Маленький Гриб

Пещера, освещаемая слабым светом флуоресцентных растений, была темной и сырой. Ее стены были опутаны лозами темно-зеленого, темно-фиолетового и насыщенного черного цвета, напоминающими сплетенных змей. В пещеру влетело черное летающее насекомое. Оно имело шесть жестких крыльев и три рта. В следующую секунду одна из лоз на стене набухла фиолетовая лоза. Она раскрыла пасть и поглотила добычу, быстро захлопнувшись и постепенно вернувшись в исходное положение. Раздался звук, похожий на стрекотание крыльев. Капля слизи вытянулась в полупрозрачную нить и шлепнулась на липкий мох, покрывающий землю. Он еле заметно пошевелился, и слизь скоро впиталась. Один из углов привлекал внимание зеленым свечением, исходящим от флуоресцентных грибов. Из промежутка между камнем и землей бурно хлынуло белое вещество. Мицелий занимал большую часть пространства. Он рос, распространялся, растягивался сотнями миллионов нитей и устремлялся к центру. Он сжимался и растягивался, формируя человеческую фигуру. Нога ступила на мягкий мох, утопая в нем до уровня лодыжки. Ань Чжэ посмотрел на свою лодыжку. Это была человеческая конечность, состоящая из кости, мышц и кровеносных сосудов. Суставы могли двигаться, но скелет ограничивал их подвижность. Роговой слой сформировал ногти, гладкие, округлые и прозрачные.В конце концов, он истончился, и кончик стал острым, словно коготь зверя. Он поднял ногу и сделал шаг. Примятый тяжестью ноги мох был влажным и упругим. После ухода Ань Чжэ он снова стал прежним, словно дождевой червь. Следующим, на что он наступил, был не мох, а человеческая рука. Ань Чжэ посмотрел на скелет в темноте. Скелет усеивали грибы и лозы. Темно-зеленые лозы обернулись вокруг бедер и костей ног, в то время как яркие маленькие грибочки проросли в ребрах, напоминая цветы. Светящиеся грибы укоренились в пустых глазницах и выглядывали между редких зубов. Зеленое свечение притягивало, как зыбучий песок, размываясь в тумане пещеры. Ань Чжэ долгое время смотрел на скелет. Наконец, он поклонился и поднял кожаный рюкзак, лежавший рядом. Содержимое рюкзака не пострадало от влаги. Внутри было несколько предметов одежды, человеческая еда, питье, а также черный чип размером с ладонь с номером «3261170514». Три дня назад этот скелет был живым человеком. «3261170514.» Голос человека был хриплым и прерывающимся. Зеленое свечение пещеры отражалось на его лице. «Мой идентификационный номер. Это моя идентификационная карта. С ним я могу вернуться на человеческую базу.» Ань Чжэ спросил: «Могу я помочь тебе вернуться?» Человек улыбнулся, пальцы его правой руки мягко опустились на бок. Чип, выкатившийся из его руки, скрылся в высоком мхе. Он прислонился спиной к бугристой стене, поднял голову и прижал левую руку к груди. В ней зияла огромная рана. Серые костяные обломки пронзили его спину, и кожа вокруг них была покрыта гноем. Часть ее была серой, и свисавшая обрывками плоть покрывала торчащие кости. Другая часть была темно-зеленой и поднималась и опускалась в такт дыхания. Он охнул несколько раз, прежде чем прошептать: «Я не смогу вернуться, маленький гриб.» Его рубашка была полностью покрыта пятнами, кожа побледнела, губы потрескались, а его самого била беспорядочная дрожь. Ань Чжэ смотрел на него и не знал, что сказать. В конечном счете он мог ровным счетом ничего, кроме того, чтобы пробормотать имя юноши: «Ань Цзэ?» «Ты почти полностью владеешь человеческой речью.» Человек посмотрел на свое тело. Помимо гноя и крови, на его теле можно было обнаружить мицелий. Он стал частью его организма. Мицелий разросся по всему телу Ань Цзэ. Цель гриба состояла в остановке кровотечения умирающего, но инстинктивно мицелий поглощал и переваривал свежую кровь. «Ты так сильно продвинулся из-за поглощения моих генов? Степень загрязнения этого места действительно очень высока» — сказал человек. Фрагменты знаний перетекали в сознание Ань Чжэ. Через пять секунд он знал, что степень загрязнения означает скорость преобразования генов. Теперь гены втекали в Ань Чжэ с кровью человека. «Может быть… Когда я умру, ты поглотишь все мое тело. и усвоишь еще больше.» Ань Цзэ поднял глаза на потолок пещеры, и его губы