Развесели моё Бессмертие

Шестой был самым большим из всех этажей Химлищ Флюгель. Круглой формы, с потолками, имитировавшими звёздное небо, он был в два километра диаметром и полностью заполнен железным лесом. Отличался от всего шестой этаж тем, что имел не одного, а двух хранителей: Шейла, непись из стали и змеиного яда, и Йормунганд, огромная змея из металла, которая была защитницей крепости ещё до прихода Химлищ Флюгель. Последнюю доблестные авантюристы разбили по кусочкам, так отвоевав последний на тот момент этаж, однако затем приняли решение перековать и восстановить. Теперь Йормунганд была полностью подвластна хозяевам (на данный момент уже — хозяину) Мидгард. Её нахождение можно было легко определить по скрежещущему панцирю. На шестом этаже десятка обычно держала пленных. К деревьям с шипастой корой и острыми, как бритвы листьями привязывали неудачников, одарённых такой судьбой, сковывая цепями. Даже если какая-то хитрость позволяла снять кандалы, надёжно прижимавшие пленённых к деревьям, то перед ними становилась задача: выбраться из однообразного леса и не попасться гигантской змее и юркой неписи. Сейчас же пленник у Мидгарда был один — боевой маг, принадлежавший ордену «Вороная Лиса» Фракции Север. Его Сиера узнал: это был тот самый бандит, которого он повстречал, когда только выбился в люди. Некромант оставил ему небольшой презент в виде отмирающих мучительно, но постепенно тканей. Посему у него и перебинтована одна кисть. Боевой маг был изувечен. Запёкшаяся кровь окрасила его лицо, сделав ещё более грозным. — Мальчишка из Гроссы… — пленник поднял глаза — всё ещё горящие. — Как неожиданно переплетаются судьбы… — Мир тесен, — пробросил Сиера в ответ, для себя отметив: «Он не сломлен… Кажется, в нём есть что-то не только от бандита». Вслух некромант произнёс: — Я даю тебе шанс говорить самому. — Что? — издевательски оскалился боевой маг. — Твои шестёрки не смогли выбить из меня что-либо! Думаешь, что ты сможешь? Сиера остался холоден. Он приблизился к пленённому, и из-за разницы в росте ему пришлось приподнять голову, однако всё равно оставалось такое ощущение, будто Сиера смотрел сверху-вниз. Очень сухо некромант продолжил: — Я не думаю, а знаю. Ежели ты не будешь говорить сам, то я просто-напросто убью тебя. И пока твоя грешная душа не покинула несчастную тушку, я вытрясу из тебя всю правду, которая тебе только была известна. Мёртвые, к твоему сведенью, не врут… — Так вот, кто ты?.. — усмехнулся боевой маг, казалось, возликовав от резко осенившей его догадки. — Ты — некромант, ворожей, тревожащий покой мёртвых. То-то я думаю, что-то в том парнише не так… — он кивнул в сторону Ариэля. — Глаза у него нежевые. А он, оказывается, труп ходячий!.. — Он и не был жив никогда… Не суть… — Сиера прищурился. — Главная проблема обстоит в том, что на мою Мидгард напали без ведомых мне причин. О нападавших мне ничего не известно, что тревожит меня ещё больше. Я хочу знать, кто, почему и зачем вступил на мои территории с поднятым мечом в руках. Кто вы? И что ищите? — Ты думаешь, что я так легко тебе это выдам? — Мальчик, — со всей желчью обратился к нему некромант, — в месте, на которое вы так вероломно напали, хранятся некоторые вещички. И эти вещички, поясню тебе, недалёкому, обладают огромнейшей силой, способной переделать грёбанный мир. Окажись они в, как то говорят, «неправильных руках», и всем будет очень, очень, очень плохо. Так что раз в жизни используй голову по назначению, подумай ею и скажи мне: кто такие «Вороная Лиса» и что вам было здесь нужно. Боевой маг остался молчать. Некромант, изогнув бровь, пробросил: — Вот как?.. Ладно, не хочешь говорить ты — скажет твой труп… Надеюсь, ты мне дашь нечто большее, чем та информация, которую выдали твои соратники… И Сиера уже занёс руку с заклинанием, как пленник оживился: — Соратники?.. Так эти два идиота… нет, не верю!.. Они — рыцари… они должны быть верными своему