Soldier, Won't You Marry Me

Если бы кому-нибудь пришло в голову задавать ему глупые вопросы, когда он лежал едва живой из-за побоев и сильнейшего сибирского мороза, Тони сказал бы, что ни за что не пустит Зимнего Солдата и на порог своего дома, а не то чтобы вообще самому его к себе пригласить. И тем не менее так и случилось. Ваканде удалось кое-что подправить в его мозгу, пока он был в криостазе, но некоторые вещи оставались им недоступны, так что они начали переговоры с Тони насчет использования технологии М.О.Р.Г. Проблема была только в том, что Барнс находился в розыске и, соответственно, не мог просто так разгуливать за пределами Ваканды. А между тем один его маленький активный студент-юрист упомянул, что Баки Барнс никогда не был арестован ни за какое преступление. Единственная зафиксированная провинность – это оказание сопротивления офицерам при исполнении, пытавшимся забрать его на допрос, но это реально было списать на Сти… на Роджерса. И вот, пока решение о судьбе Зимнего Солдата не принято напрямую ООН, он был вправе вернуться на территорию Америки, и Тони мог приютить его на базе Мстителей. Оказалось, что сосуществовать с Солдатом в одном пространстве… не так сложно, как изначально предполагал Тони. Конечно, несколько ночей он просыпался от собственного крика, пока в ушах звенел надорванный звук последнего вздоха его мамы, а, бывало, он вздрагивал от любой замеченной краем глаза тени, и оттого медленно заживающие ребра начинали болеть еще сильнее. Но сам Барнс держался подальше от людских глаз, так что Тони в основном удавалось забыть о нем. Однако они жили только вчетвером, и Тони порой проводил неразумное количество времени, читая информацию, когда-то слитую Наташей Романофф в Интернет, так что невозможно было игнорировать ситуацию вечно. Да и Баки наконец начал несмело, но выходить на свет Божий. Так что, когда однажды Баки неожиданно появился под дверью мастерской, Тони удалось воздержаться от панической атаки. – Здоро́во, фруктовая льдинка! – даже бодро поздоровался он, но тут же скривился: – Фу, забудь об этом. Он уже не первый раз пытался найти для Баки милое прозвище на подобии тех, которые он давал Роуди, но прошло совсем немного времени с печально известных событий, и некоторые вещи между ними все еще отдавали притворством. Баки забраковал «зимнее чудо» и «оловянного солдатика», а «мороженка» Тони не сумел и выговорить до конца, как его сердце начало заходиться в аритмии. Нет, это прозвище принадлежало кое-кому другому. – Зачем наведался в мою скромную берлогу? – Э-э… – Баки не мог отвести взгляда от Дамми и Ю, которые пытались убираться в другом конце мастерской, но на самом деле только создавали еще больший бардак вокруг себя. Баки набрался храбрости указать на них своей живой рукой за спину Тони: – У тебя… есть роботы? – спросил он. Тони наклонил голову к плечу. – Да. Да, есть, – сказал он и затем крикнул через плечо: – Дамми! Ю! Идите-ка сюда, новенький хочет с вами познакомиться! Оба бота взглянули на них. Ю бросил было взгляд на их незаконченную работу, но Дамми уже восторженно пискнул, уронил метлу и помчался туда, где стоял Баки. Тот, казалось, немного испугался, в чем Тони не мог его винить: тело Дамми было большим и громоздким, и любой здравомыслящий человек заволновался бы, если б эта штука летела на всех парах к нему. Но все-таки в истинном стиле парней из Ревущей Команды Баки не сделал ни шагу назад. Дамми вдруг остановился так резко, что чуть не перевернулся кувырком вперед, и Баки с Тони бросились помогать ему, но бот сумел выровнять себя без чужого вмешательства, немного самортизировав, когда снова стал на задние колеса. Издав целую серию гудков и свистков, Дамми воодушевленно протянул коготь к металлической руке Баки. – Только осторожно! – предупредил Тони свое творение. – Может, эта его часть и сверхпрочная, но остальное – нет. – Все в порядке, – заверил Баки, неуверенно улыбаясь боту. – Он же просто здоровается, да? – Верно, – Тони присел на ближайший рабочий стол. – Это Дамми – мой первый бот, поэтому он немного… особенный. Но я уверен, что