Совершенная Химера

– Вы действительно готовы принять его? – с надеждой в голосе проговорил Эдвард, глядя на вежливо улыбающуюся ему пожилую женщину в красивом и ухоженном кимоно синего цвета, что стояла напротив, сложив руки перед собой в замок. – Конечно же! – радостно проговорила она своим старческим и слегка хрипловатым, но милым голоском. – В Ксинге не очень много приютов для сирот. Я бы даже сказала, их почти что нет. Именно поэтому я и решила открыть свой приют. Здесь каждый сможет найти себе кров и еду. Мы также будем искать родителей этого малыша, развесим объявления... И если они найдутся, то мы обязательно вернем им ребенка. Будьте уверены, мы хорошо о нем позаботимся. Слова старушки очень обнадеживали братьев Элриков. Они были рады возможности отдать ребенка в более уверенные и умелые руки. К тому же, тогда они смогут продолжить продолжить свой путь, а это сейчас было крайне важно. Чем раньше они это сделают – тем лучше. Как же им повезло, что один проходимец подсказал им путь к этому приюту. Не пришлось снова тратить весь день на поиски пристанища для ребенка, как вчера. Солнце еще не село, а они уже, можно сказать, покончили с этим делом. Все складывалось как нельзя лучше. Казалось бы, Фрай должна была радоваться больше всех, ведь ей так не нравился этот ребенок и именно она постоянно твердила, что от него нужно поскорее избавиться. Но нет. Она выглядела еще более нервной, чем прежде, и с таким недоверием смотрела на старушку, словно видела перед собой какого-то шарлатана, пытающегося продать им сомнительный товар и ручающегося за его качество. Как не странно, сам ребенок смотрел на добрую старую хозяйку приюта для сирот точно так же, как и химера. Мальчик спрятался за надежной стальной ногой, Альфонса, не сводя пртстального и хмурого взгляда со старушки. – Эта женщина опасна, – вдруг тихо, почти что шепотом сказал он, но даже этого было достаточно, чтобы привлечь внимание старших. Все с удивлением посмотрели на малыша. Особенно были удивлены братья и химера, ведь они провели с ним достаточно много времени, но ранее этот мальчик ни проронил ни слова, а сейчас вдруг заговорил, причем даже слишком четко и рассудительно, что было совершенно нехарактерно для ребенка. – Ого... А он уже говорит, оказывается... Вот это сюрприз, – старушка снова улыбнулась, но уже как-то нервно и более натянуто. – Это ведь просто прекрасно! – Мелкий прав. От этой женщины веет опасностью. Его нельзя отдавать ей, – слова Фрай сделали ситуацию еще более непонятной и напряженной, особенно для самой старушки. – Может, он просто боится незнакомцев? Такое бывает, знаете... – попыталась разрядить обстановку старая женщина, стараясь не прекращать улыбаться, но чем дольше она это делала, тем сильнее казалось, что это было всего лишь маской. Это начали замечать уже и братья Элрики. В самом деле, мальчик и Фрай были правы. Что-то здесь было явно не так. – Пожалуй, мы еще подумаем над Вашим предложением. До скорой встречи, – вежливо проговорил Альфонс, таким образом решив выпутаться из этой затрудненной и непонятной ситуации, и, взяв не сопротивляющегося ребенка за руку, пошел прочь, оставляя старушку стоять на том же месте в негодовании и полной растерянности. За ним увязались остальные члены их скромной команды. Эд по-прежнему находился в недоумении, и, пожалуй, недоумевал он гораздо больше остальных, но ему все равно казалось, что то, что они покинули это место, было явно к лучшему. В принципе, все было не так страшно. У них еще было достаточно времени, чтобы найти какой-нибудь другой вариант, и наверняка такой вариант существовал. По крайней мере, Эд себя так успокаивал. – Черт их побери... – фыркнула себе под нос старушка, провожая путешественников взглядом. Как только ребята отвернулись от нее, ее выражение лица сразу же поменялось: седые брови нахмурились, из-за чего морщин на ее лице стало еще больше, а в глазах появилась злоба. Впрочем, продолжалось это недолго. Как только она вспомнила кое-что, она вновь улыбнулась, только тоже уже как-то иначе, как-то пугающе. «Впрочем, это лишь малая потеря. У меня достаточно товара» – подумав так, старушка развернулась, открыла седзи и вошла в дом. Вскоре она оказалась в просторном помещении, в котором почти не было мебели, зато находилось очень много, около десятка деревянных клеток, наполненных маленькими детьми. Слышались тихие всхлипы и охрипшие детские голоса, полные мольбы. – Всем молчать! – гаркнула старушка, заставляя всех бедных сирот вздрогнуть и замолчать от страха. – Как же я ненавижу детей... – ее уже худощавая и почти высохшая рука потянулась за продолговатой черной трубкой, которая находилась на небольшом столике неподалеку, и приподнесла ее к побелевшим старушечьим губам. – Послезавтра наконец избавлюсь от вас и получу свои деньги. Услышав эти слова, дети едва сдержали свое желание заплакать вновь. Но лучше так, чем старушка снова начнет бить их хлыстом.