It Has to Be You

С каждым днем темнеть начинало все раньше, а осень уже полностью вступила в свои права, вытеснив последние теплые деньки золотистой листвой, холодными ливнями, ледяным ветром и морозными ночами. Сонмин шел по одной из улочек их небогатого квартала, сунув замерзшие руки в карманы пальто, вороша осенние листья и изредка поднимая взгляд на темное небо, которое в свете фонарей казалось только чернее. Несмотря на погоду, домой парень возвращаться не спешил, он все хотел понять, почему проигнорировал внутреннее беспокойство, и время от времени даже казалось, что ответ вот-вот будет найден, но он каждый раз упрямо ускользал, теряясь в потоке мыслей. Раз за разом Сонмин мысленно перечислял все плюсы и минусы сложившейся ситуации, и преимущества явно перевешивали, а недостатки казались беспочвенными, но... Внутренний голос никак не хотел замолкать. Ко всему прочему, один вопрос, волновавший сильнее остальных, до сих пор оставался без ответа. Почему он согласился подписать контракт так скоро, несмотря на внутренний протест? Идея отложить самокопание до более удобного и, самое главное, теплого случая появилась только тогда, когда перестали чувствоваться пальцы ног. Вопреки ожиданиям, ответ пришел сам собой и совершенно неожиданно, стоило лишь переступить порог квартиры, произнеся привычно усталое «Я дома». Сунгю как всегда в стареньких потертых джинсах, сегодня в цветном фартуке поверх широкой футболки, которая когда-то была изъята из коллекции Сонмина, с мукой на щеке, кончике носа и руках и неизменной улыбкой выбежала в коридор. - С возвращением! Ты сегодня поздно... Взглянув на сестру, Сонмин улыбнулся ее нелепому, но от этого еще более милому виду. Все оказалось куда проще, чем он думал. А в мыслях одно за другим вдруг всплыли воспоминания. Будучи младшеклассником, Сонмин начал заниматься боевыми искусствами только ради того, чтобы защитить Сунгю, когда ее обижали старшие ребята из класса. В средней школе помогал ей с домашними делами. Когда не стало родителей, старался заменить их и всегда находиться рядом, чтобы у нее была возможность опереться на сильное плечо и продолжать идти дальше. Поступив в университет, бросил учебу, чтобы ей хватило денег закончить его. Все лишь для того, чтобы каждый день видеть ее улыбку. Чтобы его личное солнышко продолжало сиять так же ярко. И тогда он готов был поверить, что все будет хорошо. - Оппа, ты в порядке? - Сунгю подошла к брату, заглядывая в глаза. - Ты плачешь? Что случилось? - маленькие ладони обхватили его плечи, а в темно-карих глазах появилось неподдельное беспокойство. Вот и сейчас Сонмин принял предложение сотрудничества только ради того, чтобы малышка Сунгю была счастлива. Возможно, когда песня будет написана, они получат достаточно денег, чтобы оплатить все долги, свои и оставшиеся от родителей, и смогут перебраться в лучшее место, подходящее Сунгю намного больше этой маленькой квартирки и такого же небольшого магазинчика. Вот тогда все действительно будет хорошо, Сонмин не сомневался. Он обнял девушку, так крепко, как мог, чтобы не делать больно, и закрыл глаза, положив подбородок на ее плечо. - Я подписал контракт... - Сонмин говорил едва слышно, словно доверял самую сокровенную тайну. - А еще взял тебе автограф... Он расписался на фото к новому альбому, которое официально пока не выпустили... - Оппа, - девушка с улыбкой зашептала в ответ, - если ты действительно не хотел, не стоило этого делать, - она отстранилась и заглянула брату в глаза. - Это из-за меня, да? Оппа такой глупый, - Сунгю, тихо засмеявшись, испачкала в муке кончик его носа. - Я уже большая девочка и вполне могу о себе позаботиться самостоятельно, но зато теперь ты сможешь заниматься тем, чем тебе действительно нравится. Пообещай, что будешь сочинять не ради