О том, как сбываются мечты

Звонок. - Алло, я тебя слушаю. - Что? - Алло, говорю, слушаю. - Что??? - Алло, черт тебя побери! - Ты чего ругаешься? - Да ничего, говори, что тебе. - Что говорить? - Ты издеваешься? - Нет. Лёня положил трубку. Ему не нравились такие разговоры. Телефон вскоре позвонил ещё раз, но никто трубку уже не взял. Надоело... Лёне уже всё надоело. Надоело до такой степени, что хотелось что-нибудь ударить... Он посмотрел вокруг и увидел подушку. Ударил. Легче не стало. Потом его взгляд упал на стол. Там стояла папина водка. "Эх, была не была!"- подумал Леня и схватил бутылку. В другой раз он бы выпил. Но сейчас он решил её просто разбить. Стекло разлетелось по всей комнате. Закружилась голова: запахло алкоголем. "Черт тебя побери!" - выкрикнул Леня. Сразу стало полегче. Он осмотрелся. Комната была озарена ярким солнечным светом. Окно было открыто настежь. Из улицы дул лёгкий ветер. Леня начал собирать стекла. И снова звонок. - Алло, я тебя слушаю. - Что? - У тебя со слухом проблемы? - Нет. Леня посмотрел на пустой стол и закрыл глаза. Вспомнил исказившееся лицо отца в прошлый раз, когда тот по возвращении домой не обнаружил живительный напиток. Лёня посмотрел на часы. Отец скоро должен был вернуться с работы. - Нужна бутылка водки, - задумчиво сказал Леня. - Что? - Водка, говорю, нужна. - Выпить хочешь? Приходи. Леня отключил телефон и стал собираться. Пить он не хотел. Ему нужна была водка. *** Забежал в автобус. - Готовим за проезд, молодой человек. - Знаю. - Что знаешь? Угрюмое лицо старой кондукторши не поднимало настроение. От неё пахло спиртом. Выглядела она убитой. Убитой алкоголем. И мужем. - У вас случайно нет бутылки водки? - Что? ... - Да ничего... Снова закрыл глаза. В автобусе было очень душно. "Только бы не напиться сегодня ..." *** Старый сырой подъезд многоэтажки. Лифт, конечно, не работал. Лёне пришлось подниматься на двенадцатый этаж. - Привет! Из открытой двери выглянул старый друг Лёни. Звали его Егором. В руках его была бутылка водки. - Привет, привет... - Лифт все ещё не работает? - Нет, работает, - раздражённо ответил Лёня, - Я просто решил пешком... да на двенадцатый этаж... - Ничего себе ты... - Дурак, дай пройти. - Какой-то ты нервный ... - Да нет, что ты! Леня зашёл в пустой коридор. Ни шкафа, ни ковра не было. Кругом пыль. Где-то тикали часы. - У вас ремонт что ли? - Ну вроде того. Переезжаем. Лёня удивлённо посмотрел на друга. - Куда это? - Ты чего? Не знаешь? Лёня от злости прищурился. Лицо его выражало полное недоверие. - Знаю. Всё знаю. Пёс ты. Знаю, что ты пёс. Мне, как обычно, последнему скажешь. - Да я сколько раз пытался с тобой поговорить? А ты всё... - Молчи! Не надо! Ещё хоть одно слово скажешь об этом... Убью, понял? - Понял. Егор ответил спокойно. Лицо его было достаточно удовлетворённым и расслабленным. В руках он продолжал держать водку. - Выпить хочешь? - спросил Егор, заметив внимательный, оценивающий взгляд друга, падающий на содержимое его рук. - Нет, мне нужна водка, понимаешь? - Ааа... Тогда наливаю? - Я у отца бутылку водки разбил, теперь понял? - Да. Жалко. Наливаю! - Нет, ты не понял. Егор улыбнулся. - Нет, я понял. Я все понял... Лёня лишь вздохнул и сел за стол. Они уже сидели на кухне. "Только бы не напиться сегодня..." *** Все вокруг гудело. Или гудело только в голове. Кажется, снова. "Черт побери!" - подумал Леня и открыл глаза. Вокруг пыль. И тишина. На столе стояла пустая бутылка водки. На неё падал солнечный свет, который отражался и бил прямо в лёнины глаза . - Егор... Тихо. Совсем