Любимый? Похоже, уже нет...

Услышав совет Мобэй Цзюня, Ло Бинхэ всеми силами пытался следовать ему, не мешаясь своему Шицзуню. Вначале он перестал ходить за Шэнь Цинцю повсюду, позже постепенно через силу прекратил посещать уроки, стал меньше жаловаться мужу на остальных. В общем, всеми силами пытался стать идеальным супругом. Дабы Шицзунь, которого окружали лишь извращенцы, даже не подумал уйти к кому-нибудь другому, устав от его действий и жалоб. А волноваться было о чем. Во-первых, это коварные Юэ Цинъюань и Лю Цингэ, которые при виде его мужа начинали пялиться или, вообще, хвастать своими навыками. Глава Юэ принимался зазывать Шэнь Цинцю на чай со сладостями, попутно вспоминая какие-то события и ситуации, к обсуждению которых Ло Бинхэ отношения не имел, а потому и сопровождать Шицзуня причины не было. Лю Цингэ же взял за привычку вызывать Цинцю на поединки, где мог показать все свое мастерство. И пускай по силе он Бинхэ уступал, но многолетний опыт и до невозможности отточенные техники делали свое дело. Особенно ужасно было, когда его муж принимался хвалить Цингэ, улыбаясь. И ведь Шэнь Цинцю действительно не замечал ничего плохого в столь близком общении с двумя заклинателями, считая, что его подозрения беспочвенны. Именно поэтому Ло Бинхэ первым делом предпринял действия против этих двоих, чтоб неповадно было. Дальше нужно было что-то предпринять с учениками пика Цинцзин. И если младшие ученики, еще совсем новички, опасности не представляли — хотя Бинхэ, вспоминая свое искреннее и непомерное восхищение Шицзунем и пылкое желание всегда оставаться рядом с ним, все же изредка с подозрением косился на них — то вот старшие вполне могли оказаться волками в овечьей шкуре. Еще в самом начале его обучения на пике Мин Фань четко обозначил свою позицию идиота, влюбленного в Нин Инъин и свято почитающего Шицзуня. Бинхэ хоть и чувствовал раздражение, но трогать парня не собирался. Зато свою шицзе, Нин Инъин, он начинал опасаться. Раньше она была самой любимой ученицей Шэнь Цинцю, которую он самолично многому обучал и которой всегда помогал, а теперь еще и продолжала крутиться рядом с Бамбуковой Хижиной. А совсем недавно она даже в открытую попыталась выведать у него подробности их личной жизни, и в этом ей помогала Лю Минъянь. Прежде Ло Бинхэ был свято уверен, что на пике Сяньшу живут святые из святейших дев, но теперь у него появилось еще больше соперников за любовь мужа. Однако самое большее разочарование и огорчение случилось утром следующего дня. Тогда он наконец решился рассказать Шэнь Цинцю о своих волнениях, дабы тот предпринял хоть что-то, показав, что его муж — это Ло Бинхэ. На небе ярко светило солнышко, но его лучи совсем не радовали его сердце. Понуро опустив голову, он обдумывал события последних дней, но внезапный вопрос застал его врасплох. — Бинхэ? Что-то не так? — улыбаясь, заботливо спросил Шицзунь.  — Н-нет, Шицзунь. Просто есть кое-что, что меня очень огорчает, — на этом моменте он запнулся. Не разозлится ли Цинцю на столь глупую просьбу?  — Бинхэ стоит только сказать, и этот Шицзунь… кхм, Муж попытается помочь с решением проблемы, — как всегда спокойно и мудро ответил заклинатель, прислонив излюбленный веер к губам.  — Дело в том, что я начал замечать кое-что. Стоит Шицзуню появиться где-то, как все рядом с ним начинают сверкать и становиться красивее. Гораздо красивее, — слегка опустив взгляд, дабы казаться еще более опечаленным, Бинхэ продолжил, — это происходит со всеми вашими учениками, а особенно с юными ученицами. И даже с горными Лордами, вроде Лю Цингэ или Главы Юэ. Подобное ужасно печалит вашего Ученика, возможно, Шицзунь сможет что-то сделать? Несмотря на свой грустный вид, внутри Ло Бинхэ буквально сгорал от возмущения, ведь его слова вовсе не были ложью. Когда заклинатель заходил в классную комнату, все младшие ученики тут же начинали вскакивать со своих мест, наперебой рассказывая тому недавно выученные стихи или пытаясь показать исписанные иероглифами листы бумаги. Стоило Шэнь Цинцю только похвалить кого-то, как этот кто-то начинал сверкать как начищенный чайник и лучезарно улыбаться. А как известно, радость делает человека красивее. Примерно то же самое случалось и с самыми старшими ребятами. Обычно после похвалы они начинали просить у его Шицзуня больше заданий, а Нин Инъин, так вообще, Шэнь Цинцю нежно гладил по голове. В такие моменты Ло Бинхэ буквально сгорал от ревности, ведь от мысли, что мужа может увести юная красивая ученица, в груди становилось больно. Жалуясь, он надеялся на то, что Цинцю что-то предпримет или хотя бы скажет, что совсем не заинтересован в других, обнадежит его. Однако случилось все с точностью да наоборот. Вместо ответа или объятий, все, что Бинхэ получил, это… ничего. Его любимый Шицзунь просто взял и сбежал. И сбежал не в их собственный дом или на пик Цинцзин, а к Шан Цинхуа. К которому Ло Бинхэ тоже ревновал. Хоть и не так сильно, поскольку, во-первых, тот был его подданным, а во-вторых, также являлся супругом Мобэй Цзюня. Но ревности это не убавляло.

