Развесели моё Бессмертие

Четвёрка авантюристов шла по прямой, совершенно пустой дороге. Тем временем над их головами собирался дождь, а не так далеко лежала деревушка — небольшое селение домов из двадцати, главной площади с большим колодцем, пабом и кладбищем, примыкавшим к церквушке на окраине. Деревня была нанизана на дорогу словно бусинка на нить. Грей окликнул мужчину со связкой дров, когда авантюристы оказались на одной из малочисленных улочек: — Эй! Мил человек, скажи, что это за деревня? — Это, сыночек, Холверц. — Холверц? — Ага! — кивнул тот и направился дальше по своим делам. Тогда командир обратился к своим: — Два часа и мы увидим Гроссу. — То есть мы так сильно срезали дорогу? — изумился Мари. — Ну… Всё возможно… — протянул Сиера, обведя дугу взглядом. Дождь можно было бы и переждать, но авантюристы решили идти напрямую в Гроссу. Тем более что дорога прямая, широкая, проложенная колёсами, а не протоптанная стопами. Кстати говоря, несколько телег авантюристам на пути встречались. Из Холверца выехали две с дровами, а в Холверц направлялась одна пустая. Однако в какой-то момент ребята услышали жуткий скрип, и тот приближался, становясь всё громче и громче. Это ехала ещё одна повозка, запряжённая худой лошадью — почти скелетом. Сиера прищурился и узнал того, кто этой повозкой заправлял. Маг выбежал вперёд и, что есть мочи, крикнул ему ещё издали: — Аш! Извозчик помахал рукой в ответ. — Знакомый? — Грей уставился на некроманта. — Ага… Двести лет знаем друг друга, — Сиера усмехнулся, чуть приврав: на самом деле — двести сорок восемь. Он знал этого человека, точнее — это существо, бывшее когда-то человеком. Судьба временами сталкивала их, и они старались оставаться в хороших отношениях. Сиера обратился к командиру: — Слушай!.. Я ненадолго отстану. Нагоню вас чуть позже. Грей чуть подумал, но затем согласился: — Ну… ладно… Только не сильно отставай. Купец ждёт товар. Сиера кивнул. Затем, когда повозка приблизилась, он предупредил троицу: — Пройдите мимо него, опустив головы. И не смейте смотреть в глаза… Мари хмыкнул, Грей пожал плечами, а Лаура нервно сжала косу. Минуя повозку, авантюристы поняли, в чём была причина такой странной (пора бы привыкнуть) просьбы мага: та оказалась похоронной. Накрытый белой простынёй, в повозке кто-то лежал — точнее его бездыханное тело. Невозможно было понять, кому оно принадлежит: мужчине, женщине — однако это точно был труп. Грей и Лаура склонили головы, а вот Мари остался горд и всё же заглянул в лицо извозчика, прикрытое широкими полями чёрной шляпы. Встретившись взглядом с пустыми глазницами, отчего-то Мари дрогнул и сильно побледнел. У этого человека не было глаз — были лишь чёрные ямы на их месте, однако бравого авантюриста до смерти испугало кое-что другое, что он предпочёл сразу же забыть. «А я говорил!» — закричал бы Сиера, однако он этого не заметил. На деле (Сиера это знал точно, не мог даже в этом сомневаться) извозчик принадлежал к анку — существам, когда-то бывшим людьми, а ныне трудящимся на благо людское и не только, справляя души усопших в положенное им место, то есть в Мир Мёртвых. Сам Аш был очень высок ростом, однако, как то подобает анку, очень измождён. Он носил чёрный плащ и широкополую шляпу. В нём уже не осталось ничего человеческого. Даже его силуэт стал напоминать больше очень кривую куклу. И то не мудрено — Аш давно уже перестал быть человеком. Он остановил повозку и спрыгнул наземь, поздоровавшись за руку с Сиерой. — Давно не виделись… — почти шёпотом произнёс анку. — Около полвека прошло, а ты ничуть не изменился… — Взаимно, — ухмыльнулся Сиера. — Ты