Развесели моё Бессмертие

База гильдии Фестунг была, как всегда, оживлённой. Разные люди с разными судьбами приходили сюда по схожим причинам: жажда наживы либо же нужда. Грей как-то говорил, что в этом году новичков заметно прибавилось. А так как не все из них были деревенскими сопляками (многие приезжали из крупных городов в Гроссу, потому что рядом с ней Чёрный лес, полный сверхъестественной живности), конкуренция тоже возросла. Сиера застал свою троицу у доски с заданиями, выбиравшими, чем бы заняться. — Может быть, это? Гоблинское гнездо будет легко разгромить и весело, — предложил Мари. Грей покачал головой. — Тогда это? — указала Лаура. — Гигант-паук из Чёрного леса выбрался в одно селение. Мы уже имели дело с такими. — Нет, нет, нет… — бормотал командир. — Гоблины — низкий чин, а с пауками мы справились благодаря Сиере. Если он отколется, то задание брать нельзя… Надо что-то другое. Что-то такое!.. Такое!.. О! — Грей высмотрел кое-что. — Проклятое захоронение! Наниматель платит от пятнадцати до двадцати тысяч, если авантюристы принесут голову или сердце колдуна, встающего прогуляться из своей могилы. Колдун заманивает девушек в свой склеп, мучает их, а тела выкидывает на дорогу… — Разводня! — хмыкнул Сиера, приблизившись к ним. Своим резким появлением он застал троицу врасплох. — Это— не мертвец. Это — простой извращенец, который либо реально является сбрендившим колдуном и живёт отшельником, либо прикидывается этим колдуном и нагоняет страху. — Откуда ты знаешь? — захлопала ресничками Лаура. — Из могилы нельзя воскрешать, — кратко пояснил Сиера, а сам кинул взгляд на задание с восстанием мертвецов в одной деревушке, которое не дали ему, но за которое никто так и не взялся. «Если тело поднять из земли, то оно останется телом — всего лишь куклой, которая не может двигаться даже по собственной воле. Управлять такими очень сложно: нужен полный контроль, как над марионеткой с ниточками. Лично я могу поднять только двух…» — добавил он про себя. Затем некромант увидел ещё одно задание, заинтересовавшее его. — Вот! Посмотрите. Это будет намного интереснее… — Чупакабра? — изогнул бровь Грей. — Что это? Заклинание? Как абракадабра? — Монстр, который по ночам выпивает кровь коз и душит кур, — пояснил ему Мари, что заставило Сиеру ухмыльнуться: — Откуда такие знания? — У моих родителей когда-то был своё хозяйство. В одну ночь монстр перебил всё стадо. — Почему уверен, что это именно чупакабра? — Следы на шее, обескровленные тела… А ещё я его видел. Он большой, но бегает на четвереньках, как собака. И ещё у него жуткие красные глаза… — Мари ответил, немного вздрогнув. Видимо, припомнил ужасную картину. Тогда командир обратился к магу: — А ты что об этом звере знаешь? — Немного, если честно. Я мало интересовался тварями… — пожал плечами Сиера. — Но нам и моих знаний будет достаточно. Это существо человекообразно, бегает на четырёх конечностях. У него острые клыки и когти. Его укус смертелен, не только потому что он высасывает кровь, а ещё и из-за яда. Долгая и мучительная смерть обеспечена тем, кого ранит чупакабра… Особи мужского пола живут от четырёх до восьми лет, женские — от пяти до девяти. В стаи не собираются. Живут одиночками. Маленьких чупакабрят мы не встретим… — Почему это? — изогнула бровь Лаура. — Хм… Дай подумать… — Сиера наигранно задумался, а затем выдал: — Потому что их нет. Никто не знает, откуда берутся чупакабры — они по всем признакам не могут иметь потомства. Ладно… Что ещё?.. Выходят ночью. Яркий свет для них губителен, а солнце — смертельно. Скрываются. Убить можно, только лишив головы. Остальное отрастает. — И мы сможем выследить это существо? — спросил командир. — Немаленькое оно, так что выследим. Скорее всего, ловить будем на живца, — ответил маг. Грей решил всё же уточнить: — На сколько «немаленькое»? — Ну… Если наш Чубчик сядет на четвереньки, — маг кивнул в сторону Мари, — а ещё немного обрастёт шерстью, то мы получим настоящего чупакабру. Только молоденького, ещё не отъевшегося… Лаура сжала косу в руках: — И мы справимся? — Рискнём! — махнул рукою Грей и сорвал листок с заданием. Три начала и один архангел устроили ту дамочку с лисьими чертами лица. Она вписала их имена и официально дала им это дело, а также любезно уточнила дорогу до селения. Авантюристы всё же решили остаться