тихо. Только где-то далеко тикали часы. - Егооор... Снова тишина. - Егор! Черт тебя побери!... Егооор! В квартире никого не было. Лёня поднялся. В голове загудело ещё больше. Он пошел в ванную комнату. Посмотрел на себя в зеркало. - Ну и урод! - воскликнул Лёня. Попытался включить холодную воду. Холодной воды не оказалось. - Черт побери! Злой, он вернулся обратно на кухню. Посмотрел на стол. Бутылки уже не было. - Что за шутки?! Егор! Никто ему не ответил. Часы перестали тикать. Сзади послышались тяжёлые шаги. Лёня обернулся. Никого не было. - Что за дрянь мы вчера выпили?! Черт побери! Он стал вглядываться в коридор. Но никого не было видно. Снова послышались шаги. - Доброе утро, Леонид, - сказал кто-то сзади теплым женским голосом. - Добрый день, я бы сказал, - машинально ответил Лёня и почесал затылок. "Сейчас же уже день, верно? Солнце встало достаточно высоко. Все в порядке. Или нет?" Лёня, подумав о чем-то своем, снова обернулся. У кухонного стола стояла девушка в черном костюме. По-видимому, сестра Егора. Лёня давно её не видел. В руках у девушки была эта чертова бутылка водки. Лицо её было отнюдь не злое, но напряжённое. - Водка, значит, да? - Все верно, - спокойно ответил Лёня. Запахло жареным. Лицо девушки приняло строгое выражение. - Где мой брат? - Черт его знает... Зато честно ответил. Девушка никак на это не отреагировала. Только ещё более строго посмотрела на Лёню. - Слушай, парень, какого ... - Черта? - Да. Черта. - Отмечали переезд. - Похвально. Можешь быть свободен. - Без вопросов. Лёня направился к двери. Нужно было ещё где-то найти телефон. - Это не твое? Лёня обернулся в надежде увидеть телефон. Но в руке девушки оказался мятый конверт. На нем было аккуратно написано "Лёне". Он сразу узнал этот почерк. - Думаю, что твое, - ответила за него девушка и вручила конверт. *** Звонок. - Алло, я тебя слушаю. - Что? - Алло, я тебя слушаю, говорю. Лёня стал раздражаться. Егор же отвечал достаточно спокойно. Он всегда был спокойным. - Я знаю, ты нашел то письмо, да? - Нашел. Сестра твоя отдала. - Мне... Очень жаль... - Меня больше интересует вот что... Почему ты не отдал его сразу? Черт тебя побери... - Я и так знаю, что тебе сейчас тяжело. Я его сжечь хотел. - Дурак! Мальчики помолчали. Лёня закрыл глаза. Раздражения больше не было... В душе было пусто... В желудке тоже. - Я уезжаю сегодня, - сказал вдруг Егор. - Навсегда? - Да... Говорил же и писал ... может, не помнишь? В Германию. Моей семье здесь не место. - А тебе? - А что мне? Я же тоже семья. - Тогда я тоже уеду навсегда. - Куда? - Отгадай. - Со мной не надо. - А я не в Германию, я во Владивосток. - Снова за свое? - Лучше бы я тоже стал геем. Мальчики снова помолчали. Лёня налил в кружку холодный кофе. Отвратительный вкус. - А как ты отреагировал на записку? - снова начал Егор. - Я, мягко говоря, охренел. - Я тоже. Лёня положил трубку. Достал из кармана конверт, из неё - записку. И снова стал перечитывать письмо. *** - Хэй, Лёня! Я тут! Егор стоял на железнодорожном вокзале, у кофейного автомата. В руке его была... Да, бутылка водки. Лёня подошёл к нему. - Это тебе. Пусть она освящает тебе дорогу. А друзей ещё много будет, - сказал Егор и торжественно вручил бутылку. Две маленькие девочки, стоявшие неподалеку, захихикали. Одна подошла к мальчишкам. Ласково улыбнулась. - Не хотите угостить нас кофе, молодой человек? Она подмигнула Егору. Он рассмеялся и покосился на меня. - С какой стати? - За поцелуй. - Извини, - отвечает, - но я гей. Улыбка на лице девчонки сразу пропала. - Ну и