спешишь? — Нет, забрал уже. Отвезти осталось, но там, на проходной, всегда жутчайшая очередь, так что я не спешу. — Кто на этот раз? — Сиера чуть выглянул из-за анку, чтоб получше рассмотреть тело, накрытое белоснежной простынёй. — Воин? Боевой маг? — Этих уже развезли, — отмахнулся Аш, затем ядовито прибавил: — Тебе спасибо, кстати! Наши плюются — кому-то придётся работать сверхурочно… — А-а-а что? — неловко протянул некромант. — На Мидгард напали, а защиту мы долго выстраивали. Да меня даже там не было! Всё сработало в автоматическом режиме. Аш отмахнулся ещё раз. Тогда Сиера вернулся к вопросу: — Так кто там? — Девчонка из Гроссы. Красавица, не поспоришь. Волшебницей была. — Да? Неудачное заклинание? Или проигранная дуэль? Из-за этого часто мрут… — Часто… часто… — закивал анку. — Но эта умерла от проклятья Горгоны. Какой именно — не помню. Кажется, Нильфии… Не буду врать — не помню… — Как звали? — Говорю же — не помню! Горгон развелось, а раньше всего семеро было… — Да не Горгону! Девчонку! — Девчонку… — анку на секунду замешкался, а потом выпалил, хотя всё так же шептал: — Вот ещё! Информация для служебного пользования! Не имею права разглашать! Сиера рассмеялся: — Ой, да ладно, ты так каждый раз говоришь! — Вот теперь точно не скажу. Точка!.. — рассердился Аш и вновь сел на повозку. Сиера облокотился рядом с ним, всё ещё посмеиваясь: — Ладно, ладно! Успокойся! Не хочешь говорить — не говори. Всё равно узнаю, если надо будет… — Самоуверенный ты, — оскалился анку. — Поэтому в шестнадцать и помер. — Я вот что подумал, кстати, — Сиера резко сменил тему, — ты почему из Гроссы-то возишь? Это ж не твоя территория? — Не моя. Но в Гроссе сейчас всё тяжко. Недавно лихорадка прошлась — много слегло. Плюс — авантюристы мрут, что мухи, а в Гроссе две гильдии базы себе сделали!.. Так что я помогаю. — А нападение на Мидгард ты разгребал? — Нет. Моей ноги там не было — честно. А что? — Да просто интересно кое-что… — Кто были нападавшие? — хитро ухмыльнулся Аш. — Да… да… Слушок среди наших один пошёл. И нападение на твою любимую Мидгард с этим связано… — Какой слушок? — оживился Сиера, однако анку резко выдал: — А не скажу! — Чего это? Обиделся? — Нет. Не имею права, — пожал он плечами. — Слово мёртвого — это слово мёртвого. Живой не может его слышать. — Живой! — акцентировал некромант. — А я не совсем жив… — Но и не мёртв, — парировал Аш, затем уточнив: — Ты заперт меж двумя мирами. Однако ты не принадлежишь ни к одному из них. Для живых ты, конечно, мёртв, но для мёртвых ты всё-таки жив. Вот так… Сиера вздёрнул брови: — Ты ведь знаешь, что у меня есть достаточное количество силы, чтоб вытрясти из мертвеца всё, что мне нужно будет. — Пожалуйста! — ухмыльнулся Аш, махнув рукой. — Действуй! А не воздух сотрясай… — Ты можешь уберечь меня, а также твоё достопочтимое начальство от лишней траты нерв, сил и времени, просто рассказав мне всё сейчас. — Как всегда… — анку откинулся чуть назад и будто бы рассматривал некроманта своими пустыми глазницами. — Ты готов идти на крайности ради достижения желаемого… И я не могу тебе помешать в этом стремлении. Я не просто не хочу говорить — я банально не могу. Вот так… Кстати, надумаешь соваться к начальству, то не забывай, прошу, об их отношении к тебе. Ждут они тебя не дождутся… — Вот именно, — подметил маг. — Они не дождутся. — Всё имеет конец… — прошептал Аш, чуть задрав голову вверх, когда на полы его огромной шляпы упали первые капли дождя. — Быстрее Эсет вернётся на небо, — печально усмехнулся Сиера, чувствуя на лице водную пыль. Дождь постепенно усиливался. Капли становились больше и тяжелее, и уже взмокли