Мощение троп

Дни для одного чунина обычно не бывают такими спокойными.

_________________________

Он так и не смог привыкнуть к молчаливым уважительным кивкам, которые получал всякий раз, когда шел через территорию клана, направляясь к дому Яманаки Иноичи. Ученик главы клана. Титул давал ему незаслуженное уважение. Это его не устраивало. Благодаря усердию, трудолюбию, человек пожинал те блага, которые он сеял своими руками. Уважение, стабильность, успех — все это нужно заслужить, а не получать из-за связей. Он легонько постучал в дверь, прекрасно понимая, что Ино-тян, скорее всего, дремлет. Малышке не понравится, если он ее разбудит. Его тайчо должен использовать это время для отдыха. Восстановление после тяжелой травмы не очень хорошо сочетается с воспитанием такого энергичного ребенка, как Ино-тян. Но зная Яманаку Иноичи, он, скорее всего, закопался в донесения разведки, а не спокойно отдыхал. Через несколько минут дверь открылась. — Ах, Ибики, я так и думал, что ты зайдешь, — устало улыбнувшись, Иноичи отступил на шаг, открывая перед ним гэнкан. — Пожалуйста, выпей со мной чаю. Почтительно склонив голову перед начальником, Морино Ибики закрыл за собой дверь и сбросил сандалии рядом с крошечными туфельками Ино-тян. Дом Иноичи представлял собой обширное традиционное сооружение, построенное еще самим Шодай Хокаге, когда была основана деревня. Каждый раз, когда он проходил через холл в кабинет Иноичи, Ибики молча восхищался замысловатой старинной резьбой по дереву. Выросший в относительной бедности, он оценил красоту такой старинной архитектуры. — Как у тебя дела? — вопрос легко слетел с его губ, когда он уселся за чабудай напротив человека, которого безгранично уважал. Улыбка, искривившая губы Иноичи, выдавала его тяжелую усталость. — Со временем все будет в порядке, — он потер рукой грудь, где, как знал Ибики, под бинтами скрывался глубокий, наполовину заживший ожог. Он прочитал отчет миссии и сам допросил Сузуки из Киригакуре. На кухне засвистел чайник. Ибики поднял руку, чтобы остановить Иноичи. — Позволь мне. Потребовалось всего мгновение, чтобы собрать чайный сервиз и чайные листья удзи сенча на йохобон*. Поставив его на чабудай между ними, Ибики автоматически начал готовить чай, как мать старательно учила его в детстве. Используя чашаку**, Ибики отмерил свободные чайные листья в кюсу***. Он налил кипяток до краев каждой юноми****, затем аккуратно налил воду по краю кюсу. Он почти слышал, как мать говорит ему не лить воду прямо на чайные листья. Это вызвало у него кривую улыбку на губах. Ибики закрыл кюсу крышкой и перевернул песочные часики. — Как прошла миссия? Ровно за минуту заваривания, ни секундой больше или меньше, получится идеальная чашка чая сенча. — Я уверен, что ты уже знаешь, как катастрофически плохо прошла миссия. — Глаза Иноичи были прикованы к струйке песка, медленно текущей в нижнюю колбу часов. — Они купили три коммуникатора, замаскированные под серьги, и разработали собственный звуковой код, просто чтобы улучшить свою командную работу. Брови Ибики поднялись почти до уровня его хитай-атэ. Не говоря ни слова, он положил одну руку на крышку кюсу и наклонил чайник, чтобы налить им чаю. Он слегка качнул юноми, чтобы смешать аромат, ожидая, пока его учитель продолжит. — Мы были скомпрометированы, но они не колебались. Все трое отлично справились с развитием навыков и следовали моим командам, как будто делали это годами. Не из слепой веры, ожидаемой от большинства генинов, они доверяли мне как своему командиру, человеку с большим боевым опытом, принимать правильные решения. — Он распустил волосы из конского хвоста и провел рукой по густой светлой массе. — Мне пришлось отправить их под прикрытием, в одиночку, без тренировок и с очень малым временем на подготовку. Это был рискованный план, но единственный, который у нас был. И он действительно дал результат. Ибики сделал глоток чая. — Ты говоришь с гордостью, тайчо. Иноичи легонько похлопал себя по груди. — Это ожоги третьей степени. Мои легкие повреждены. Я собираюсь на некоторое время уйти с действительной службы, но они готовы к новым миссиям С-ранга. — Он держал свою юноми обеими руками, постукивая пальцами по керамике — нервный тик, который Ибики слишком хорошо знал по шести годам, проведенным под опекой Яманаки. Ибики тихо вздохнул и сделал еще один глоток чая. Он должен был предвидеть это, как только прочитал отчет о миссии. — Ты хочешь, чтобы я провел с ними несколько миссий, пока ты не получишь разрешение вернуться на службу. — Как всегда проницателен. — Улыбка Иноичи