королю до самого конца… Блеф… — Увы, это правда, и у тебя, продажной наёмной шавки, оказалось больше чести, чем у доблестных рыцарей в белых латах, — с издёвкой пропел некромант. — Ничего, на том свете повидаетесь. Думаю, анку предоставят тебе такую возможность… — Я не хочу так просто умирать… — Никто не хочет умирать. Вообще. Даже мне временами кажется, что жизнь прекрасна… Но придётся. — Постой… Я готов говорить, если ты снимешь кандалы… — склонив голову, проговорил боевой маг. Сиера отозвал заклинание и внимательным взглядом обвёл отчаявшегося пленника. — Попытаешься напасть — сделаю больно, — пробросил он и приказал Ариэлю высвободить пленённого. Слуга повиновался. Лишившись цепей, боевой маг упал наземь, дрожа и пытаясь сжаться от ноющей боли в изрезанной спине, но затем взял себя в руки и поднялся. — Моё имя Йохан, — начал, было, он, однако Сиера его перебил: — Это лишняя информация… Так, «Вороная Лиса»?.. — Я вступил в орден, когда был ещё мальчишкой. На первых парах чувствовал себя значимой персоной из-за белого плаща, но потом стал сомневаться… — Я всегда говорил, что магией можно заниматься только с сознательного возраста, — некромант закатил глаза. — И что они делали? Человеческие жертвоприношения? Вызывали демонов? Контракты на крови? Язык Фасшата? Что? — Они говорили о бессмертии. Сиера вздохнул: — О нет… А «Бессмертных Смерть испытывает» — такое говорили? — Нет. «Свет во Тьму» — это главные шептали на ритуалах, запираясь в особенной комнате. И именно из-за этого я начал сомневаться в намереньях ордена: изначально «Вороная Лиса» создавалась для просвещения масс… Потом поползли слухи, что глава Фракции стал к нам лоялен в последнее время, так как сэр Осваж пообещал ему бессмертие. А потом и во всём ордене налево и направо закричали: «Кто останется с нами до конца, тот заполучит высшую награду — станет бессмертным». И это «Свет во Тьму»… Меня пугает это. Мне кажется, «Вороная Лиса» связалась с нечистыми силами. Сиера закатал рукав, открыв круг Фасшата на левом запястье; указал на него пленнику: — Знаешь, что это? — Как не знать?.. — пленный хмыкнул. — Я ж всё-таки боевой маг… — Ты маг, умеющий махать мечом, — поправил его Сиера, — но не боевой маг. Не суть… Видел такое у кого-то из ордена? — Нет. Ни разу… Но ведь Фасшат нельзя наносить на тело? — Можно всё, а это — просто не рекомендуется, — некромант оправил рукав, вновь скрыв прóклятую метку; задал другой вопрос: — Как они хотят заполучить своё бессмертие? Ритуал? Благословение бога? Демон?.. — Не знаю, — пожал плечами боевой маг. — Кричат, но только не говорят, каким образом это провернут. Просто обещают… По слухам, только сэр Осваж знает, как стать абсолютно бессмертным… — Осваж… Он ведь был с вами в этом рейде. — Должен был быть, но не явился. А затем поступил приказ нападать, и мы пошли без него. — Что вам нужно было в Мидгард? — Мы должны были взять крепость и дожидаться сэра Осваж… Сиера усмехнулся: — Восемьдесят два человека? Взять Мидгард?! Не смеши меня!.. Армии не смогли пройти дальше восьмого этажа!.. Видимо, этот ваш сэр Осваж почувствовал, на что замахнулся, когда приблизился к крепости, а вас послал как пушечное мясо. Кстати говоря, кто он? Именитый маг? Или простой выскочка? Что за Школа? И каков опыт? — Никто не знает… Я в ордене большую часть жизни. Осваж появился года два назад, но никто не знает, ни как он выглядит, ни кем является, хотя все к нему прислушиваются. Его выбрали главой ордена… — И он повёл вас на верную смерть… Видимо, идеи ордена — ему до лампады. Да и бессмертие никто, кроме него, не заполучит, ежели всё-таки вы сумеете этого добиться… Ты можешь рассказать мне много интересного: ваша численность, главные, династии, поддерживающие вас, союзные ордена… Ещё глава Фракции к вам лоялен… Говори всё, что знаешь. Ариэль, сохрани сказанное… Выдал боевой маг не очень много. «Вороная Лиса» много кричала об идеях, но по сути никому