Ночные огни большого Нью-Йорка

Никогда не знаешь заранее, что встретишь кого-то очень важного. Не бывает никаких предупреждений. Ты просто поднимаешь глаза и вот он.

•°***°•

      Погода выдалась жаркой. Июльское солнце палило нещадно уже неделю. На улицу выходить не было совершенно никакого желания, тем более семье Секвилбэк. Все троя кисли дома, изредка поднимаясь с кровати и почти не едя. Иногда они вместе смотрели фильмы, иногда играли в приставку. Иногда даже по вечерам просто сидели за чашкой холодного чая и болтали. Но жрать в итоге всё равно захотелось. И кого-то нужно было послать в магазин, дабы купить хотя бы крови.       - Я уже старый, так что решайте, кто из вас пойдёт. - Грегори лежал на животе, обняв подушку, и переключал каналы по телику.       - Это не честно! - В один голос воскликнули Анна и Рудольф, скрестив руки на груди.       - А где вы видели в этом мире справедливость?       Спустя нескольких минут споров, младшие всё же решили, как разрешить этот конфликт. Это был старый метод, который передавался из поколение в поколение. Им решались многие вопросы уже не один десяток лет. Кивнув друг другу, вампиры начали.       - Камень, ножницы, бумага. Цу-е-фа!       Девушка выставила прямую ладонь, обозначая бумагу, а юноша - кулак, обозначающий камень. Секунда молчания, и с губ слетается тихое "Блять", пока Анна с огромной ухмылкой садится рядом с Грегори, уставившись в экран телевизора. Рудольф же, слегка злой, идёт в свою комнату, тихо матерясь под нос. Решив, что джинс и майки будет достаточно, Секвилбэк намазывает открытые участки кожи солнцезащитным кремом, надевает на голову шляпу, чтобы не припекло, и нацепляет солнечные очки. Обувшись в кеды, вампир выходит из квартиры, направляясь на улицу.       На улице душно, что пиздец. Воздуха как будто нет, дышать почти нечем. Подумав, что тем раньше зайдёт в магазин, тем раньше придёт домой, юноша направляется в ближайший супермаркет, дабы купить крови и элементарно чего-нибудь холодного.       В помещении прохладно. И это радует как никогда. Судя по всему, не его одного. Многие просто месились у молочного отдела тупо потому что там холодно. Помнится, один раз летом, когда Рудольф было от силы триста лет, вся чета Секвилбэк прилетела на недельку в Германию к дальним родственникам. Дядюшка Герман охотился с Фредериком и Грегори, который долго выпрашивал этого, а тётушка Вольфтруда играла с ещё маленькой Анной и Рудольфом, не забывая уделять время и Фриде. Тогда тоже было жарко. И по ночам, когда солнце уже зашло за горизонт, а на небе появлялись первые звёзды, вся семья ходила на озеро плавать. Вампир плавал с братом наперегонки, за что потом оба получали лёгкий нагоняй, ведь мальчику тогда так далеко плавать было ещё нельзя.       Из воспоминаний его выдёргивает звук уведомления на телефоне. Рудольф уже стоял на кассе, ожидая очереди. Достав телефон из кармана, он замечает, что ему написали в Инстаграмме. Решив, что оставит это на потом, Секвилбэк оплачивает пакеты с кровью и большую коробку мороженого, вкладывая всё в пакет и выходя на улицу. Придя домой и убрав всё в холодильник, вампир приходит к себе в комнату и ложится на кровать, доставая телефон и всё таки открывая сообщение. AnthonyOfficial: "Привет, Рудольф)"       Рудольф поднимает одну бровь домиком. Уж от кого, но от Тони он никак не ожидал сообщения. Юноша думал, что они с Томпсоном обоюдно забьют друг на друга после концерта. Но, похоже, не выйдет.

SB_Rudolf: "Привет, Тони. Что-то хотел?"

