Когда вода окрасится кровью

Если сделать всё, что надо, и не вспоминать Если спрятаться в подушку и не вспоминать Если видеть небо серым и не вспоминать Что небо... небо... было голубым Агата Кристи - Серое небо

      Через окно беспардонно вломился Саске собственной персоной, падая сразу мордой в подушку. Ага, все-таки не выдержал и сбежал, засранец. А мне потом упрашивай Сакурая долечивать эту тушу вертлявую. Кушина и Харуно все еще были у нас, преспокойно попивая чаек и расспрашивая меня о прошлой жизни. Они удивленно притихли после появления Учихи, и Кушина аккуратно поинтересовалась:       — А он…       — Да, тот самый. — Саске повернул голову в нашу сторону, и со стоном перекатился на бок, впрочем, не поднимая тушки с кровати. — Они в курсе, под печать.       — Вот тебе проблем было мало, добе, так ты еще новые найдешь. — я миленько так улыбнулась, думая, сильным ли кощунством будет избить его подушкой, если он только с больницы. Моя совесть, точнее ее отсутствие говорило что нет.       — Напомни-ка мне, что тебе сказал мой отец когда мы чуть не подрались на моей свадьбе? — подушка как-то сама собой появилась в моих руках.       — Никогда не спорь с женщиной из клана Узумаки. — без запинки отрапортовал Учиха, поглядывая на Кушину. — Но вот с тобой спорить одно удовольствие.       Все же подлетаю к кровати, и подхватив вторую подушку со всей силы ударяю ими двумя по тушке Учихи, что начинает громко ржать. Как хорошо что у нас все увешано печатями и соседям мы не помешаем, в час ночи-то.       — Ох, Наруто, — вдруг заговорила Кушина, и я отвлеклась от своего занятия, смотря на женщину. — думаю, нам стоит пойти. Вам предстоит отдохнуть после миссии. Расскажи мне потом о сенсее, что назначат вам. — женщина сглотнула, вновь стараясь возвратиться к своему веселому образу, но я видела горе, застывшее в ее глазах. — Ты всегда желанный гость в нашем доме, и я бы хотела, чтобы ты вернулась обратно. Саске я тоже не против видеть как одного из нашей семьи.       — Не стоит бередить раны, Кушина. — улыбка вышла неловкой. — Хоть я максимально отдалила свой образ от Наруко, но я все еще в ее теле. Давай пока что ограничимся визитами пару раз в неделю. Пока не пройдет острая фаза, не стоит поднимать эту тему. Тебе тяжело, и будет тяжелее каждый раз, когда ты будешь видеть меня. Поэтому, если хочешь конечно, я буду два раза в неделю заскакивать в дом, теперь уже, Узумаки, если у меня не будет долгосрочных миссий. — она увлеченно закивала. — Я знаю, что день был тяжелым и возможно было некорректным с моей стороны вывалить столько информации, что ударила по тебе, но моя мораль такова: я предпочитаю быть максимально честной с людьми, которые могут стать мне хорошими союзниками. Я и не скрываю того, что вы наши союзники, но понадобится время, чтобы принять вас как близких людей, для нас все это тоже не просто.       — Да, я понимаю. Думаю, лучше всего пока что ограничится визитами. — женщина поднимается с насиженного места и уходит в коридор. Сакурай засобирался вместе с ней, попрощавшись с нами кивком головы. Все-таки не отошел мальчик. Не каждый день сваливается настолько много информации, да еще и не самой приятной окраски. Пусть я и была оптимистом, но не сказать что жизнь у нас была прям очень позитивно окрашенная.       