ничего не говорила. Пленник сам не знал об изменениях численности и силы ордена за последние два года — то есть со становления сэра Осваж главой. О связях умалчивали. Только главные знали обо всём этом, но их состав поменялся. Рядовым магам и магам чуть повыше званием пускали банально пыль в глаза обо всём этом бессмертии. Большинство — велись. А те, кто подозревали что-то, пропадали бесследно. — Мало… Очень мало… — бормотал Сиера. Боевой маг, севший прямо на землю, по-турецки скрестив ноги, смотрел на него как-то ожидающе, окончив свой рассказ: сейчас решалась его судьба. — Ариэль, — внезапно обратился некромант, — так, ты сделал тот список? Что есть такого в Мидгард, что понадобилось ты тем, кто решился сыграть со Смертью?.. — Есть список, — кивнул слуга. — Так, у Мидгард есть доступ к мёртвой воде, в крепости находится половина зеркала Гефёнгнесс, клык Нирумари, главный артефакт Мидгард — посох некроманта Дорнбуш, содержащий по меньшей мере триста тысяч душ, Перчатка Бога и двенадцатый неизвестный серафим Драконьей Войны. Остальное не имеет особенного значения в данном случае. — Два вопроса, — сухо отозвался Сиера. — Во-первых, где тот нож, а, во-вторых… — он шумно выдохнул, попытавшись успокоить разыгравшееся раздражение, — какая падла приравняла меня к артефактам?.. — Госпожа Урфа, — ответил непись, не имея возможности лгать. — Она аргументировала это следующим образом. Дословно: «Всё равно он даже не бухает». — Больная женщина!.. Чтоб её… Если б она не померла с восемьдесят лет назад, я б её!.. Агрх! Ладно… — некромант немного остыл. — Ладно, ладно… А мой нож? — Какой? — Ариэль вопросительно склонил голову вбок. — Мой нож. С письмом Фасшата на лезвии. Я приходил с ним. — Не числится, — таковым был ответ неписи. Сиера вначале завозмущался, но после осёкся, стал бродить кругами, пытаясь вспомнить события двухсотлетней давности, пробираясь всё глубже и глубже в свою память, затем он вскрикнул: «Нет!» — Что такое? — это заинтересовало даже пленника. — Я не мог… нет, я мог… я… я… — бормотал некромант, потирая кольцо на указательном пальце. — Я его оставил там… Я не брал его с собой… — Прикажете забрать? — спросил Ариэль, что разозлило Сиеру: — Безмозглый непись! Прошло двести сорок восемь лет! Найти какой-то нож теперь будет невозможно!.. Эх… Он утерян… Утерян, считай, на вечность… Что ж… Я подумаю над этим… Что делать теперь?.. Что делать?.. Если речь идёт о магах, то всё сложнее. Я не могу предугадать всё, что они выкинут. Любое правило в магии всегда имеет исключения. Итак… Ариэль, — позвал он слугу снова, — защита?.. — Укреплена. Даже муха будет замечена. — Крепость должна уцелеть. В крайнем случае — просто пропустите напавших на восьмой этаж. — А что такого на восьмом этаже? — влез боевой маг. Сиера резко обернулся к нему, и холод в глазах некроманта заставил пленного вздрогнуть всем существом: — Тебя это касаться не должно. Кстати о тебе… Ты предоставил мне достаточное количество информации, но полезного в ней было мало. Я милостив. Умрёшь быстро. — Мы ведь договаривались! — боевой маг подскочил. — О том, что я не буду пытать твой труп, — напомнил Сиера. — Я сдержу слово. Боги — в свидетели!.. А ты — спи спокойно. Не было ни вспышки, ни тех чёрных искр, круживших в пальцах некроманта до того — не было никакого пафоса. Сиера просто щёлкнул пальцами. В глазах боевого мага потемнело, он свалился наземь, растянулся, чувствуя неимоверную слабость, а дальше — мрак. Йохан перестал дышать. — Захороните его рядом с теми двумя, — приказал Сиера. — Скоро ль рассвет? — Через час, — откликнулся непись без доли эмоций на лице. — Успею… — пробросил он сам себе. Затем отозвался громче: — Я вернусь в Гроссу. А вы готовьтесь к новой встречи с «Вороной Лисой». Основные силы Мидгард должны быть здесь. Дожидайтесь близнецов… Ариэль склонил голову перед господином, а Сиера покинул крепость, вернувшись к своей троице авантюристов.