Hassliebe: Where is this line?

Фильм уже успел закончиться, в зале загорелся свет, и только настойчивый кашель уборщицы заставил Тони отпрянуть от кучерявого парня, который оставил на её губах приятное воспоминание поцелуя. Под неодобрительный взгляд и ворчание женщины в униформе пара быстро выбежала из кинотеатра на улицу. Непонятно как, но Том умудрился взять Антуанетту за руку, от чего у неё во время этого мини-побега перехватило дыхание. Ничего плохого не произошло, но почему-то она чувствовала себя коварной преступницей. Это придавало адреналина, которого ей как раз не хватало, дарило смелости пересилить себя и начать разговор: — Как тебе фильм? — спросила Моро с ребяческим блеском в глазах, улыбаясь и поглядывая на сплетение двух рук. Она не верила, что это наконец произошло — скромный парень по имени Том поцеловал её сегодня, чёрт возьми, прямо в кинотеатре. От этого голова заполнялась мыслями, полностью состоящими из шелухи. Ноги подкашивались, и отчаянно хотелось продолжить то, на чём они остановились. Он стушевался, прежде чем ответить, но всё-таки сказал, что вертелось на языке. Сейчас совершенно не хотелось лгать: для этого всегда найдётся время. — Я даже не знаю, что там происходило, ведь всё это время я смотрел только на тебя. Его слова, как гром, как прыжок с высоты ударили под дых, выбивая последний кислород из лёгких. Фраза, о которой она и не могла мечтать, заставила сердце пропустить удар, преподнося в ответ гамму неописуемых эмоций.  — Том… — Хотелось ответить на это что-то внятное, но ни один словарь не смог бы помочь сейчас. Сказать попросту нечего. Поэтому, не дождавшись пока возлюбленная придёт в себя, он схватил её за талию, притянул к себе и поцеловал. Он сделал это до такой степени естественно, будто ранее они проворачивали подобное сотни раз. На улице было не жарко, лишь прохладный ветер приятно окутывал открытые участки тела и остужал пару разгорячённых сердец. Тони где-то глубоко внутри себя радовалась тому, что сейчас стоит с этим нелепым пареньком и позволяет себя обнимать. Это до боли радовало, помогало размыть сотни крутящихся мыслей в голове. И почему-то казалось, что больше ничто не сможет её расстроить. Старые проблемы исчезли, больше не видится трагедией. Весь мир отошёл на второй план.

***

Она шла домой пружинистой походкой, постоянно трогая свои губы и не веря тому, что случилось. Прошло буквально тридцать минут с того момента, как они разошлись, а Тони уже вовсю представляла себе их будущее. Не зря Дженнис постоянно твердила, что Антуанетта заядлая фантазёрка. Раньше хватало одного взгляда, дабы начать строить планы на несколько лет вперёд, а тут целый поцелуй, скрутивший в желудке несколько тянущих петлей. Шальное воображение непроизвольно рисовало безоговорочно успешное знакомство с родителями, совместное проживание, дом, сад и в далёком будущем детей. Но из собственного мирка Тони вытянул проблеск полицейских маячков, отражающихся от окон дома. Там уже стоит взволнованная соседка — та самая миссис Браун. По её бегающему взгляду становится очевидным: не произошло ничего хорошего. — Здравствуйте, Вы Антуанетта Моро? — задал вопрос один из полицейских, так удобно оказавшихся рядом. Он держал дистанцию, но она всё равно старалась подойти поближе, как будто это позволит Тони больше понять в этой ситуации. — Да… что-то случилось? — земля медленно начала ускользать из-под ног. Руки Антуанетты задрожали от вариантов, к горлу предательски подступил ком. Отчаянно хотелось забежать домой и позвонить родителям. Попросить их приехать, потому что на неё действительно накатила паника. Мужчина, заметив это, резко сократил расстояние между ними и успокаивающе положил руку ей на плечо. — Я офицер Айзек Леманн. Нам поступил звонок от вашей соседки с заявлением, что она видела некоего человека, пробравшегося в Ваш дом. Тони взглянула на подошедшую к ним вплотную миссис Браун. Она активно кивала головой, подтверждая слова офицера. — Вы задержали его? — слова