ты пришел сюда не развлекать их. Что случилось, Баккару? Баки немного поморщился от такого прозвища, но промолчал. Он высвободил руку из хватки Дамми и протянул ее Тони. – Большой палец заело, – обьяснил он. – Не знаю, что случилось, но не могу им пошевелить. – Хм, – Тони взял руку и покрутил ее туда-сюда, рассматривая металлический палец. – Дамми, принеси мне набор инструментов из полки 21А, – рассеяно поручил он, и бот радостно запищал и умчался. Баки смотрел ему вслед с потрясенным выражением лица, а потом с не меньшим благоговением наблюдал, как Дамми вернулся не с тем. Тони взглянул на бота и устало вздохнул: – Это ведро, кучка ты ржавых болтов. Как мне этим чинить руку нашего Терминатора? Иди и принеси инструменты, – он покачал головой, когда Дамми огорченно пискнул и снова скрылся за полками. – Пора бы отдать его Щ.И.Т.у. Они как раз его и заслужили. – Он прекрасен! – выдохнул Баки и оглянулся, рассматривая мастерскую. – Здесь все… потрясающе. Тони поднял глаза и встретился с ним взглядом. – Ты же был в Ваканде, – напомнил он. – Их технологии на годы опережают меня. Баки неловко пожал плечами. – Так в этом и дело, – попытался объяснить он. – Там все слишком новое – похожее на магию. Но у тебя… – он повернулся и указал на один из голографических экранов. – Все здесь напоминает мне ту летающую машину, которую я видел на выставке, понимаешь? Настоящее будущее здесь. Тони каким-то усилием воли удалось избавиться от кома в горле. – Надеюсь, у меня все работает получше, чем у отца. Дамми прикатился с требуемым, и Баки улыбнулся: – Ну, хуже того случая быть не может. Тони взял набор инструментов и принялся раскладывать на рабочем столе. – О мой дорогой друг, – начал он, притворившись, что не заметил испуганный взгляд Баки, – позволь мне поведать тебе о моих первых испытаниях костюма Железного Человека… – Эй, Виж… Оу, я помешал? Вижн поднял взгляд на Тони. Он как раз сидел на лужайке, скрестив ноги. – Вовсе нет, я просто медитирую. Я знаю, ты не любитель, но если хочешь, можешь присоединиться. – Медитируешь? Тони сел рядом на землю. Хорошо, что на нем были обычные джинсы – не то чтобы брюки его остановили, но работники прачечной не удержались бы от комментариев, увидев пятна от травы на парадной одежде. – Да, – Вижн снова закрыл глаза и поднял лицо к небу. – Мои наблюдения показывают, что это хороший способ разобраться в своих мыслях и чувствах, которые я еще не понимаю до конца. Тони пожал плечами, но откинулся на локти, тоже наслаждаясь солнцем. – Может быть. Я знаю, что Брюс занимался медитациями, но у меня, например, никогда не хватало терпения – появлялось слишком много идей, чтобы усидеть на месте. А тебе помогает? Вижн наклонил голову, размышляя. – И да, и нет, – сказал он наконец. – Медитирование дает момент спокойно организовать мне свои мысли, но не внести ясность в мои внутренние переживания. Тони фыркнул. – Если у тебя это когда-нибудь получится, то ты сможешь заработать состояние на всяких курсах и семинарах, – он повернул голову, глядя на андроида. – Никто не понимает человеческие эмоции – даже сами люди. Мы просто хорошо притворяемся, что понимаем. – Ясно, – медленно произнес Вижн. – Пятница тоже мне это говорила. – Не беспокойся так, – успокаивающе похлопал Тони его по плечу. – никто не ожидает, что ты всегда все будешь делать правильно. Не дави так на себя. – Но если это поможет мне легче влиться в общество… – начал Вижн, и Тони перебил его беззлобным смешком. – Извини, Виж, но сейчас быть собой – это лучший способ влиться. Особенно учитывая, что мы с каждым днем все политкоректнее. Как сейчас говорят дети, делай себя сам. Вижн смущенно нахмурился. – Себя… сам? – неуверенно повторил он. – Ага. Насколько я понимаю, это значит, что если тебе что-то нравится, то к черту всех, кто против. Не нужно копировать толпу и быть «нормальным», если не хочется. – Не думаю, что знаю, как это «нормально», – признал Вижн. – Ничего, узнаешь. Ты еще такой юный, Виж, – улыбнулся ему Тони, но чуть не подпрыгнул, когда раздался звуковой сигнал из его смартфона. – Вот блин, уже? – он