Карта памяти

Сеня вышел из разлома. Привычная квартира. Свежий воздух. За последнее пару часов, он успел соскучиться по Городу. Взгляд робота упал на телефон. Вот черт. Он его не отдал. Насколько правильно держать при себе вещи покойника? Зайдя в комнату, он увидел Антона. Юноша сидел на кровати, держа в руках пистолет. Замерев подобно статуе, он, казалось, даже не дышал. Вокруг шатена на кровати валялись старые фотографии, некоторые из которых были разорваны на мелкие куски. – Сень, я убил его... Я своими руками убил когда-то любимого человека, – паренёк поднял на робота глаза. Его взгляд был полос ужаса, граничащего с паникой. Андроид выронил из рук телефон, сев рядом с Шастом и забрав из его рук оружие. Зеленоглазый обессилено повалился на брюнета, крепко обнимая его. – Уже ничего не вернёшь. Тебе нужно отдохнуть, – но парень опередил его. Из объятий робота было слышно мирное сопение. Смахнув с кровати все фотографии и их обрывки, голубоглазый накрыл Антона одеялом, выходя из комнаты. Ему и правда, нужно было прийти в себя. В коридоре валялся телефон. Отдельно корпус, отдельно батарея, отдельно крышка. К внутренней стороне крышки на скотч было прилеплено подобие телефонной карты памяти. Сеня вскинул брови, поднимая крышку телефона. Повертев в руках карту памяти, андроид направился в комнату, где не так давно они просматривали его воспоминания. Прикрыв за собой дверь, андроид плюхнулся в угол, начав рыться в своем браслете. – Можно же как-то воспроизвести. Я уверен, что видел материалы. Да где же?! – он начинал вскипать. Брюнет был готов поспорить, что видел, как можно прочитать карту памяти киборга, но нужные статьи никак не попадались ему на глаза. Спустя какое-то время он все же отрыл, что искал. Резко поднявшись, он подключил браслет к подобию компьютера, а после вставил в него карту памяти. На голографическом экране начали один за другим появляться какие-то фрагменты, они складывались в одну цепочку. Андроид откинулся на спинку кресла, пролистывая кадры. В один момент на экране появился Антон. Парень счастливо улыбался. Был какой-то праздник. Голубоглазый невольно отметил, насколько он красив. В то же время он слышал на заднем плане мысли Попова, который так же восхищался Шастуном. Так пролетели часы, а Сеня все смотрел и смотрел воспоминания Арсения в ускоренном режиме, порой даже что-то перематывая, пока не дошел до того момента, где мужчина самовольно извлек карту памяти. Последнее, что услышал робот, заставило его выпасть из реальности. «Я должен сыграть эту роль. Надеюсь, все пройдет, как надо» Теперь все встало на места. Все эти годы Арсений не сходил с ума, не преследовал навязчивую мысль лишить Антона жизни. А наоборот хотел, что б тот был счастлив. Андроиду стало тоскливо. Достав карту памяти из браслета, голубоглазый очередной раз покрутил ее в руках, пристально разглядывая. – Может быть, если я заменю свою карту памяти на карту памяти Арсения, Антону будет лучше? – он открыл галерею, смотря на фотографии с прошлой ночи. В неоновом свете паренёк был еще прекраснее. От осознания этого Сеня грустно улыбнулся. Перед глазами фотографии сменяли одна другую. Вот они уже в лифте, на крыше. Брюнет вспомнил тот детский восторг зеленых глаз. Резко отключив браслет, он направился в комнату. Шатен уже давно проснулся. Увидев андроида, он улыбнулся. Ему определенно было лучше. – Уходя, я нечаянно спёр телефон Арсения, – юноша моментально переменился в лице, потупив взгляд на робота. – Тут его воспоминания. Все. Антон, он не хотел тебя убивать. Я могу заменить свою карту памяти на его. Конечно, это вряд ли заменит тебе живого Арсения. Но... – Вот скажи мне, пожалуйста. Ты совсем тупой или прикидываешься? – Сеня удивленно посмотрел на Антона, выхватившего из его рук карту памяти. – Вот это вот, лишь воспоминания. Воспоминания, понимаешь? Это не весь Арсений. Все, что есть тут, есть и у меня в голове. Заменив одно другим, ты не сотворишь какую-то магию. Не освободишь джина из бутылки. Ты лишь сотрёшь себя, дурака ты кусок! – Но я думал... – Я тоже так думал, – уже спокойнее добавил Шастун, опустив взгляд на карту. – Но не все так просто. У тебя просто появятся его воспоминания. Да, ты будешь испытывать какие-то чувства, ведь это в тебе заложено. Но ты их не поймёшь. Потому что на карте воспоминания человека, а не он сам. Ты просто потеряешь себя, – зеленоглазый грустно улыбнулся, поднявшись с кровати и отойдя к окну. – Знаешь. Я помню каждое мгновение с ним, как будто это было вчера. Андроид обратил внимание, что фотографии больше не валялись на полу, а лежали аккуратной стопочкой на подоконнике. Шатен аккуратно взял их в руки, просматривая одну за другой. – Я все помню. Но так же я помню, что этого человека я убил сам. И вся ответственность лежит на моих плечах. И если я сбегу от нее как трус, позволив тебе сменить карту памяти, то буду ли я по-настоящему счастлив? – он закончил листать фотографии, положив на них карту памяти. – Думаю, нет, – в одно мгновение в открытое окно вылетели десятки фотографий, а вместе с ними и карта памяти. Сеня резко подбежал к окну, выглядывая наружу. – Ты чего?! – на что Антон лишь улыбнулся, потянув андроида за руку и повалив на кровать. Голубые глаза встретились с зелеными. – Я благодарен Арсению за все. Но его кровь уже на моих руках. И единственное, что у меня осталось в этом мире – это мои друзья. И ты, – Сеня поддался навстречу парню, сорвав с его губ поцелуй, после чего широко улыбнулся, смотря на ошарашенного Антона снизу вверх. Сердце зеленоглазого пропустило удар. Он окончательно влюбился в это механическое голубоглазое чудо.