Красноволосый дьявол

Когда Наруто было четыре года, Минато решил устроить для семьи день отдыха — он давно не проводил время с сыновьями и хотел исправить это. Они отправились в уединённую долину за Конохой: Кушина взяла с собой еду, Акайо — свой тренировочный сюрикен, Изао — любимую игрушку, а Наруто — маленький букет полевых цветов, который собрал по дороге для мамы. Всё шло хорошо: Кушина расстелила покрывало, Минато показывал Акайо, как правильно метать сюрикен, Изао играл с игрушкой неподалёку, а Наруто собирал ещё цветы. Но потом Изао захотел показать брату новую игру — прятки среди деревьев. Наруто обрадовался: он обожал играть с братьями. Они начали играть. Наруто, как самый младший, считал до десяти, а братья прятались. Он нашёл Акайо почти сразу — тот плохо спрятался за большим камнем. Но Изао нигде не было видно. Наруто побежал вглубь рощи, зовя брата по имени. — Изао? Где ты? Изао! Он забрался глубже в лес, и тут услышал слабый крик. Наруто бросился на звук и увидел брата: Изао застрял между двумя большими камнями — его нога была зажата, он не мог выбраться и плакал от боли и страха. — Наруто… помоги… — всхлипывал Изао. Наруто подбежал, попытался сдвинуть камни, но они были слишком тяжёлыми. Он запаниковал. В этот момент его охватила волна отчаяния: он так хотел помочь брату, но не мог. И тогда что‑то внутри него пробудилось. Аура вокруг Наруто вспыхнула кроваво‑красным светом. Земля задрожала. Из‑под камней вырвался столб пламени — не обычного огня, а зловещего, с чёрными прожилками проклятой чакры. Пламя охватило Изао целиком. Мальчик закричал — пронзительно, отчаянно. Наруто в ужасе отпрянул. Он не понимал, что происходит. Он просто хотел помочь! В этот момент на поляну выбежали Минато и Кушина. Минато мгновенно создал барьер, чтобы сдержать выброс чакры, а Кушина бросилась к Изао. Пламя исчезло так же внезапно, как и появилось, оставив после себя обугленную землю и Изао, лежащего без сознания с ужасными ожогами на половине тела. Минато поднял сына на руки и бегом направился в деревню — к медикам. Кушина последовала за ним, бросив на Наруто короткий, полный боли взгляд. Акайо, который прибежал следом, застыл на месте, не в силах пошевелиться от ужаса. — Ты… ты сделал это? — прошептал Акайо, глядя на Наруто. — Ты убил Изао? — Нет! — закричал Наруто. — Я не хотел! Я просто хотел помочь! — Врёшь! — Акайо оттолкнул его. — Ты всегда был странным! Ты — демон! Изао выжил, но остался с ужасными шрамами на лице и теле. Он больше не мог тренироваться как раньше — ожоги ограничивали подвижность. Врачи говорили, что он, возможно, никогда не станет полноценным шиноби. Для Акайо это стало переломным моментом. Он видел, как его младший брат, которого он любил и защищал, превратился в калеку. Он слышал, как жители деревни шепчутся: «Это всё из‑за джинчурики». Он чувствовал, как родители отдалились от него — они были слишком заняты заботой о Наруто и попытками контролировать его силу. Акайо начал ненавидеть Наруто. Не просто бояться — именно ненавидеть. В его сознании младший брат стал причиной всех бед. Каждый раз, глядя на шрамы Изао или на то, как младший брат неосознанно вызывает вспышки проклятой чакры, Акайо вспоминал тот день в лесу. В его сердце не осталось места для прощения.... Наруто замер. Перед ним стояли его братья. Акайо сразу напрягся — его взгляд упал на обрубок руки Наруто, затем на красные волосы, и губы искривились в презрительной усмешке. Изао, самый младший, выглядел смущённым: он переводил взгляд с брата на Наруто, не зная, как себя вести. Шрамы на его лице, особенно заметные при дневном свете, словно напоминали о том дне в лесу. — Ты ещё