Навстречу шторму

Что ж, иного развития событий Акечи и не видел — они на территории врага, всё-таки. Однако где-то глубоко внутри парень был немного разочарован: снова химеры? Неужели у Асаоки не было других стражей на экстренное реагирование? «Нет, должно быть, они просто задержат нас. Пока мы с ними возимся, подоспеют другие тени» — думал Акечи, осматривая врагов. Пять химер не торопились нападать, их змеиные хвосты протяжно шипели, но ничего другого думать не делали.       — Нужно разобраться с ними быстро, — сказал он вслух. — Джокер, придумайте с Нуар, как вытащить Макашиму. Я разберусь с тенями до тех пор. Акира кивнул ему. Хоть ему не хотелось оставлять это дело целиком на Акечи, он понимал, что тот уверен в своих силах. К тому же, в случае, если что-то пойдет не так, он всегда успеет к нему на помощь. Хару посмотрела по сторонам, надеясь найти какой-то переключатель, чтобы спустить клетки вниз, однако такого, как ожидалось, нигде не было. Их спускали другим образом, но каким именно, было сложно представить. У Джокера возникла мысль, что всё опять связано с центральной статуей, однако учитывая, насколько стрёмно это выглядело, ему не очень хотелось возвращаться к ней взглядом, и тем более думать о том, как она может помочь. Одна идея, правда, проскочила. Акира задумался о том, что парень на коленях Асаоки сидит не до конца ровно и низко. Меж его бёдер можно было без проблем заметить чужие яйца, и учитывая, что из всех присутствующих статуй эта выглядела наиболее… Живой, то если опустить этого парня ниже, то и сами клетки могут… «Ох, Господи, нет» — сразу отказался лидер от этой мысли. Так решать пазлы он не хотел.       — Мы можем подстрелить цепь, — указала Хару на неё, пока Акечи с воинственными криками выносил первую химеру. — Правда, я не уверена, сколько выстрелов нам понадобится. Она выглядит довольно прочной.       — Можно попробовать заморозить её, — сказал Акира. — Но я сомневаюсь, что Макашима будет в порядке после падения.       — Я могу наложить на него Тетракарн, чтобы уберечь от увечий, — предложила Хару. — Но он слишком высоко. Не думаю, что мы достанем.       — Тогда, как насчёт подлететь к нему? Я могу подбросить тебя, — ответил Акира. Естественно, он имел в виду помощь персоны, а не его физические возможности. Каким бы сильным лидер не был, бросать людей на высоту восьми метров было за пределами его возможностей.       — Звучит как план, — быстро согласилась Хару и вынула из сумки небольшое кольцо с орнаментом из голубых роз. Бросив сумку на землю, девушка быстро сняла одну перчатку и, надев его, кивнула лидеру, знаменуя свою готовность. — Мне понадобится некоторое время, чтобы наложить Тетракарн на себя и на Макашиму, а после заморозить цепь. Я дам сигнал, когда всё будет готово.       — Хорошо, мы с Вороном продержимся до этого момента, — произнёс Джокер. Сняв с себя маску, он призвал уже знакомую Иштар. Её волосы причудливо взвились, когда та махнула руками, создав под Нуар мощный поток ветра. Свободным полётом это нельзя было назвать, так как траектория движения Хару была довольно определенной. К тому же, её руки, стискивающие топор, были довольно сильно прижаты к телу, а ноги почти не болтались, что говорило о хорошем контроле над ситуацией. Убедившись, что Хару зацепилась за клетку Макашимы, Джокер оставил остальное на её попечение. Оставалось лишь ждать от неё сигнала. Парень обернулся к полю боя, которое он ожидал увидеть более… Хаотичным? Он ожидал, что весь пол будет заляпан в крови, как песок на стадионе, но Акечи умело сочетал и магию, и нарезание врагов мечом; срывая маску, он не сносил врагов одним мощным Мегидолаоном, но использовал другое заклинание из своего арсенала — Эйгаон. Красные потоки про́клятой энергии собирались под избранной Акечи химерой, и высвобождались во взрыве, который, если приглядеться, напоминал злобную ухмылку. Враг падал на землю и пытался отдышаться, и в этот момент Акечи нападал. Его меч, как и говорил Ивай, входил в плоть врага, будто горячий нож в масло, и химера, протяжено завывая, пыталась бороться с приближающейся смертью. Хвост норовил укусить Горо, но парень лишь с силой наступал ногой на змеиную шею, кроша её в мясо. Таким путём умерли уже минимум две химеры, однако когда Акира огляделся вокруг, то заметил, что число их осталось тем же. На замену двум погибшим из арок прибежали две новых. В то время, как остальные осторожно рычали, опасаясь за свою жизнь, одна из новоприбывших ринулась на спасение умирающего собрата. Её скорость превосходила остальных, и Акиру сразу поразил холодный страх, что Акечи может либо не успеть увернуться от этой атаки, либо рискует, увернувшись, получить удар в спину от ещё живой химеры.       — Арсен! — воззвал Джокер. Галантный разбойник в красном, появившись из пламени, моментально прижал свою когтистую лапу к земле, посылая Эйгаон на полпути между Акечи и бегущего к нему полульва. Его ставка оправдалась, и когда алые потоки пронзили новичка, он, прокатившись ещё пару метров, свалился наземь. В эту же секунду в чёрном дыме скончалась химера, над которой Акечи всё это время стоял. Шум за спиной привлёк его внимание с самого начала, но парень был уверен, что ему не дадут попасть в беду. Джокер не даст, и интуиция его не подвела. Времени благодарно ухмыляться не было — прибыли ещё трое новичков, уже более крупных, чем их предшественники. Их ноздри бешено вбирали воздух, пропитанный дымом их павших товарищей. Все глаза были направлены на Акечи и Джокера, но никто не смотрел на Нуар, чего они и добивались. Животные с диком рыком побежали на двух вторженцев, намереваясь сбить их с ног, но парни успешно прикрывали друг друга, гася все попытки нарваться на чужие рога. Хару тоже не сидела без дела — Акира лишь раз посмотрел наверх, чтобы увидеть, как тёмно-синяя сфера, словно одеяло, легла на неё.       — Вот же дрянь, — отдышался Акечи. Энергии на заклинания ещё хватало, но в этом была причина его недовольства. Химеры валили из золотых решёток почти бесперебойно, и если с этим что-то не сделать, то скоро здесь будет не протолкнуться. — Нуар, ты там скоро?!       — Почти! — крикнула девушка, пока Миледи, поддерживая её за руку, на которой было кольцо, стреляла морозом по золотой цепи. Постепенно слой инея становился всё более толстым, пока наконец цепь не перестала двигаться.       — Берегитесь! — крикнула Хару им, прежде чем занести топор над замороженной цепью и расколоть её. Спустя пару секунд в зале стало на одну голую статую меньше: клетка с Макашимой тяжело упала на одну из них, превратив её в одни крошки. Хару, стоявшая сверху, казалась немного испуганной такой внезапностью, однако она быстро взяла себя в руки. Тетракарн низвел ущерб от падения до минимума для неё, а значит, для Сёго тоже.       — Бери его и уходи вниз! — приказал Джокер, сдерживая очередную химеру от нападения на Акечи. Хару растерянно запнулась.       — Но как же-       — Нуар, нет времени! Мы спустимся позже, когда врагов будет меньше!       — Их не будет меньше, они только прибывают! — стояла на своём Хару. Оглядев поле боя, она решилась высказать одну мысль: — Джокер, Ворон, встаньте за клеткой! Миледи и я расчистим путь! В словах Нуар была решимость осуществить свою затею, поэтому Акечи и Акира не стали препятствовать этому. Проведя последнюю совместную атаку, после которой большинство химер прильнули к земле, они сорвались с места и добежали до клетки. Когда они встали за Хару, возникла Миледи. Махнув своим веером, дама раскрыла свою широкую розовую юбку, словно двери ангара, оголяя отнюдь не стройные ножки, а начищенные до блеска стволы пулемётов. Химеры, у которых вернулись силы бежать за вторженцами, тут же поджали уши. Некоторые позорно дезертировали с поля боя, но несколько всё равно осталось, намереваясь исполнить свой долг. Стоит ли говорить, что за участь ждали этих храбрецов? От пулеметной очереди, раздавшейся спустя секунду, пострадали не только тени, но и стоявшие на пути статуи. Впрочем, невелика была потеря. Они же не были настоящими произведениями искусства, в конце концов. Когда в зале ненадолго стихло, ребята поспешили привести Макашиму в сознание. Всё-таки, спускаться со взрослым человеком на спине по пожарной лестнице могло закончиться не очень хорошо. Хару порылась в сумке и, когда она нашла нашатырный спирт и ватки, поспешила передать их Акире. Пока лидер пытался разбудить узника, Акечи рассмотрел этого айдола поближе. Выглядел он неприглядно: дорогая одежда вся была грязной, словно в каких-то слюнях, на голове множество колтунов, а лицо — бледное и измождённое. Не оставалось сомнений, что заключение здесь далось ему нелегко. Что, впрочем, было неудивительным, прошла почти целая неделя. «Интересно, он что-то ел, или всё это время страдал от голода?» — размышлял Акечи, пока мужчина, наконец, не закашлял. Резкий запах привёл его в чувства. Однако он был готов снова упасть в обморок, заметив Горо первым. Акечи, конечно, признавал, что его наряд выглядит не особо дружелюбно, но чтобы напугать зрелого человека… Даже для него это было немного слишком.       — К-кто вы? Что вы здесь делаете?! — заныл Макашима, желая вжаться в землю.       — Если вкратце, то мы здесь, чтобы спасти вас, — ответил Джокер, и его вид, в принципе, тоже не внушал никакого доверия. — Все подробности мы расскажем внизу, а теперь, пожалуйста, встаньте. Нам нужно спуститься по лестнице.       — По лестнице? О-ох, ненавижу лестницы! — снова воспротивился Сёго. Акечи был солидарен с ним: из-за иллюзии бесконечного подъёма неприязнь к лестницам у него будет надолго.       — Всего один раз, господин Макашима, — попросила Хару мягко, словно разговаривала с маленьким ребенком. Её тон заставил айдола поверить им, и пусть спуск вниз был для него трудным испытанием, мужчина преодолел его. Когда они снова оказались в том зале, Нуар передала пострадавшему небольшую пачку сухофруктов. В Метаверсе они не восстанавливали особо много здоровья, однако если бы Джокер сразу призвал Иштар, чтобы исцелить чужие раны, то лишний раз шокировал бы Макашиму. Сначала им стоило его успокоить и выяснить степень его повреждений, прежде чем делать свои магические штуки снова. Макашима остервенело вцепился в пачку, поглощая сушёные кусочки бананов, орехи и изюм. Похоже, его действительно травили голодом.       — Не ешьте так быстро! — остановила его Хару. — Я знаю, что вам очень больно, но если вы будете поглощать всё слишком сильно, вреда будет больше, чем пользы. Сёго посмотрел на неё и остальных спасителей, а затем, тяжело вздохнув, отложил пачку в сторону.       — Вы, вроде, обещали мне рассказать подробности, — напомнил он, сидя на подножии одной из женских статуй. Джокер кивнул ему.       — Да. Вы знаете, где вы всё это время находились?       — Точно не в реальном мире. Там бы я такой срани не увидел, даже если бы наглотался чего посильнее экстази.       — Верно. Это дворец Тетсутоши Асаоки — место, сформированное его искаженным сознанием. Мы прибыли сюда по поручению Масаёши Шидо, — обобщил Акира.       — Я удивлён, что ему есть дело до меня, — хмыкнул Сёго. — Впрочем, потеряй он меня, то тут же потерял приличную часть рейтингов… Так значит, вы трое его цепные псы?       — Не совсем, — помотал головой Акечи. — На него работаю только я, а эти двое… Мои помощники.       — У помощников есть свои помощники? — слабо засмеялся айдол. — Ну, неудивительно. Что меня интересует больше, так это то, каким образом вы меня спасли? Я чувствовал, что моя клетка упала, но в итоге, на мне ни царапинки. Ребята переглянулись, неуверенные в том, примет ли айдол их слова за правду. Однако учитывая то, что он уже видел некоторое дерьмо, можно было хотя бы попытаться.       — Это благодаря нашим персонам, — ответил лидер, снимая с себя маску, чтобы наконец призвать Иштар. Она была нужна не только для объяснения. — Они выражение наших душ, которые мы смогли взять под контроль и управлять ими. Без них не было бы всей этой магии.       — А-ага, — закивал певец, пытаясь переварить информацию, пока рука рогатой женщины испускала целебный свет, приносящий ему облегчение. — Значит тот, кто напал на меня, тоже обладал персоной? Троица застыла.       — Ты был внутри иллюзий? — тут же спросил Акечи. Ему кивнули, и Горо начал задавать ещё больше вопросов, надеясь выяснить истинные обстоятельства похищения Сёго. Всё-таки, раз та хрень с демоном оказалась лишь уловкой, то стоило выяснить настоящие причины. В итоге Макашима рассказал всё, о чём помнил. В вечер прошлой среды он позвал свою девушку в горный домик, чтобы как следует отметить релиз своего нового сингла. На его душе был настоящий праздник, но никак не раскаяние за злые мысли, касательно ребёнка. Он поддерживал со своим внебрачным чадом добрые отношения, или по крайней мере старался. В один момент (после принятия наркотиков) ему захотелось предаться детству и покататься на горке. К сожалению, он не рассчитал свою траекторию и провалился под лёд, после чего и оказался внутри дворца. Он был испуган, когда оказался внутри своей клетки, однако она тогда висела не в зале со статуями — он хорошо помнил то окружение, и оно скорее напоминало высокую комнату с водой, в которую его постоянно погружали. И он хорошо запомнил трехглавого пса, который постоянно норовил сожрать его. Если бы не клетка, то вероятно, его кости уже плавали бы в животе этого чудовища. Он так же запомнил, что рядом с его клеткой был какой-то китаец в маске, напоминающей сову. Он всё время что-то говорил, да Макашима из-за постоянного страха почти ничего не запомнил. Ребята удручённо вздохнули. Акечи надеялся выведать у него что-то касательно слабостей врага, однако Сёго ничего не знал об этом. Впрочем, информации, которая у них уже была, оказалось бы достаточно для того, чтобы быть ещё более осторожными. Упоминание гигантской собаки под водой заставило всех твоих напрячься, но вот было ли это иллюзией, или же настоящей тенью, никто из них не знал.       — Последнее, — заверил Горо, готовясь закончить расспросы. — Ты видел владельца дворца? Такого, с лавровым венком, может?       — Что-то очень смутное. Скорее не видел, но слышал, как тот китаец его упоминал, говоря что-то о «Пантеоне».       — Учитывая концепцию дворца, такое место вполне может здесь находиться, верно? — спросила Хару у лидера. Он кивнул ей.       — Римским императорам поклонялись как богам, так что, думаю, этот придурок возомнил о себе тоже самое, — высказался Акечи. — Хотя, чему удивляться, он же политик. Хару была немного расстроена из-за этого рассказа. Вся эта ситуация была для неё очень беспокойной.       — Он казался вполне достопочтенным взрослым, — проговорила она. — Трудно поверить, что даже будучи таким старым и обросшим влиянием со всех сторон, он всё ещё жаждет больше, и ради этого похищает людей, лишь бы опустить соперника в рейтингах и возвыситься над ним.       — О книге не судят по её обложке, — ответил Акечи холодно. — К тому же, мы не знаем наверняка, почему он его вообще похитил.       — Думаю, ваша подруга недалека от правды, — встрял сам айдол. — Моя фанбаза разнообразна — от совсем зелёных юнцов до чопорных престарелых. Я могу что угодно говорить о том, какой политик мне нравится больше, и мои фанаты, в основном, меня поддерживают в этом, а значит они поддерживают и Шидо тоже.       — Но ведь, — непонимающе сказала Хару, — ваше исчезновение отрицательно скажется не на Шидо, а на Асаоке. Его ведь должны подозревать в том, что он выносит сторонников своего соперника, разве нет?       — Не думаю, что это было бы так, — сказал Сёго. Ребята недоуменно посмотрели на него. — Тот фокусник с совиной маской — он ведь мастер иллюзий? Я не видел всей его силы, но думаю, он планировал свести меня с ума настолько, чтобы я начал обвинять Шидо в том, что я вообще пропал.       — Это имеет смысл, — согласился Акечи, вспоминая, как эта психоделия чуть не довела его до ручки.       — В любом случае, когда мы украдем его сокровище, он поймёт, что стране не нужен такой политик, — сказал Джокер. — Пантеон должен быть нашей конечной целью, поэтому сосредоточим поиски на нём.       — Да, но сначала нам нужно вывести Макашиму отсюда. С истощением от голода Иштар не справиться, — сказал Акечи. Лидер был вынужден с ним согласиться, поэтому, как только разговор был окончен, они вдвоём помогли мужчине встать.       — Погоди, а откуда мы вообще вышли? — спросил Акечи, оглядывая однотипные арки. Четыре из них вели в одно и то же место — сюда, в этот зал.       — Кажется, из арки, где стоят две сестры, — предположил Джокер.       — Тебе кажется?       — Мы не узнаем, пока не попробуем, — ответил парень, и Акечи лишь вздохнул. Если они окажутся заперты в этом бесконечном лабиринте, то дела примут прескверный оборот. Однако удача снова оказалась на их стороне. Избранный проход вывел их обратно в сад, откуда они, поднявшись на лифте, вернулись на поверхность. Как только Акира вернул их в реальность, Акечи набрал службу отца, чтобы его люди поскорее приехали за Макашимой.