Мы распрощались с Кушиной, а мой клон проводил ее до самого дома и развеялся только после того, как она переступила порог и врубила все барьеры. С одной стороны, два потрясения за один день большая нагрузка на психику, с другой стороны смерть дочери безусловно большее горе, чем измена мужа о которой она и так знала, и все ее мысли теперь будет занимать погибшая дочь, а я постепенно буду выводить ее из этого состояния. Все же, с основами психологии я хоть и немного, но стараниями Кабуто знакома, и прекрасно понимаю что шоковая терапия - как раз таки тот метод, что сработает в этом случае.       Я не жалела, что самое удивительное. Натура моя была такова, что я часто жалела о каких-то своих поступках, однако, со временем все же принимала решение самой себя, прощая себя за неправильный, как казалось мне, выбор. В этой ситуации, я посчитала честным чтобы эти двое знали обо всем. Кушина была матерью девочки, и мне не хотелось обманывать ее, играя тем самым на родительских чувствах и взаимоотношениях семьи. До братьев и сестер мне не было дела, они никогда не пытались хоть как-то наладить контакт после решительного заявления Наруко что она ненавидит мир шиноби. Однако Кушина хоть как-то пыталась, не словами, нет. Эта забота все же выражалась в мелочах, неуклюже, неумело, крайне неуверенно, но она хоть что-то пыталась сделать, хоть и могла большее.       Сакурай должен был знать всю эту подноготную по двум причинам: раз мы команда, то скорее всего, даже после получения рангов все равно будем оставаться командой, даже если получим джонинов или пойдем работать в АНБУ. Это была распространенная практика, когда бывших сокомандников, которые хорошо ладили ставят в напарники по миссии, в зависимости от возможностей человека, поэтому, мне было выгодно иметь рядом с собой дополнительную боевую единицу веса, что находилась на моей стороне. Все равно нам втроем работать до ранга джонина всех троих. Пусть в том мире Цунаде каждый раз при получении ранга формировала команды заново, эффективно используя боевой потенциал каждого и пыталась сделать так, чтобы большинство шиноби разных поколений были знакомы между собой. Команды чуунинов переигрывались каждый год таким образом, чтобы потенциал шиноби раскрывался в полной мере. Я, конечно, не застала следующую рокировку, но вот Саске с Неджи успели сменить несколько команд и обзавестись связями.       А вторая причина заключалась в самой Наруко и в чувственной натуре Харуно, что была идентична знакомой мне Сакуре. Учиха был максимум увлечением с хорошим личиком, да и на самом деле, Сакура больше подражала Ино, не желая уступать клановой девице, поэтому Рок Ли, что окружил ее любовью и заботой со всех сторон, стал ее единственным и самым любимым мужчиной (пока не появился Метал Ли, так уже всеобъемлющая любовь куноичи делилась на двоих). Памятуя, какой была Сакура, я посчитала нечестным утаить от Сакурая такую информацию, как смерть любимой девушки. Может, это была просто влюбленность, и он сможет жить дальше теперь, когда знает все, а может, это было лишь развлечение для юного парня, который еще ничего не видел в этой жизни. В любом случае, он должен был знать, что я не Наруко, чтобы больше никогда не поднимался тот неприятный разговор, состоявшийся в стране Волн.       За всеми этими размышлениями я прибрала стол, унося все тарелки на кухню и оставляя их на завтра, так как мыть их уже не было сил. Саске уже давно вырубило, и я с недовольным бормотанием стаскивала с него сандалии, унося их в коридор, а потом завернула в душ, чтобы ополоснуться перед сном. Завтра нас ожидал выходной, а потом, через полторы недели начнется экзамен на чуунина. И только Рикудо знает, как я не хотела на него идти.

