What jealousy brings

      Розэ, в целом, не верит в любовь. Она считает, что это глупости, считает, что нет времени на эти бессмысленные времяпровождения. Особенно когда карьера занимает всю твою жизнь. Карьера – это то, что важно на данный момент. Время слишком дорогое, чтобы тратить его на чужого человека. Рядом уже есть родные люди, от которых она получает тепло, большего и не надо.       В отличие от нее, Джису верит в любовь. Ким считает это то, чего не хватает каждому человеку. Забота от твоей родственной души. У Джису после карьеры есть в планах осуществить мечту, но Розэ к этому числу не относится. В голове только мысли о предстоящем возвращении на сцену, встреча с фанатами, которые преданно любят своих кумиров. В голове лишь мысли о ее собственных альбомах, о которых она так долго мечтает, ведь тяжело терпеть как главной вокалистке, когда нет должного внимания со стороны кампании. Пак неплохо справляется, стабильность и чувство комфорта всегда есть, но опустошение чувствуется сильнее. Возможно, вся одна и та же рутина давит на неё? Она старается не поддаваться этим эмоциям, ведь это ни к чему. Ничего хорошего ей это не приведёт, поэтому старается тратить время лишь на себя, пока не чувствует что чаще и чаще изводится, от чего чуть ли не падает в обморок.       Розэ, в целом, не верит в любовь. Особенно в однополую. Нет, она не гомофоб, она нейтрально ко всему относится, но как можно любить человека твоего же пола? У нее ответов не было, как и вопросов тоже. Её это не касалось до тех пор, пока она не поняла, что глядя на родную Лису, трепещет сердце.       Да, прям так, как описывает Джису. Так, как пишут в книгах, обычное клише в фильмах. Как бы банально и ванильно это не звучало, но смотрит, а унять быстрый стук в сердце не может. Как и убрать невольно расплывающуюся улыбку с лица. Так вроде бы описывают любовь. Длительное чувство привязанности, когда хочешь поглотить человека полностью, при этом отдавая себя целиком.              Розанна даже ответить не может, не зная с чего это началось. Только промычит глухо на этот вопрос, откроет рот и снова закроет, как немая рыба, оставив за собой лишь тишину. Она сама по себе не тактильный человек, да и в словах свои чувства объяснить не может. Поэтому же и боится, что кто-то заметит смену ее поведения.       А Лиса всегда целовала её в щёчку больше всех, обнимала часто, по шутке говорила о том, что они прекрасная пара. Розэ смеялась до тех пор, пока уже было не до смеха, а под ложечкой начало сосать. Розэ всегда была сильной, но смеяться над своими же чувствами не могла. Лишь всё чаще задерживала свой внимательный, пронзительный взгляд на подруге, как умеет только она. Розэ когда готовит рамён(читайте как единственную еду, которую она способна приготовить), даже так для себя не старается, как для Лисы. Старалась всё лучшее отдать лишь ей, той самой, которую она, кажется, уже л.       Но никому в этом не признается, это секрет. Тайна, которую она не сможет рассказать даже себе. Слишком откровенное и личное, настолько, что иногда думаешь, что теряешь рассудок.       Розэ лишь молилась по ночам, чтобы никто не заметил. Фанаты давно шипперят их между собой, что лишь усугубляет ситуацию. Ведь девушка может быть последней сволочью, но Лису свою очернять грязными и пошлыми мыслями не хочет. Но когда это Лиса стала ее? Она и не была. Она ничья, она принадлежит себе. Но иногда все таки хочется исправить эту ситуацию. Пак и в этом тоже не признается.       Лиса заслуживает лучшего. Возможно, того самого, кто будет встречать её после тяжёлого вечера, кто будет греть своими объятьями, сцеловывая на теле всю усталость. У них двоих нет будущего, того будущего, о котором мечтает Пак. Она со своими чувствами лишь испортит их отношение, ведь Лиса не виновата в том, что является тактильным человеком. Она на самом деле со всеми так и Розэ не какая-то избранная.       Рози иногда не замечала отчёт в своих действиях, что и последовало к скорым подозрениям. Наверное, Дженни была первой, кто заметил странные изменения в их отношениях. Как будто она так и чувствовала неловкие и влюбленные взгляды со стороны Розэ в сторону Лисы. Лиса действительно не замечает или притворяется дурочкой?       