сжались. «Кажется, я совершил что-то значимое, хотя не знаю, как это для тебя обернется.» Ань Чжэ молчал. Все его тело двинулось к Ань Цзэ. Он поддерживал плечо Ань Цзэ новоприобретенной человеческой рукой, и объемистая масса мицелия притянулась и обволокла Ань Цзэ, удерживая разрушающееся тело. В тишине пещеры раздавались только стоны умирающего. Спустя долгое время Ань Цзэ заговорил. «Моя жизнь не имеет смысла.» «Я не обладаю никакими выдающимися способностями или навыками. Понятно, почему они бросили меня. Честно сказать, я счастлив, что не вернусь на человеческую базу. Она чем-то похожа на дикие земли: выживают лишь ценные люди. Я давно желал смерти, не ждал, что перед смертью встречу такое нежное существо, как ты, маленький гриб.» Ань Чжэ, не зная смысла таких слов как ценность или смерть, зацепился только за два: «человеческая база». Он прислонился к плечу Ань Цзэ и сказал: «Я хочу пойти к человеческой базе.» Ань Цзэ удивился: «Зачем?» Ань Чжэ вытянул руку, как будто пытаясь ухватиться за что-то, но натыкался пальцами лишь на абсолютную пустоту, такую же, как и всё его тело. Оно тоже было пустым. Чудовищная дыра родилась в самой глубокой части его тела, и не было никакого способа излечить ее, не было никакого способа ее заполнить. Только бесконечная пустота и отчаяние, преследовавшие его день изо дня. Он медленно проговорил, подбирая слова на человеческом языке: «Я потерял… свою спору.» «Спору?» «Мое… семя.» Он не знал, как объяснить. У каждого гриба в жизни есть споры. У некоторых их много, а у кого-то лишь одна. Споры являлись семенами гриба. Они зарождались в пластинках грибов и разлетались по ветру, пускали корни и превращались в новые грибы. Единственная цель жизни гриба состояла в том, чтобы зародить и вырастить спору. Затем те споры вырастут и заведут собственные. Тем не менее, он потерял свою спору, когда та еще не достигла зрелости. Ань Цзэ медленно повернул голову. Ань Чжэ мог слышать скрип костей, напоминающий скрип старого человеческого механизма. «Не ходи туда.» Голос человека был сиплым. Он говорил с большим трудом. «Ты умрешь.» Ань Чжэ повторил: «Умру?..» «Только люди могут попасть на человеческую базу. Ты не сможешь укрыться от взора судьи.» Ань Цзэ кашлянул несколько раз, прежде чем тяжело вздохнуть. «Не ходи туда… маленький гриб.» Ань Чжэ был в растерянности. «Я…» Рука юноши вдруг схватила мицелий Ань Чжэ. Он потратил много сил, и его дыхание участилось. «Послушай.» Когда сильная дрожь прошла, Ань Цзэ вздохнул и медленно закрыл глаза. Низким голосом он сказал: «У тебя нет оружия, и ты не можешь защитить себя. Ты всего лишь… маленький гриб.» Иногда Ань Чжэ сожалел о том, что рассказал Ань Цзэ о своем намерении отправиться на человеческую базу. Если бы он не сказал ему, Ань Цзэ не потратил бы свои последние мгновения на попытку остановить его. Он мог бы послушать, как Ань Цзэ рассказывает историю. Возможно, Ань Чжэ смог бы вынести его из темной пещеры в последний раз взглянуть на сияющее северное сияние. Однако глаза Ань Цзэ закрылись навсегда. Короткие воспоминания рассеялись в воздухе, точно так же, как жизнь Ань Цзэ внезапно покинула этот мир. Ан Цзэ теперь всего лишь белоснежный скелет. Однако он все еще хотел пойти против воли Ань Цзэ. Он постепенно раскрыл ладонь. На нежной коже и линиях ладони лежала тяжелая медная оболочка, оставшаяся от пули. На ней были какие-то непонятные и необычные символы. Он нашел ее на месте, где потерял свою спору. Он не отпускал ее с того момента, как нашел. Если есть хоть один шанс на миллион, что он вернет свою спору, тогда главный ключ к ней был этой оболочкой, созданной человеком. Он вздохнул и положил ее в кожаный рюкзак Ань Цзэ. Он наклонился и поднял одежду, которую носил юноша. Это была окровавленная серая рубашка с длинными рукавами, черные брюки и черные кожаные сапоги. Сделав все это, он вышел за пределы пещеры. Слегка великоватая одежда натирала кожу и электризовалась. Он в первый раз находился в человеческой форме, и еще не приспособился. Он нахмурился и закатал рукава свободной рубашки. Пещера была длинной и имела множество поворотов. Лозы скопились на стенках пещеры и мешали друг другу. Когда Ань Чжэ проходил через пещеру, они отступили и заняли верхнюю часть пещеры. После трех поворотов задул легкий ветерок. Он был очень влажным. Гриб отодвинул мертвые лозы, падающие из отверстия в потолке. Грибы бесконечно тянулись за пределы его зрения. Казалось, будто они поднимаются в небо. Все было спокойно и тихо. Сквозь кроны деревьев пробивался тусклый свет. Небо было серым с зелеными всполохами. Ань Чжэ чувствовал запах дождя, тумана, змей и гниющих растений. Сейчас был вечер. Он сел под навесом из серым грибов на входе в пещеру и достал пожелтевшую карту. На ней были разные цвета, обозначающие степень риска в различных регионах. Как-то Цзэ указал приблизительное местоположение пещеры, в которой они жили. Это была самая черная область на карте, означающая, что степень опасности этого места составлял шесть звезд, степень загрязнения — тоже шесть звезд. Ее называли «Бездной». Также область «Бездны» на карте была отмечена множеством странных символов. Ань Чжэ сверил их с легендой в правом нижнем углу карты. Эти символы означали, что там растут грибы, плотоядные лозы, плотоядные кусты, монстры-млекопитающие, монстры-млекопитающие смешанного типа, обычные монстры рептилии, чрезвычайно ядовитые монстры-рептилии, крылатые монстры, земноводные монстры, смешанные полиморфные монстры и человекообразные монстры. Местность представляла долины, холмы, горы, руины городов, дорожных участков и другая топография. В верхнем правом углу этой пестрой карты была чисто белая область, отмеченная красной пятиконечной звездой. Справа от нее было написано: Северная База. Зеленое свечение неба становилось все ярче, а окружение покрывалось тенями. В полночь Ань Чжэ едва мог различить звезды на небе. Он знал, что самую яркую из них называют Полярная Звезда, и она может указать направление. Он совместил стрелку в левом верхнем углу карты и направление к Полярной Звезде. Он ступал по гнилым деревьям, листьям, мицелию и почве, двигаясь шаг за шагом. Ночь не была темной. Мерцающие зеленые огни, которые люди называли полярным сиянием, освещали все впереди. На глаза попадались одни грибы. Они были желтыми, красными или коричневыми и обладали крупными шляпками. Маленькие, густо расположенные собирались на горных скалах. Кучки круглых грибов были разбросаны тут и там. Когда они созреют, тучи спор взметнутся, как туман или дождь. Эти споры приземлятся и начнут делиться, превращаться в круглые мешочки, подобно их матери. Были и грибы без шляпок. Попадались просто белые или желтые гифы, сгруппированные или разделенные радиально, плавающие в воздухе, как морские водоросли в воде. Но это был не только мир грибов. Тут росли и лозы, мхи, кусты, плотоядные цветы и деревья странной формы, скрывающиеся в ночи. В зарослях растений сновали несколько темных силуэтов и теней. Звери или химеры зверей и людей бегали в зарослях, воя и борясь за жизнь. Звери сражались со зверями, звери боролись с растениями, растения боролись с растениями. Высокий и низкий вой бил по барабанным перепонкам, камни и грязь смешивались со только что пролитой кровью. Ань Чжэ видел, как сосна согнула ствол, чтобы проглотить двухвостую змею. Он также видел гигантских размеров жабу, вытянувшую ярко-красный язык, чтобы схватить летучую мышь. Через пять минут после того, как мышь была проглочена, пара черных крыльев выросла из ее спины. И это была лишь одна из тысяч сцен, которые видел гриб, и он привык к этому. В этот момент к нему приблизился серый зверь. У него было две пары глаз, его покрывала чешуя, перья и мех. Голова смахивала на крокодила и гигантского волка. Его семь зубов были выворочены наружу, и он наклонился к Ань Чжэ, обнюхивая его окровавленным носом. Ань Чжэ не двигался. Он тихо прислонился к грибу и ровно дышал, когда все его тело обнюхивали. Чудовище, кажется, ничего не почувствовало и убрало тяжелые лапы. Ань Чжэ понял, что никто его не замечает, даже если он находится в человеческой оболочке. Возможно, это произошло потому, что грибы, не содержащие питательных веществ, росли повсюду. Они не были агрессивными, только иногда ядовитыми. Так, он и существа этого мира жили рука об руку. Должно быть, так и было. Он был просто маленьким грибом.