Белые вороны

— Леви, давай догоняй. А то мама опять будет ворчать, что опоздали на обед. — кричал мальчик с волосами цвета каштана, в чьих глазах отражались все оттенки зелени. Он мчался вверх по холму, где стояла небольшая хижина, окружённая рощей. — Подожди меня, ****. Я за тобой не успеваю. — пытался его догнать Леви. Ребёнок, имевший волосы цвета вороньего крыла, с глазами, подобными пасмурному небу в осенний день. Тогда мальчик вернулся к нему и, схватив того за руку, они вместе побежали к дому, весело смеясь. И вот они уже видели хижину, дверь которой была открыта нараспашку, что заставило их насторожиться. Мальчики резко остановились и спрятались в ближайшие кусты. — Леви, останься здесь. — прошептал зеленоглазый, не отрывая взгляда от хижины. Он достал небольшой нож, что всегда носил с собой, чтобы нарубить ветки для хвороста. — Нет, ****, не иди туда один. Лучше позовем кого-нибудь на помощь. — Аккерман не отпускал его руку. — Прости, но я не могу просто сидеть тут. Вдруг что-то случилось с мамой. Давай так. Я осторожно проберусь в дом, а ты сбегаешь и позовёшь на помощь. Прошу тебя. — Ладно. Только пообещай, что с тобой ничего не случится. — Леви с надеждой смотрел на него, не желая отпускать. — Обещаю. — ответил тот, освобождаясь из его хватки и даря утешительную улыбку, направившись к дому. Леви, проводив его взглядом, ринулся в город за подмогой. Когда он добежал до края рощи, из её глубины послушался оглушительный женский крик и, замерев в ужасе, черноволосый бросился обратно. Несколько раз споткнувшись о корни деревьев, мальчик продолжал нестись к дому, лишь быстрей. Выбежав к хижине, от представшей перед ним картины из Леви, тело которого пробила нервная дрожь, а глаза наполнились влагой, вырвался крик отчаянья и боли. Около хижины навзничь лежало окровавленное тело женщины, что некогда была матерью его друга, которая всегда была добра к нему и часто дарила свою улыбку детям. Лицо её было искажено предсмертными муками, а в глазах навсегда застыл ужас. *** Резко поднявшись с кровати, Леви, чья грудь тяжело вздымалась от тяжелого дыхания, пытался прийти в себя после кошмара, который не переставал преследовать его уже очень долгое время и все чаще посещал его сновидения в последнее время. — Снова этот чёртов сон. — произнёс он, схватившись за голову. Это было для него постоянным напоминанием о том, как он был беспомощен и труслив в детстве. Став старше, Аккерман изменился. Он стал замечать вокруг себя те вещи, к которым некогда был слеп, но рано или поздно тебе приходится повзрослеть. То, как высшие относились к низшим, будто те ничем не лучше животных. Как будто у них нет чувств и эмоций, будто они рождены лишь для того, что служить высшим, удовлетворяя все их прихоти. Ему было ненавистно видеть это, ведь будучи ребенком, он смог осознать то, что низшие ничем не отличаются и даже лучше многих высших. Он отдалился от родителей, ведь те с презрением и ненавистью относились к низшим, начал больше времени отдавать тренировкам в бою на мечах и чтению книг, связанные с политикой, экономикой и военным делом. В Леви твердо укоренилось желание изменить существующий порядок вещей. Кроме того, он не оставлял попыток найти своего друга. Человека, который был ему дороже собственных родителей. Но каждая из них была тщетна. После того, что произошло, никто ничего не знал, кого бы он не спрашивал. Всем было плевать на какого-то низшего. Тогда в нём и пробудилось желание уничтожить прогнившее устои, создав новое общество, где низшие могли бы жить спокойно без вечного страха перед произволом высших. Леви снова попытался заснуть, однако, пролежав несколько часов, понял, что это бесполезно. Понимая, что его ждёт очередная бессонная ночь, он решил почитать и зажёг свечи. Он был погружён в книгу до самого утра, пока к нему не вломилась девушка с растрёпанным хвостом на голове. — Леви! Доброе утро… хотя по твоему внешнему виду оно явно недоброе. — со смешинкой сказала она, проходя в комнату. — Ханджи, сколько раз я тебе говорил не вламываться ко мне и радовать своим присутствием с самого утра. — мужчина устало потёр переносицу. — Рада стараться! Ну не будь ты таким мрачным. Я здесь вообще-то от Эрвина. Он сказал, чтобы ты спускался на завтрак и потом мы вновь двинемся в путь. — ответила она и вышла из комнаты. Устало вздохнув, Аккерман привёл себя в порядок и спустился вниз, где уже завтракала Смит с Зоэ. — Доброе утро, Леви. — поприветствовал Эрвин, мужчина с голубыми глазами, взирающими на всё проницательным взглядом. — Не очень. Сейчас около пяти утра. Почему так рано выдвигаемся, к чему такая спешка? — Аккерман сел напротив за стол. Ему принесли кашу, вареные яйца и питьё. — С некоторых пор обнаружилось, что за нами ведётся слежка. Скорее всего шпионы королевской гвардии. — Значит мне не показалось. — ответил Леви, допивая эль. — Нужно как можно скорее добраться до владений графа Йегера. Я уже рассказывал о том, что познакомился с ним на одном из королевских приемов, после чего мы стали вести переписку. Насколько я могу судить из писем и личного знакомства, этот человек на нашей стороне. — На это Леви и Ханджи лишь кивнули. Интуиция Смита не раз оказывалась полезной, когда дело касалось понимания людей. Закончив трапезу, члены отряда, состоящего как из высших, так и из низших, начали сборы, и через некоторое двинулись в путь. Их ждали земли Йегера.