Дженни странно косилась на Пак, поглядывала на двоих макнэ, хмурила бровки и уходила в свои мысли, а виновница это всё замечала, нервничая каждый раз. Кажется, у неё появился седой волос.       «Дженни не могла догадаться..» – считала Розэ, это ведь абсурд. Розэ влюбилась в свою лучшую подругу, даже звучит смешно, не то что. Однако Дженни так не думала. Что-то ей давало повод думать совершенно по-другому. – Нам надо поговорить, – как то начала разговор Джен, приглашая Пак рукой сесть возле неё на кожаный диван. Скрип дивана, кажется, на данный момент был никому не нужен. Лучше будет заменить его на новый, ведь если ночью Розэ с Лисой будут дурачиться, вдруг кто-то услышит, а это.. – Ты меня слушаешь вообще? Я со стенкой разговариваю или что? Хотя ты так похудела, что выглядишь также тонко, как и стена, – закатанные глаза Дженни можно уже представлять перед глазами. – Извини, но твой юмор тоже толщиной не особо то и отличается. Что ты там говоришь? Это касательно наших песен? Или ты хочешь обсудить новую хореографию? Кажется, движение головой и в правду лишнее.. – задумавшись, пробурчала Пак. – Нет! Перестань, я не об этом, – Дженни слегка огрызнулась, но поняла, что этого делать не стоит без причины, по этому снизила тон и начала в более спокойной форме. – Это касательно отношений, – Розэ робко кивнула, быстро кидая взгляд на Джен, которая сжимала конец своей футболки. – Что между тобой и Лисой? – резко спросила, от чего Розэ чуть не подавилась воздухом. Вопрос прямо в лоб, да из чего бы вдруг? – Эм, что ты хочешь услышать? Мы хорошо с ней общаемся, – усмехнувшись, Розэ старалась не реагировать остро. – вроде бы не ссорились. – Не обманывай, хотя бы себя. Я вижу все эти странные взгляды в её сторону, такое не бывает по дружески. Что ты к ней чувствуешь? – Дженни смягчила тон, говоря все тише, положив свою руку на плечо подруги. – Я совершенно не понимаю что ты имеешь ввиду. Между нами ничего нет, как ты могла вообще о таком подумать, – распахнув глаза в неверии, продолжая врать, Розэ даже не краснела. – Лиса мне как сестра, и то что ты говоришь, совершенно немыслимо, – с неким отвращением пробурчал голос на высоких нотах. – Знаешь ведь, что я не отношусь к однополым.       Дженни улыбнулась уголками губ, не решаясь давить на Пак, притянула её к себе и скромно обняла. Не хочет – не надо. Сама решит, сама и скажет. Розэ потихоньку успокоилась, выровняла свое сбившееся дыхание. Знала, что спалилась, но виду не подавала. ***       Сидя вечером на скрипучем кожаном диване, девушки то и дело что занимались ерундой. Среди них не было только самой младшей, которая не выходила из комнаты около часа, заставляя переживать мемберов, ведь что она может делать так долго, если она не любит быть в одиночестве?       «Уснула» – думала Дженни.       «Пусть делает, что хочет» – считала Джису, а Розэ... Розэ ничего не думала, она сидела, пялилась в телефон уже несколько минут, листая ленту и даже вовсе не вчитываясь в текст.       Со стороны комнаты Лисы послышалось копошение, глухой звук и открытие щелчка. Лиса вышла оттуда как на парад. Черные волосы были красиво уложены, брюки кюлоты, сиреневая атласная рубашка, а в руках маленькая бежевая сумочка. – Ты куда это собралась на ночь глядя? – спросила самая старшая, не понимая куда вырядилась Лиса, а ещё почему она использовала свои дорогие духи, подаренные G-Dragon. Которые она использовала в редких и значимых случаях, ведь таких духов в коллекций больше не осталось. (Ну конечно, она же фанатеет от g-dragon, он аж ночью висит на двери и смотрит на неё, а она желает ему спокойной ночи) – Лиса, ты очень красивая, но куда ты идёшь? – не отставала и Дженни, вскинув брови и разглядывая черноволосую с ног до головы. – Что скажет на это менеджер? Уже довольно поздно. – Я иду в ресторан с друзьями из чата «девяносто семь лайн», менеджер знает, – наконец подала голос макнэ, которая смотрела на себя в зеркало и слегка улыбалась. – Почему ты нам не сказала об этом раньше? Не предупредила? Мы не контролируем тебя, но я как почти старшая сестра должна знать. Разве Розэ не должна пойти с тобой? – хмыкнула Джису, не отлипая от своей игры на телефоне. Лиса проглотила слюну, опустив взгляд в пол. – Простите меня, я забыла об этом предупредить. Я вчера говорила об этом Розэ, я думала, она знает... – теперь все взгляды были устремлены в сторону Рози, которая молча слегка открыла рот от удивления, выключая телефон и откидывая в сторону. – Я этого не помню, – пожала плечами она, услышав цыкание недовольной Джису. Перед глазами Пак все ещё был красивый образ Манобан, и она, незаметно для всех, подняла глаза и задержала взгляд.       «Красивая» – пронеслось в голове, но факт того, что вечер пройдет без любимой макнэ, расстраивал сильнее. Она ведь надеялась на совместный просмотров фильма. – А кто там будет? – Дженни не торопясь, ленивыми движениями встала с дивана, от которого послышался противный скрип. Встала со спины, положив свой подбородок на плечо Лисы и притянула за талию. Кажется, у Розэ глаз задергался. – Там будет Бэмбэм, Югем, Джэхён, Мингю и Чонгук, – Лиса положила руки поверх рук Дженни, смеясь от щекотки и горячего прикосновения. – А ты там каким боком? – Лиса не обратила внимания на низкий голос Розэ, который больше напомнил злой тон, и неоднозначно ответила. – Бэмбэм позвал, сказал что хочет со всеми познакомить, – хихикнула Лиса, а Розэ выпала из реальности. Лиса, конечно, не собственность, но она будет сидеть среди одного мужского пола, который что и будет пялиться и обращать внимания лишь на неё. – Ты никуда не пойдешь, – выпалила Пак, да с такой горечью и злостью в голосе, что аж самой страшно стало. Прочистив горло, она забегала по комнате глазами и продолжила: – Зачем тебе это? Я думаю, не стоит. Одна девушка среди парней, а вдруг они что-то с тобой сделают? У них на уме лишь одни страшные мысли, – словно оправдываясь за свою смену настроения. – Ты прямо как мамочка, – Дженни заиграла бровями. – Пусть ребенок сходит, не ссы. – Не знаю что и сказать, если менеджер дал согласие, то пусть идёт. Всем нам раз в месяц нужен отдых друг от друга, – кивнула Джису, соглашаясь. – Может я сама решу.. – Лису тут же заткнули, от чего она лишь глубоко вздохнула. – Я не хочу чтобы она шла в непонятную компанию мужчин, – закатила глаза, опуская амплитуду, от чего голос стал ещё резче и грубее. – Это не непонятная компания, там будет Бэмбэм, мы ведь все его знаем. Пусть повеселиться, познакомиться, красивых парней нельзя упускать, – подмигнула Дженни, уже отпуская из своих рук Лису и щипая за бок, совсем не обращая внимания на выпады подруги. – Да что ты говоришь, – Розэ не скрывала своей раздраженности, и не обращала внимания на Джису, которая не понимала такой порыв эмоции младшей. – А вдруг кто-то из них позовёт её на свидание? Это будет очень мило, – пропищала Дженни, прыгая на месте, а Розэ хотела ударить ее на месте. В комнате неожиданно стало на несколько градусов жарче. Напряжение лишь накалялось сильнее. – Заткнись, Дженни. Лиса никуда не пойдет, я сказала своё, – Пак сама не поняла откуда взялась эта ревность, охватившая ее с ног до головы, но поделать с собой ничего не могла.       Лиса потускнела у всех на глазах. Она была словно гирлянда в новогоднюю ночь, что светила ярче всех и привлекала внимания, но в один момент батарейки сели и она перестала светить. Дженни добивалась такой реакции, хотела увидеть ревность, но зато какой ценой она это сделала, однако довольно и тихо хмыкнула. Она не обратила внимания на повышенный голос Розэ, было стыдно перед Лисой, которая так рвалась отдохнуть отдельно. Лиса молча сняла с себя обувь, проходя мимо них как привидение и зайдя в комнату, бесшумно закрыла дверь. – Ну и что это было? – молчавшая всё это время Джису, обратила внимания двоих на себя. – Зачем вы устроили этот цирк? Вы видели как Лиса расстроилась? Вам наплевать, но вы задели ее чувства, она хотела повеселиться, а вы.. Розэ, ты поступила хуже, очень некрасиво, – она говорила сдержанно, но в тоне слышалась злость. – Не понимаю, что на тебя нашло. Иди спать и соберись с мыслями, – Джису устало выдохнула и встала с места. Разговор был окончен, все это прекрасно