***

      В общем, положенный нам выходной мы просто проебланили. Я на буксире утащила Учиху обратно в больницу, где его буквально за полчаса долатали и отпустили с миром, строго пригрозив в следующий раз использовать парализующие печати клана Узумаки, если он еще хоть раз попробует сбежать. Остаток дня мы провели в праздной лени: закупались продуктами, посидели в лавочке, где я ужасно обожралась данго, а Саске уже подташнивало от вида такояки, которых до одури хотелось на протяжении всей миссии. У нас оставалось еще немного наличности, которая была отложена в наш персональный черный ящик на случай апокалипсиса. День завершился весьма быстро.       Кто бы сомневался, что нашим сенсеем будет Орочимару. Сай, в своём настоящем амплуа, а не восстановленном после тренировок Корня в нашем мире, был просто душкой, но не затыкался вообще ни на минуту. Не сказать что я была против, этот фоновый шум скорее был даже привычен мне в какой-то мере. Если в нашем мире это были подколки, то тут тонкая душа художника радовалась всему что он видит, а еще, он любил трепать языком о тех, кем восхищался. Так я узнала что Орочимару работает на Данзо, и они, походу, Корень держат вдвоем, и что Данзо очень хорошо всех тренирует, помогает закаливать волю и вообще классный и воодушевляющий мужик, жаль что Хокаге не стал.       С этим соглашусь, местный Данзо действительно вызывал уважение, а те воспитанники, что уже попадались мне между, или на миссиях были вообще кайфовыми ребятами, что фонтанировали эмоциями, когда были не на службе. А вот на службе это образцово показательные деревяхи, дотошно знающие Высокий Этикет и могут поддержать разговор вообще о чем угодно. Ну и воины из них были загляденье. Поэтому пока что Шимура вызывал у меня уважение, и я бы с удовольствием пообщалась с ним еще. Тем более, бывала я в паре миров, где Данзо был очень даже боевым мужичком несмотря на все свои раны, и всей душой болел за Коноху. А в одном из них вообще был инициатором создания альянса с целью защиты джинчурики, потому что носитель Кьюби был частью Деревни.       Конечно, нас начали гонять с первого дня, а я снова сваливала в призывной план чтобы отоспаться и натаскать себя достаточно, чтобы покрасоваться на экзамене, от которого теперь не отвертеться. Хотелось лишний раз плюнуть в рожу Минато. Мелочно, но так хотелось. Нашего согласия даже не спросили, мы же пошли на миссию, что была проверкой к этому, значит и на сам экзамен согласны. Об этой хитрости нам рассказал Орочимару, так же как и о специальном документе, что был вместо согласовательного бланка генина. Саске точно так же мотался к своим птичкам, а Сакурай только на третий день просек, почему мы выспавшиеся и полны сил, хотя спали от силы часа три, и тоже решил донимать Кацую, а та пусть и нехотя, но обучала мальчика новым техникам.       Мне нравилось то, что Имаи не пытался приписать себе наши заслуги, полностью признавая наше самостоятельное обучение по настоящему действенным, и вносил корректировки относительно каждого члена команды, а также помогал с командной работой в такой комбинации. Все наши заслуги были заслуги как команды или связки команда-сенсей, и наше обучение пошло в гору. Лучше всех пока что шло у Сакурая, так как у него не было воспоминаний из прошлой жизни, а если бы и были, то не особо то и положение изменилось, относительно командной работы.       Саске был привычен к ирьенину в команде, да, но у него, так же как и у меня, поменялась позиция. Учиха был бойцом ближнего боя, отходя на средние дистанции ради того, чтобы долбануть Катоном, однако после пробуждение Энтона эта необходимость пропала, и он полностью делал упор на кендзюцу. Я всегда старалась держаться на расстоянии, с самого начала позиционируя себя как бойца средней дистанции, несмотря на хорошие познания в тайдзюцу. Однако, у меня теперь нет Лисьего огня, что был хорош на дистанции, и не было Суинтона, который эффективен ТОЛЬКО на дистанции, зато есть Райтон, который по большей части эффективен только вблизи, теряя проводимость удара с его удаленностью. Фуутону было вообще без разницы, но лучше, чтобы дистанция была, однако комбинация Ветер-Молния была для меня более эффективна в ближнем бою. Сначала Райтон и кендзюцу, или же тайдзюцу, все зависит от противника, а если тот отступает, то добивать ветром и сюрикендзюцу или сенбондзюцу (а если на меня не действуют яды и в этом мире, то я могу так же плеваться отравленными иглами, как развлекались наши Суновские ирьенины).       