меня, но ради себя. Договорились? - теплый цвет темно-карих глаз, казалось, стал чуть светлее и радостнее. Сонмин знал, что в любом случае все будет ради нее одной, только чтобы его Солнышко сияло ярче с каждым днем и согревало даже холодными зимними вечерами. - Договорились, - улыбнувшись, парень решил перевести тему. - А что у нас на ужин? - Ужин? - Сунгю удивилась. - Оппа, какой еще ужин? Сейчас уже почти двенадцать, - продолжила она важным тоном, - а если будешь есть после шести, станешь толстым и некрасивым, зачем мне такой брат? И, между прочим, ты сам виноват, что ходишь где-то... Эй, прекрати, что ты делаешь? - девушка засмеялась, когда Сонмин взял ее на руки и стал кружить. - Ладно, ладно, покормлю я тебя, только отпусти! - она крепко обняла его за шею, чтобы не упасть, продолжая смеяться. - Так-то лучше, - с довольной улыбкой Сонмин понес ее на кухню. *** - Скажи, чего ты добиваешься? - Итук высыпал в кофе сахар из пакетика и поднял глаза на девушку, сидящую напротив. - Ты и сам прекрасно все видишь, знаешь и понимаешь, - ответила она после небольшой паузы, скрещивая руки на груди и закидывая ногу на ногу. Они сидели в кафетерии в здании агентства, и уже целый час прошел в молчании, после чего Итук и решил начать разговор. - Прекрати подходить к нему. Каждый раз ты делаешь только хуже, и не ему, а себе, - он размешал сахар, не сводя с нее глаз. - Если я перестану, он вообще забудет о моем существовании! - Чжухен-ши... - Сохен. - Сохен-ши, - Итук, устало выдохнув, потер переносицу, опуская взгляд, - не унижайся перед ним. Раз он сказал «нет», значит, не изменит своего мнения даже под самыми страшными пытками. А ты заставляешь его убеждаться в правильности своего решения еще больше. Не нужно этого делать, ладно? - Это его слова? - Нет, мои. Потому что в итоге, если назреет конфликт, директор меня заставит все улаживать. А мне очень бы не хотелось напрягаться из-за чьей-то глупости, - он улыбнулся. - Вздор. Какой еще конфликт? - Сохен-ши, просто забудь о нем, - посчитав ненужным отвечать на вопрос, Итук сделал глоток. - М, уверена, что не хочешь? Кофе сегодня вкуснее, чем обычно. - От него портится цвет лица, - девушка хмыкнула. - Ты не ответил. - Ты молодая, умная, красивая, талантливая, успешная, богатая, а желает тебя половина мужского населения страны, так с какой радости тебе нужен этот наглый, упрямый, эгоистичный, грубый, одним словом, невыносимый ребенок? Пойми, если уж придется выбирать, то он оставит при себе женщину лет на десять-пятнадцать старше, которая будет заботиться о нем как мать. По-другому не будет. Хотя, возможно, когда он будет моего возраста или лет на пять старше, что-нибудь да изменится... - Но почему, Итук-ши? - Сохен поджала губы. - Почему он такой? Неужели так сложно подарить кому-то хоть немножко счастья?.. - Таких миллионы, и если он каждой будет дарить по капельке так, как просишь ты, что останется ему? Сохен-ши, он тоже человек, ему тоже тяжело. Не делай его жизнь еще сложнее... Если уж очень хочется быть с ним, подожди немного, возможно тогда он и сам поймет, что ему нужно. Только не дави на него. - Он просто бесчувственная скотина, - девушка отвернулась. - Тише, не плачь, - Итук достал платочек и, протянув руку, осторожно вытер влажный след, оставшийся от скатившейся по ее щеке слезы. - Хочешь, куплю тебе чай? Зеленый, с жасмином, как ты любишь... Взяв платочек, Сохен кивнула, вытирая вторую щеку. - Хорошо, я сейчас вернусь. Не плачь, все не так плохо. Просто нужно немного потерпеть, - улыбнувшись, он достал из сумки бумажник и пошел покупать ей чай, а заодно кофе себе, ведь еще нужно дождаться свою персональную головную боль и самую большую в жизни проблему в виде несносного ребенка, который наотрез отказался ехать домой один после ночной репетиции.