поняли. Дженни пожала плечами, направляясь в свою комнату, а Чеен тоже не задерживаясь, пошла к себе. Ее комната была напротив Лисы, и проходя тихими шагами, она услышала голос младшей. – Бэмбэм, извини, но я не смогу придти.. Хах, да нет, не неси ерунды. У нас в общежитии кое-что произошло, я вынуждена остаться, – помолчав несколько секунд, продолжила: – Что? Нет, всё нормально, просто вышла небольшая проблема. Да, прости что подставила, я очень хотела прийти. Может в следующий раз. Блин, ты лучший, передавай от меня привет. И ещё.. – дальше Розэ не слушала, так как зашла в свою комнату, шаркая по полу тапочками.       Легла на живот, зарываясь головой в подушки и тихо промычав. Нужно время на то, чтобы обдумать свой поступок, ночь самое лучшее время. Пока все спят, будет лежать на спине, пялиться в потолок и пытаться понять, почему ревность вдруг охватила разум.       За дверью давно стоит тишина, которую нарушает лишь звук часов висящих на стене. Розэ потихоньку поднимается с кровати, принимая сидячее положение. Она опирается локтями в мягкую кровать, застеленная в её любимое постельное белье, которое, кстати говоря, подарила Лиса на новый год. От такой мысли снова становится не по себе. Чувствует лёгкое покалывание на кончиках пальцев, по всему телу разливается чувство раздражения и злости. И вовсе не на Лису, а на себя. Пак обязательно попросит прощения, ведь чувствует вину.       И чем ей так не угодило новость об уходе на прогулку с другими айдолами? Подумаешь, Лиса идёт гулять с мужчинами, с красивыми мужчинами, которые привлекают внимания, ведь Манобан хоть и не относилась с неприязнью к однополым отношениям, но ее не соблазняли тела девушек. Тем более не соблазнит тело лучшей подруги.       А Лиса у неё красивая, каждого привлечет своим видом и внутренней красотой. Чего только у неё нет? Кукольная внешность, красивая и стройная фигура, приятный характер и умение делать всего, что нужно каждому мужчине.       А Розэ? Кто такая Розэ? Лучшая подруга, которая всегда поддержит, поможет и Лиса в этом никогда не откажется, ведь это её почти родная сестра.       Думая об этом, Пак и не заметила пролетевшее время и поняла, что мысли снова заняла эта девушка, живущая не только в комнате на против, но в и голове на ежедневной основе. Встряхнув головой, она размяла отекшие конечности и встала, чуть не падая, так как из-за резкого движения перед глазами поплыло, и всё потемнело. Простояв так минуту, Розэ подошла к деревянной двери, прислонила голову и начала вслушиваться в тишину. Никто, пока что, звуки жизни не подавал, поэтому осторожно, чтобы без лишнего звука, девушка вышла из комнаты.        Боясь сделать лишнее движение, она подошла к двери Лисы, снова же прислоняясь ухом к ней. Рискнув, тихонько открывает и проходит внутрь, закрывая за собой. Бегло оглядывает комнату, останавливая взгляд на девушке, что лежала свернувшись клубочком на конце кровати. От такого вида на лице непроизвольно появилась теплая улыбка, а глаза будто засветились.       «Ну что за ребенок» – пронеслось в голове и боясь сделать шорох, Розэ медленно делала шаги к спящей девушке. Присела на самый край и начала разглядывать. От такой картины ещё сильнее заболело где-то в районе груди. Лиса причмокивала во сне губами, а после надула, видимо, видела уже седьмой сон. По одежде можно было заметить что она переоделась в пижаму, одежда валяется на стуле. Розэ на это покачала головой, и снова устремила взгляд на младшую.       Пак придвинулась чуть ближе, упираясь ладонью в мягкий матрас и тихо опускаясь на колени перед лицом Лисы. Слишком рядом. До безумия близко. От этого и хорошо, и плохо в буквальном смысле.       В комнате был свет лишь от луны, что вблизи можно было сосчитать все родинки на лице. Пак была в нескольких сантиметрах, смотрела и не стеснялась, ведь пара глаз сейчас была закрыта и видела сны.       Она опустила взгляд вниз и сильно пожалела. Смотря на пухлые губы девушки, нельзя было устоять и медленно приближаясь к ним, Розэ начала сожалеть. Оставался сантиметр. Всего один сантиметр, она дышала прямо в губы, мечтая и представляя как они соприкоснутся, но большие и испуганные глаза заставили остановиться.       