выплескивались резко и грубо. Прозвучавший голос не был похож на её собственный. Он больше подходит старухе, нежели молодой девушке. От этого она сразу осеклась, осознав своё положение. В голове на перемотке играли слова «возьми себя в руки, возьми себя в руки, ВОЗЬМИ СЕБЯ В РУКИ». — К нашему приезду его уже не было, все помещения были тщательно осмотрены. Скорее всего он был испуган шумом полицейских сирен. Вам не о чем беспокоиться, сейчас в доме точно никого нет. По телу пробежал электрический заряд, вызвавший за собой табун мурашек. «А если бы я была дома в тот миг? Что случилось бы тогда? Вдруг это случилось из-за того, что я ушла? Этот человек дождался момента, когда никого не будет и зашёл. Боже, что скажут родители когда узнают, что я вернулась так поздно…» — Мои родители не в курсе, ох, чёрт… Им надо сообщить о случившемся, надо позвонить, — тут же затараторила Моро, стараясь унять дрожь. — Детка, я с трудом дозвонилась до них. Они оставили номер на всякий случай. Просили присматривать за тобой, — подала голос миссис Браун, с тревогой посматривая на юную киноманку. — Вам есть у кого остаться до того момента, как они подъедут? — поспешил высказаться полицейский, пока голова Тони была напрочь забита, и вместо неё ответила женщина. — Да, она останется у меня. Её родители в курсе, можете не беспокоиться, офицер. Постояв на улице ещё немного и ответив на пару обыденных вопросов, Тони направилась в дом миссис Браун лично отзвониться родителям. Они уже выехали, поэтому с ними спокойно можно было связаться с помощью мобильного. Одна беда: телефон был полностью разряжен. Поставив его на зарядку, Тони села около него, нервно тарабаня пальцами в ожидании. — Значит, Вы видели как я ухожу из дома, раз сразу поняли, что в доме кто-то чужой? Она ещё не могла поверить, что в их дом и правда кто-то пробрался. У кого хватило смелости на это? И главное зачем? — Видела, — замялась соседка, поглаживая пушистого кота, разлёгшегося у неё на коленях. Больше говорить не хотелось, ведь сотовый ненавязчиво завибрировал на деревянном столе, сообщая о том, что он снова готов к работе. Неутихающей дрожью в пальцах, она бессознательно заправила прядь каштановых волос за ухо, быстро набирая номер. Уже было видно пару пропущенных, отчего Тони ещё больше испугалась. Гудок за гудком, но никто не отвечал. — Милая, они сейчас в дороге, мчатся на всех порах. Ты можешь позвонить позже, когда они уже будут подъезжать к городу. Там не везде хорошая связь, а когда будет возможность позвонить, мама сама тебе наберёт. Тебе нужно успокоиться и просто дождаться их. Давай я сварю тебе успокаивающий чай? Ты сразу почувствуешь себя лучше, обещаю. Тони смогла выдавить из себя только «хорошо». И этого хватило для того, чтобы женщина встала и пошла на кухню. Не могла же она сказать, что боится до трясучки в коленях и чай уж точно сейчас не поможет. Ей оставалось только унять сбивчивое дыхание и сделать вид, будто всё в порядке, когда на самом деле она была готова разреветься. Было тоскливо и одиноко, единственным верным решением оставалось позвонить подруге и рассказать о случившемся. — Боже мой, Тони, я сейчас же приеду. Смотри у меня, не плачь! — на другом конце провода послышалась суматоха, и уже буквально через 20 минут послышался звонок в дверь. Миссис Браун была рада, что кто-то ещё пришёл. Она понятия не имела, как вести себя в подобной ситуации. Поэтому спокойно оставив девушек одних с чашками свежезаваренного чая, она поспешила ретироваться на безопасную территорию. Страх и неуверенность Антуанетты стихли, когда Дженнис сгребла её в охапку и крепко, чуть ли не по-матерински прижала к себе. Больная фантазия была уже на наготове, но подруга заговорила. — Кому пришла в голову такая дурацкая мысль? Посмотрела бы я на того альтернативно одарённого, сто процентов — это школьники балуются. Как в прошлом году с Джефферсонами. Наверно, проспорили и решили наобум залезть в дом. Возможно, всплывёт, когда это засветится в