дурак! - сказала она вслед. *** Поезд стоял в ожидании. До отправления оставалось около десяти минут. Родители Егора уже были в вагоне. Сам Егор курил неподалеку, весело отвечая на вопросы своих друзей. У него было много друзей. - Лихом поминать тебя буду, - говорит ему один. - И я тебя, - спокойно отвечает Егор. Никто не плакал. Казалось, что Егор просто уезжает в командировку. Или в отпуск с семьёй. Но не в Германию. И не навсегда. Лёня стоял один за каким-то старым буфетом. Точнее не один, а с бутылкой водки. Наконец, все разошлись. На улице было холодно и темно. Егор всё-таки подошёл к забытому другу. - Можно? - спрашивает. - Говори. - Что говорить? - Что, что... Придурок. Они посмотрели друг другу в глаза. Егор оставался спокойным. Но его выдали руки. Они сильно дрожали. - Держи. - Что опять? Бутылка водки? - Нет. Записка. - Новая? - Да. Егор достал мятый конверт и протянул Лёне. Лёня не спешил его брать. - Не хочешь? Лёня промолчал. Егор закрыл глаза, опустил голову и тихо стал шептать. Потом он выпрямился. - До отправления осталось пять минут, - сказал Лёня, посмотрев на часы. Он попытался оставаться хладнокровным. - Я люблю тебя, - искренне и простодушно сказал Егор. - Да я понял уже. Егор схватил его за руку. Лёня оставался неподвижным. Его охватила тоска. Сердце ныло от боли. - Можно? - прошептал Егор. - Да. Егор прижал его к себе. Так неловко всё это вышло. От Егора пахло дешёвым кофе из автомата. И табачным дымом. Друзья никогда не обнимались так. Сейчас им мешала только ... бутылка водки. - Черт тебя побери, - прошептал Лёня в ухо друга. - Да, побрал бы. И так всё смешно... Ты помешан на Тихоокеанской республике. А я помешан на тебе. - Поехали со мной. - Что? - Со мной. Во Владивосток. Егор больше не мог вытерпеть своих чувств. Из его глаз потекли слезы. - Не могу. Лёня коснулся рукой его щеки. Егор сквозь слезы посмотрел другу в зелёные, светлые глаза. Они всегда напоминали ему детство и лето, потому что были похожи на старый гербарий. На тот самый гербарий, который он делал вместе с Лёней. Давно, давно... В детстве друзья, чувствуя, как они быстро взрослеют, пытались сохранить листья, чтобы вернуться в прошлое. Только время почему-то шло, а прошлое не возвращалось. Егор закрыл глаза. Лицо его было мокрым. Он крепко сжал плечи друга и наклонился ближе, чтобы почувствовать жар от его горячего дыхания. Приблизившись, он ощутил, как прикоснулся к губам Лени. Егор очень хотел поцеловать его. Всегда. Он всегда мечтал попробовать вкус его упругих влажных губ. Всегда хотел, не отрываясь, держать его вот так, в своих руках, и никуда не отпускать. - Поцелуй меня, - прошептал Егор... - Пожалуйста... Лёня приоткрыл губы. Он никогда раньше не целовался. Как и Егор... Парни целовались неумело и осторожно. Однако Лёня достаточно грубо пытался кусать губы Егора. Он видел это в одном фильме. Егор мягко водил языком и сладко, тихо стонал. Было очень мокро. Наверное, от слез Егора. Несмотря на то, что парни были в футболках, стало вдруг очень жарко, в то время, как на улице было безумно холодно. Вдруг кто-то крикнул: - Поезд отправляется. Мальчики резко отстранились друг от друга. Лицо Егора исказила боль. Весь красный, он побежал к поезду. Лёня сперва побежал за ним, потом остановился. Поезд тронулся. Егор уехал. И кажется, что действительно уехал навсегда. Вот так, словно случайно. Словно в командировку. Или в отпуск. Бессрочный отпуск. Лёня не мог в это поверить. Просто не мог. Напряжение, которое снова появилось, мешало все хорошенько обдумать. Он смотрел вслед