волосы мага, а вокруг всё потемнело — будто вечером. Постепенно лёгкий дождик превратился в настоящий ливень, грохочущий громами где-то вдалеке. Сиера вряд ли чувствовал холод, но его окутывали не самые приятные мысли, посему временами он вздрагивал. Они какое-то время ещё молчали. Но затем Аш обратился к Сиере: — Мы ещё увидимся. Твоя душа — это единственное, что держит меня в состоянии анку, посему — не думай — я тебя не оставлю… Если будет возможность, заходи к нам. Я тебя встречу на проходной. — М-да… — проронил некромант. — Как бы иронично это ни звучало, но мертвецы умеют развлекаться лучше, чем живые… Но я ничего не обещаю… А тебе уже пора? — Да… Надо бы уже трогаться. А то вычитают ещё. — Тогда удачи. Сиера и Аш распрощались, и анку ударил поводьями. Его дохлая лошадь тронулась, а повозка со скрипом пошла дальше. Некромант глядел ему вслед, но затем внезапно крикнул: — Так, как всё же зовут девушку? Анку ответил ему, но незаметно — так, что это незамысловатое имя поглотил в своём надрывном плаче дождь. Вновь ударил по барабанам гром. А Сиера сорвался с места и побежал за остальными. Троица авантюристов отошла уже достаточно, однако маг всё же смог нагнать их, и те обернулись на его голос: — Сесиль! Её звали Сесиль, так? — Кого? — изогнул бровь Грей, когда некромант с ними поравнялся. — Вашего мага. До меня с вами в команде четвёртой была маг по имени Сесиль. — С чего ты взял? — тряхнул взмокшим чубом Мари, сложив на груди руки. Сиера пояснил: — Когда Лаура ломала хворост она бормотала что-то по типу «если бы Сесиль тогда не полезла на рожон с этой горгоной, то нас бы не было в этом жутком месте». — Лаура? — Мари грозно зарычал, обернувшись к поникшей целительнице. Грей вздохнул. Авантюристы направились дальше, к Гроссе, так как перспектива стоять под ливнем не нравилась никому. Также троице пришлось пояснить Сиере, что это за Сесиль, на какой рожон, и с какой Горгоной она полезла. Тогда маг дёрнул за руку Грея, наклонив его к себе и тихо, чтоб только тот услышал, произнёс: — Поверь мне на слово, вам нет смысла возвращаться. Забирайте деньги и идите на все четыре стороны. В Гроссе вас держит только гильдия. — Что ты такое говоришь?! — возмутился белобрысый командир, явно догадавшись, на что намекает Сиера. — Я хочу, как лучше, — невозмутимо выдал он, но никто из троицы не принял его совета во внимание. Авантюристы направились вначале к купцу. Палатка того стояла не на главной площади, где шла оживлённая торговля, а на краю Гроссы. Это был даже не мужчинка — парниша, может, двадцати лет в огромном цветастом халате на манер пустынных народов, хотя сам был белый и даже с веснушками. Пока Грей с ним торговался, припоминая жутких пауков, Сиера осмотрелся по сторонам: палатка купца была набита доверху разными магическими артефактами, зельями, свитками. С ужасом и с интересом Сиера обратил внимание на корешок толстенной книги, украшенный замысловатыми символами. Невольно некромант бросил взгляд на свой шрам, узнав символы: «Это язык Фасшата… Ра ув Вый… Свет во Тьму? Или Свет во Тьме? Неразборчиво…» Костлявые пальцы мага потянулись к загадочной книге, однако купец его окликнул громким, задорным голосом: — Не советую трогать, юноша! Это очень старый и очень опасно-заколдованный том! Справочники для начинающих в том углу. Сиера, конечно, презрительно фыркнул, однако ему пришлось оставить книгу в покое… Затем его заинтересовала белая мантия с гербом ордена, который он припомнить как-то не мог. Ни разу он не видел чёрную лису. Никогда! Может, новый орден?.. Выторговать у Грея ничего не получилось, и деньги остались теми же — сорок