на небольшой отдых, хотя командир так рвался в бой. Сдерживать Грея никому не хотелось, однако команде нужно подготовиться. Ни Мари, ни Лаура не знали, о чём думает маг (а ведь именно Сиера, считай, выбрал это задание!), но командиру, полностью соглашавшемуся с ним, не перечили, лишь с болью наблюдая, как Грей изнуряет себя во время этого «отдыха» в тренировках. Троица, кстати, с Сиерой ненадолго рассталась. По опять-таки своим религиозным причинам он отказался заходить на территорию церкви и заявил, что сам найдёт себе ночлег. Сиера же, справив авантюристов, отправился на поиски загадочного моложавого купца, который отважился держать у себя мёртвую воду и письмо Фасшата. И то, и другое маги, честно говоря, не сильно хотят видеть в свободном доступе. Сиера ещё застал в период своего, скажем так, «расцвета» те славные времена, когда за использование языка Фасшата отрезали обе руки или же все пальцы… Однако купца на прежнем месте не оказалось. На базаре в Гроссе его тоже не было. Поиски Сиеры успехом не увенчались, одним словом. А когда ночная темень и жутчайшая тишь поглотила городок, некромант решил всё же направиться в Мидгард. Оказавшись за городом, на пустой дороге, он, заложив пальцы в рот, громко свистнул. Какое-то время Сиера стоял в полнейшем одиночестве, но затем послышался стук копыт и ржание. Нёсся на полном ходу конь тёмной ельфийки Шеглайн, одной из основателей Мидгарда, по кличке Янтиколь. Зверюгу из частиц звёздного неба и чистейшей подземной воды подарил когда-то десятке Химлищ Флюгель принц тёмных эльфов, сильный ворожей и бравый воин. Самой Шеглайн давно не стало, а Сиера был вторым, кого признавал вольнолюбивый зверь. Янтиколь встал на дыбы, прежде чем остановиться, сверкнул горящими в темноте глазами, но затем покорно склонился некроманту, и тот забрался в седло. Воспарив в ночное небо, Янтиколь донёс Сиеру очень быстро к легендарной крепости, где господина встретили покорные слуги с небьющимися, как у хозяина, сердцами. Спешившись, некромант сразу же позвал Ариэля, а когда слуга явился, приказал вести к мёртвым телам, спрятанным у ещё одной неписи, стража третьего этажа Беллы. Белла была создана коренным жителем дальнего севера Лактором, который тоже был в десятке основателей, и идеально подошла под третий этаж — миниатюрную снежную пустошь, практически безжизненную. Этаж таковым и был, когда авантюристы Химлищ Флюгель захватывали безымянную крепость. Сиера бы сжался от холода, если бы его мёртвому телу было бы какое-то дело до погоды. Белла, созданная изо льда и китового жира, принявшая образ высоченной девушки в мехах и шубах, развивавшихся белых покрывалах, безмолвно провела их к двум телам. Разложение удалось приостановить низкими температурами, однако зрелище было не из приятных. Сиера присел рядом с ними, положил ладони на их лбы, мысленно подметил: «Их души уже забрали анку, но отпечаток остался…» — По моей воле… очнитесь, — приказал некромант, и мертвецы открыли остекленевшие глаза, в унисон проговорив: — Да, слушаем… — За кого вы бились? Кто приказал вам идти в бой? — Святейший монарх, лорд Гертеншбиттен… — Кто вёл вас? — Наш генерал, сер Крафтер… — Чьими были маги, бившиеся с вами бок о бок? — «Вороная Лиса»… — Что это за «Вороная Лиса»? Кто они?.. Но мертвецы не отвечали, лишь кривили рты и не решались ничего сказать. Видимо, сами не знали, либо же не хватило того, что осталось от их душ и рассудков. Тогда некромант вздохнул: — Спите спокойно… — он сам опустил веки мертвецов, чьи лица в один момент замерли. Затем Сиера обратился к неписям: — Захороните их за территорией Мидгарда. Мне больше от них ничего не надо. — Как прикажете, — неписи склонились в поклоне. — Ариэль, — обратился господин, — а с третьем пленным как дела обстоят? — Говорит всё то же: не знаю, не видел. Но по всем показателям врёт. Он всё ещё жив. В отличие от этих двоих, он — боевой маг и имеет большую ценность. — Я сам с ним хочу поболтать… — пробросил Сиера и направился на шестой этаж, где и держали пленных. В славные времена к железным деревьям были привязаны десятки неудачников, не сумевших умереть в бою и изнывавших теперь от впивавшихся металлических колючек. Теперь же такой участью был одарён всего один человек — здоровенный детина со шрамом на пол-лица и с плотно забинтованной рукой. Сиера его узнал.