Will you be my friend?

Ёсан замирает у двери и смотрит пристально, ищуще, будто собирается взглядом прожечь дыру. Правда, тут не прожечь, тут холодом проткнуть — не зря говорят, что у Ёсана взгляд ледяной. Он не знает, почему. Просто так получается. Но дверь... Эта дверь. Она ведет домой. Ёсан замирает, как на грани колеблясь, и разглядывает каждую детальку, щепку, кристальный кубик материала. Сотни дорог петляющих, бесконечные волны, одна за другой. От несогласия родителей до собственного отчаяния: «Куда лезешь, ты не дебютируешь, ты не справишься». А ведь справился. У Ёсана сжимается сердце. У Ёсана поневоле расходятся губы в улыбке и он почему-то хочет заплакать, хотя он вообще не из тех, кто проблемы слезам решает. Может, потому что сейчас — не проблема. Сейчас — это сейчас, у группы вторая годовщина с дебюта, а Ёсан возвращается в общежитие. Домой. К коллегам, ставшим друзьями, ставшим семьей. Ставшим домом, куда Ёсан приходит не потому что нет выбора, а потому что знает, что его ждут, и хочет, чтобы его ждали. Два года назад они с Уёном мечтали, как будут приходить в общежитие, зная, что завтра расписание и новые съёмки, и что их встретят голоса мемберов, и что через недельку-другую будет камбек. Они мечтали. А сейчас — Ёсан улыбается всё шире — это всё произошло. Дверь перед ним заперта, но у Ёсана есть от неё ключи. За стеной всплесками смех и гомон уставших после репетиций, но счастливых ребят, заливистые трели Уёна, комната Сонхва с полным набором мерча и гудсов. Все доказательства, что дебют был. Что Эйтиз были, есть и будут. Доказательства, что Ёсан справился. Он не может не трепетать. Ёсан тянет дверь на себя. Он вновь и вновь возвращается домой.