Принять последствия без остатка

      Сначала Кассандра думала, что Рапунцель всего лишь избегала её и того судьбоносного разговора, которого Кэсс не переставала всё это время покорно ждать. Но теперь она поняла, что Рапунцель было просто не до неё. Конечно, подруга приходила к ней каждый день, они мило разговаривали, не затрагивая серьёзные темы. Кассандре не нравилось это, однако с её стороны было эгоистично думать, что Рапунцель должна была все своё свободное время, которого у неё и так практически не было, уделять ей.       Кассандра осторожно приоткрыла дверь в спальню королевы и посмотрела на Рапс, что сладко спала на заправленной кровати. Конечно, она была вымотана. У неё было много других важных дел, а Кассандра могла подождать и не тревожить Рапунцель, не выкладывать на неё свои проблемы.       Но она не могла с собой ничего сделать. Кэсс хотела выговориться, иначе чувствовала, что скоро просто сойдет с ума. Юджин бы отлично подошёл на роль слушателя. Она могла назвать его своим другом, но мог ли он понять её? Да и Кассандра до сих пор чувствовала перед ним стыд и вину, ведь он был там, когда она взяла опал.       А её отец вообще не знал о том, что она вернулась в Корону. Тем более, он, по словам Рапс, не знал о её особенности, хотя клеймо предателя от него скрыть не удалось. И увидеть в его глазах разочарование Кассандре не хотелось, несмотря на то, что она соскучилась по нему.       И сейчас единственный, кто мог её понять, находился в подземелье.

***

      Кассандра помнила: Вэриан недели две назад предлагал ей поговорить по душам.       И он был идеальной кандидатурой. Как же она сразу не поняла? Вэриан тоже когда-то считался предателем, как и она, и теперь она наконец удостоверилась, что он искупил свою грехи.       Ей оставалось только надеяться, что Вэриан её примет, после всего того, что за это время между ними произошло.       Во дворце они встречались по-прежнему достаточно часто. Они здоровались друг с другом как ни в чём не бывало, но это было настолько холодно, что у Кассандры по телу пробегали мурашки. Ни один из них не проявлял желания завести разговор дальше сухого «привет». И Кассандра боялась, что сейчас, когда они будут наедине, он просто выгонит её из своей лаборатории, даже не начав её слушать.       Тем более, если учесть все грубости, что она ранее ему говорила.       — Вэриан? — приоткрыв дверь, неуверенно позвала Кассандра парня и увидела, что тот невольно дернулся. — Кхм, привет.       — Привет, — настороженно поздоровался парень.       — Я тебя не отвлекаю? — Кассандра старалась придать своему голосу побольше привычной ей грубости и уверенности, но выходило откровенно плохо, и её голос продолжал чуть подрагивать, выдавая волнение.       — Оу, ну, — он смутился, заламывая край листа, на котором ранее писал. — Смотря, что тебе нужно.       — Я хотела кое-что спросить, — Кассандра неловко почесала затылок и в ожидании ответа посмотрела на парня.       Вэриан избегал смотреть ей в глаза, поэтому Кассандра не могла даже предположить, что он сейчас чувствовал. От этого она ещё больше нервничала, ведь не знала, как вести себя дальше.       — Присаживайся, — предложил Вэриан, указывая на стул рядом с собой.       Она набрала воздуха в грудь и подошла к парню, присев рядом. Кассандра быстро оглядела Вэриана: он все ещё не смотрел на неё, впившись взглядом куда-то вперёд. Но в то же время, нервно заламывая пальцы, покорно ждал от неё следующих действий.       Кэсс боялась опять оступиться и сказать что-то не то, поэтому продолжала молчать. Но, впрочем, она уже здесь, и Вэриан, как ей казалось, не собирался пока выгонять её и был вроде бы готов её слушать.       Но её ладонь не переставала нервно сжимать край платья.       — Вэриан, послушай, если я тебя отвлекаю…       Кассандра про себя усмехнулась. С каких пор она так сильно смущалась перед этим мальчишкой? Она была старше его почти на десять лет. Тем более, она была взрослой женщиной, а он по сравнению с ней оставался ещё ребёнком.       Наверное, ей было неловко из-за того, что заставила его своим поведением чувствовать вину перед ней. А вину он определённо чувствовал. Конечно, он сам напросился, сам полез слишком далеко, но ей тоже не стоило быть настолько грубой.       — …то я могу уйти, — тише закончила она.       — Нет-нет, если тебе есть, что сказать, то… просто говори.       Она кивнула и кашлянула в кулак, морально настраивая себя на разговор.       Больше всего на свете она не любила чувствовать неловкость и смущение, потому что это всегда сбивало с толку. И даже сейчас она не знала, с чего начать. Предложения вихрем крутились у неё в голове. Сначала извиниться? Спросить, над чем работал?       В голове пробежала мысль, что её возвращение сильно изменило её, и не в лучшую сторону. По крайней мере, Кассандра из прошлого никогда бы даже не подумала поведать кому-либо о своих проблемах.       Она все ещё не любила жаловаться и говорить о чувствах, но Вэриан был единственным, кто смог бы её понять. Кто уже её понял.       — Вэриан, расскажи, — Кэсс облизала пересохшие от волнения губы и глубоко выдохнула, готовясь продолжить, — что ты чувствовал, когда потерял отца?

***

      — Что?       Вэриан резко поднял голову, удивлённо посмотрев Кассандре в глаза. Она смутилась, поняв, что сказала совершенно не то, что планировала. Однако Кэсс всё-таки решила повторить вопрос.       — Что ты чувствовал, когда…?       — Я услышал, — грубо перебил Вэриан. — Но… Это не то, с чего надо начинать разговор. Да и когда я предлагал поговорить, я не это имел ввиду.       Она прикусила губу. Вэриан слишком остро отреагировал на её вопрос. Этого стоило ожидать, ведь она надавила на больное место, тем самым неудачно начав разговор.       — Ты же ведь тоже ни с кем не обсуждал этого, верно? — догадалась Кассандра.       — В этом не было необходимости, — он отвернулся и, сложив руки на груди, облокотился на спинку стула, давая понять, что не был намерен продолжать разговор.       Наступила неловкая тишина.       Она понимала реакцию Вэриана. Кассандра здесь была всего лишь полтора месяца, за который они так и не разобрались в своих отношениях друг к другу. О чём она думала, когда приходила сюда? Что Вэриан сразу же после всех её наглых обвинений в его адрес встретит с распростёртыми объятиями?       Всё-таки одиночная жизнь на протяжении нескольких лет слишком сильно её изменила, сделав из неё наивную, совершенно неконтролирующую свои эмоции дурочку.       Она встала со стула, поспешно направляясь к выходу.       — Прости за беспокойство, Вэриан, — хрипло извинилась Кассандра и сжала ручку двери, — я просто подумала, что ты можешь меня поня…       — Это было ужасно, — внезапно снова перебил парень. Кассандра приподняла голову, из-за чёлки выглядывая на парня. — Я чувствовал себя так, как будто из меня вырвали все внутренности, и я был опустошен. Самое невыносимое было то, что я знал, что во всем был виноват сам. Но я-я не хотел этого признавать.       — Я чувствовала то же самое, — прошептала Кассандра, и её уголки губ чуть дёрнулись в слабой улыбке.       — Я знаю, — он вяло улыбнулся в ответ. — И потом я пытался выплеснуть всю ненависть на Рапунцель. И… — Вэриан зажмурился от неприятных воспоминаний и стыдливо почесал шею, — ты знаешь.       — А как тебя приняли после того, как ты искупил свою вину? — осторожно спросила Кассандра и опустила ручку двери, возвращаясь обратно к парню.       — Относительно нормально, — он пожал плечами. — Ну, а что тебя заставило так поступить с Рапунцель? Ты бы только знала, как она страдала.       — Я сама не знаю… — Кассандра закрыла глаза, присаживаясь рядом с Вэрианом. — Просто кому-то что-то захотелось доказать.       — Почему же ты вернулась только спустя пять лет?       — Я боялась ответственности. Боялась, что мой поступок повлечет за собой последствия, которые мне рано или поздно придется принять.       — А почему вообще вернулась?       — Не могла забыть.