дрогнула, глаза потемнели от горя. — Я никогда не хотел быть джонином-сенсеем. — И все же ты здесь, с учеником и командой генинов. — Ты знаешь, почему я взял именно эту команду, — голубые глаза опустились на дымящийся чай, прежде чем он сделал глоток. — Они превзошли все твои ожидания, тайчо, — кивнул Ибики, отставляя пустую юноми в сторону. Это был не вопрос, они оба знали, что это правда. Выступление Ируки, Изумо и Котецу на их первом С-ранге только еще больше подтвердило предыдущие выводы, сделанные об их уровнях мастерства. — Я молюсь, чтобы их матери простили меня. — Иноичи со вздохом допил чай. — Они все еще далеко от того уровня, который нужен разведывательному отделу, но они молоды и постоянно совершенствуются. Ибики очистил чабудай. — Они, вероятно, будут готовы к экзаменам на чунина в следующем году. — Мы можем только надеяться. — Иноичи придвинул поближе радионяню Ино-тян. Воркование его крошечной дочери доносилось из динамика, когда она ворочалась и устраивалась поудобнее во сне. — Печальная реальность такова, что у разведки уже два года нет специализированных охотников. Кьюби уничтожил всю нашу команду, и отдел все еще чувствует потерю. — Они были исключительными куноичи. Ибики посчастливилось подцепить несколько трюков от ойнин бутай из разведки еще до их безвременной кончины. Команда третьего поколения — Умино Кохари, Камизуки Таджи и Хагане Ойоне — работала безупречно. Видеть их в действии было все равно что смотреть на хорошо смазанную машину. Вместе с раннего детства, трое джонинов выполняли секретные миссии, делая все, начиная от секретной работы и сбора разведданных, до охоты на нукенинов и восстановления пропавших без вести шиноби. Они были бесценны для разведотдела и Конохи в целом. Ни одна команда не работала так эффективно, как они. Это была единственная причина, по которой глава разведки выбрал четвертое поколение в свою команду генинов. Ирука, Изумо и Котецу были лучшими кандидатами, чтобы заполнить места, оставленные их матерями. Даже сейчас он видел нерешительность Иноичи. Его учитель был добрым человеком, чувствовал ответственность за мальчиков, любил их также, как любил их матерей. Ибики тоже любил их, особенно Кохари. Он молча положил руку на плечо Иноичи. — Мы шиноби, тайчо, мы терпим, — напомнил он джонину спокойным, ровным голосом. — Они выполнят свой долг перед Конохой. — Команда охотников разведки существует в тени, даже сильнее, чем оперативники АНБУ. То, о чем мы их просим… — Иноичи провел рукой по лицу и помассировал виски. Напряженная челюсть выдавала надвигающуюся мигрень, которую он пытался отогнать. — Эти мальчики сияют так ярко, они полны жизни. Я боюсь того, что станет с этим светом. — Он будет продолжать гореть, или его поглотит тьма. — Ибики был не из тех, кто увлекался подобными поэтическими штуками, но и Иноичи обычно не выказывал неуверенности в себе. Он действительно любил Ируку, Изумо и Котецу. — Сейчас наши убеждения не могут поколебаться. Я верю, что они выберут свой собственный путь, и ты тоже должен в это верить. Иноичи похлопал Ибики по плечу. — Твоя помощь незаменима, Ибики. — Спасибо, тайчо. Тихое хныканье Ино-тян прервало разговор. Ибики, не раздумывая, вытащил ее из детской. Малышка прижалась к его плечу, потирая маленькими ручками глаза. Надув щеки и жалобно заскулив, Ино-тян уткнулась лицом ему в шею. Ей потребовалось некоторое время, чтобы полностью проснуться. Иноичи наблюдал за ними обоими, его взгляд и улыбка были мягкими. — Ты действительно хорошо ладишь с детьми. Ибики поднял бровь и погладил Ино-тян по маленькой спине. — Ты испортишь мой грубый имидж такими высказываниями. Иноичи резко рассмеялся, но тут же поморщился и снова потер грудь. Должно быть, он задел рану. — Если это все, мне пора идти. — Ибики осторожно положил Ино-тян на руки отца. — Я обещал Идате, что заберу его сегодня после уроков. — С Райдо-саном? — Естественно. — Почтительно склонив голову, Ибики направился к гэнкану. Натянув сандалии, он сложил печать тигра и направился в Академию. Он нашел Райдо, прислонившегося к деревянному забору за углом школы. Токубецу-джонин нежно сжал плечо Ибики, когда тот приблизился. — Ты выглядишь усталым, кои. — Давление медленно ослабло, превратившись в легкий массаж плеч и спины, где скопилось наибольшее напряжение. — Я приготовлю ужин сегодня вечером. Ибики откинул голову на плечо своего парня. — Это подкуп, Намиаши. — Он запечатлел легкий, как перышко, поцелуй на подбородке Райдо. — Я тоже тебя люблю. — Райдо наклонил голову ровно настолько, чтобы захватить рот Ибики своим. — Как тебе