      Да, возможно это звучит намного грубее, чем хотелось показаться, но что тут поделать. В соц. сетях вампир всегда холоден и краток. Пишет мало и по делу. AnthonyOfficial: "Просто поболтать?"       Рудольф никогда не любил это "просто поболтать". Когда он так в последнее время просто болтал с одним из старых знакомых, в итоге это вылилось в ссору и переход на личности и оскорбления. Но... Почему-то сейчас старая привычка не разговаривать по простым вещам затухла.

SB_Rudolf: "Ну, давай попробуем."

      Как итог, Секвилбэк поймал себя на том, что в очередной раз смеётся со смешной картинки, которую ему скидывает Томпсон. Это действительно забавно, хоть и смысла было абсолютно ноль. Сколько уже так времени прошло, он не знает. Может десять минут, может пол часа. За это время из смертного ему удалось вытянуть то, что он до безумия любит шоколад, и что ему через полгода будет двадцать один. AnthonyOfficial: "Что ж, очень не хочу прерывать общение мемами, но мне нужно убежать. Надо пройтись по городу по делам. До связи. ;)"

SB_Rudolf: "Хорошо. До встречи."

      И только сейчас Рудольф понимает, что засиделся в соц. сетях. Встав с кровати, Секвилбэк идёт на кухню хотя бы элементарно попить. В холодильнике пакет с прохладной кровью. Это фактически спасение в такую духоту. Воткнув внутрь трубочку, вампир начинает чуть ли не жадно пить чуть густую красную жидкость. Сначала холод бьёт по зубам и клыкам, но после это чувство проходит, а пакетик постепенно становится пустым.       Всё последующее время вся чета Секвилбэк ленилась дома, смотря телевизор или просто беседуя. Желания что-то делать не было совершенно. По зомби-ящику начали говорить про погоду. Миловидная девушка с веснушками и голубыми глазами рассказывала про циклон, что надвигались постоянно куда-то, про осадки и прочую хрень.       "- Не смотря на сильную жару в Нью-Йорке, завтра она спадёт. На город надвигается небольшой дождь. Температура упадёт до семнадцати градусов тепла."       Девушка была симпатичной. Блондинистые волосы были подстрижены в виде каре и красиво уложены. На теле было свободное летнее платье под джинсу. И, почему-то, когда ведущая улыбается, Рудольф машинально ищет в её зубах маленькую щёлку, но не находит. И на душе неожиданно остаётся странный осадок, происхождение которого вампир так и не может понять.       - О! Раз такая пьянка, может тогда прогуляемся по магазинам? Я хочу посмотреть себе что-нибудь. - Анна неожиданно резво оживляется после того, как прогноз погоды был завершён.       - Я пас. - Как отрезал Грегори, откидываясь обратно на подушки, делая звук телевизора вновь тихим. - Желания выходить на улицу нет. Да и мне нужно ещё раз всё обговорить по поводу интервью на следующей неделе.       - Зануда. - Сказано было совершенно по-детски. Девушка даже язык показала. Но все знали, что это было не в серьёз и не в обиду. Младшие прекрасно понимали, какая нагрузка возложена на плечи старшего. - Тогда мы сходим вместе с Рудольфом. Правда же?       - Разумеется. - Секвилбэк кивает, так же откидываясь на подушки и устремляя взгляд на экран телевизора, где уже показывали какой-то ситком. Юноша не против пройтись по каким-нибудь торговым центрам или магазинам одежды. В конце концов, недавно порвалась его любимая майка. Ну, как любимая. Он просто часто её носил, и, видимо, срок годности истёк. После очередной стирки ткань не выдержала и треснула так, что эту дырку зашить уже не было возможности. Ну и стоило бы прикупить какую-нибудь рубашку. И похуй, что у Рудольфа их уже полный шкаф. Рубашек много не бывает.

