы тот проник под боксеры и наконец коснулся жаждущего члена, но мужчина отрицательно качает головой и будто в отместку щипает его за бок, чтобы через пару секунд, оставив на бледной юношеской коже легкую красноту, подняться выше — пересчитывая шероховатыми пальцами каждое ребро, не обходя вниманием ни одной впадины между ними. — Нет, нет, Питер, — резкий, совершенно неожиданный шлепок по заднице и названный даже не успевает подавить громкий вскрик. — Сегодня ты не сможешь у меня ничего просить, потому что после миссии наврал мне, когда сказал, что с тобой все в порядке. Ты будешь вести себя как можно тише, понятно? Очень тихо. Нужно быть тише. Прямо как тогда. Когда мистер Старк, не дожидаясь от него какого-либо ответа, вдруг наконец-то приспустил с него штаны для того, чтобы тут же обхватить его возбуждение, вмиг сжимая большим пальцем уретру, Паркер с силой прикусил губу. Его тело дрожало от искр наслаждения, его рука прижималась к своему рту, чтобы не издать ни одного лишнего звука, кроме частого дыхания через рот каждый раз, когда мужчина с помощью его же семени делал до ужаса медленные движения вверх и вниз, оттягивая крайнюю плоть. Питер уже давным-давно потерялся в собственном удовольствии, потому и не понял, в какой момент миллиардер вдруг поднял его, будто он ничего не весил, и резко прижал к столу, заставив его упасть на спину и выгнуться оттого, что мистер Старк, разведя его ноги в стороны, толкнулся бедрами вперед. В этот же миг Паркеру уже потребовалось сжать рот двумя ладонями, запрокинув голову и больно стукнувшись затылком об стол. В голове, как набатом продолжало биться «тише, тише, будь очень тихим». И Питер был тихим. — Знаешь, я удивлен, — начал его наставник, расположившись между его раздвинутыми ногами и вдруг, склонившись, лизнул влажно поблескивающую головку, которая тут же качнулась из-за того, что подросток выгнулся. — Я-то думал, что, прийдя в себя, ты явишься ко мне для того, чтобы тут же спросить о Мэй, но ты оказался гораздо более непослушным мальчиком, чем я ожидал. Быстро-быстро помотав головой в разные стороны и зажмурившись, он выпустил тихий скулеж в ладони и машинально двинул бедрами вверх, стоило мистеру Старку все-таки взять его член в рот, тут же погрузив его в свою жаркую глубину — вкупе с тем, как палец, словно дразня, начал потираться об его вход, его буквально чуть ли не подкидывало от невозможности происходящего. Держать себя и не стонать во весь голос становилось все сложнее и сложнее. С трудом опустив взгляд ниже, Питер ощутил, как его щеки запылали огнем, а сердце пропустило сразу несколько ударов от вида того, как блядский Тони Старк посасывает его головку, своей слюной делая ее еще более влажной, свободной рукой то теребя яички, то сжимая член у основания, иногда проводя по небольшой дорожке волос одними лишь кончиками пальцев. И Паркер даже не хотел думать о том, когда же мужчина успел достать откуда-то смазку, потому что не обратить внимание на то, как внутри его растягивает палец, было абсолютно невозможно. Больно стукнувшись пятками об стол, Питер повел голой задницей и выпустил выдох, стоило почувствовать, как умелые пальцы продолжили растягивать его, разводя в стороны горячие стенки будто ножницы и вызывая легкую боль из-за того, что там его еще никто и никогда не трогал. Хотя подросток и знал, что из-за первого раза сначала будет не очень приятно, что этого можно было и ожидать, но в уголках глаз все равно собирались слезы. Но, видимо, мистер Старк прекрасно это знал, потому что, чтобы отвлечь его, стал буквально насаживаться ртом на член, при этом все равно не давая ему кончить, несмотря на то, как сильно он этого желал. Потому что, в отличие от наставника, парень был далеко не железным. Потому что в его юном организме бушевали гормоны, из-за которых он не только очень быстро и часто возбуждался, но и так же быстро кончал, иногда и вовсе не притрагиваясь к себе. Потому что его собирался трахнуть сам Тони Старк. Вот и все. — Мхм… — промычал он в собственные ладони на грани самого громкого стона, который ему просто необходимо было сдержать. И Паркер сделает абсолютно все, что от него потребует. Абсолютно все для того, чтобы мистер Старк не останавливался. — Ты просто молодец, Паучок, — неожиданно похвалил его мужчина, перед этим выпустив с влажным звуком его головку и потянув за собой ниточку слюну, смешанную с семенем, от вида которых Питер покраснел еще сильнее и наконец машинально опустил руки, тяжело задышав через рот. — А я-то думал, что ты совершенно не умеешь слушаться. Но ты ведь и вправду… Толчок на пробу, едва проникнув одной лишь головкой в растянутый вход. Руки по обеим сторонам от его головы. Горячая грудь, прижавшаяся к собственной, ходящей ходуном. Его безмолвно распахнувшийся рот и сжавшиеся пальцы ног. — … умеешь быть тихим?  — выдыхает мистер Старк и вдруг впивается с жаром в его губы, забирая все-таки вырвавшийся стон, когда член проник уже наполовину, а затем, стоило мужчине качнуться, и вовсе до конца. Питер, всхлипнув прямо в поцелуй, сцепляет в замок ноги на чужой талии, прижимая как можно ближе к себе, чтобы резко провести пальцами по широкой спине, оставляя на ней красные и почти сразу же исчезающие полосы. Но когда головка попадает прямо по его простате несколько раз, а сильные руки приподнимают его бедра выше для лучшего ракурса, Паркер всерьез вонзается немного отросшимися ногтями в выпирающиеся лопатки, буквально молча умоляя мужчину продолжить его целовать и забирать все его рвущиеся звуки. Только для того, чтобы он не кричал, когда мистер Старк ускоряет темп, втрахивая его в стол до пошлого звука хлопка яиц об бедра в полной тишине. Только что того, чтобы он молчал, когда широкие ладони начали пересчитывать его ребра, покручивать соски и оттягивать волосы до легкой боли у корней. Чтобы Питер не издавал ни звука, потому что его наказали. Чтобы, целуя со всей страстью, не говоря ни слова, влюбленный до безумия в своего наставника мальчишка будто безмолвно признавался в самом сокровенном. Снова. Без каких-либо слов. И на этот раз не случайно. — Что бы ты сказал, — начинает мистер Старк, тяжело дыша и смотря ему прямо в глаза, когда они были уже на самой грани. Когда эта грань уже давным-давно стерлась и осталась лишь пустота, где существовали лишь они двое, — если бы я, — особенно сильный толчок, быстрый и глубокий поцелуй, бешено стучавшие сердца обоих. Синхронный выдох после оргазма, — не отверг твое признание, Питер? Питер открывает рот и, улыбаясь, отвечает так, чтобы мужчина точно услышал: громко и от самого сердца. — Я бы сказал, что я самый счастливый влюбленный идиот на свете.

***