***

      Кассандра не успела понять, как нерадостный разговор о болезненном прошлом с Вэрианом вдруг перешёл в другое русло. Да, она ему рассказала далеко не всё, что её гложило последние несколько лет. Их разговор о прошлом вообще получился каким-то скомканным. Поддавшись чувствам, они выплескивали друг на друга поток бесцельных сумбурных мыслей, но это им не мешало друг друга понимать.       А потом Кассандра смогла впервые за столько времени забыться в приятной компании Вэриана.       Он увлечённо рассказывал, какие изменения понесла Корона за время её отсутствия, говорил много про знакомых ей жителей Короны. А Кассандра блистала знаниями о разных достопримечательностях, которые они видела в своем путешествии, и рассказывала различные удивительные факты. Дальше она не заходила, а Вэриан, опять же, всё прекрасно понимал и не спрашивал её о прошлом.       Теперь Кассандра была уверена в том, что Вэриан действительно изменился в лучшую сторону.       Кассандра почувствовала укол вины. Парень понимал её, потому что сам был в точно такой же ситуации. И так предвзято к нему относиться в начале было несправедливо.       В ней говорила зависть. Кассандра считала, что если она все это время из-за страха не могла вернуться в Корону и, наконец, зажить счастливо в кругу своих друзей, то и Вэриан, который когда-то был таким же предателем, как и она, не был достоин прощения. Кассандра не подумала, что он мог пройти тот же самый путь, что она проходила сейчас.       — Кстати, насчёт выставки. Ты же говорил, что будешь участвовать, да? Что собираешься сделать?       — Да, я собирался, — он неловко почесал затылок, — но в этом году не получится. Я сейчас работаю над кое-чем другим, и я не успею сделать проект для выставки.       — Покажешь, над чем работаешь? — Вэриан на её предложение стремительно помрачнел, но Кассандра не заметила этого. — А хотя бы расскажешь?       — Там нет ничего интересного, — он нервно усмехнулся, и его плечи напряглись. Кассандра приняла этот знак за смущение.       — Меня не было в Короне несколько лет, ты думаешь, мне правда неинтересно, до чего дошла здесь наука?       — Тебе правда будет скучно, поверь мне.       — Да ладно, Вэриан, я же не спрашиваю ничего такого личного.       — В любом случае мне Рапс не… — он замолчал и прикусил губу. — То есть… Неважно, я просто не могу тебе его показать, — парень отвернулся в сторону.       Кассандра вспомнила, что Рапунцель однажды обмолвилась о том, что у них с Вэрианом было общее дело, из-за которого она даже отложила прогулку с ней.       — Я поняла. У вас с Рапунцель совместный проект?       — Ну да, — он виновато опустил голову, беспокойно теребя пальцы, — можно и так сказать.       Кассандра сложила губы в тонкую полоску.       Вэриан и Рапунцель были хорошими друзьями, в этом Кэсс уже успела убедиться. Но для Кассандры было обидно осознавать, что дружба с Вэрианом для Рапс определенно значила больше, чем с ней.       Не то чтобы Кассандра на что-то надеялась, но она видела, что Рапунцель несколько волновалась рядом с ней, пыталась помочь и пыталась находиться рядом, когда могла. Её продолжали временами раздражать суетливые предложения о той или иной помощи, но она думала, что это показывало, что Рапунцель не всё равно на неё, Кассандре казалось, что Рапунцель хотела восстановить их дружбу. Может быть, она приняла желаемое за действительное.       Разговор с Вэрианом также дал надежду на то, что это было положительным началом для их дружбы.       Но видимо она ошиблась, раз ни Вэриан, ни Рапунцель не хотели её посвящать в их совместные дела. Это были секреты, которые значили только одно. Они ей не доверяли.       — Кассандра, — позвал её Вэриан. Она подняла голову. — Мы можем стать друзьями, да? — он замялся и прикусил губу. — Только… Только не подумай, что я тебя тороплю! Я просто… Мы же сможем ими стать?       Но в другой стороны, разве она не заслуживала это недоверие? Она могла только надеяться, что оно было оправдано и что в самом скором времени Кассандра докажет, что ей можно доверять.       — Да. Да, я думаю, мы сможем.