уходящему поезду и сжимал руки. В одной из них была бутылка водки, а в другой он почувствовал конверт. "Конверт!" - промелькнула мысль. Он судорожно разорвал бумагу и развернул записку. Из-за дрожащих рук она чуть не порвалась. Письмо начиналось со стихотворения. Это было очень странно. Егор, кажется, всегда был далёк от романтики. "Твой взгляд поймать пытаюсь, Ты смотришь сквозь меня. Спокойно улыбаюсь, Как будто жизнь проста... Тебя мне не хватает, А все друзья вокруг Как будто бы все знают, И весело мне лгут..." Это был стих Егора. Такой простой, лишённый таланта, но не лишённый искренности. - Егор... - прошептал Лёня, - Как же так получилось? Он стал читать дальше. "Лёня... Ты меня извини, я не должен был писать тебе об этом. Мои чувства - это мои чувства, и они не должны тебя тревожить. Просто, понимаешь... Я больше не мог от тебя это скрывать. Можешь забыть это как страшный сон. Я знаю, что ты меня не любишь. Я знаю, что ты не хочешь этой любви. Я знаю, что мы с тобой больше никогда не увидимся... Искренне желаю тебе счастья. И исполнения мечты". Лёня свернул записку. - Черт побери! Он пошел прочь. Фонари медленно гасли. Было раннее утро, и начинало светать. - Егор, черт побери! *** Лёня пришел домой. С бутылкой водки. Дома его встретил отец. Сегодня он не работал. - Привет, ты куда это ходил? - За водкой. Вот, держи. - Понял. Отец взял бутылку у поникшего сына. Больше он не сказал Лёне ни слова. Лёня молча прошел в свою комнату. Ему многое надо было обдумать. Окно, как и всегда, было открыто настежь. Лёня никогда не закрывал его, даже когда спал. На столе он нашёл первую записку Егора. И снова решил перечитать её. "Лёня, честно, не знаю, с чего начать это глупое письмо... Мы с тобой знакомы очень давно, с самого раннего детства. И мы лучшие друзья... Черт, как-то слова не клеятся. Я начинаю записку уже пятый раз. Больше бумаги у меня нет. В общем, я бы хотел рассказать тебе, какой ты замечательный человек. Просто так. Искренне и просто. Во-первых, ты очень красивый. У тебя тонкая светлая кожа, очень мягкая, наверное... Скулы. Зелёные глаза. Упругие белые губы. Худое, подтянутое тело. Если честно, я всегда на него зачарованно смотрел, когда мы ходили вместе в баню. Очень жалко было хлестать его веником. Но тебе нравилось. Ты всегда кричал "черт побери!" На теле же оставались красные следы. Было жарко. Меня это очень... Возбуждало... А потом мне снились очень яркие сны... Во-вторых, ты очень умный. Мне иногда кажется, что ты знаешь все на свете. Когда ты успеваешь учиться? Меня поражает твоя способность цитировать что-нибудь из книг. Правда, раньше ты делал это чаще. В-третьих, ты действительно обладаешь хорошим чувством юмора. Но опять-таки, раньше ты шутил чаще. До такого момента, как... Ты сам знаешь... А ещё ты прекрасно поешь... У тебя очень сильный голос. Ты сам по себе сильный и очень волевой человек. Впрочем, ты вообще самый лучший человек на планете... Ты тот, о ком я чаще всего думаю. Каждое утро. Каждую ночь. Ты же думаешь о Дальнем Востоке. И мечтаешь переехать туда, чтобы создать суверенную Тихоокеанскую республику. А я тоже мечтаю переехать. Мне без разницы, куда. Главное - быть с тобой. Это всё, что я хотел сказать. Хотя теперь мои чувства не так важны. Я уезжаю послезавтра в Германию. Навсегда. Чтобы тебя больше не тревожить. Чтобы обрести покой. Чтобы быть со своей семьёй, ведь больше у меня никого и нет. Кстати, ещё кое-что. Я люблю тебя". - Черт побери! - снова воскликнул Лёня. Он делал это каждый раз после прочтения записки. *** Мечта