взглянул на часы. – Извини, Виж, у меня планы. – Конечно, беги. Я буду здесь. Тони поднялся на ноги и отряхнулся, прежде чем снова вернуться в здание. – Развлекись тут хорошенько! – крикнул он на прощание. Тони вошел в общую гостиную и обнаружил, что Роуди уже уселся на диван, закинув ноги на журнальный столик и держа в руках большую миску с попкорном. – Медведь ты мой сладкий, – вздохнул он с притворной обидой. – Ты серьезно собирался смотреть фильм без меня? Роуди искоса посмотрел на него, затем медленно взглянул на миску с попкорном и снова красноречиво вернулся взглядом к списку фильмов на экране. – Хм. Похоже на то, да? – и забросил в рот горсть попкорна. – Фу, какой ты невежливый, – сообщил ему Тони и с улыбкой плюхнулся рядом на диван. – Что смотрим? – потянулся он к миске, но Роуди отодвинул ее подальше. – Возьми себе сам. И я планировал «Кто подставил кролика Роджера». – Кто кого подставил? – раздался голос со стороны двери, и оба друга, обернувшись, увидели Баки, который, казалось, вообще жалел, что подал голос. – О, тебе понравится! Это классика! – обрадовался Тони и, вскочив с места, умчался в кухню, на ходу маша Баки, чтобы садился. – Иди к нам, я принесу чего-нибудь вкусненького. Эй, Пятница, спроси Вижа, хочет ли он присоединится? – добавил он. – Он был бы рад, – ответила она после небольшой паузы. – Чудесно! Выбери «Кто подставил кролика Роджера», но пока не начинай. Тони порылся в шкафах и в конце концов раздобыл гору упаковок со сладостями. По правде говоря, он даже удивился, что у них столько запасов. Они все так долго были в унылом настроении, что он и не думал, что кто-нибудь заказывал лакомства для дружеских посиделок. Убедившись, что ничего не выпадет из его охапки, он остановился в дверях рассматривая Баки. Тот сел со стороны Тони, но на самом краю, будто пытаясь слиться с подлокотником, но все же не похоже, что он хотел совсем убежать. Видит Бог, Тони лучше многих знал, как сложно примириться со всем, что делал раньше. Но несмотря на трудности – а как без них после целых семидесяти лет сплошной моральной травмы – Баки выглядел здоровым и понемногу вылезал из своей скорлупы. Тони лениво задался вопросом, оценил бы Роджерс его новую личность или оплакивал бы старую? Появился Вижн и сел рядом с Роуди. Он как и всегда держал спину ровно, будто палку проглотил, явно еще не познав сомнительной радости простой человеческой сгорбленности. Вижн бодро болтал с Баки и Роуди, который что-то взялся ему объяснять, активно жестикулируя. Роуди так увлекся, что и не заметил, что Баки с Вижном уже начали разворовывать у него попкорн. – Эй! – запротестовал он, когда наконец обнаружил, что миска опустела. – Да ладно, парни, не круто! Тони рассмеялся, и остальные повернулись к нему, глядя с разной степенью веселья и притворного возмущения. – Нет, ну ты видишь? – потребовал ответа Роуди, размахивая пустой миской. – Почему никто здесь не уважает твоего брата-супергероя? – Здесь есть супергерои? – спросил Баки, деланно удивленно оглядываясь. – Где? И наконец он впервые громко и искренне рассмеялся, когда Роуди выхватил из-за спины подушку и дружески бросил ею в Баки. Обойдя диван, Тони свалил на столик свои находки и уже осторожнее поставил рядом напитки. – Главный супергерой уже здесь и попкорн с собой тоже принес, – заявил он, плюхаясь на диван между Баки и Роуди. – Да-да, меняй свою кличку с Железного Человека на Кукурузного, – Роуди на секунду задумался, затем торжественно кивнул: – Да, мужик, я уверен, все одобрят. – Банальщина, – передернул плечами Тони. Он ухватился за другой край подушки, и они с Роуди под одобряющие возгласы Баки и Вижна какое-то время пытались перетянуть ее на себя, но Тони ухитрился другой рукой пощекотать сопернику бок и в итоге вышел в стычке победителем. Довольно спрятав подушку себе за спину, он взял себе пакет любимой сушеной черники, а остальные трое, дружески препираясь, разделили лакомства между собой. «Вот, – подумал Тони, когда все успокоились и Пятница наконец смогла запустить фильм. – Так и должна ощущаться семья». Наконец-то он дома.