•°***°•

      На следующий день и вправду становится холоднее, и от этого легче. Противная духота спадает, и Рудольф наконец-то открывает окна, впуская в комнату прохладный воздух. Такое чувство, будто вампир наконец-то дышит. И это охуенно. Такое чувство свободы юноша чувствует впервые за неделю. Асфальт мокрый после недавнего дождя, а воздух ещё пахнет влажной пылью и немного озоном. Один из любимых запахов Секвилбэка. Анна сейчас в душе. Когда она выйдет, они оба позавтракают и выйдут на улицу. Грегори, как и вчера, отказался, взяв себе пакет с кровью и сев за ноутбук, открывая его и начиная смотреть что-то на почте группы SеквилBэк. Младшие же, поев сэндвичей и запив их кровью, пошли собираться. Хоть и было достаточно таки серое небо, ибо небольшие тучки всё ещё ходят после дождя, про защиту забывать не стоит. Поэтому Рудольф вновь наносит защитный крем и, дождавшись, когда начнётся эффект, начал собираться. В этот раз выглядить как какой-то ободранный жизнью подросток не хотелось, поэтому юноша решает одеться более симпотично. На ногах теперь чёрные летние брюки, что были сужены к низу. На теле чёрная майка, а сверху накинута такая же чёрная, только с большими красными цветами тонкая рубашка, рукава которой закатаны до локтя. А на голове - шляпа. Идеально. Секвилбэк любил такой стиль. Простой, слегка забавный, но сочетаемый.       На улице приятная прохлада после недельной жары. Даже смертным, кажется, стало лучше. Что, с одной стороны, не удивительно. Духоту, как в печке, не выносил никто. Приятный запах в воздухе до сих пор не исчез, но к нему прибавился запах мокрой травы, что только больше нравилось вампиру. Решено было идти пешком. Именно поэтому на ногах у Анны не туфли, а простые чёрные кеды, что смотрелись очень аккуратно на её маленькой, если сравнить с Рудольфом, ножке. Девушка всегда была почти что фарфоровой куколкой. Возможно, именно поэтому её так любили многие. Вот только фарфор был заменён на что-то менее хрупкое, но всё такое же красивое.       - Пошли.       Секвилбэк направились на Пятое Авеню. Там располагался неплохой такой универмаг, в котором вся семейка часто закупалась. "Saks". Конечно, они не были прямо лютыми его фанатами и не часто туда заглядывали. Но если нужно было идти куда-то за одеждой, то обычно маршрут всегда лежал туда. Прибыв на место, Анна и Рудольф заходят внутрь, ища глазами каждый своё. Девушка в основном ищет себе платье или юбку, юноша - майку и рубашку. В итоге оба разбрелись каждый по своим отделам. Вампирша сказала, что если что-то случится - найдёт брата в мужском отделе, и направилась смотреть себе всякие тряпки. Сначала красные глаза выискивают нужный цвет, а после холодные бледные пальцы щупают ткань. Такое чувство, будто здесь он вновь как дома. Может, потому что привык. А может, потому что в глубине души любил всякое тряпьё так же, как и сестра.       - Рудольф? - Знакомый голос звучит так, будто Секвилбэка окатили ледяной водой. По спине прошлись мурашки, а волосы на затылке встали дыбом. Очень хотелось верить, что показалось. Но нет. Сбоку выглядывают знакомые голубые глаза. - Рудольф! Привет.       - Привет, Тони. - Вампир слегка улыбается, поворачивая голову к собеседнику. - Не ожидал тебя здесь увидеть.       - Да, я тоже. - Тони не меняется в стиле, но от этого не становится хуже. На ногах всё те же драные голубые джинсы и поношенные временем красные кеды. Но на этот раз сверху чёрная толстовка даже без капюшона. На руке одно только кольцо. Обычная, тонкая серебряная полоска. Вот только одето оно было на большой палец правой руки. Где-то под ложечкой засосало от мысли, что это именно то, о чём подумал юноша. - Ты здесь один?       - О, нет. Тут где-то Анна ходит. А ты?       - А я вот один решил пройтись. Да и не с кем как-то. - Лёгкая улыбка кажется натянутой, но, может это просто кажется. В голове смертный выглядит как брошенный всем миром котёнок, что сидит в картонной коробке у мусорки, а шерсть намокает под ливнем. И этого в душе просыпается некая жалость.       - Если хочешь, то можешь пройтись с нами. Мы всё равно никуда не торопимся.       - Не стоит. Не хочу вам навязываться. Правда. - Тони вновь улыбается. В момент предложения пройтись вместе в глазах сначала появились мелкие искры, но они тут же потухли. Видимо, их насильно погасили.       -Тони! - На Томпсона налетели со спины объятиями, стискивая парня за плечи. - Я так рада тебя видеть!       - Ох, Анна! Я тоже рад. - Он широко улыбается и поворачивается к девушке. И теперь в душе вновь остаётся странный осадок из-за того, что сестре Тони улыбался намного искренне, чем вампиру. И, возможно, только сейчас Рудольф замечает, что шея смертного абсолютно чистая. Нет ни укусов, ни засосов. Нет абсолютно ничего. Что, на самом деле, очень удивляло Секвилбэка. Неужели и вправду упорно пробивался на сцену, как цветы сквозь толщи асфальта?.. - ... Анна, мне правда неловко.       - Успокойся. - Только сейчас мозг включается в реальность, и до ушей долетают обрывки диалога между сестрой и смертным. - Я уверена, что Рудольф тоже не против. Правда же?       - Разумеется. - Юноша кивает, и видит, как после это фразы расцветает Тони. Как бы тот не пытался это скрыть. А вот девушка своих эмоций не скрывала, смотря на брата хоть и с улыбкой, но с осуждением в глазах.       - Ты ведь даже не слушал нас, правда?       - Ты уговаривала Тони пройтись вместе с нами по магазину, хотя он отказывался. Я прав? - Бровь выгибается домиком, но победного взгляда вампир не удержал, от чего Томпсон даже слегка рассмеялся. А вот сестра слегка скривила лицо, понимая, что порой вампирское чутьё слишком часто спасает этому несносному задницу. - Отлично. Так куда идём прежде всего?       - Я насмотрела себе несколько вещей. И я хочу их примерить. Ты-то что-нибудь нашёл?       - Ещё ищу.       - Ладно, ищите тогда. А я пойду, примерю всё это. - И блять, только сейчас Рудольф замечает в руках сестры просто кучу различных вешалок с одеждой, туфлями и кедами. Вот главное отличие этих двоих. Если юноша выбирал по малому, то вот девушка смотрела вещи глобально. На всякий случай, так сказать. Ну, раз выбора толком не было, Секвилбэк продолжил искать себе рубашку, пока Томпсон что-то смотрел в толстовках. Благо, что эти отделы были рядом.       - Хэй, Тони, что думаешь? - Вампир прикладывает к себе бордовую рубашку, кажется кровавого оттенка. И он был на сто процентов уверен, что смертный пошутит про этот цвет, или просто скажет, что выглядит нелепо и глупо. Но вместо этого тот лишь приложил руку к подбородку, разглядывая что-то. А после, улыбнувшись, кивает.       - Тебе идёт. С чёрной футболкой будет хорошо смотреться.       Сказать, что Рудольф охуел - ничего не сказать. Он стоял в полном шоке. Он ожидал чего угодно, но не одобрения на тот цвет, который сам Секвилбэк терпеть не мог в одежде. Но что более повергло в шок, так это то, что вампир кивает и забирает вешалку с этой рубашкой, дабы потом заплатить за неё на кассе. После оба парня стояли и смотрели толстовки. И если смертный искал что-то с каким-нибудь принтом, то вот юноша ищет что-то однотонное.       - Рудольф, смотри. - Томпсон достаёт с вешалки толстовку, больше похожую на огромный мешок, в которой можно утонуть. Спереди какой-то принт с персонажами то ли фильма, то ли сериала, а сзади огромный капюшон. В принципе вампир особо не любил такую одежду. Да, свобода - одно из главных качеств в одежде. Но когда низ этого тебе до середины бедра, а конец резинки на рукава еле открывают тебе пальцы, то это уже слишком. Но всё же ...       - Неплохо. Тебе идёт. А однотонная такая есть?       - Где-то я видел такую. Подержи, пожалуйста. - Тони отдаёт этот мешок Секвилбэку, начиная копошиться в остальных и ища однотонную, без принтов и букв. - Нашёл! Вот. - Парень забирает свою и отдаёт ту, что откопал.       - Спасибо.       Парни направились к кассе, где их уже ждала Анна. В руках у девушки было какое-то платье, юбка и чёрная майка. Завидев брата в компании смертного с вещами, Секвилбэк чуть выдохнула. Их слишком долго как-то не было. Но от её вампирского зрения не ушло то, что в руках Рудольфа одежда, которую он никогда не носил, и в принципе относился к ней с презрением. С чего бы так резко он поменял своё мнение? Когда у всех оплачены покупки, девушка предлагает сходить ещё куда-нибудь. И парни соглашаются. Ну, то есть как. Томпсон был всеми руками за, а вампиру ничего больше не оставалось.       Первой их целью стал магазин косметики. Анна смотрела себе крема и, кажется, тушь. Рудольф же искал карандаш для глаз. Последний сломался и не хотел адекватно точиться. Так что, Секвилбэку проще купить новый.       - Что ищешь? - И вновь Тони подходит сбоку, почти заглядывая через плечо.       - Карандаш.       - Понял. - Парень так же начинает искать глазами всё, что похоже на карандаши. И первым, что он достаёт, оказывается чёрный карандаш для глаз от "Black Moon". - Подойдёт? - Вампир смотрит на это карандаш и вновь возвращается к поиску.       - Говно, а не фирма. Я в начале им пользовался. Только вот они растекаются, и я потом похож на енота. - До ушей доносится небольшой смешок сбоку, и вновь копошение среди подобных штук. Когда смертный показывает ещё две фирмы, и то каких-то непонятных, он вытаскивает тот самый карандаш, который так искал вампир. - Да, этот. Спасибо.       - Всегда пожалуйста. - Детская улыбка вновь появляется на лице Тони, а в животе снова порхают бабочки. Вот только этих противных насекомых была охота прибить. Причём как можно быстрее. Когда парни идут дальше и подходят к отделу с лаками для ногтей, Томпсон вновь задаёт вопросы. - А ты сам себе ногти делаешь?       - У меня руки не из плечей для этого дела. Этим занимается либо Аня, либо я записываюсь к мастерам.       - Ясно. Тебе, я так понял, нравится "миндаль", да? - Слово вообще какое-то непонятное для Рудольфа. Тот отрывается от баночек с лапками и поворачивает голову к парню.       -... Что?       - Ну... "Миндаль". Это форма ногтей такая. На когти похожи. Я просто заметил, что на том концерте, что на фотографиях, что у тебя заострённые ногти к концу. Но не слишком длинные.       Сказать, что Секвилбэк охуел второй раз - ничего не сказать. Сам юноша никогда особо не шарил в этих формах. Просто один раз с ним была его сестра. Она объяснила, что да как. И с тех пор тот мастер так и работал с этой формой.       - Ты разбираешься в маникюре?       - Ну... Скажем так, я очень часто с этим сталкивался. Сам я покрываю ногти максимум прозрачным лаком, чтобы они хоть как-то красиво выглядели.       - Следишь за внешностью?       - Так же, как и ты. - И вновь лёгкая ухмылка.       