Инстаграме. Смотрите какие мы крутые, проникли на чужую территорию. — Рассуждала Дженнис, горячо размахивая кружкой, которая всё никак не использовалась по назначению. Тони в ответ только качала головой. Голос близкого человека успокаивал лучше любого лекарства. — Ладно, этого придурка точно найдут и посадят в обезьянник, а мы с тобой ещё пойдем и посмеёмся над ним, — ободряюще защебетала Дженни-Джен. В следующую секунду она отложила чашку, хитро улыбнулась и прищурила глаза, словно ей в голову пришла гениальная идея. — Рассказывай, что у тебя с малышом Томми? У него хватило решимости хотя бы поцеловать тебя в щёчку? Или мне нужно было остаться и подтолкнуть его, а то, видит Бог, если он не воспользовался моментом… Тони попыталась скрыть смущённую улыбку за глотком чая, но судя по восторженному восклику «неужели», ничего не вышло. — Я до последнего думала, что он нервно пожмёт твою руку на прощание, а потом убежит, оставив хрустальный кроссовок на память принцессе Антуанетте, — цокнула языком Дженис, а потом тихо рассмеялась от собственного остроумия. Улыбка на лице Тони была лишь дежурной: за ней она прятала гамму эмоций, связанных с её первым поцелуем. Несколько часов прошли незаметно за разговорами и совсем уже позабывшейся историей с проникновением. Две болтушки продолжали сидеть на кухне, тихо перешёптываясь и стараясь не потревожить своим смехом увлечённую мыльной оперой миссис Браун. И Дженнис выедала ложечкой мозг Моро, смакуя каждую деталь свидания. Она на самом деле намеревалась утопить страх Тони в своих разговорах, и ей, к счастью, пока удавалось. Неожиданный стук в дверь заставил девушек вздрогнуть и Тони поспешила открыть её. Она посчитала, что лучшим вариантом будет самой встретить родителей, чем позволить сделать это миссис Браун. Но вместо них на пороге стоял мужчина — офицер, который уехал несколько часов назад. — Здравствуйте, Антуанетта Моро, — Тони сразу подметила, что он выглядит уставшим. — Я уже давала показания, Вам незачем снова меня допрашивать. Когда мои родители приедут, то обязательно свяжутся с вами. Она не горела желанием общаться с органами правоохранительного порядка лишний раз. А всё началось с того случая, когда ей впервые позволили сесть одной за руль, и она умудрилась получить пару штрафов, в том числе за превышение. Хотя ни одно правило, по её мнению, не было нарушено. — Приношу Вам свои соболезнования, мисс Моро. Ваши родители погибли в аварии по дороге сюда, а ваш дядя сейчас находится в больнице. Сначала Тони продолжала натянуто улыбаться, и ей всё казалось совсем нормальным, но следом до неё дошёл смысл сказанного. Она, уже не так уверенно, но снова улыбнулась, недоверчиво покосившись на сотрудника при исполнении. Ей показалось это неудачной шуткой. Показалось, что её решили так проучить, подозвав ряженого «клоуна» в костюме. Но сердце начинало стучать только быстрее, отдаваясь гулом в висках. У неё вырвался истеричный смешок. — Если Вы пошутили, я могу сказать Вам одно: это не смешно, — мужчина продолжил молчать. И голос её уже не яркий, а потускневший. — Вы же пошутили? Почему Вы не говорите? Пару часов назад они звонили мне, давайте я принесу телефон и Вы посмотрите. Они звонили мне, — тут она начала трястись и повторять снова и снова одно и тоже. — Они мне звонили пару часов назад, Вы понимаете? Как они могли попасть в аварию, если они звонили? — она начала кричать, сама того не понимания. Подбежали Дженнис и миссис Браун. Её пытались спросить, что случилось, но она продолжила повторять как заведённая. Глаза наполнились слезами и свет начинал гаснуть. Там, где она находилась, наступила тотальная тишина — ничего, абсолютная пустота. И в этой пустоте она сейчас совершенно одна. Уже совсем не важно, что происходит вокруг. Откуда-то вдалеке послышались крики «Вызывайте скорую, она теряет сознание». Последняя нить с реальностью оборвалась, и Тони упала в спасительный круг забвения из чьих-то подхвативших её тёплых рук. Неужели это всё правда?