Sinister

ПП: Включайте Keane – Sea Fog, не пожалеете. Где-то в темном пабе мужчина отрывает взгляд от дна стакана и переводит его на старый телевизор в углу, казалось бы, стоявший там вечность. Изображение на экране мерцает, но постепенно превращается в четкую черно-белую картинку женщины-репортера с неприятным волнующим голосом. Бегущая строка с новостной информацией чем-то привлекает к себе его внимание и, сидя в этом обшарпанном баре, в одиннадцать вечера, он вскидывает брови и хитро улыбается. Затем грубо ударяет кулаком по столу, призывая сонного бармена к действиям. – Налей еще, выпью за того Стайлса. хХх Группа укутанных в одеяло друзей, сидящая за круглым журнальным столиком, играла в какую-то настольную игру на фоне шумного телевизора. Один из них с дрожащим смехом откинул голову назад, но его перебил голос напуганного друга. – Ребят, вы слышали, как разрешилось то сумасшедшее дело в Лондоне? – вдруг спрашивает тот, добавляя громкости в телевизоре. Находящиеся в комнате внезапно замолкают, начиная слушать женщину с выраженным недоверием на лице. Кадр меняется и теперь видно, как по мраморным ступеням из зала суда выходит худощавый мужчина. Он, легко улыбаясь, переводит взгляд к камере. Рядом с ним шагает еще один парень, обнимающий первого своей менее худой рукой. – Он милый, – вырывается у одного из друзей со смешком, и его мигом толкают в плечо. – Что? Хотелось бы услышать ответ. хХх Она прислонилась к шкафу в своей крохотной квартирке, ожидая, как мясо на плите подрумянится и будет готово. Девушка поднесла к губам синюю кружку, отпивая слегка остывший чай, ароматом и вкусом которого хотела насладиться. Вдруг она оглянулась на телевизор, стоящий на столе рядом с холодильником. Ее глаза расширились и наполнились слезами: она мигом оставила чай и помчалась к телефону, чтобы позвонить на втершийся в память номер. Поначалу шли гудки, но после знакомый голос ответил: – Джемма? – протянула устало ее лучшая подруга. – Мой брат, – девушка сдавленно засмеялась, не спеша вытирать льющиеся слезы, закрыла рот ладонью и все еще смеясь, наклонила голову вперед. – Джем, ты в порядке? Джемма начинает глубоко дышать, оглядываясь назад на телевизор, читая большие красные буквы снова и снова, пока сама растягивается в дрожащей улыбке. Она еще раз всхлипывает, и кивает, будто подруга может ее сейчас видеть; и эта улыбка расширяется, когда девушка в который раз смотрит на слова, чтобы, наконец, их принять. Гарри Стайлс был признан невиновным. хХх Пробка шампанского вылетает куда-то в стену, после чего поток пузырьков разливается по бокалам, сопровождаемый счастливым смехом. Лиам улыбается, разливая напиток в пять тонких, безупречно сверкающих бокалов. Зейн тянется к одному из них, беззастенчиво сосредотачиваясь на Лиаме, который под таким пристальным взглядом улыбается еще пуще. Луи деликатно поднимает свой бокал, прежде чем взглянуть на своего парня, на чьих губах сейчас идиллическая улыбка. Его глаза сверкали от малого намека на пустоту и отчаяние. Луи не понял, что уставился на него, пока Найл не откашлялся. Лиам поднимает свой бокал на такой же уровень, что и Луи и предлагает: – Тост. Луи все еще не переставая смотрел на Гарри таким чистым влюбленным взглядом, когда под глазами от улыбки появляются морщинки. – Тост, – подхватывает он, в то время как Гарри встречается с ним взглядом, – за справедливость. – За справедливость, – чокаясь, повторяют все, кроме Гарри. – …За справедливость, – тихо шепчет брюнет, медленно кивая, и подносит бокал к губам. хХх Луи сидит напротив Гарри в большой ванне с успокаивающей теплой водой и огромным количеством пены. Он делает глоток вина, не отрывая глаз от парня, черпающим и размазывающим пену по голове шатена. Луи быстро