курица-гриль с салатом энокитаке*****? — Определенно, это подкуп. — Сегодня вечером ты можешь затащить Идате в ванну. — Райдо запечатлел на губах Ибики несколько целомудренных поцелуев. — Это должен быть честный обмен. О да, это так же справедливо, как поручить оперативникам АНБУ задания D-ранга. Идате ненавидел купаться. — Полагаю, да, — Ибики закатил глаза, когда руки Райдо обхватили его сзади. — Чувствуешь себя сентиментальным? — спросил он, откинувшись ему на грудь. — Мы работали в разные смены. В последнее время я редко тебя вижу, кои. — Райдо прижался своей покрытой шрамами щекой к щеке Ибики как раз в тот момент, когда в Академии закончились занятия. — А вот и конец нашему бездетному времени объятий. Ибики высвободился из рук Райдо. — Ты слишком много времени проводишь с Генмой-саном. — Он мой лучший друг, и ты не можешь ожидать, что мы не станем общаться друг с другом. — Действительно, — губы Ибики слегка изогнулись, на серьезном лице появилась тень улыбки. Дети, в возрасте от пяти лет и до раннего подросткового возраста, выходили из школы поодиночке и небольшими группами. Несколько других опекунов вошли внутрь шуншином, чтобы забрать младших детей, хотя большинство из них были все еще старше его брата. Идате поступил в Академию на год раньше своих ровесников, не совсем с одобрения Райдо. Из-за нападения Кьюби силы деревни понесли большие потери, так что продвижения по службе и поступление в Академию были форсированы. Идате показал высокое мастерство в ловкости и букидзюцу для своего юного возраста. Сандайме-сама всячески поощрял его таланты, чтобы они не пропадали даром в ожидании еще одного года. — Аники! Рай-нии! — Идате завернул за угол от входа в Академию, остановившись лишь для того, чтобы помахать на прощание еще нескольким детям. Ибики отметил характерные красные треугольники Инузуки на щеках одной девушки, темные черты лица и бледную кожу, наиболее характерные для клана Учиха, на другой, и пурпурные волосы третьей, слишком похожие на волосы Анко-сан, чтобы она была кем-то еще, кроме одной из ее младших сестер. — Похоже, Идате стал настоящим кавалером, — небрежно заметил Райдо, когда Ибики опустился на одно колено, чтобы подхватить младшего брата, бросившегося прямо в его объятия. — Ты здесь, аники, — Идате широко улыбнулся, давая Райдо пять через плечо брата. Мальчик легко устроился у него на груди, также как и в первый раз, когда Ибики держал его на руках — плачущего новорожденного, маленького и беспомощного, и только он мог защитить его. Он все еще видел мать Идате, лежащую мертвой после родов, а их отца — месяцами пропадавшего на заданиях. Несмотря на кровь и потери, он не чувствовал ничего, кроме любви к своему жизнерадостному младшему брату. — Я же обещал. — Я знаю, но иногда ты ужасно занят. — Идате погладил брата по серебристым волосам, словно успокаивая маленького ребенка. Ибики смутно припоминал, что несколько раз в прошлом проделывал с ним то же самое. Дерзкий мальчишка. — Как дела в школе? — Райдо положил руку на плечо Ибики, хотя они были почти одного роста, и он знал, как сильно это его раздражало. В отличие от своего парня, который вымахал за метр восемьдесят, у Ибики впереди все еще было два или три года роста. — Мы сегодня тренировались в стрельбе по мишеням, — похвастался самый молодой член их триады. — Я поразил движущуюся мишень каждым из кунаев, которые ты мне дал, Рай! Ибики крепче прижал к себе младшего брата, а его парень осыпал Идате похвалами. Практика с движущейся мишенью была частью учебной программы третьего курса. Он беспокоился, что Идате не понимает истинного смысла того, чтобы быть шиноби, кроме блеска и славы. Райдо все время твердил ему, что у них есть уйма времени, чтобы научить его тому, что действительно важно. Это предполагаемое время с каждым днем становилось все меньше. Игриво взъерошив волосы Идате, Райдо поднял мальчика над головой и закружил его, пока тот не расхохотался. — Как думаешь, ты сможешь помочь с энокитаке сегодня вечером? — Ага! Я, знаешь ли, лучший повар в классе. Ибики не совсем расслышал ответ Райдо, но это не имело значения. Его шишоу и трое кохаев вернулись с задания живыми. Два человека, которых он любил больше всего, были здесь с ним, они счастливы и в безопасности. Ибики позволил себе редкую возможность посмотреть, как они смеются вместе, и очень дорожил этими легкими улыбками. Завтрашний день всегда несет неуверенность, но прямо сейчас у них был этот момент. Когда его близкие потянулись к нему, Ибики шагнул в их объятия. Может быть, прямо сейчас этого будет достаточно.