***

В очередной раз исследуя улицы обычных городов Царства Людей, Князь Демонов готов был помереть со скуки. С момента ухода Шицзуня прошло уже около двух часов, а сидеть в Хижине в ожидании совсем не хотелось. Лучшим решением было посетить какой-нибудь магазинчик. В голове сразу вспыхнуло воспоминание, как они с Шэнь Цинцю точно так же прогуливались, выполняя какое-то задание, и наткнулись на ларек со множеством украшений, красивых тканей и исписанных вееров. Именно из-за последних они и решились подойти к лавке, где взгляд Шицзуня привлек красивый веер с горной вершиной и коротким стихом на нем. Пускай за вещь заплатить Бинхэ и не разрешили, но ему нравилось тешить себя мыслью, что этот веер был почти куплен им. Будь у него возможность, он бы скупил все вещи из этого ларька и приподнес своему мужу, но, вероятно, его за это наругают. В попытках придумать новые идеи для дара в голову пришла одна замечательная идея. Одним ударом он добьется сразу две цели. Во-первых, сможет показать всем, кому принадлежит Шэнь Цинцю, и почему не стоит даже пытаться втягивать этого святого в свои извращенные мысли. Во-вторых, обрадует своего мужа, да и себя заодно, доказав, что причин для беспокойства нет и наверняка больше не будет. Дело в том, что еще год тому назад, Ло Бинхэ и Шэнь Цинцю провели свадебную церемонию, где поклялись друг другу в верности и узаконили свой брак тремя поклонами. На столь великом событии, к сожалению, были только они вдвоем и Мобэй Цзюнь с Шан Цинхуа, а все из-за натянутых на тот момент отношений Бинхэ и заклинателей Школы Цанцюн. Вот только пышной свадьбы, на которой смогли бы присутствовать все близкие друзья и знакомые мужа и его собственные подданные, у них не было. Первым делом он отправился в свой собственный дворец, где уведомил своего советника о намечающемся и приказал начать все приготовления. Уже там он стал составлять список всего, что может быть необходимо его Шицзуню. А затем решил проверить, как у последнего дела.

***

Стоило Ло Бинхэ зайти в Бамбуковую Хижину, как его встретила тишина. От некоторого разочарования его настроение упало, и он решил умыть лицо, чтобы предстать перед Шэнь Цинцю чистым и опрятным. Однако по возвращении его ждал неожиданный сюрприз. Заклинатель уже успел вернуться с пика Аньдин и сейчас стоял посреди гостиной, сжимая в руках новенький веер. Заметив его, замершего у порога комнаты, Цинцю неловко улыбнулся и протянул ему веер.  — Вот. Тебе. — на этом моменте у Бинхэ в голове что-то сломалось. Шицзуню не понравился веер? Он хочет новый? Или хочет, чтобы Бинхэ самолично избавился от него, раз уж при его покупке находился рядом? Может, это какая-то традиция? Подняв взгляд, он увидел Шицзуня, который почему-то на него не смотрел, да и вообще выглядел достаточно странно. Что происходит? В любом случае нужно поторопиться и скорее устроить эту самую свадьбу, о которой сам Бинхэ слышал только в сказках матушки, а демоны — так вообще не знали о её существовании. Скорее.