Таким образом получалось, что шаринганистый учился максимально дистанционным атакам Катоном, чтобы мы вместе с мои Фуутоном доставали дальнего противника, однако раньше мы применяли эту комбинацию в максимальной близости, чтобы была большая площадь поражения. Да и тренировали мы все это отдельно от учителей, ибо еще никто в здравом уме (опустим Нагато и Яхико, они оба немножечко того) не согласится смешивать чакру даже через резонатор, так как велика вероятность соединить свои СЦЧ и помереть вслед за напарником, однако мы были случаем иным, так что все было нормально. А сейчас у нас есть наставник, который может поставить те же комбинации, но с большим коэффициентом эффективности и полезности на поле боя. Все же, Орочимару был капитаном Корня и стал нашим наставником. Мое ученичество у Орочи закончилось после выпуска, а потом было отравление чакрой, долгие месяцы игнорирования и закончилось это все только после моего возвращения в Коноху, и я тут же свалила из Деревни на войну, где мы выиграли как третья сторона и в особой помощи уже не нуждались, оба имея ранг джонина. Так что некоторые вещи мы учили с нуля и понимали, что были самоуверенными дебилами и проебали столько прекрасных возможностей и полезных связок.       Я все еще не жаловала ближний бой, однако он был по своему привычен и удобен для Райтона. Тем более, что Фукасаку-сан рассказывал о свойствах природной чакры именно через режим Жабьего Отшельника, который давал силу, а не бешеную скорость, поэтому мне теперь только в ближний бой, против которого я не имела ничего против, но и в восторге не была. Скорее, против была моя лень, которая хотела идти по знакомой и укатанной тропинке, а не изучать что-то новое. Так что приходилось ежедневно пересиливать себя и получать пинки под жопу от собственной совести.       За все это время волосы Учихи отросли и спокойно собирались в хвост, но он пока не спешил выбривать затылок, как было раньше. “Как получу чуунина” сказал мне он, вновь повязывая гульку на затылке. Волосы Сакурая мы наконец подровняли нормально, полностью убирая излишнюю длину на затылке, и вот ему теперь не нужно было носить хвостик, ибо завязывать нечего. А я лишь каждый раз кромсала волосы снова, оставляя длинными лишь передние пряди, что выгодно скрывали мои круглые щечки и отметины на щеках, которые были у всех детей Кушины из-за чакры Кьюби, да каждый раз просила покрасить волосы в черный, едва виднелись светлые корни. Надо бы все же разрисовать себе рожу, чтобы эти шрамы скорее сошли за попытку косить под родню Хокаге, а правильно нарисованные стрелки на глазах могли поменять мою округлую форму глаз на более вытянутую и лисью, что в сумме с моим черным цветом волос вообще отводило любые подозрения в причастности к дому Четвертого.       Грим мне подогнал Орочимару, стоило моей просьбе прозвучать. Он так же посоветовал добавить другие акценты, что будут отвлекать внимание от “нарисованных” усиков, и на следующий день я явилась в полном боевом раскрасе, довольно растягивая темноватые губы, будто припорошенные пеплом, и указывая пальцами на две точки на середине нижнего века. Неестественно темные губы и эти две точечки перетягивали все внимание, и уже были не так заметны шрамы на щеках, а Учиха закатывал глаза, после тренировки рассказывая Сакураю о том, как я прикалывалась над жителями деревни в своем родном мире, и что красный грим в прошлый раз мне поставлял все тот же Имаи.       Изменения не прошли даром, от меня шарахались, но все еще смотрели на щеки, от чего серые губы со временем стали прям черными в самой середине, и становились менее насыщенными к краям. Даже Кушина отметила, что взгляд задерживается только на губах, а на полосы уже и внимания не обращаешь, потому что они вливаются в общую мешанину черных линий, однако становятся заметными, если их дополнительно не подчеркивать. Вот что значит хочешь спрятать, акцентируй внимание на том, что хочешь спрятать и этого никто не заметит. С Наруто из канона прокатило же, хотя он был прям точной копией Минато, но его сына в нем никто не видел, хотя я таких блондинов встречала от силы штуки четыре за все время пребывания в моем прошлом мире. В общем, я была довольна маскировкой, а люди все еще шарахались от меня, и боялись подходить. Идеально.       