тысяч синтенгенций. Забрав оплату, авантюристы направились к церкви Святого Марка. Дождь уже кончался к тому времени. Всё утихало. Если троица вошла в само здание, то Сиера не смел вступить и на территорию церкви. Он лишь ещё раз предупредил, что им, этой троице, здесь делать нечего. Сам он сел на небольшой пень под забором и остался так ждать. Он хотел проверить, не ошибся ли он — иначе его самолюбие не уймётся. Постепенно выглядывало из-за туч солнце, и вскоре разлился поразительно жаркий, а после дождя ещё и влажный оранжевый закат над Гроссой. Было тихо. Слишком тихо. Мертвенная тишина намекала Сиере на его правоту, и он оставался ждать ещё. Спустя какое-то время из церквушки вышла старая смотрительница Карла. Она, прихрамывая на левую ногу, подошла к Сиере и, перевесившись через невысокий забор, ударила его по голове тростью, на которую до того опиралась. — За что? — придремавший к тому времени маг недовольно зашипел, схватившись рефлекторно за место удара. — Ты даже не зайдёшь? — строго нахмурилась смотрительница. — Хоть бы поужинал с друзьями! Поддержал их хоть как-то… — Они мне не друзья, — холодно отрезал Сиера. — Тогда почему ты их ждёшь? — Хочу убедиться в своей правде. Я ведь говорил белобрысому, что им тут делать нечего. Зачем идти туда, где тебя заведомо ждёт лишь скорбь, боль и разочарование? — Зайди, говорю, и поддержи их! Вы дрались плечом к плечу! — настаивала на своём Карла. — Точнее я вёл их, как собака-поводырь… А ещё я стремаюсь заходить в церковь. — Шо так? — Из религиозных взглядов, — сквозь зубы процедил маг. — Не верю я в Богиню-Матерь. — Но она верит в тебя… — издала в манере священника смотрительница. Сиера отмахнулся: — Ой, да иди ты уже к ним сама! А я подожду… Сиера получил ещё раз по голове тростью. Затем Карла действительно, что-то бормоча, покинула его. Маг вновь остался в гордом одиночестве. Вновь погрузившись в печальные раздумья, он расстегнул манжет рубашки, большой на него, чтоб лучше видеть круг Фасшата на своём запястье. В этот раз шрам не пульсировал, не набухал. Просто белый шрам из дьявольского письма… «Зачем идти туда, где тебя заведомо ждёт лишь скорбь, боль и разочарование? — повторил Сиера свои же слова в мыслях и усмехнулся: — Кто бы говорил!.. кто бы говорил…» Внезапно ему под ноги приземлилась монетка. Сиера поднял взгляд, быстро застегнув рукав, и увидел девушку в белом плаще с тем самым загадочным гербом чёрной лисы. Маг подскочил и подобрал монету: — Постой! — окликнул он, и девушка к нему повернулась: её юное лицо было аристократически белым, украшенным мушкой на щеке; горели её янтарные глаза; чёрные волосы спадали на её плечи каскадом. Сиера продолжил: — Я не бродяга и не попрошайка. — Тогда почему ты сидишь у церкви с понуренной головой? — проронила она не без издёвки, скривив свои алые губы. — Тяжёлый день. Тяжёлая жизнь. Но я не нуждаюсь в твоей подачке, — маг кинул ей монетку, и та упала у шёлковых туфелек девушки. Желтоглазая сморщилась, будто бы от оскорбления, и через силу выдавила из себя слащавое: — Вот и славно!.. Будь цел, будь здоров… И помни, что жизнь одна. — К счастью. — Что-что прости? — Говорю, жизнь одна — то к счастью, — затем Сиера чуть прищурился: — Тебе тоже не хворать… И девушка, развернувшись к нему спиной, пошла дальше. Некромант какое-то время смотрел ей вслед, но затем окликнул: — Постой! Ты из ордена магов? — Орден «Вороная Лиса», — ответила ему девушка всё так же затылком. — Запомни. Быть может, ты скоро о нас услышишь… Сиера проводил её взглядом, а затем она, что белый призрак, исчезла без следа. Монетка же так и осталась лежать в грязи.