Лиса смотрела на нее открыто, ее брови были высоко подняты, она точно не ожидала увидеть перед собой подругу, да и так непозволительно близко. – Что ты делаешь? – первая нарушила тишину младшая, захотела отскочить назад, но крепкая хватка девичьих рук не дали этого сделать. – Розэ, что проис...– прошептала Лиса, но тут же сжала губы, так как Розэ поцеловала ее куда-то в районе скулы. Это было очень странно. До такой степени, что Лиса и не знала что сказать. Что Пак себе позволяет? Это очередные шутки? – Тише, Лиса, доверься мне, – лежащая, испуганная почти до дрожи девушка, не поняла что значат эти слова и снова хотела встать, но Розэ сильнее надавила на запястья, и с губ вырвался тихий писк. Не от того, что Розэ давила слишком сильно и придется замазывать тональным кремом будущие синяки, а от того что Пак поцеловала ее в шею, осторожно, едва касаясь кожи, но это касание вызвало дрожь по всему телу. Хорошо, что было темно, потому что щеки самой младшей сильно горели, покраснели так же, как и уши. И это пугало.       Розэ отстранилась от Лисы, смотря на нее и ожидая реакции. Лиса распахнула на миг закрывшие глаза, ее ресницы подрагивали, она уже не чувствовала сонливость, та давно улетучилась от странных и приятных действии подруги. – Розэ, зачем? – вырвался охрипший голос, и Лиса быстро прочистила горло, но какой-то странный ком стоял в горле. – Я не знаю, Лиса, не знаю, – честно призналась Пак, уже отпуская запястья и садясь на пол. Они встретились взглядами и никто не хотел нарушать тишину. – Лиса, что ты почувствовала, когда я так сделала? – вдруг озвучила мысль, которая крутилась в голове несколько минут и не давала покоя. – Когда ты сделала... Что? – Лиса прекрасно поняла, но хотела всё же уточнить, хотела услышать своими собственными ушами. – Когда я поцеловала тебя, – от такого ответа, Лиса хотела поперхнуться, да нечем. Она резко села, шурша одеялом, и хватаясь за его кончик, сжала в ладонях. – Что ты хочешь услышать? – Лиса, скажи правду. – Почему ты сделала это? – не отвечая на вопрос. – Отвечу, если ты скажешь свои чувства, – тихо хмыкнула, замечая волнение у младшей. – От этого многое зависит? – Многое. Я смогу ответить, если ты скажешь, – Розэ опустила взгляд, иногда смотря исподлобья. Ее начала смущать вся эта ситуация, дыхание немного участилось, она слышала стук своего сердца. Теперь тоже волнуется. В начале ей казалось всё таким лёгким, а на деле.. – Если я скажу «нет», что ты скажешь? – от такого ответа, Розэ поникла. Она сжала свою руку, не сильно впиваясь длинными ногтями в ладонь, а после опуская голову вниз и смотря на пол. Чувствовать взгляд на себе не так комфортно на данный момент. – Скажу, что произошло недоразумение. Прости, я не знаю что на меня нашло и, видимо, это было в порыве страсти и эмоции. Такого больше не повторится, – не громко ответила Пак, вставая с нагретого места и не поднимая сконфуженного взгляда на Лису, которая лежала в шоке, слегка раскрыв рот от удивления. – Мне очень жаль, – прошептала, стараясь унять дрожь в голосе, но тот выдавал себя. Кто знал, что будет так больно? – Надеюсь, мы сможем это забыть, оставив лишь между нами и это не как не повлияет на нашу дружбу. – А если я скажу «да»? – В таком случае луна сегодня красивая, не так ли? – прошептала Розэ, надеясь на то, что есть последняя надежда. Лиса уставилась на неё в неверии. Неужели это признание в любви? По всей комнате слышался звук тиканья часов. Время было мучительно медленным, и не дожидаясь ответа спустя минуту, Розэ развернулась, собираясь уйти прочь.       Но в следующую секунду она почувствовала пальцы на своём запястье и то, как ее разворачивая, потянули на себя. Розэ резко выдохнула, когда неожиданно упала на кровать подруги. Глаза застилает пелена, делая вид размытым и проморгав несколько раз, сконцентрировавшись, Пак увидела странный взгляд Лисы, который медленно спускался на ее губы.       «Что она хочет сделать?» – мысленно подумала, но тут же пришла в шок, так как ее губы накрыли пухлые губы ее родной Лисы.       