Четвертый принципиально игнорировал меня, даже когда мы приходили на миссии. Он общался даже с Сакураем, а на меня не обращал внимания, что веселило меня каждый раз. Мне был непонятен и чужд этот мужчина, что собственными руками разрушил свою идеальную семью. Какаши я тоже не замечала, хотя его чакра мелькала где-то по Деревне, а Сойку, что оказалась его любовницей, посадили в тюрьму шиноби, где она вынуждена отбывать свое наказание в ближайшие пять лет. Ну и естественно ее лишили лицензии ирьенина, ведь это было несмываемое пятно на репутации медиков. Еще бы, не будь я джинчурики, отъехала бы давно в Чистый Мир и поминай как звали. Ну или наша с Саске чакра смешалась бы настолько, что мы могли стать чем-то вроде сиамских близнецов, что для шиноби было смерти подобно. Это все, на хирургический стол, где скорее всего оба и подохнут при попытке распутать очаги. Эта игра называется “сдохни или умри”.       За Страну Волн нам прилично заплатили, и я смогла полностью обновить гардероб, переходя на любимые бриджи и полные кофты-сетки, которые я теперь могла носить без оглядки на кого либо. Все же должность Узукаге накладывала на меня некоторые обязательства по внешнему виду, что уж говорить про статус жены Казекаге. Все было максимально прилично, либо рабочая роба либо закрытое платье в пол, пока я еще изображала из себя гражданскую. Потом я носила только форму шиноби и форму АНБУ, появляясь в вольной одежде лишь по праздникам. Да и опять же, то, как я ходила в подростковом возрасте было бы тогда баловством и тем, что не положено мне по статусу.       Поверх сетки пошли несколько укороченных темных топиков, что оставляли оголенным живот и не стесняли движения в районе талии. Сетки-водолазки были хорошей броней, если пропустить по ней нейтральную чакру, их не брал даже бритвенно заточенный кунай из чакропроводящей стали. Также мне удалось купить длинные перчатки с обрезанными пальцами, подобные, но полные, носила Сакура в моем мире, и они были действительно удобны, а чакропроводящая ткань защищала запястье, не позволяя противнику вывести кисть из строя. С раненым предплечьем можно было сражаться и складывать печати, с поврежденной кистью такие фокусы не прокатывали. Завершением всей этой прелести стали пару отрезов ткани, из которых я в свободное время нашила привычные плащи с ушками. Утепленные для холодной погоды, темно зеленые для перемещения в листве, песчаные для пустыни и белые для снега. Таким образом, я спустила всю имеющуюся наличность на шмотки, которые будут служить мне далеко не один год за счет их материала, пропускающего чакру.       Саске же накупил оружия, и в благодарность за спасение его тушки заказал в кузнице клана Учиха две когатаны привычного мне вида заточки. Правильная и обратная, а также удобные крепления, позволяющие молниеносно вынимать их из ножен. С этими малышками мне даже танто был не нужен, достаточно пропустить Фуутон, и я могу хоть в катаны их превратить, а противник и не поймет, от чего полетела его голова по дороге. Обновили наборы генинов, все равно мы не можем брать улучшенные наборы без соответствующего звания и это было прям кря. Забываешь о многих ограничениях детского тела.       Пока что все было спокойно. Старый Жаб усиленно тренировался со мной и я чуть ли не неделями пропадала в плане, превращая собственное тело в удобоваримый инструмент, к которому я привыкла в прошлой жизни, однако из-за некоторых физиологических особенностей, мне приходилось идти по совершенно новому пути, в первую очередь тренируя гибкость и податливость, что у этого тела была на высоте. А вот скорости мне не хватало, даже если снимать утяжелители. За полгода в этом мире (почти одиннадцать, с тем учетом как я пропадала в плане) мне удалось догнать утяжелители аж до пятнадцати кило на каждой конечности, но все равно это и близко не стояло с моими прошлыми результатами в том же возрасте. Тут палка о двух концах, либо сила, либо скорость, и учитывая обстоятельства, сила была сейчас более удобным вариантом. Не стоит пытаться сорвать все фрукты сразу, иначе половина будет просто раздавлена, и подобное не могло мне играть на руку.       Со всеми этими мотыляниями меж мирами я потерялась в днях, поэтому была крайне удивлена когда Гай поймал меня за руку, говоря что у него есть очень важное задание для меня аж от самого Хокаге. Ну приплыли, еп вашу мать.