Один-один, смертный. Вампир слегка ухмыляется, забирая с полочки лак чёрного цвета. Что-то подсказывало, что смазливая внешность скрывает мелкого черта, что, на самом деле, довольно забавно. Ведь, возможно, беса можно усмирить, схватив за рога. Или же спуститься к нему в ад и подружиться. Второй вариант казался более завлекающим. А кольцо на большом пальце, что вновь отражало свет ламп, подтверждал этот возможный вариант событий.       - Парни, ну что, нашли всё, что хотели? - Анна появляется слишком неожиданно. Где-то в глубине, под сердцем, скребут кошки, ибо поговорить вот так вдвоём хотелось больше. Но, деваться было некуда.       - Да, конечно.       - Отлично. Значит, идём на кассу?       - Да.       Вся троица идёт на кассу, где и оплачивает все покупки. После в здании становится как-то скучно и душно. Поэтому они выходят на улицу в поисках какого-нибудь кафе или же кофейни. Выбор пал на Starbucks. Всегда уникальный, всегда кстати. Помнится, Рудольф и Грегори долго плевались от него, пока Анна не уговорила всё же туда сходить и попробовать человеческий кофе. Запах был приятным, но доверия всё ещё не было. Пока на язык не попал сам горячий напиток. Тогда семья Секвилбэк влюбилась в каждый свой вид кофе, и иногда даже довольно таки часто там появлялись, когда перекусить хотелось жутко, но до вампирского магазина далеко и долго. Вся троица заходит в кофейню, вставая в очередь и выбирая себе напитки.       - Здравствуйте, добро пожаловать в Starbucks. - За кассой стоял молодой парнишка, одетый в форму данного заведения. На затылке - короткий хвост из чёрных волос, похожий на пальму, а виски коротко подстрижены. Карие глаза смотрели на посетителей с добротой и вежливостью. - Что будете заказывать?       - Одно Капучино, два Латте и три круассана. Один с клубникой, и два с шоколадом. - Рудольф делает заказ за всех троих, доставая из брюк кошелёк.       - Как подписать стаканы? - Интересуется юноша, пока заполняет что-то на планшете.       - Латте - Тони и Анна. Капучино - Рудольф. - Когда на экране светится уведомление, Секвилбэк прикладывает к нему карту, и со счёта списываются пять с небольшим долларов.       - Заказ будет готов в течении максимум десяти минут. Спасибо за заказ. - Юноша отдаёт вампиру чек, и тот забирает его, убирая в карман и направляясь к сестре и смертному, которые бодро что-то обсуждали.       - Что я пропустил? - Спрашивает Рудольф, садясь на стул напротив Томпсона.       - Ты представляешь, оказывается Тони по образованию дизайнер! Прямо как я! - Анна, кажется, пищала от восторга. С одной стороны, это было забавно. Ведь, как оказалось, они оба имеют одно образование и учились одному делу. Но с другой, это казалось слишком. То, что у девушки и парня так много общего ещё ничего не значит. Правда ведь?       - Ого. Вот оно как. - Казалось, что на лице Рудольфа не дрогнул и мускул, но на самом же деле в душе было и вправду интересно узнать что-то больше о жизни их нового друга.       - Ага. - Казалось, что Тони смущается чего-то. - Только вот я не заканчивал школу полностью. Я ушёл после среднего звена.       - И почему же ты не ушёл в старшую школу? Говорят, там весело.       - Решил не тратить зря время. Да и родители были не против. - Хоть на лице Томпсона и улыбка, но очевидно, что он что-то не договаривает. С одной стороны, было интересно узнать чуть больше о новоиспечённом друге. Но с другой - такой допрос был бы слишком наглым. В конце концов, каждый имел право на личное пространство и дозволенность. Пока Секвилбэк витал в своих мыслях, голубые глаза напротив уловили электронное табло с заказами. - О! Наш заказ готов. Я заберу.       - Держи. - Из кармана брюк вампир достаёт чек с номером и отдаёт его парню, дабы тот взял этот злосчастный перекус. Тони забирает его, кивая, и уходит к кассе выдачи.       - Он довольно милый. - Анна смотрит ему в след, пока тот стоит в очереди, и говорит это скорее вслух, чем осознанно. И это даже забавно. Ибо вампиры часто влюблялись в смертных, потом их обращая. Но вот только давний, будто животный страх всё ещё где-то сидит. Ибо раньше такая любовь заканчивалась либо костром, либо охотой. Благо, сейчас не средневековье, и обе расы смогли искоренить конфликт. Хотя иногда и вспыхивают вспышки агрессии с какой-то стороны. Но вроде Тони к вампирам относится хорошо. Так что, может, из них вышла бы хорошая пара. Но от этой мысли где-то внутри, под сердцем, скребутся кошки, царапая. Но почему?..       - Понравился? - На губах сама проскальзывает ехидная ухмылка, хотя в душе совсем другие эмоции.       - Не говори глупостей. - Девушка слегка краснеет и отворачивает голову от брата, что довольно забавно само по себе.       - А вот и кофе. - Тони приходит с подносом, где стоят три пластиковых стаканчика, и лежат три круассана, завёрнутые в полупрозрачную бумагу. Каждый берёт своё. Томпсон сразу же откусывает от булки и будто загорается от восторга. - Ммм! Обожаю шоколад!       - Я знаю. - Как ни в чём не бывало отвечает Рудольф, пока до него не доходит, как же странно это звучит со стороны. - Рад, что смог угодить.       - И откуда ты это знаешь? - В голосе слышен тот же ехидный тон, что был изначально у Секвилбэка.       - Мы с ним переписывались вчера. Он и рассказал. - Смертный бегает глазами по всем углам, а на веснушчатых щеках появляется лёгкий румянец. Красные глаза сталкиваются с глазами девушки, замечая в них что-то странное. То ли это ехиднечество, то-ли угроза, то-ли... - Всё, допрос окончен?       Ещё где-то с пары минут между всеми тремя стоит напрягающая тишина, давящая на плечи. Пока Тони, спасибо ему за это, не начал разговаривать с Анной, разбавляя эту тяжёлую атмосферу. После, в разговор включили и самого Рудольфа. С Томпсоном в реальной жизни общаться было куда приятнее. Он был более открытый, всё эмоции были видны в одних глазах. И это не то, чтобы было странным. Сам Секвилбэк в детстве был таким же. Просто очень необычно найти похожего на тебя самого человека. Когда все троя выходят из кафе, часы показывают шесть вечера. И с одной стороны это не удивительно, ведь в универмаг они ходили долго, а ещё дольше общались в кофейне, заказав себе вторую партию кофе, только уже без выпечки. Рудольфа пытались уговорить попить Латте, но тот отказывался, говоря, что кофе должен быть крепким, ведь таков его изначальный вкус.       - Что ж, пойду я. Было приятно вас встретить. - Стоя уже на улице, Тони обнимает сначала Анну, и та обнимает его в ответ, будто прижимаясь.       - Нам тоже. - Девушка отстраняется от смертного, да вот только такое чувство, будто нехотя. - Надеемся, что ещё увидимся.       - Тоже на это надеюсь. - Томпсон улыбнулся и обнимает уже Рудольфа, вот только не за талию, как его сестру, а за шею, будто любовник. Но руки сами тянутся к тонкой талии, обнимая в ответ.       - До встречи, Тони.       - До встречи, Руди.       От коверкивания собственного имени внутри что-то переворачивается. Причём сначала было слишком странно, но потом внутри начало разливается что-то тёплое. Пока рядом не звучит смех сестры. Громкий такой, заливистый.       - Ладно, пойдём домой, Руди. - Анна откровенно ржёт и направляется в сторону дома, пока сам Рудольф плетётся сзади, матерясь под нос и проклиная Тони и собственную сестру.