жив? — холодно бросил Акайо. — Удивительно. Я думал, после того, что с тобой сделали, ты сдохнешь где‑нибудь в канаве. Наруто сжал кулак здоровой руки, но промолчал. Он слишком хорошо знал этот тон — тон превосходства, который Акайо начал использовать после того случая в лесу. Изао сделал шаг вперёд: — Наруто… что случилось с твоей рукой? Кто это сделал? В его голосе звучала неподдельная тревога. Он помнил, как они втроём играли в прятки, как Наруто защищал его от старших мальчишек. Но теперь всё изменилось. Воспоминания о боли и страхе смешивались с остатками братской любви. Акайо резко схватил Изао за плечо и оттащил назад: — Не смей с ним разговаривать! — прошипел он. — Ты забыл, что он с тобой сделал? Ты забыл, как он чуть не убил тебя? Ты забыл эти шрамы? — Акайо указал на лицо Изао. — Он не контролирует свою силу. Сегодня он лишился руки — может, это знак, что так и должно быть? Чтобы он не смог причинить нам ещё больше вреда. Изао опустил глаза: — Но… он же не специально… — «Не специально»? — Акайо рассмеялся резким, неприятным смехом. — Изао, очнись! Он — сосуд демона. Он опасен. Он уже навредил тебе однажды. Думаешь, он остановится? Наруто почувствовал, как внутри всё сжалось. Он вспомнил тот день: как Изао застрял между камнями, как он, Наруто, хотел помочь, как вспыхнуло пламя. Он не хотел этого. Он не понимал, как это произошло. Но для Акайо и для всех остальных это не имело значения. — Акайо прав, — тихо сказал Наруто, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Я опасен. Лучше держитесь от меня подальше. Акайо прищурился: — Вот и умница. Наконец‑то ты это понял. Убирайся. И чтобы я больше тебя здесь не видел. Если ты появишься рядом с нашим домом, я сам найду способ избавиться от тебя. Понял? Наруто кивнул. Он больше не пытался что‑то объяснить. Что толку? Акайо уже всё решил. Для него Наруто был не братом, а угрозой — той самой причиной, по которой Изао больше не сможет стать шиноби, по которой семья потеряла уважение в деревне, по которой жизнь Акайо пошла под откос. — Пойдём, Изао, — бросил Акайо, разворачиваясь. — Нам нечего здесь делать. Изао бросил на Наруто последний взгляд — полный боли, нерешительности и чего‑то ещё, чего Наруто не мог понять, — и последовал за братом. Внутренние переживания Наруто Когда шаги братьев затихли, Наруто прислонился к стене. Боль в культе снова напомнила о себе, но она была ничто по сравнению с тем, что творилось внутри. «Акайо ненавидит меня… — думал он. — И он убедил в этом Изао. Теперь я действительно один». Он вспомнил, как ещё недавно мечтал, что братья придут к нему, обнимут, скажут, что всё будет хорошо. Но теперь эта мечта рассыпалась в прах. Голос Демона прозвучал неожиданно: — Видишь? Они все такие. Люди не способны на настоящую любовь. Они любят только тех, кто им удобен. Ты больше не удобный. Значит, ты — враг. Наруто закрыл глаза. В этот раз он не стал спорить. В словах Демона была горькая правда. — Я понял, — прошептал он. — Больше я не буду надеяться на них. — Мудрое решение, — одобрительно отозвался Демон. — Теперь слушай: чтобы выжить, тебе нужно научиться контролировать мою силу. Первый урок — сосредоточься на боли. Преврати её в ярость. Я покажу тебе, как использовать мою чакру, чтобы залечить рану и стать сильнее. Наруто сделал глубокий вдох. Он знал, что переступает черту. Но другого пути не осталось. — Научи меня, — твёрдо произнёс он. — Я больше не буду жертвой. Демон рассмеялся — на этот раз почти одобрительно: — Отлично. С этого дня ты начнёшь свой путь. И однажды они все пожалеют, что отвернулись от тебя. Если хотите, могу продолжить историю или развить какой‑то конкретный момент подробнее!