построить Тихоокеанскую республику возникла у Лёни ещё давно. Дело в том, что он очень любил слушать группу "Мумий Тролль". Однажды он стал всерьёз увлекаться биографией солиста группы Ильи Лагутенко. Егор, узнав об этом, подготовил отличный подарок на день рождения друга. Он подарил Лёне книгу Лагутенко, в которой рассказывалось об альтернативной реальности: существовании "Владивостока - 3000". Жители книжного Дальнего Востока смогли получить независимость от России и построить Тихоокеанскую республику. После прочтения книги Лёня ни на шутку решил переехать во Владивосток и попробовать воплотить эту сказку в жизнь. Его отец служил там, и многое успел рассказать сыну о местных традициях и особенностях города. Егору тоже понравилась эта мысль. Ему вообще нравились все идеи, которые крутились в голове у Лёни. Он приходил от них в такой же восторг, как и друг. - Ты поедешь со мной в Тихоокеанскую республику? - спросил однажды Лёня, встретив приятеля в школьном коридоре. Они учились в одном здании, но в разных классах. Егор был старше на год. - С тобой? - Да. - С тобой я поеду, - отвечал Егор. *** Лёня положил записку в стол. Сделал себе кофе и сел за работу. - Не буду отвлекаться, это всё мелочи... Надо поработать. Он открыл ноутбук. Зашёл в программу по созданию рекламы. Он вообще не мог сидеть без дела слишком долго. В свободное время он зарабатывал деньги, чтобы накопить на переезд во Владивосток. Мечтал учиться в Дальневосточном Федеральном Университете на издательском деле, чтобы после распространять среди местных жителей идею создания "Тихоокеанской республики". Его главным оружием стало перо. "СМИ - четвертая власть", - говорил Лёня. *** Звонок. Лёня закрыл программу. "Неужели от Егора? Неужели уже добрался? Или до сих пор едет, просто остановка? " - подумал Лёня. Он ни на шутку был взолнован. Ему вдруг захотелось услышать голос старого друга. Достал телефон. Смотрит - пропущенный от отца. - Черт побери! - вскрикнул Лёня. Ещё один звонок. - Алло, я тебя слушаю. - Приходи на станцию метро. С гитарой. Деньги будет зарабатывать. - Чего? - Приходи на станцию , говорю. И гитару возьми. - Я и так деньги зарабатываю... - Ты меня не слышишь что ли? - Понял. Сейчас буду. Он положил трубку. Его отца часто преследовали безумные мимолётные идеи. Лёня привык, ведь у него самого было точно также. Поэтому он весело собрался и выбежал на улицу. Ему захотелось расслабиться и попеть вместе с отцом. Пусть и на грязной станции. Улица была наполнена людьми. Уже темнело, вокруг горели яркие цветные вывески и фонари. Пахло цветами и ягодами. Они продавались абсолютно везде. Дети бегали и ели мороженое. Парочки сидели на лавочках и целовались. Кто-то включил колонку. И курил кальян. Лёня спустился в метро. Сразу увидел своего отца. Он сидел на темной скамейке и светил фонарем. - Отлично, - сказал отец, увидев сына. Он был совсем не пьяным. Схватил гитару и стал настраивать её. - Что будем петь? - поинтересовался Лёня. - А что захочешь. - Хм, давай Мумий Тролля... - С чего начнем? - С песни "Это по любви"... *** За вечер им удалось заработать где-то восьмисот рублей. Это было достаточно много. Учитывая, что отец постоянно путался, играя на гитаре. Наверное, помог голос Лёни. Он был идеален. Не подводил никогда. Счастливые, они вернулись домой. - И знаешь, никакой алкоголь не нужен, - сказал отец, уходя спать, - музыка и так по шарам бьёт. Лёня лёг на кровать и задумался. Действительно. И никакой алкоголь не нужен. "Завтра начну новую жизнь," - подумал Лёня, закрывая глаза. ***