проглатывает вино, ласково смеясь: – Ты знаешь, – вздыхает он, – я никогда не любил кого-то так сильно. Гарри заулыбался до появляющихся ямочек, и черпнул еще больше пены, поднося ее к подбородку Луи и делая ему своего рода бороду. Томлинсон просто закатил глаза, прежде чем обрызгать Стайлса водой, на что тот пронзительно громко закричал. И вдруг спросил: – Как думаешь, они посадят моего отца в одиночную камеру? – его голос прозвучал почти вдумчиво, пока он выводил узоры из пузырьков на руке. Луи наклоняет голову, морща лоб: – Не знаю, но я рад, что они нашли его, – мужчина улыбается, – Он и Миранда больше не появятся в нашей жизни, – качает головой, – не будем больше говорить об этих прошлых глупостях. Теперь иди сюда и поцелуй меня, пенная бородка. На слегка унылом лице Гарри вмиг появляется кривая усмешка, глаза начинают блестеть, он сокращает расстояние между собой и Луи, мокрыми руками обхватывая заднюю часть его шеи, и притягивает к себе. Парень оставляет несколько игривых поцелуев вокруг рта шатена, но быстро переходит к губам, оттягивая нижнюю зубами. Он притягивает Луи еще сильнее, прежде чем резко отстраниться, дабы можно было что-то сказать: – Луи? Мужчина рядом с ним нетерпеливо выдыхает, но улыбается и приподнимает брови: – Да, Гарри? – Выйдешь за меня? – спрашивает он таким тоном, словно вопрос такой же простой, как и дышать. У Луи перехватывает дыхание, пока он проглатывает эти слова – и врач должен что-то сказать сквозь эту улыбку. Его сердце прыгало в груди, когда он закрыл глаза на продолжительный момент и медленно кивнул: – С радостью. Его мальчик снова улыбнулся, причем настолько сильно, что казалось, его лицо треснет пополам, и снова убрал это ненужное пространство между ними для поцелуя. хХх Еще рано. Так рано, что это заставляет чувствовать себя единственным бодрствующим человеком на земле. Так рано, что это придает всему самому прекрасному серовато-розовый оттенок. Так рано, что не видно даже солнца, а только тусклые багряные цвета, омывающие линии горизонта и являющиеся единственным доказательством существования главного светила. Так рано, что Луи стоит на берегу моря, казалось бы, в одиночестве. У него на лице эта.. теперь всегда присутствующая улыбка, и даже сейчас, - когда он пристально глядит на бурливые воды, и прислушивается к крикам чаек. На пляже лежал густой темный туман, но именно он сейчас и был Луи самым необходимым. Он не знал времени, да и не хотел. Он наслаждался чувством жизни, бытия. Мужчина не старался уклоняться от пенистых волн, гладящих его кожаную обувь. После неизвестного количества времени, он протяжно выдыхает, смотря на предмет в ладонях, и пытается не допускать в уме ни одной темной мысли, и само собой это у него получается – но Луи со слабой улыбкой отвел глаза от пистолета. Он поднял голову к серому морю, обхватывая ствол оружия. Резкий крик одинокой чайки, летающей в небе, перекликнулся с криком Луи, когда он, размахнувшись, бросил пистолет – с таким трудом, с каким мог – в шумные волны. Оружие ушло на дно, в отличие от пологих волн, которые остались и приковали к себе взгляд Луи. Несколько моментов он так и простоял, с этой улыбкой на лице и морщинками под глазами, прежде чем развернуться к морю спиной, дабы взглянуть на дорогу, где припаркован его автомобиль и что еще важнее, где стоит его парень. Гарри за много метров от Луи, но он отчетливо видит на устах того улыбку. Прохладный ветерок вдруг путает кудри брюнета, и Луи поклясться может, что даже отсюда, со скалистого берега видит тот зеленый цвет. Его парень поднял руку над головой, чтобы помахать, в то время как новый прилив волн смочил туфли Луи. Он никогда не был так счастлив махать кому-то в ответ…

хХх

Вcё. Бете спасибо, всем спасибо. Откланиваюсь.