Это был мимолётный и целомудренный поцелуй, который делал пьяным два разума. И то, это обычное соприкосновение губ, поцелуем и не назовешь, но приятно до дрожи в теле. – Настолько красивая, что умереть можно, – Лиса еле шевелила губами, не осмеливаясь сказать эти слова, а Розэ вовсе потеряла в голову. Она будто сорвалась с цепи, жадно впиваясь в губы младшей, что застонала в губы от такого порыва эмоции.       Розэ бесил тот факт, что Лиса не давала углубить поцелуй, поэтому прикусила ее нижнюю губу, от чего та пискнула, открыв рот и почувствовала, как два языка сплетаются между собой. – Что ты творишь со мной? – остановливаясь сказала Пак, а Лиса на это недовольно промычала.       В месть Лиса прикусила язык Розэ, на что та толкнула ее на кровать и повисла сверху. Не прерывая поцелуй, Розэ положила свои руки на талию, сжимая всё крепче и оставляя следы на белой коже. В комнате становилось все жарче, в тишине слышались лишь звуки чмоков и поцелуев.       Розэ отдалилась, а Лиса захныкала, ведь хотела еще, но Пак на это лишь не по доброму ухмыльнулась. Она начала спускаться ниже, целуя сначала щеку, скулы, а после начала проходиться по чувствительной шее. Оставляя там большие следы после себя, Розэ довольно хмыкнула, разглядывая укусы, зная что оставила красивые засосы, которые будут видны на следующий день. Розэ большая собственница, но в этом она не признается.       Не задерживаясь на шее долго, Розэ снова поднялась к красным и ещё больше пухлым губам, но на этот раз поцелуй получился нежным, не таким, как несколько минут назад. Было приятно до дрожи, до покалывания на кончиках пальцах, ощущать столь близкие губы на своих, особенно чувствовать как эти родные губы отвечают тебе в ответ. Медленно двигая ими, Пак отстранилась и напоследок чмокнув, легла на спину, прижимая младшую к себе, а Лиса, как котенок, прижалась еще теснее. – Извини меня, Лисёнок, не хотела обидеть сегодня, – нарушая длинную тишину, сказала Розэ. – Я начала ревновать и... – Все нормально, Рози, правда. Даже к лучшему, что я не пошла, – на это обе рассмеялись и сплели руки вместе. – Знаешь, а я ведь и не до конца осознавала свои чувства к тебе. Сначала замечала твою улыбку, было так трепетно от нее, что я начала целовать тебя в щеку, обнимать чаще, лишь бы видеть широкую улыбку, которая будет предназначенная лишь мне, – слегка начала стесняться, пытаясь скрыть в темноте свои красные щеки, но под светом луны Розэ смогла увидеть нежный румянец на коже у девушки. – Сама не поняла как так вышло, просто поняла, что хочу любить тебя, и не как подругу, – улыбнулась Пак, оставляя лёгкий поцелуй за ухом в ответ. – Ты мне нравишься, Розэ. Может всё банально, но для меня это очень важно и важны твои чувства ко мне. Я не знаю, что получится из наших отношений, насколько долго мы продержимся. Ведь мы также рискуем нашей группы, собираясь подставить её, но я ни о чём не жалею. Надеюсь, вместе мы справимся, – прошептала сонным голосом Манобан, которая уже закрывала глаза из-за желания провалиться в мягкий и тягучий сон. – Ты мне тоже, Лиса, у нас всё получится, – ответила Пак, понимая что Лиса уже уснула и не услышала признания старшей, на что лишь слабо улыбается. Однако не беспокоится, ведь успеть сказать это времени полно.       И, может быть, завтра будет множество вопросов от Джису, которая будет спрашивать, когда они успели помириться. А Дженни лишь довольно ухмыльнётся , понимая что ее план с ревностью сработал, и будет наблюдать за красивыми и большими засосами на длинной шеей Лисы, которые даже не смогли скрыть слои тоналки.                    Встретившись взглядами с Пак, Дженни весело усмехнётся двоим, незаметно для всех подмигивая, а Розэ слабо покачает головой и обещает, что отблагодарит, но не сейчас. Не в то время, когда нужно будет уделять больше своего времени любимой девушке, что каждый раз заставляет сердце трепещать, прямо так, как описывает Джису. Что каждый раз в самые губы шепчет слово на букву л, и Розэ, вообще-то, тоже её л. Просто она не умеет выражать свои чувства, не сможет признаться, но показывает все своими действиями. Рядом уже есть родной человек, от которого она получает тепло, большего и не надо.